Грешники

За волосы прижал мою голову к своему паху и шумно втянул носом воздух, толкнулся бедрами мне в рот, будто можно еще глубже, еще плотнее втиснуться в меня.

Звонко ударила ладонями по его ягодицам.

Он не отпустил, продолжая удерживать меня, с его членом во рту, прижатой к низу рельефного живота.

Во рту сладковатый вкус текилы, мой собственный и его терпкий, но я даже сглотнуть не могу, ничего не могу, лишь бью его ладонями и пытаюсь отстраниться.

Савва резко потянул меня назад, и член заскользил по языку, он выпрыгнул, шлепнув по моим губам, и я жадно глотнула воздух.

- Хорошо, - низко, чарующе выговорил он. И потянул меня к себе. - Еще.

Он толкнулся в рот - ураган, сметающий всё на пути, влетел до горла, и сразу назад, от моих губ до блестящей головки повисла нитка слюны.

- Еще.

Еще. Еще.

Он управляет мной, вышибает из легких воздух, заполняет собой, одним собой, он тиран, доминант, господин, он сексуальный манипулятор - он добился своего.

Я шире открываю рот и впускаю его на всю длину, я подчиняюсь, подаюсь вперед и отталкиваюсь, стоит ему потянуть.

- Хорошо, - повторил он, выскальзывая. В пальцах сдавил мой подбородок, поднимая лицо. Встретились взглядами - я таких глаз ни у кого не видела, в такие глаза смотреть нельзя, но я не отворачиваюсь, стою на коленях в его ногах. Он мазнул пальцем по моей нижней губе. - Теперь давай сама, Злата. Соси.

Это не просьба, и повторения я не дожидаюсь, губами обхватила упругую головку и накрыла ее языком.

Савва выдохнул со свистом, широкая ладонь накрыла мою макушку и замерла.

Он не управляет.

Сама вобрала член глубже, ртом по нему проехалась, губами впечаталась в поросль в паху. От волос идет слабый морской аромат, вперемешку с его, мужским запахом, я им дышу, вместо воздуха, отклонилась назад, и с размаху обратно к нему.

- Еще, Злата, - он расставил ноги шире, запустил пальцы в мои волосы, он массирует затылок, а я делаю приятно ему.

И от возбуждения схожу с ума.

- Злата, - Савва потянул за волосы у корней, заставляя выпустить член изо рта. Посмотрел в мое лицо, запрокинутое к нему и коснулся моих губ горлышком бутылки. В рот полилась текила, я жадно пью и струйки стекают по подбородку, смешиваются со слюной.

Он наклонился.

Подмышки поднял меня на ноги.

Едва не упала, схватилась за его бедра.

Его рот впился в мои губы, ладонь надавила на затылок, прижимая меня крепче, и язык горячей змеей заскользил во рту.

Почему же мне так хорошо.

- Подожди две минуты, - сказал он, отпуская меня.

И ничего не объясняя, вышел в коридор.

Осталась одна, стоять посреди кухни, на автомате потерла ладошкой мокрый подбородок и оглянулась на выход.

Показалось, что не две минуты прошло, а два дня, прежде чем его высокая плечистая фигура появилась в проеме, время так странно изменило свой ход, а я неосознанно крепко связала себя с этим мужчиной, как к месту приклеенная оставалась там, где он меня покинул.

Он в брюках и футболке - точно такой же, каким вечером дверь мне открыл. Молча прошел мимо, из шкафа достал черную банку и всю ее высыпал в мою пластиковую - соль.

- Слушай, соседка, - Савва приблизился и накинул мне на плечи рубашку. Как кукле, руки помог вдеть в рукава, застегнул пуговицы. - Я даю тебе выбор. Бери соль и иди. Делай свой пирог.

Он повел меня к выходу.

- Если я тебе понравился, - продолжил, обнимая меня, - то возвращайся. С пирогом, - он едва заметно усмехнулся. Легко сдвинул щеколду на двери, с которой я мучилась и не справилась. - Только, Злата, - Савва распахнул дверь в ночную прохладу и повернулся ко мне. Его взгляд стал серьезным, голос бархатистым. - Если ты вернешься - это будет означать твое согласие. Довериться мне. Твое разрешение. Делать с тобой всё, что я захочу. Назад дороги не будет. Это понятно? Времени подумать - два часа.

Глава 15

Заперла дверь на все замки и прижалась спиной. Ноги не удержали, и я просто съехала на пол.

Спрятала лицо в ладонях.

Сколько так просидела, на полу, в темноте, прижав колени к груди - может, пять минут. Может, час. Это отшельничество прервал звонок домашнего телефона.

Он разрезал тишину пустого дома, заставив меня вздрогнуть всем телом. Встрепенулась и огляделась.

Три, четыре, пять звонков. Минута тишины. И телефон ожил снова.

С трудом поднялась. По стене из коридора вышла в кухню.

В окно светит луна, она заливает помещение слабым серебристым светом. Нашарила трубку, висящую на базе возле холодильника и хрипло ответила.

- Да.

- Злата, - голос мужа чуть взволнованный и в то же время веселый, на фоне играет музыка и кто-то громко смеется. Кирилл тоже говорит громко, перекрикивая шум. - Что там у тебя случилось? Почему я дозвониться не могу? Ты дома?

Конечно, я дома, раз он звонит на домашний - эта ехидная мысль мелькнула в мозгу и погасла, придавленная грузом моего поступка.

- Я не знаю, - выдавила и доплелась до стола, тяжело бухнулась на стул.

Передо мной стоит тарелка с окрошкой.

В какой-то другой жизни это было, не в этой - Кирилл отказался есть и уехал, я решила перекусить сама. Но заявилась Света и начала выбирать мне платье на вечер.

А потом....

- Ты спать уже легла? - вернул меня из размышлений голос Кирилла. - А я как раз звоню сказать, что задерживаюсь. У нас тут с инвесторами всё на мази. Взаимовыгодное сотрудничество, как говорится. Отмечаем.

- Поздравляю, - произнесла сипло, неискренне.

- Так что ты ложись, да, - не заметил моего состояния Кирилл. - Я как только освобожусь - сразу домой. Из ресторана захватить тебе что-то покушать? Что-то нормальное.

- Нормальное? - переспросила, зацепившись за это слово. - А моя окрошка ненормальна? И пирог тоже?

- Злат, - я не вижу, но знаю - муж морщится. - Твоя окрошка бесподобна. Но ты же не будешь соревноваться с меню ресторана. Получившего мишленовские звезды.

Промолчала.

Из трубки мне в ухо долбанула музыка, Кирилл, похоже, вернулся в самую гущу веселья.

- Милая, ладно, ты ложись. Спокойной ночи тебе.

- И тебе, - отозвалась машинально и сбросила вызов.

Посмотрела на замолчавший телефон. На банку с солью, что механически продолжала сжимать в руке. И аккуратно, словно гранату держала, поставила ее на стол.

Боже мой.

Сколько же время?

Сейчас позвонил Кирилл. Скоро и Света начнет названивать, а одним пропущенным подруга не ограничится - будет трезвонить, пока ей не ответят.

Подруга.

Мрачно усмехнулась на это слово, которое весь год значило для меня так много. Запустила пальцы в растрепанные волосы и провела по ним, приглаживая.

Здесь очень душно, мне просто нечем дышать.

Поднялась из-за стола. По темному коридору вернулась в холл, загремела замками. Распахнула дверь и вышла в сад.

Июльская ночь жаркая, тяжелая, небо усеяно звездами, по воздуху плывет запах роз.

Мне надо что-то делать, а что?

Как я могла. Согласиться на эту дурость, почему я такая идиотка и поперлась к ним домой?

Повернула голову в сторону соседнего коттеджа.

Наши участки отделяет железный невысокий забор. С высоты крыльца мне видно их крыльцо, ярко освещенное фонарем. Такие же, как у нас, кусты роз по обеим его сторонам. Гараж, куда Савва загнал черный Сааб.

Объяснить этого не могу, но мне остро, нестерпимо захотелось, чтобы он вышел. Еще раз взглянуть на него, убедиться, что он точно такой же, как и в моей памяти - высокий, русоволосый, взъерошенный.

Сексуальный до потери пульса.

Да.

И тут...

Глазам не поверила, когда их дверь медленно открылась.

Дернулась было обратно в дом, но усилием удержала себя на месте. Ему не видно меня, я же стою в тени.

Зато мне...видно его.

Савва вышел на крыльцо босиком. В руке держит широкий стакан. Он сделал большой глоток, посмотрел куда-то вперед, в сад. Постоял.

И присел на ступеньки.

Соседку ждет. С пирогом.

В ответ на это предположение из меня вырвался нервный смешок.

Савва повернул голову.

Прикрыла рот ладонью и пугливо отступила ближе к двери. Он слышал. Ночь, и тишина, каждый звук, будто в громкоговоритель транслируется.

Савва еще пару секунд всматривался в темноту нашего сада. Отвернулся. И поднес к губам стакан.

Выдохнула, на маленький шажок продвинулась по крыльцу чуть вперед. И закусила губу.

Мой сотовый где-то там, валяется в его кухне. Он заблокированный, но при желании можно подобрать пароль.

А в этом телефоне вся моя жизнь.

Сосед сидит на крыльце. Дверь распахнута, ему в спину падает свет из холла.

Так близко.

И так далеко.

Но ведь мне только надо тихонько пробраться к нему в дом. Забрать телефон.

Это главное сейчас.

Об остальном я подумаю позже.

Глава 16

Вернулась в дом и посмотрела на время.

Половина второго ночи.

Давно я так поздно не бодрствовала, в любой другой день уже вовсю зевала бы. Но сегодня меня потряхивает.

От нервного напряжения, от воспоминаний, от мужчины, что продолжает торчать на соседнем крыльце. Постояла на верхней ступеньке еще немного, любуясь этим уверенным профилем.

До встречи с Саввой казалось, что Кирилл - воплощение идеала, красивейший мужчина на свете. И пусть меня часто неприятно кололи его разговоры, его рассуждения, его высокомерное отношение к людям, что зарабатывают меньше, чем он, я понимала - не может по-другому вести себя человек, который столько достиг в жизни.

Кирилл даже хотел устроить моего отца в специальную клинику на лечение. Хотел до тех пор, пока отец не послал его на три буквы.

Теперь Кирилл морщится всякий раз, едва слышит, что я говорю по телефону с родителем.