Помоги проекту - поделись книгой:
Многострадальная технология WinFS, похоже, так и не доковыляет до десктопов: Microsoft решила отказаться от выпуска этой надстройки над файловой системой в качестве независимого компонента, переместив концептуальную идею хранения неструктурированной информации и все сопутствующие наработки проекта в следующую версию SQL Server с кодовым именем Katmai. Напомним, что еще год назад WinFS обещали нам в качестве одной из ключевых фич Windows Vista . — А.З.
Microsoft пообещала в августе опубликовать интересный документ: внутреннее руководство для своих разработчиков, касающееся обеспечения приватности пользователя разрабатываемого приложения. В этой бумаге должны быть подробно расписаны тонкие вопросы вроде «какую информацию о пользователе можно отправлять разработчику», «какие сообщения показывать пользователю при необходимости отправить данные» и т. п. Эта публикация — изобретение нового главы по стратегиям безопасности Питера Каллена (Peter Cullen); предполагается, что сей шаг должен улучшить небезупречную репутацию Microsoft в вопросах privacy. — В.Ш.
ФБР сумело отыскать украденный 3 мая ноутбук с персональными данными 26,5 млн. бывших военнослужащих американской армии (см. «КТ» #640). По туманным уверениям специалистов, «нет никаких свидетельств, указывающих на то, что информация с жесткого диска была скопирована». — Н.Я.
К сентябрю 2008 года весь документооборот государственных органов Бельгии планируется перевести на открытый формат ODF. Впрочем, если Open XML от Microsoft будет сертифицирован по стандартам ISO, а корпорация продолжит стратегию задабривания «отступников», благосклонность власть имущих бельгийцев в отношении к ODF еще может поменяться — пути-то к отступлению оставлены. — А.З.
W3C создала «букварь» для разработчиков сетевых ресурсов, ориентированных на портативные устройства. Работа над рекомендациями велась в рамках Mobile Web Initiative, подначивающей к скорейшей адаптации веба к экранам мобильников и КПК. Предписания незамысловаты и представляют собой призывы ограничивать дизайнерские изыски, отказаться от «тяжелых» изображений, строить навигацию исходя из особенностей конечных устройств и т. п. Несмотря на очевидность этих напутствий, многие веб-мастера игнорируют даже такие прописные истины. Начинание поддержали гиганты мобильного и интернет-рынка, включая Nokia, Google и NTT DoCoMo. — А.З.
SCO Group, в последние годы напоминавшая о себе лишь нападками на Linux, пытается вновь завоевать доверие и расположение Unix-разработчиков — с помощью денег. Любому разработчику, который приедет на конференцию SCO в Лас-Вегасе и успешно пройдет тренинг по использованию SCO EdgeBuilder (среда разработки программ для мобильной платформы Me, выпускаемой SCO), предлагается премия в тысячу долларов. По всей видимости, предполагается, что разработчик, достаточно жадный, чтобы поучаствовать в тренинге за деньги, окажется достаточно практичным, дабы применять полученные знания на практике. Сверх этого SCO предлагает программистам поучаствовать в конкурсе на лучшее приложение, разработанное с помощью того же EdgeBuilder, и получить дорогой BMW или сто тысяч долларов в качестве приза. — В.Ш.
Японская компания Central Glass разработала стекло, которое эффективно поглощает радиоизлучение на частоте 2,4 ГГц. В арсенале фирмы уже есть оконные материалы, которые блокируют распространение радиоволн, новинка же предназначена для изоляции Wi-Fi-передатчиков от внешнего мира и устранения переотражений сигнала, ухудшающих качество связи. Стеклопакет Emuless Q использует тонкую, практически незаметную металлическую пленку. — А.З.
Вышла четвертая версия пакета Google Desktop, основное нововведение которой — Google Gadgets. Это то же самое, что и виджеты: небольшие информационные окошки, которые можно размещать поверх рабочего стола (аналогичную функциональность предлагает Mac OS X, Opera 9, Windows Vista и еще сотня различных продуктов — мода!). Гаджеты-виджеты от Google отличаются от прочих аналогичных решений тем, что легко интегрируются с онлайновыми сервисами компании, как с Personal Homepage (можно прямо из браузера «вытащить» гаджет на рабочий стол), так и, например, с поиском (предполагается, что Google Desktop будет советовать новые гаджеты в зависимости от тех, которыми интересуется пользователь). Чтобы привлечь к гаджетам внимание публики и разработчиков, Google запустил еще и соревнование по разработке этих «штучек» с призами в пять, две и одну тысячу долларов за три первых места. — В.Ш.
Gnome Foundation, разрабатывающая Linux-десктоп Gnome, решила потратить деньги, вырученные за Google Summer of Code (см. «КТ» #641), на благое дело. Как организация-ментор, Gnome получит по пятьсот долларов за каждого из двадцати руководимых студентов. На эти деньги она надеется привлечь к миру свободного софта несколько женщин-разработчиков. Все двадцать студентов, «полученные» от Google, — мужчины, что как бы противоречит тезису «мир свободного софта открыт для всех». В рамках программы Women’s Summer Outreach Program несколько студенток получат стипендии по 3 тысячи долларов за участие в проектах Gnome на условиях, аналогичных гугловскому «Кодовому Лету». — В.Ш.
19 июня главная камера космического телескопа имени Хаббла вышла из строя. Последнее, что успели зафиксировать инженеры NASA, наблюдавшие за показаниями датчиков обсерватории, это резкое увеличение питающего напряжения. Поначалу специалисты впали в уныние, предположив, что ремонт возможен только в земных условиях, однако к концу месяца проблему удалось решить, задействовав резервную систему питания. Ветеран Хаббл снова в строю. — Е.А.
Университет Абертэй (Шотландия) набирает студентов на необычную специальность — «Этический хакинг и противостояние ему». Предполагается, что новый курс позволит систематизировать знания, которые можно получить пока лишь в «маргинальной» среде, а также поможет молодым людям разобраться в том, «что такое хорошо и что такое плохо» (отсюда слово «этический» в названии). То есть в рамках курса вроде бы готовят специалистов по взлому, а не нападению, — хотя очевидно, что определенный спрос и на «разрушителей» есть (хотя бы среди военных). Первый набор на курс — тридцать студентов. — В.Ш.
Google начала ограниченное тестирование нового типа контекстной рекламы AdSense: вдобавок к «адсенсам», где рекламодатель платит за каждый просмотр (CPM: cost-per-thousand) или за каждый клик (CPC: cost-per-click), возможно, скоро появятся рекламные объявления, где оплачиваются только «правильные» действия пользователя (CPA: cost-per-action) — то есть юзер должен не только перейти по рекламной ссылке, но и совершить на сайте рекламодателя некое действие (купить продукт или услугу). — В.Ш.
В Австралийском зоопарке умерло самое древнее животное, чей возраст официально подтвержден. Черепаха Генриетта, занесенная в связи со своим рекордным долгожительством в Книгу рекордов Гиннеса, скончалась на сто семьдесят шестом году жизни после небольшой болезни. Генриетту выловили в 1830 году на Галапагосских островах. Поговаривают, что сделал это ни кто иной, как знаменитый английский натуралист Чарльз Дарвин. Черепаха некоторое время провела в Британии, а последним пристанищем 150-килограммовой Генриетты (прожившей, кстати, больше века под именем Гарри, в связи с ошибочным определением пола) стал квинслендский зоопарк. — Е.А.
НОВОСТИ: Суперпараллельные вселенные
Всего четыре июньских дня разделили два важных события в жизни суперкомпьютерной индустрии. Однако то, что никому даже в голову не приходит каким-то образом увязать эти события, — само по себе нагляднейшее свидетельство странной ситуации, искусственно сформированной на рынке суперкомпьютеров. Но довольно загадок, обратимся лучше к сути проблемы.
24 июня в японском исследовательском институте RIKEN (Иокогама) был впервые официально представлен публике разработанный здесь петафлопсный суперкомпьютер MDGrape-3. Этот специализированный вычислитель с рекордной теоретической производительностью в 1000 триллионов операций в секунду предназначен для решения задач молекулярной динамики и, более конкретно, моделирования сворачивания белков.
Техническое сотрудничество и поддержку институту RIKEN в этой разработке оказывали японское подразделение компании Intel и SGI Japan. В основе системы лежат собственной разработки процессоры MDGrape-3, изготовленные фирмой Hitachi и обеспечивающие производительность 230 Гфлопс каждый. Один вычислительный модуль содержит 24 таких чипа, а в целом суперкомпьютер состоит из 201 модуля. Работу главного вычислительного ядра обеспечивают две группы серверов на основе процессоров Intename = "note" кластер из 65 параллельных серверов, каждый из которых содержит 256 двухъядерных чипов Intel Xeon (Dempsey), и еще один кластер из 37 серверов (по 74 одноядерных процессора Xeon 3,2 ГГц). Компания SGI Japan собрала все эти компьютеры в единую массивно-параллельную систему.
Японский петафлопсный супервычислитель MDGrape-3 по производительности почти втрое превосходит «самый быстрый компьютер планеты», американский IBM BlueGene/L, находящийся в ядерной Ливерморской лаборатории им. Лоуренса. Однако на MDGrape-3 не гоняют рейтинговые тесты Linpack (решение больших систем линейных уравнений), которые для этого специализированного вычислителя не подходят. А коль скоро на основе Linpack продолжают ранжировать системы всемирного суперкомпьютерного рейтинга Top500, то рождение японской чудо-машины прошло как бы мимо не только мировой прессы, но и конференции специалистов.
Это, собственно, второе из важных событий индустрии. 28 июня в Дрездене, Германия, начала работу ISC-2006, Международная суперкомпьютерная конференция, сроки проведения которой традиционно совпадают с публикацией очередного Top500. Из-за такой тесной связки как бы «само собой» получается, что Top500 — это своего рода зеркало, отражающее текущее соотношение сил всех главных игроков и доминирующие тенденции в отрасли. Итак, что же отражает ныне это зеркало?
Одна из главных особенностей нового рейтинга — выход на второе (после Америки) место азиатского региона, впервые обогнавшего Европу. Причем в самой Азии Китай ныне идет практически голова в голову с главной силой континента, Японией. Если перевести эту картину на язык цифр, то у США, бессменного лидера отрасли, насчитано 298 систем; у Азии 93 (из них 29 в Японии и 28 в Китае); у Европы 83 «топовых» суперкомпьютера. Всего полгода назад картина выглядела существенно иначе — у Европы насчитывалось 100 систем, а у Азии 66 (в Китае 17).
Если говорить о применяемых в суперкомпьютерах процессорах, то здесь самая яркая тенденция — стремительное укрепление позиций AMD. На традиционного лидера Intel ныне приходится 301 система (шесть месяцев назад было 333), на втором месте процессоры IBM Power (84 системы), но за Голубым Гигантом теперь уже почти вплотную идет AMD с 81 системой на основе чипов Opteron (полгода назад у AMD было 55 позиций, а год назад — всего 25).
Что касается конкретных систем, лидирующих по производительности, здесь картина меняется мало. С большим отрывом лидирует ливерморский 360-терафлопсник BlueGene, его ближайший соперник — аналогичная система в Уотсоновском центре IBM — лишь чуть-чуть перевалила 100-терафлопсный рубеж в пиковом быстродействии, а все остальные машины только приближаются к заветной сотне. Причем речь идет, подчеркнем, о расчетной теоретической производительности, поскольку реальное быстродействие на тестах Linpack может быть существенно ниже. В частности, у ливерморского чемпиона — 280,6 терафлопса.
В качестве самой желанной, но пока недосягаемой вершины на конференции часто фигурировала «петафлопсная машина». В системе координат, порожденной шкалой Top500, машин вроде японского MDGrape просто не существуют. И хотя среди организаторов и постоянных участников суперкомпьютерной конференции уже который год идут разговоры о необходимости заменить слишком узкий и неадекватный тест Linpack чем-то более объективным, ситуация не меняется. Альтернативные наборы тестов давно разработаны, но их принятие в Top500 явно сдерживается, поскольку очевидно, что новшество очень сильно изменит привычную картину. Нынешним лидерам такая перспектива, судя по всему, не слишком нравится.
Короче говоря, позиции Linpack по-прежнему прочны, а потому организаторы нынешнего Top500 уверенно прогнозируют, что до конца 2009 года петафлопсных систем на горизонте не ожидается. Звучит хоть и странно, но понятно — ибо реальные компьютеры вроде MDGrape существуют в параллельном, по сути дела, мире. Где решаются, заметим, те же самые задачи (архитектура BlueGene изначально ориентировалась на моделирование сворачивания белков).
НОВОСТИ: Не ограничимся, однако
Интереснейшие данные французских ученых о возможной роли РНК в формировании парамутаций (см. «КТ» #643) сулят открытие неведомого ранее механизма сохранения макромолекулярной информации в клетке. Да, что и говорить, времена, когда в науке царствовала унылая «центральная догма молекулярной биологии» («информация передается строго по оси ДНК—РНК—белок»), остались далеко в 60-х годах прошлого века. Жизнь в царстве макромолекул оказалась куда более утонченной.
РНК может быть единственным носителем генетической информации в вирусах и переписываться на ДНК. Ген представляет собой запись осмысленных фрагментов кода, перемежающихся абракадаброй. РНК может сама себя разрезать на части и склеивать. Гены перемещаются с места на место… Даже пресловутый «случайный мутагенез» оказался не так прост — в геноме есть более и есть менее подверженные ему участки, а сам процесс ускоряется под влиянием стресса, как будто сигнализирующего, что адаптация организма к среде нарушена и пора приниматься за эволюционные реформы. ДНК оставила пьедестал, на котором начала было бронзоветь как величественный и неподвижный носитель сокровенной эволюционной мудрости. Она живет сиюсекундной, бурной жизнью, интенсивно взаимодействует с другими молекулами и порою подвергается кардинальным преобразованиям — вот новые тому примеры.
Хрестоматийное положение о том, что больше 99% разновидностей генов в организме человека не наследуются от папы и мамы, а образуются заново, недавно нашло впечатляющую аналогию у более простого организма. Напомним, что Сусуму Тонегава (Susumu Tonegava) еще в 1987 году получил Нобелевскую премию за схему перетасовки простых генетических заготовок, из которых уже после рождения возникают миллионы свежих генов для белков иммунитета. Нести весь этот груз в геноме и передавать из поколения в поколение было бы чересчур громоздким предприятием. Меж тем разнообразие белков иммунитета (антител и клеточных рецепторов лимфоцитов) жизненно важно — среди них всегда должны найтись такие, которые, как ключ к замку, подойдут к любому чужеродному антигену. Аналогичную задачу подбора решает вирус бактерий (бактериофаг), атакующий микроорганизмы рода Bordetella (к их числу относится возбудитель коклюша B. pertussis).
Орудием поражения служит лектин — белок, способный распознавать и связывать определенные структуры на поверхности микроорганизмов. Бактерии постоянно мутируют, и, чтобы угадать наверняка, фаг идет по пути генерации большого числа разных вариантов лектинов. Как показала руководимая профессором Парто Гош (Partho Ghosh) команда исследователей из Калифорнийского университета в Сан-Диего, разнообразие генерируется на этапе копирования последовательности ДНК в матрицу РНК. В геноме вируса есть двенадцать особых участков, которые могут по-разному считываться в ходе копирования, а значит, вести к синтезу разных аминокислот. Итоговое число вариаций структуры белка, по данным ученых, превышает десять триллионов, и все на основе одного-единственного гена. Обратим внимание, что и при формировании иммунитета, и в примере с фагом смысл положения о передаче информации в направлении ДНК — белок размывается совершенно. От ДНК в этих случаях вообще не требуется какой-либо специфической, упорядоченной структуры — напротив, чем хаотичнее будет последовательность нуклеотидов, тем больше гарантий успеха в создании конечного разнообразия белков.
Что интригует по-настоящему, так это возможная роль генных перетасовок в возникновении сознания. Соратник Тонегавы по исследованию иммунитета (и тоже нобелевский лауреат) Джеральд Эдельман (Gerald Edelman) выдвинул теорию, в соответствии с которой работа мозга напоминает иммунную реакцию и аналогично строится по принципу «ключ-замок». Только в качестве этой пары объектов выступают, с одной стороны, созданные мозгом образы, а с другой — определенным образом организованные группы нейронов. В ходе обучения каждая группа клеток настраивается на обработку только определенных образов — к замочку подбирается специальный ключик. Предполагается, что мышление — это процесс взаимодействия таких уникально настроенных клеточных ансамблей, а сознание — циркуляция, повторный вход нервных импульсов в сетях клеточных групп. Понятно, что работа такого механизма сильно облегчалась бы, если б нейроны могли активно формировать какие-либо отличия друг от друга в ходе их «затачивания» под разные образы.
Так вот, Фред Гейдж (Fred Gage) и его коллеги из калифорнийского Salk Institute for Biological Studies привели доказательства того, что вклад в формирование индивидуальных особенностей нейронов могут вносить случайные перемещения мобильных генетических элементов, или «прыгающих генов». Они изучали поведение в клетках экспериментальных животных мобильных генетических элементов LINE-1 (L1). L1 относятся к элементам «мусорной» ДНК и присутствуют в геноме человека в количестве полумиллиона копий (17% всего генома). Большинство L1 утратило способность к перемещениям, но некоторое количество генов, измеряемое, видимо, сотнями, путешествует по геному способом copy-paste. Такое явление обнаружено в клетках половых желез (оно, вероятно, причастно к изменению наследственных свойств), а вот самостоятельная активность такого рода в клетках мозга — это новость. В отличие от клеток половых желез, где направление перемещения L1 более или менее случайно, в нейронах скачки оказались относительно приуроченными к местам расположения активных генов. И, значит, могут влиять на их работу и вносить вклад в создание функционального разнообразия нервных клеток.
Но стоит ли все время идти на поводу у фактов? Порою для развития познания полезными бывают чисто гипотетические построения — и вот для примера два таких предположения, направленных на ниспровержение особой роли ДНК и уравнивание «рангов» в макромолекулярном царстве. Не факт, что в эволюции изначально возникла схема передачи информации «нуклеиновые кислоты — белок», а не наоборот. Возьмем стадию «первичного бульона», в котором происходило образование органики — без такой стадии трудно представить процесс эволюции. И теоретические выкладки, и проведенные эксперименты показывают, что образование в подобных условиях структур типа простейших пептидов несравненно вероятнее, чем фрагментов нуклеиновых кислот. Возможно, первым носителем биологической информации был белок, и он же приобрел способность программировать образование ДНК и РНК, которые работали исполнителями. Затем, как нередко бывает, роли поменялись — к этому предрасполагает несравненно больший спектр рабочих возможностей белка. Именно из аминокислотного конструктора можно строить по-настоящему эффективные катализаторы и прочные опорные структуры.
И еще об этих молекулярных братьях-сестрах, ДНК-РНК. Все уже привыкли, что они образуются посредством матричного копирования. А между тем лишь пара шагов отделяет их от прямого превращения друг в друга. Достаточно окислить дезоксирибозу во второй позиции и деметилировать тимин — и РНК из ДНК сделана. Зеркальное превращение — и снова ДНК. Реакции окисления-восстановления и метилирования-деметилирования вполне банальны для биохимической машины клетки, однако ферментативные системы, которые занимались бы именно взаимопревращением нуклеиновых кислот, неизвестны. Пока неизвестны — а ведь могли бы составить основу необычных механизмов передачи информации, обнаруженных у резуховидки Таля и бурого хомячка (см. «КТ» #585, 643). Ведь есть же мнение, что наш мир так хитро устроен, что придумать нечто совсем уж не отвечающее действительности, просто не удается.
НОВОСТИ: Гражданский долг или предательство?
Журналисты газеты New York Times в очередной раз так встряхнули свою страну и прессу всего мира, что один из высоких чинов американского Конгресса Питер Кинг (Peter King), председатель парламентского комитета по национальной безопасности, охарактеризовал статью-расследование как «измену» и призвал прокуратуру строго наказать за нее всех — и репортеров, и редакторов, и издателей в придачу.
Большая статья журналистов Эрика Лихтбло и Джеймса Райзена (Eric Lichtblau, James Risen) представила публике еще одну тайную сторону перманентной «войны с терроризмом», которую вот уже без малого пять лет ведет госадминистрация США. В декабре прошлого года New York Times впервые рассказала согражданам, как под предлогом этой войны разведслужба АНБ проводит тотальную (и незаконную, поскольку она не санкционирована судом) слежку за телефонными разговорами и интернет-коммуникациями американцев. Новый же материал газеты, опубликованный в последнюю неделю июня, рассказывает о том, как ЦРУ и ФБР при посредничестве Министерства финансов США поставили под контроль все финансовые транзакции мировой банковской системы.
Точнее, в журналистском расследовании восстановлена история того, как сразу после 11 сентября 2001 года США сумели очень быстро склонить к тайному сотрудничеству базирующееся в Брюсселе (Бельгия) руководство международного банковского консорциума SWIFT. Внегосударственное «Сообщество всемирных межбанковских финансовых телекоммуникаций» (Society for Worldwide Interbank Financial Telecommunication) в настоящее время объединяет около восьми тысяч финансовых институтов из двух сотен стран, выполняя трансферы на суммы порядка 6 трлн. долларов ежедневно. Консорциум не занимается непосредственно переводом денег корпораций, организаций и частных лиц, но протоколы и квитанции сети SWIFT обеспечивают инфраструктуру и единую форму отчетности для функционирования всей мировой банковской системы.
Понятно, что основой функционирования столь серьезного предприятия должно быть высочайшее доверие всех участников к надежности защиты обрабатываемых данных. Из соображений безопасности в сети SWIFT в принципе нет и не было возможностей поиска информации по запросу. Однако спецслужбы США быстро решили эту проблему. Когда согласие руководства SWIFT на передачу квитанций о трансферах было получено, то в течение первых нескольких лет после сентября 2001-го на основании ежемесячных запросов Министерства финансов США выдавались дубликаты практически всех квитанций о денежных переводах, так или иначе проходящих через американские банки. Постепенно в SWIFT нарастало недовольство чересчур широкими интересами «борцов с терроризмом», и в последнее время стали удовлетворяться лишь конкретные запросы. Тем более что были отмечены случаи явно нецелевого интереса и попыток получения информации, не имеющей никакого отношения к финансированию террористической деятельности.
Но как бы то ни было, в США все полученные квитанции загоняются в единую базу с возможностями поиска и дата-майнинга. В отличие от баз данных, составляемых на основе ресурсов Интернета и других общедоступных источников, база данных по квитанциям SWIFT обладает ни с чем не сравнимой ценностью и достоверностью, поскольку в ней фигурируют денежные переводы, а значит, реальные имена и адреса отправителей-получателей.
Когда всплыла эта история, раскрывшая подлинную цену заверениям о «конфиденциальности и тайне вкладов», гарантируемых банками, вкладчики, разумеется, заволновались. Министр юстиции и генеральный прокурор США Альберто Гонсалес (Alberto Gonzales) поспешил всех заверить в абсолютной правовой чистоте предпринимаемых спецслужбами и Министерством финансов действий. В других странах, правда, такой уверенности нет. Базирующаяся в Лондоне международная правозащитная организация Privacy International призвала правительства ведущих стран мира положить конец раскрытию конфиденциальной финансовой информации спецслужбам США, поскольку все это делается без контроля и каких-либо юридических оснований. Бельгийское правительство уже начало расследование того, насколько раскрытие информации о финансовых трансферах может противоречить законам страны.
Что будут делать другие государства и организации, пока не очень ясно, но первое, что заметно, — это сильное желание уклониться от всякой ответственности за происходящее. Так, представитель Еврокомиссии заявил, что в их организации на сей счет вообще нет никакого законодательства, а значит, это внутреннее дело стран-участниц союза. Бельгийский центробанк тоже поспешил открестится от инцидента, заявив, что хоть он и является главой международного органа, надзирающего за работой SWIFT, однако вопросы борьбы с терроризмом находятся вне его компетенции. Иначе говоря, как в случаях с тайными тюрьмами ЦРУ в странах Восточной Европы и с транспортировкой через Западную Европу людей, похищаемых американскими спецслужбами, власти Европы очень хотели бы закрыть глаза на происходящее. И лишь «предательская» активность журналистов и правозащитников не дает людям забыть о правах и свободах, когда-то составлявших основу западной демократии.
НОВОСТИ: К черту подробности! Что за город?!
Легшая в заголовок фраза из старого анекдота [Похмельный мужик спрашивает у прохожего: — Где я? — Это улица Ленина, — К черту подробности! Что за город?!] всплыла на представлении новой серии мобильных телефонов Samsung Ultra Edition. Дело в том, что флагман линейки — слайдер D900 — умеет показывать на экране заставку с узнаваемыми видами того города, куда занесло владельца. В Лондоне, скажем, продемонстрирует Биг-Бен, в Париже — Триумфальную арку, в Москве, понятно, Кремль.
Никаких GPS-фокусов здесь, конечно, нет, информацию о местоположении аппарат получает от сотового оператора. Правда, тем, кто не имеет привычки в бессознательном состоянии пересекать государственные границы, ушлый гаджет вряд ли поможет сориентироваться: в опознаваемом списке лишь два десятка европейских столиц. Представители Samsung, впрочем, уверяют, что городов вскоре прибудет. Вполне возможно, дело дойдет и до позиционирования на российских просторах, если удастся заинтересовать головной офис подобной локализацией. Кстати, на этом чудеса «адаптивного пользовательского интерфейса uWord» не заканчиваются. В соответствии с временем суток (время тоже корректируется автоматически, по часовому поясу) пейзаж на экране меняется, солнце сменяет луну, наползающие облака предупреждают, что сигнал сотовой сети слабоват, а самолет на голубом небе укажет на пропущенный вызов.
Но «рюшечки» uWord в Ultra Edition, конечно, не главное. Главное — толщина корпуса. Серия состоит из трех моделей: уже упомянутого слайдера D900, «раскладушки» D830 и моноблока X820, причем последний Samsung величает самым тонким bar-type-аппаратом в мире. Справедливость этого утверждения, вероятно, зависит от того, в каком месте телефон обмерять: большая часть корпуса имеет впечатляющую толщину 6,9 мм, а вот на верхней части притулилась вполне приличная ступенька — иначе двухмегапиксельную камеру вряд ли удалось бы втиснуть в «прокрустово ложе» (впрочем, визуально и тактильно это утолщение практически не портит аппарат). Понятно, что «похудание» далось нелегко — инженерам пришлось решать массу задач, от усовершенствования технологии монтажа элементов на печатной плате (они располагаются более плотно, чем раньше, но при этом не мешают друг другу наводками) до внедрения новых материалов корпуса. В X820 применен пластик, армированный нитями стекловолокна, и плата, допускающая небольшой изгиб. В результате довольно длинный и широкий аппарат, будучи в заднем кармане брюк, выживает под весом владельца[Проверено на людях куда более солидной комплекции, чем автор] (те же Motorola RAZR, стоявшие у истоков нынешней телефонной «фитнесс-моды», далеко не всегда прощают такую забывчивость). В D900 и D830 помимо хитрого пластика использованы детали из магниевого сплава.
Усовершенствования коснулись не только «железа», интерфейс тоже претерпел заметную эволюцию. Например, если в «настройках» телефона вы в последний раз активировали Bluetooth, то при следующем обращении к тем же «настройкам» именно этот пункт и будет стоять в списке первым [Эта функция впервые появилась в E900]. Получается некий аналог «сокращенных меню» в программах Microsoft. Об удобстве этого решения на десктопе можно спорить, при навигации на небольшом телефонном экране выигрыш более очевиден. В то же время можно попенять разработчикам на некоторую запутанность структуры меню: так, для выбора адресата SMS из адресной книги требуется как минимум десяток нажатий на кнопки.
Все три модели позволяют просматривать документы Office, PDF-, JPEG— и HTML-файлы (с последними, правда, иногда возникают проблемы с русскими кодировками). Даже на невеликом (176x220 точек) экране X820 можно пользоваться браузером: например, недавно анонсированный мобильный сервис Gmail (m.gmail.com) вполне юзабелен. О «мелочах» вроде поддержки аудио/видеоформатов, Bluetooth— и USB-интерфейсе можно и не говорить, а 80 мегабайт встроенной памяти в двух старших моделях дополняются слотом microSD.
Конечно, чем совершеннее телефон, тем обидней его потерять. Здесь в игру вступает функция Mobile Tracker (реализована только в D900) — это своеобразная страховка на случай утери/кражи. В память аппарата нужно заранее занести «страховочный» номер — например, телефона родственника. Если после этого сменить SIM-карту, то на страховочный номер незаметно будет отправлена SMS с номером новой карточки. Как дальше разбираться с супостатом, скорее всего не имеющим к краже никакого отношения, — это уже личное дело владельца. Но по крайней мере, если нет бэкапа телефонной книжки (создается, кстати, буквально одним кликом мыши), можно договориться о возврате за деньги.
МЫСЛИ: Совсем иной мир
Миллиардеры выдумкой нищи;
Один лишь помысел ими лелеем:
Весь мир превратив в глухое кладбище,
Остаться одним жиреть на земле им!
Одни над землей хотят они властвовать,
Железных роботов приставив к станкам…
Начало Европы. И философии, и науки. Платон: "Государство, — скажу я, — возникает, как полагаю, когда каждый из нас не может удовлетворить себя сам, но во многом еще нуждается. Или ты приписываешь начало общества чему-либо иному?
— Нет, ничему иному.
— Таким образом, каждый человек привлекает то одного, то другого для удовлетворения той или иной потребности. Испытывая нужду во многом, многие люди собираются воедино, чтобы обитать сообща и оказывать друг другу помощь: такое совместное поселение и получает у нас название государства, не правда ли?
— Конечно.
— Таким образом, они кое-что получают, и каждый считает, что так ему будет лучше.
— Конечно.
— Так давай же, — сказал я, — займемся построением государства с самого начала. Как видно, его создают наши потребности" [Платон, «Государство»].
Государство — точнее, общество — возникает из взаимных нужд людей. Из разделения труда. Каждый занимается своим делом: пастухи пасут, воины воюют, правители правят. Жрецы жрут идоложертвенное: филе себе, потроха — божествам на алтарь.
Ремёсла существуют, но где-то в низу общества. Внимания не привлекают. Те, кто ими занимается, проходят по категории «рабов и иных слуг». Хотя польза рукоделия признается. Сам Платон в «Политике» уподоблял правителя ткачу, искусно соединяющему, только не нити, а людей.
Взаимная нужда людей — объединяет.
Проходят тысячелетия. Патриархальное общество после ряда метаморфоз становится капиталистическим. Деньги превращаются в капитал. Капитал для своего функционирования требует прибыли. Постоянных оборотов, желательно — растущих. В конкурентной среде еще необходима минимизация издержек.
Меняется и положение людей. Рабы, Платоновы «слуги, приобретаемые путем купли-продажи», исчезают. Эффективнее не держать работника в своей собственности или зависимости, принимая некие обязательства по его содержанию, а нанимать его при нужде в нем.
Параллельно развиваются технологии. Мелкий ремесленник, имеющий орудия труда в своей собственности, не выдерживает конкуренции с крупным промышленным производством, которое обязано своим появлением концентрации капитала.
То есть быть нужным людям можно, лишь имея доступ к рабочему месту, созданному путем вложения капитала. Правда, чем дальше, тем вложения требуются бо,льшие. В недавнем прошлом, в начале 1990-х, бытовало мнение, что будущее процветание России наступит после развития маленьких частных пекарен. Отрасль рентабельная — благодаря скорости оборота средств. Вплоть до ежедневной. Купил муки вечером, ночью испек булок, утром продал — и можешь начинать новый экономический цикл… Правда, кроме экономики имеют место и внеэкономические факторы: бандиты, менты да чиновники…
Последняя известная мне мини-пекарня закрылась лет восемь назад. Владелец не пополнил воспетую Марксом «резервную армию труда». Он спился и умер, отравившись спиртосодержащим стеклоочистителем.
А крупные предприятия хлебной отрасли оказались устойчивее к внеэкономическому воздействию. Могут откупиться, могут припугнуть в ответ. Особенно если владелец в столице. Правда, хлеб у них хуже. А пекари — наемные работники.
Вот первый страх — страх ненужности. Он вообще присущ людям. Девчушка, попирающая стенку на танцах. Паренек, которому никто не звонит по мобильнику… Он же мгновенно станет звонить сам, создавая иллюзию общения, принося деньги операторам сети и косвенно способствуя развитию ИТ-отрасли. А когда к этому добавляется еще и потеря источников существования…
Ужас ненужности, боязнь безработицы. Это они подвигали путанное сознание луддитов на вандализм; воодушевляли рабочее движение; отливались в звонкие формулы Маркса; побуждали умного и циничного князя Бисмарка фон Шенхаузена принять рабочее законодательство. Этот страх нынешней весной выплескивал на улицы Парижа волны галльской молодежи. В сытой и социально-ориентированной Французской республике!
Человеческий разум устроен так, что ему нужна персонификация страха. Концепция процессов, протекающих в сфере макроэкономики, малопонятна. А вот миллиардеры — они налицо; как там у Бальзака: «Тайна всех состояний — преступление, которое хорошо забыто, потому что чисто сделано». И машина, автомат — тоже налицо. Терминатор. Пусть не разбивающий черепа стальной лапой — зато беспощадно вытесняющий людей из экономической сферы. А это лишает людей социальной опоры. Даже в самых богатых государствах Средней Европы металлург, потерявший вредную и тяжелую работу в горячем цеху, испытывает проблемы в сексуальной сфере. Несмотря на то что пособие по безработице почти равно его заработку!
Мы знаем — враг свои обстрелы множит,
В листовках нам погибелью грозит,
Он сбрасывает бомбы и, быть может,
Готовит и иприт и люизит.
В Старой Англии овцы «съедали» людей. Крестьянин вел размеренную мелкобуржуазную жизнь лишь до той поры, пока лорд не ограждал арендуемый им участок под пастбище и не отправлял бедолагу в ряды пролетариата. Но и здесь рабочие места пролетариев «съедались» машинами. Где они — кочегары пароходов и паровозов? Где монтажницы, паявшие на панельки дискретные резисторы и вязавшие провода в жгуты? Где расчетчицы, заполнявшие цифрами ведомости размером с простыню? Их рабочие места оккупировал бездушный механизм.
В этом месте хочется зарыдать. И написать нечто о необходимости или переустройстве общества на коллективистских началах или, хотя бы как Сэмюэль Батлер, о необходимости запрета самодействующих механизмов. Карикатуры из социалистической прессы начала 1960-х. Обувной завод-автомат, мимо витрин с обувью ходят босые безработные. Ну как тут не возненавидеть роботов?
Стоп, стоп… Кого?
Согласно поэту Асееву место человека у станка должен занять робот. Механический человек. То, что термин феодального права Австро-Венгерской монархии «robot», обозначающий одну из феодальных повинностей, братья Чапеки ввели для обозначения творения биоинженерии, значения не имеет. Архетип заводной или глиняной куклы, моделирующей деятельность человека, куда старше. Не важно, созидали ли их Альберт Великий и рабби Бецалель в действительности. Роботы — они как вампиры. Мало кто видел, но все о них знают. А робот, перекочевавший со страниц старых книг в голливудские мифы, еще и нагляден.
Но вот тут неувязка. Пекаря нет, а хлеб горячий к завтраку имеется. Без участия каких бы то ни было искусственных людей. Не выходит из двери стальной слуга, не спускается к железному продавцу, не берет у него горячий калач и не несет хозяину. Зато включается в запрограммированное время хлебная печка и производит продукт по индивидуальному вкусу. Изготовленная в Юго-Восточной Азии. Адаптированная к российским вкусам — даже калач печет. Никаких роботов. Лишь глобальные экономические процессы. Которые с трудом укладываются в массовом сознании.
То, что в промышленном производстве занята лишь ничтожная часть населения, объясняется не роботизацией. Пример из ИТ-отрасли. AMD. Дрезден. Переход с Fab 30 на Fab 36. Сокращение персонала, вызванное автоматизацией. Резкий скачок производительности обусловлен не уменьшением числа работников, но увеличением диаметра кремниевых пластин всего-навсего с 200 до 300 мм.
Пример из традиционных отраслей. Впечатляющая производительность цементных заводов-автоматов эпохи советского массового строительства объяснялась не применением роботов, но использованием горизонтальных печей непрерывного процесса вместо прежних вертикальных печей циклического действия.
Капитализм вовсе не заинтересован в армиях безработных, вытесненных роботами. Для успешного функционирования капитала нужна такая вещь, как постоянный и увеличивающийся сбыт товаров. А безработный — покупатель, согласитесь, скверный.
Поэтому и растет производство товаров в современном обществе. И выдумываются новые потребности. Перетекает население из сферы производства в сферу услуг.
Приведет ли это к отказу от автоматизации, вызванному желанием сохранить социальную структуру общества?
Поделиться книгой: