Долги Нейтралов. Том 1

Тёмная Фаза. Попытка потратить Высший Пункт Развития.

Благотворное начало. Если у вас готовы все 3 заряда Тёмной Фазы, то трата первого из них восстановит вам здоровье в размере 1 % за каждый пройденный метр расстояния в форме тёмного сгустка.

Замкнутый круг. Если вы последовательно используете все три заряда Тёмной Фазы, то можете без затрат выносливости вернуться на исходную позицию вне зависимости от расстояния. После этого способность будет недоступна до полного восстановления, однако время восстановления уменьшится на 50 %.

Эти усиления Сарефу тоже не очень понравились. В первом случае — если бы все три заряда имели целебный эффект — этому умению цены бы не было. А так… Второй вариант тоже имел свои минусы. Во-первых, для реализации надо было все 3 раза использовать только Тёмную Фазу — а по выносливости это крайне затратно. Во-вторых, после этого способность уйдёт на полную перезарядку. Нет уж. Смысл предыдущего взятого усиления в том, чтобы у него всегда в запасе был хотя бы один заряд этой способности. Наверное, всё дело было в том, что Тёмная Фаза пока что была только Обычного качества. Поэтому существенно полезные усиления сейчас рассчитывать тоже не стоило.

Призрачное Возмездие. Попытка потратить Высший Пункт Развития.

Призрачный прицел. Во время действия способности вам возвращается модификатор шанса на критический удар в размере 25 % от текущего.

Затаившийся дух. Призрачная форма будет заканчиваться на 50 % медленнее, если вы будете во время её действия сохранять полную неподвижность.

Первое усиление заинтересовало Сарефа мало. Его текущий шанс на критический удар был равен 41 %, то есть в призрачной форме это было 10,25 %. Это было бы интересно в момент получения способности, но теперь, когда уязвимость с запасом сил уже закрыта, большой потребности в этом не было. А вот второе… нет, ну с одной стороны — 14 секунд полной неуязвимости звучало очень сильно и очень достойно. Но, с другой стороны, это означало, что он не должен ни двигаться, ни атаковать. И это полностью развяжет руки его врагу, позволяя вылечиться, перегруппироваться, сбежать, использовать расходник или откатить ключевые способности. Так что нет… среди всего предложенного выбор очевиден.

Внимание! Потрачен Высший Пункт Развития!

Внимание! Получено усиление Разделение сущностей. Силовое Поле и Дробящая Темница получают свои собственные стоимость и время перезарядки и существуют независимо друг от друга в рамках одной ячейки способностей.

Сареф был очень доволен этим усилением. Больше контроля, больше возможностей как обездвижить противников, так и подстраховать союзников. И совсем скоро он опробует эти силы на очередном легендарном монстре пятого уровня…

Глава 7

Как и было запланировано, 5 дней спустя они прибыли на Архипелаг. В Архипелаг входило 11 очень крупных островов, которые были соединены между собой постоянной морской связью. Ханство Морского Ветра, в которое они прибыли, было самым главным связующим звеном на Архипелаге, так как отсюда ходили корабли по всему южному побережью Севроганда, ну и если нужно было плыть к пустынным оркам, то это всё тоже проходило через них. Это Ханство занимало 3 острова.

Находившееся выше Ханство Кровавой Пены отвечало за торговлю с кланом Айон, а так же кланом Ниафрост и всеми торговыми нитями, которые вели через него на Скеллихарт, к гномам. Вообще стоило признать, что клан Ниафрост занимал невероятно удачное географическое положение, и соединение в себе стольких торговых путей делало его невероятно богатым кланом. По правде говоря, Сареф даже удивлялся тому, как это клан Айон, который был от них совсем немного южнее, не отнял у Ниафрост это право. Возможно, гномы просто не пожелали иметь дела с надменным Айоном напрямую. А, возможно, свой вклад внесли и демоны, которые совершенно не собирались позволять драконам получать такое экономическое преимущество. А, вполне возможно, что и всё вместе.

Третьи же, Ханство Глубинных Охотников, отвечали за торговлю со светлыми и тёмными эльфами, чей материк уходил далеко на запад. Причём светлые эльфы вообще ни с кем не контактировали. А вот тёмные, напротив, охотно приплывали торговать в Ханство Глубинных Охотников. С одной стороны, было очень трудно представить мирно торгующих эльфов и орков, но с другой… как видно, грамотно выстроенный денежный вопрос может сотворить любое чудо.

Вообще Сареф давно уже замахивался познакомиться с эльфами поближе. И, возможно, если они удачно проведут зиму у демонов, то Сареф сумеет посетить и эльфийские земли. На этот момент у него останется ещё 6 месяцев действия Чемпионского статуса, когда ни одна раса в Системе не посмеет захлопнуть дверь перед его носом и не пустить его туда, куда он пожелает пойти. А так же стоило изучить, какие монстры были у эльфов, и какие артефакты можно было добыть там.

И этот план прекрасно выстраивался с наградой, полученной у орков. Потому что если он посетит каждое подземелье пятого уровня на территории Каганатов, да ещё в компании Эмерса, который значительно повысит качество добычи, то после этого он заработает достаточно денег, чтобы у него всегда была возможность заплатить 150 золота за право пойти на монстра пятого уровня на любой территории. А затем уже выстроить план, по каким монстрам и за какими артефактами устраивать походы.

Кроме того, поближе с землями эльфов Сарефу хотелось познакомиться ещё и потому, что следующие Всесистемные Состязания, согласно расовой очерёдности, будут проходить именно на землях эльфов. И если уж ему туда в любом случае придётся ехать — хотя, сомневаться не приходилось, Эргенаш и прочие стревлоги приложат все усилия, чтобы Сареф туда попал — хотелось бы немного ознакомиться с этим местом. Благо что теперь он был полностью свободен и почти независим в плане денег. Так что перед ним были открыты все дороги. Почти… были открыты. Как только он разберётся с долгом Мёртвого Короля воров.

Разумеется, Сареф со своей группой тут же направился в местную таверну наёмников, которая отличалась жёлтой категорией безопасности. И, сходу направившись к доске объявлений, подал заявку на местное существо пятого уровня. Им оказалась Сапфировая Длань, огромная морская звезда. Вполне возможно, что этот бой будет похож на его самый первый поход, где он сражался с Драконьим Моллюском.

Как только ему в Системное окно через несколько минут пришло согласование от Хана Морского Ветра, Сареф тут же послал ответ, в котором просил прибыть сюда Эмерса. Несколько секунд спустя ему пришёл ожидаемый ответ, что Эмерс прибудет через сутки.

— Ну что, хозяин, — язвительно сказал Бреннер, — решил вопрос с походом? Может, накормишь уже нас? Я страсть как по нормальной жратве соскучился. Выпивка у того капитана, конечно, была что надо, но закуска — такое го…

— Я не голоден, — ответил Сареф, доставая из Инвентаря мешочек, в котором было 20 золота, и бросая его гному, — можете заказать себе еды, ну и если комнату здесь снимете, чтобы не бегать туда-сюда — тоже будет здорово. А я прогуляться хочу.

— Как знаешь, — Бреннер пожал плечами и, взяв мешочек, деловито направился к стойке.

— Ты уверен? — спросил Эргенаш, — может, кому-то стоит пойти с тобой?

— Спасибо, я хочу прогуляться один, — покачал головой Сареф, — не думаю, что в городе с зелёной категорией безопасности мне что-то угрожает.

Сказав это, он направился на улицу. Ему и в самом деле было крайне интересно погулять по этому городу, который носил крайне странное название Артер. Сареф почти наверняка был уверен, что это — обрубок от какого-то слова, который так удачно здесь прижился, что даже стал названием целого города. Вот только какого именно? От слова Бартер, то есть обмен вещами? Или от слова Артерия, то есть живой торговый путь, который существует уже не первую сотню лет. Неизвестно, да и не так уж важно.

Сареф не пожалел, что выбрался на эту прогулку. Если в пустынных городах почти не было никакого движения, то здесь, наоборот, жизнь била ключом. Все куда-то бежали, сновали, обменивались новостями, передавали друг другу посылки, постоянно звенели мешочки с монетами. Сареф даже не успевал наблюдать за всем, что происходило вокруг.

Вот он идёт мимо торгового судна — и, как зачарованный, наблюдал за тем, как один из орков плавным движением рук заставлял огромные ящики перелетать с палубы корабля на пристань. Причём его возможностей хватало, чтобы удерживать сразу несколько ящиков в разных положениях! Вот один ящик перелетает на палубу, где его уже отволакивают в трюм, второй ящик в это время стоит под наклоном на пристани, где в него грузят мешки с какими-то пряностями, а в это время с палубы летит ещё 2 пустых ящика! Для таких возможностей этот орк наверняка забил всю свою строку умениями на телекинез, да ещё и приправил это дело невесть сколькими Пунктами Развития… но результат того стоил. Сколько времени и денег капитан экономил при погрузочно-разгрузочных работах, обходясь одним этим орком, даже представить трудно. Да и за то, что он останется без работы, явно можно было не переживать. Если капитан начнёт выделываться и обижать его с оплатой, тот просто развернётся и уйдёт на другой корабль. Или вообще в другую сферу деятельности. Если боевой потенциал такой строки умений крайне спорный, хотя, наверное, постоять за себя всё-таки можно, то вот в бытовом плане ему просто не было равных.

Мельком Сареф даже подумал, что если бы он был главой клана, то вполне был бы не прочь иметь в слугах такого наёмника. Но в следующую секунду Сареф потряс головой и едва удержался от того, чтобы не отвесить себе пару оплеух. Какой ещё, к чёрту, глава клана?! Он всю свою сознательную жизнь мечтал о том, чтобы вырваться из кланов! Так что это за дурь внезапно ударила ему в голову?!

Сареф так разозлился на себя, что круто развернулся и пошёл прочь. И даже не заметил, что орк-погрузчик, которому явно льстило такое внимание, с недоумением смотрел ему вслед…

Он ещё некоторое время шёл по городу, и хотя его кипучая деятельность уже не вызывала такого очарования — хотя сам Артер в плохом настроении Сарефа совершенно не был виноват — он всё равно заставил себя ещё немного погулять. Пять дней праздного шатания по кораблю явно не пошли ему на пользу, и хотелось немного восстановить подвижность. Тем более, что дурацкие мысли медленно, но верно уходили, возвращая хорошее настроение.

И вот, наконец, Сареф, сделав почти полный круг по порту, возвращался обратно. И когда на другом конце улицы уже показалась таверна наёмников, как ему дорогу перегородили трое орков.

— Вот, — один из них, с узким лицом и неприятно блестевшими глазами, ткнул пальцем в Сарефа, — это он. Точно он.

— Прекрасно, — кивнул средний орк, высокий и плечистый. Он был выше Сарефа на целую голову, и тот нехотя признавал, что когда на тебя смотрят сверху вниз — это невольно производит впечатление.

— Итак, это ты тот самый мальчишка, который считает, что вправе просто так прийти в этот город и подвинуть всю очередь на легендарного монстра пятого уровня? — сурово спросил он.

— Мою заявку согласовал лично Хан Морского Ветра, — ответил Сареф, поняв, для чего его искали, и несколько удивившись тому, как быстро его нашли, — если он это дозволил — значит, тому должна быть причина.

Центральный орк недовольно засопел. Глава левого ещё более неприятно заблестели. Впрочем, правый орк вызывал у Сарефа ещё больше неприязни. У него было настолько стерильное и пустое лицо, что по нему ничего нельзя было прочитать. С таким выражением лица можно было как созерцать бабочку на своём пальце, так и перерезать кому-нибудь горло.

Орки молчали, и Сареф спешно просчитывал варианты. Нет, он не боялся их, но ему было интересно: неужели они собираются устраивать драку здесь, прямо на глазах у всего города? Впрочем, если они были из знатного и богатого рода, то, наверное, вполне могли себе такое позволить. С другой стороны, если они из знатного и богатого рода, то уж должны были знать, что Сареф, во-первых, Чемпион Состязаний, а, во-вторых, тот, кому вся раса орков обязана своей репутацией. Нападать или пытаться его провоцировать в таких условиях — верх глупости. Но даже если глупости у них на это хватит — не беда. За три заряда Тёмной Фазы Сареф без проблем доберётся до таверны, а там всего одно слово — и Кейя и Бреннер нашинкуют всех орков здесь в сочный фарш. Им нужен только повод…

— В таком случае, — внезапно заговорил центральный орк, — я, пользуясь правом нарушенной очереди, прошу тебя об Одолжении Замены.

— Одолжение Замены? — Сареф, уже прицеливающийся для Тёмной Фазы, от этого растерялся, — это ещё что такое?

— Хан, действительно, согласовал твою заявку на Сапфировую Длань, значит, ты в своём праве. Но мы ждали этот поход очень долго, и… для нас это способ рассчитаться с нашими долгами. К сожалению, если мы протянем ещё неделю, наши… займодавцы могут… окончательно съехать с катушек.

Орк, казалось, тут же пожалел о своих словах. Его спутник слева толкнул его в бок, и даже правый слегка удивлённо на него посмотрел.

— В общем, это, конечно, не твои проблемы, и ты не обязан это слушать, но всё же… Если уж ты ворвался в очередь и сдвинул её — я прошу тебя проявить немного понимания. И я прошу тебя взять с собой в этот поход одного из нас, и по итогам похода заплатить ему пятую часть от этой добычи.

От этого заявления Сареф так удивился, что уже забыл о том, что всего минуту назад он готовился к драке. Но, подумав, нехотя признал, что определённая правота была и в словах этих орков. Он, действительно, ворвался в очередь, и нарушил планы очень многих, тех, кто, возможно, ждал её месяцами. И если уж с ним пытаются договориться по-хорошему… нужно, по крайней мере, дать им шанс.

— Ладно, — кивнул он, — приходите завтра вечером в таверну наёмников. В это время завтра там соберётся весь мой отряд. Мы поговорим… и если будет возможность заменить одного из ваших на какую-то позицию — мы это сделаем.

— Спасибо, — кивнул главный орк. И, развернувшись, знаком велел своим спутникам следовать за ним. Сареф же, совершенно растерянный от того, как, казалось бы, злобные и дикие орки, оказалось, цивилизованно умеют решать вопросы. Впрочем, слишком очаровываться тоже не стоило. Если бы не зелёная категория безопасности — этот разговор мог бы пройти совершенно иначе…

Вот только, как оказалось, сюрпризы на сегодняшний день не закончились. Когда Сареф вошёл в таверну, то увидел, как его друзей обслуживает полная сноровистая служанка с угольно-чёрными волосами, которые местами уже тронула седина. Он бы и не обратил на это внимания, но когда Сареф услышал её речь…

— Ну что, воробушки мои, накушались? Вижу, вижу, что вы с корабля, по горячей вкусной стряпне соскучились. Ну да я вам сейчас ещё могу принести и мяса, и рыбы, и всё, что захотите…

И это обращение, такое знакомое и родное, так резануло слух, что Сареф сначала не поверил своим ушам. Подойдя к столику, он неловко обратился к служанке:

— Про… простите?

Служанка, собиравшая на поднос пустую посуду, обернулась… и в следующий момент поднос с посудой с грохотом полетел на пол. Да и Сареф, если бы сейчас держал что-то в руках, тоже наверняка бы это уронил. Потому что на Сарефа смотрела… Мимси…

Глава 8

Стоило отдать Мимси должное — она справилась со своим шоком намного быстрее Сарефа. Щелчком пальцев вернув себе поднос в руки и восстановив посуду, она спросила:

— Чего изволит юный господин? У нас есть грушёвый лимонад, сладкие нити-тянучки и семечки в меду. Очень вкусно, господин, не пожалеете.

— Спустя столько лет… ты всё ещё помнишь, что я это люблю? — Сареф, несмотря на замешательство, помимо воли улыбнулся.

— Я никогда этого и не забывала, воробушек, — ласково ответила Мимси, — ни один ребёнок в моей жизни не радовался этим сладостям так, как радовался ты. Такое нельзя забыть.

— Мимси, — неловко прервал её Сареф, — это всё, конечно, очень мило, но… ты же понимаешь, что нам надо поговорить?

— Конечно, понимаю, воробушек, — грустно кивнула та, — я, конечно же, знаю, что ради меня сделала моя дочь. И я знаю, что… ты имеешь право задать вопросы. Моя смена кончится через 3 часа. Я тебя потом найду. Так что по сладостям?

— Неси всё, что перечислила, — с улыбкой ответил Сареф…

Несколько часов спустя в дверь комнаты Сарефа постучались. Все его спутники по его же просьбы ушли погулять. Даже Кейя, которая после этой встречи словно немного смягчилась, не стала спорить.

— Войдите, — разрешил Сареф. В комнату вошла Мимси, причём в одном из своих любимых каштаново-золотистых платьев, которое она всегда надевала при поездке в город или прибытии в поместье клана важных гостей. И хотя это выглядело очень мило и трогательно, Сареф понимал, что не стоит поддаваться ностальгии столь беззаветно. Он уже достаточно повзрослел, чтобы понимать, что даже если Мимси его до сих пор и любит, наверняка есть многие вещи, о которых она предпочла бы умолчать. Но Сареф должен был знать всю правду. Потому что до сих пор на Мимси сходилось слишком много точек.

— Ещё раз здравствуй, воробушек, — она подошла к нему и чуть приобняла его, после чего села в кресло рядом, — знаешь… после всего того, что случилось, я больше всего хотела снова увидеть тебя… и одновременно больше всего боялась этого.

— Понимаю, — осторожно кивнул Сареф, решив не давить на Мимси сразу всем своим интеллектом, — если бы мой ребёнок совершил предательство ради меня — я даже не знаю, что и думал бы после такого.

— Прежде всего, Сареф — я ни в коем случае не оправдываю свою дочь. То, что она сделала — ужасно. Единожды преданное доверие тяжким клеймом ложится на твоё лицо, и почти никто никогда после этого тебе больше не поверит. И всё же, Сареф, прошу понять меня. Я — её мать. И даже если она предаст всю Систему, я всё равно буду продолжать любить её. И потому я… я знаю, что прошу о невозможном, но я прошу тебя простить её.

Попытка Уговоров… Провал.

— Я скажу тебе то же, что всегда говорил на это другим, — ровно ответил Сареф, не обращая внимания на её Убеждение, — я не стану специально бегать по Системе и мстить ей. И даже если я встречу её случайно, мы, скорее всего, разойдёмся мирно. Но я больше никогда ей не поверю, никогда не позволю следовать за собой и никогда не протяну руку помощи. Для меня это вопрос моего самоуважения.

Мимси в ответ на это лишь с печальной улыбкой на него посмотрела.

— Что не так? — подозрительно спросил Сареф.

— Замечательная техника переговоров, Сареф. Пойти на единственный компромисс и тут же вбить в него гвоздь, показывая, что он — первый и последний. Без иронии тебе это говорю. Адейро, когда только-только стал главой клана, торговался примерно так же.

— Надеюсь, ты понимаешь, что это сравнение меня ни разу не порадовало? — хмуро спросил Сареф.

— К сожалению, воробушек, это не вопрос твоей радости, это неоспоримый факт. Твоим воспитанием занимался Адейро, не лично, но главным образом. Поэтому в тебе так или иначе будут проявляться его черты. Но не обязательно эти черты должны быть плохими. Да, Адейро был бездушной сволочью, и он легко жертвовал ради общего блага счастьем отдельно взятых людей. Но при этом он всё-таки был не таким уж плохим управленцем. Так что если ты, Сареф, переймёшь его управленческие качества… Но при этом не откажешься от собственных морали и сострадания — из тебя выйдет куда более лучший человек, чем получился из Адейро.

— На Состязаниях я встречался с Линой ещё раз, — продолжил Сареф, настойчиво сдвигая эту тему в сторону. Он вполне справедливо полагал, что этим Мимси хотела заглушить другие, более неудобные вопросы, — она сказала, что твоей жизни угрожает опасность. Могу ли я узнать — какая именно?

— Конечно, — пожала плечами Мимси, — Виктор Уайтхолл хочет убить меня. Навсегда, само собой. Если бы всё дело было в его уязвлённой гордости — одну смерть и одну потерю Параметров я бы как-нибудь пережила.

— Убить тебя? Но почему?

— Как ты думаешь, Сареф, почему Виктор Уайтхолл, выходец из городских трущоб, сумел стать главой клана?

— Ну… он же выиграл Системные Состязания. Разве нет?

— Действительно, выиграл, — согласилась Мимси, — и это дало ему право вступить в клан Уайтхолл. Вот только потом, восемь лет спустя, свои Всесистемные Состязания он проиграл. Тем не менее, два года спустя он занимает кресло главы клана.

— Прости, Мимси, но я всё равно не понимаю, как это связано с тобой. По словам Лины, вы расстались ещё до того, как Уайтхолл отправился на обычные Состязания, и всё это время вы не виделись. По какой такой причине он вдруг пожелал убить тебя спустя десять лет — для меня совершенно непонятно.

В ответ на это Мимси лишь вздохнула и покачала головой.

— Прости, Сареф. Но я не могу об этом говорить.

— Но почему? — возмутился Сареф, — нет, Мимси, так не пойдёт. Если уж сказала Один, говори и Два. Твоя дочь, вообще-то, предала меня из-за этого. Мне кажется, после этого я имею право знать, почему.

— Мне очень жаль, Сареф. Я поклялась самой Системой, что никогда не стану об этом говорить. Если я нарушу слово — то умру навсегда. Ты не хуже меня знаешь, что клятвопреступники наравне с самоубийцами теряют право на возрождение в Системе.

— Это как-то связано… с Севрогандскими Дьяволицами? — спросил Сареф. Больше наугад, но, судя по тому, как испуганно замотала головой Мимси, выдавая себя с потрохами, он понял, что попал в яблочко.

— Ладно, — задумчиво сказал Сареф, доставая из Инвентаря листок бумаги и карандаш, которыми его своевременно снабдил Эргенаш, — как говорится, клятвы существуют для того, чтобы их обходить. Если ты дала слово никому никогда не говорить об этом, — конечно же, молчи, слово надо держать. Но ничто не мешает тебе написать об этом. Правильно?

Мимси всё ещё испуганно смотрела на Сарефа. Но потом, поняв, что он всё равно не отстанет, слабо улыбнулась и сказала:

— Всё-таки ты вырос, воробушек. И настойчивость, и сообразительность… Ну что ж, попробуем. Начинай.

“Почему Виктор Уайтхолл хочет тебя убить?”

“Потому что ему за это было обещано кресло главы клана.”

“Каким образом?”

“Он проиграл Всесистемные Состязания и лишился своего шанса. Однако через два года я стала слишком неудобна для некоторых людей. Ему была обещана политическая поддержка и продвижение. В обмен на мою смерть.”

“Но кому ты стала так мешать? Это связано с тем, что ты была Севрогандской Дьяволицей?”

“Да. Я была Севрогандской Дьяволицей. И однажды клану Айон это стало очень мешать.”

“Но при чём тут Айон?”

Вглядываясь в написанные слова, Сареф невольно сравнивал свой почерк и почерк Мимси. У него буквы были высокие, угловатые, с небольшим наклоном. У Мимси, напротив, небольшие, круглые и почти без наклона. Кроме того, Сареф, когда писал, то с силой давил на карандаш, а вот рука Мимси буквально порхала над листом бумаги. И на её лице постепенно проступало воодушевление, словно бы на самом деле это вынужденное молчание страшно её тяготило, и ей хотелось поделиться этой тайной хоть с кем-нибудь.

“Айону очень мешали Севрогандские Дьяволицы. Мы были одной из лучших групп по походам на монстров. И мы могли справиться с абсолютно любым заказом. В нашей карьере было очень много заказов из Гильдии Ходоков на артефакты и эманации Чёрного Молоха и Василиска Вечности. Клан Айон не желал себе такой конкуренции. Нас подставили, и Чёрный Молох убил нас навсегда.”

“Но откуда ты узнала о том, что вас подставили? И как ты сумела выжить?”

Мимси запнулась перед тем, как писать ответ на этот вопрос.

“Я до сих пор сама не понимаю, как это произошло. Просто во время третьей фазы Чёрного Молоха что-то пошло не так. Сначала Мидори не сумела воспроизвести Целебный Купол. Потом Адрианна внезапно не смогла держать свои сабли в руках. И… этот бой уже шёл на таком кураже, что останавливаться нельзя было никак. И… Чёрный Молох убил их всех.”

Мимси снова запнулась. Сареф заметил, что на лист бумаги упало несколько капель. Но секунду спустя она продолжила писать.