- И эта еще девчушка, Бетти Чалмерс, да? Когда она пытается говорить на хинди, я от смеха лопаюсь. - Газировка помолчала. - Но умненькая и лакомый кусочек. Далеко пойдет. Ты с ней спал?

- Один только раз, - снова зевнул Джеки. - Приятная девочка. Но очень английская.

- А она вовсе американка! - торжествующе заявила Газировка. - Индианка чероки из Тулзы, штат Оклахома, США. Ты в объявлении написал "индийская кровь", а она подумала - "индейская".

- Ч-черт! - сказал Джеки. - Нет, правда?

- Вот те крест, правда, Джеки.

- Блин... и в камере она отлично смотрится. Ты никому не говори.

Искорка пожала плечами - слишком, быть может, небрежно.

- Забавно, как они все пытаются на нас походить.

- Печально для них, - заметил Джеки. - Экзистенциальная трагедия.- Я не про то, лапонька. Я про то, что для нашей домашней публики это будет действительно в кайф. Хохотать будут, кататься по проходу, хлопать себя по коленкам! Может получиться хороший фильм, Джеки. Насчет того, какие англичане смешные. Как они теряют аутентичность - как мы.

- Черт побери! - восхитился Джеки.

- Римейк "Парам Дхарама" или "Гаммат Джаммата", только смешной - из-за английских актеров, да?

- В "Гаммат Джаммате" есть классные танцевальные номера.

Искорка довольно улыбнулась.

Голова Джеки озарилась вдохновенной мыслью.

- Можно сделать! Да, мы это сделаем! Черт, мы на этом состояние наживем! - Джеки сложил ладони перед грудью и наклонил голову: - Мисс Малини, вы - потрясающий соратник.

Она сделала "намаете":

- Рада служить, сахиб.

Он встал с кресла:

- Пойду прямо сейчас этим займусь.

Плавным и быстрым движением она встала у него на пути:

- Нет-нет-нет! Не сегодня.

- Почему?

- Хватит с тебя красных таблеточек.

Он скривился.

- Ты от них когда-нибудь лопнешь, Джеки-джи. Ты уже при каждом хлопке хлопушки подпрыгиваешь, как чертик из табакерки. Думаешь, я не вижу?

Он поморщился:

- Ты даже не знаешь, какие у группы трудности. Нам до зарезу нужен хит, и не сегодня, а вчера.

- Денежные трудности? И что? Не сегодня, босс, сегодня ни за что. Ты единственный режиссер, знающий мои лучшие ракурсы. И ты думаешь, я хочу остаться без режиссера посреди этого болота? - Она нежно взяла его за руку. - Остынь, да? Успокойся. Развлекись чем-нибудь. Тут же твоя старая подруга, Искорка, да? Смотри, Джеки-джи - Искорка.

Она выгнулась, положив руку на бедро, и одарила Джеки лучшим из своих взглядов искоса.

Джеки был тронут и отправился с ней в постель. Она прижала его к простыням, крепко поцеловала и положила его руки себе на груди, а покрывало натянула на плечи.

- Легко и приятно, да? Чуть понежимся, дай я сама все сделаю.

Она оседлала бедра Джеки, опустилась, чуть поиграла в танце мускулов, потом остановилась и стала пощипывать и царапать ему грудь с автоматизмом ведического искусства.

- Ты иногда такой бываешь забавный, миленький. Лишенный аутентичности. Я умею танцевать на барабане, умею вертеть задом и животом, и ты думаешь, я не умею вилять шеей, как натиамская танцовщица? Смотри, как я это делаю.

- Прекрати! - попросил он. - Смейся до, смейся после, но не в процессе.

- Ладно, милый, ничего смешного, только быстро и сладко.

Она стала над ним работать и через две божественные минуты выжала его как губку.

- Ну вот, - объявила она. - Готово. Тебе лучше?

- О господи, и еще как!

- Полностью лишенный аутентичности, ты все равно чувствуешь себя хорошо?

- Только потому еще и жив род человеческий.

- Ну вот и ладно, - сказала она. - А теперь, деточка, спокойной ночи и сладких снов.

Джеки с удовольствием поглощал плотный, хотя и несколько безвкусный завтрак из копченой рыбы и яичницы, когда вошел Джимми Сурай.

- Слушай, Босс, там Смит... - сказал Джеки. - Мы никак не можем его заставить заткнуть этот дурацкий ящик.

Джеки вздохнул, доел свой завтрак, смахнул крошки с губ и вышел в вестибюль. Вокруг низкого столика сидели в мягких креслах Смит, Бетти Чалмерс и Бобби Дензонгпа, и с ними - незнакомый мужчина. Молодой японец.

- Смита, будь человеком, отключи это, - попросил Джеки. - Будто с десятка котов сдирают шкуру заживо.

- Я просто демо прогнал для этого мистера Большая Иена, - буркнул про себя Смит и с неуклюжей грацией стал выключать машину. Эта сложная процедура включала щелканье тумблерами, верчение ручек и жужжание дисководов.

Японец - длинноволосый изящный юноша в овчинном пиджаке, вельветовом берете и джинсах - встал с кресла, четко поклонился и протянул Джеки визитную карточку. Джеки прочел. Японец оказался представителем кинокомпании - "Кинема Джанпо". Фамилия его была Байсё.

Джеки сделал "намаете":

- Счастлив познакомиться, мистер Байсё.

У Байсё был несколько настороженный вид.

- Наш босс говорит, что рад познакомиться, - повторил Смит.

- Хай, - несколько напряженно ответил Байсё.

- Мы встретили Байсё-сан вчера на дискотеке, - сообщила Бетти Чалмерс.

Байсё, садясь в кресло так же прямо, как стоял, разразился чередой иностранных звуков.

- Байсё говорит, что он большой фэн английской танцевальной музыки, промямлил Смит. - Он здесь искал подходящий танцзал. С его точки зрения подходящий. Веста Тилли, тара-ра-бумбия, - такая ему нужна фигня.

- Ага, - сказал Джеки. - Вы немного говорите по-английски, мистер Байсё?

Байсё вежливо улыбнулся и ответил длинной фразой, сопровождаемой оживленной жестикуляцией.

- Еще он ищет первые издания Ноэла Коварда и Дж. Б. Пристли, объяснила Бетти. - Это его любимые английские писатели. И босс - то есть Джеки - мистер Байсё действительно говорит по-английски. То есть если прислушаться, то все гласные и согласные присутствуют. Честно.

- Уж получше тебя, - буркнул почти про себя Смит.

- Я слыхал про Ноэла Коварда, - сказал Джеки. - Очень остроумный драматург этот Ковард

Байсё вежливо выждал, пока губы Джеки остановятся, и снова пустился в свое длинное повествование.

- Он говорит, что рад нас здесь встретить, потому что сам тоже выехал на натурные, - перевела Бетти. - "Кинема Джанпо" - его компания - снимает в Шотландии римейк "Кровавого трона". Ему было... как это... поручено найти соответствующие места в Болтоне.

- Да? - спросил Джеки.

- Он говорит, что местные англичане ему не хотят помогать, потому что у них насчет здешних мест есть суеверия. - Бетти улыбнулась: - А у тебя, Смити? Ты не суеверен?

- Не-а, - ответил Смит, закуривая сигарету.

- И он хочет, чтобы мы ему помогли? - спросил Джеки.

Бетти снова улыбнулась:

- Эти японцы - просто грузовики с наличностью.

- Если вы не хотите, я могу позвать своих ребят из Манчестера, сказал Смит, задетый позорным подозрением. - Они этого чертова Болтона не стремаются.

- А что такое в Болтоне? - спросил Джеки.

- Ты не знаешь? - удивилась Бетти. - В общем-то ничего особенного. То есть город сам - ничего особенного, но тут самая большая братская могила во всей Англии.

- Больше миллиона, - буркнул Смит. - Из Манчестера, из Лондона отовсюду их возили поездами во время чумы.

- А, - сказал Джеки.

- Больше миллиона в одной могиле, - сказал Смит, устраиваясь в кресле поудобнее, и пустил колечко дыма. - Дед мой любил рассказывать. Гордился этим Болтоном, дескать, настоящее гражданское правление в чрезвычайный период, нормальное поддержание порядка, без всяких там солдат... И каждого мертвяка метили своим номером, даже баб и детишек! А в других местах - это позже было - просто копали яму и бульдозером туда сгребали всех.

- Дух, - громко сказал Байсё, как можно тщательнее произнося звуки. Истинный дух кинематографа в городе Болтоне.

Джеки невольно ощутил пробежавший по спине холодок и сел.

- Неперспективно. Так мы это назовем.

- Это было пятьдесят лет назад, - заявил скучающий Смит. - За тридцать лет до моего рождения. Или твоего, Бетти, да? Губчатая энцефалопатия. Коровье бешенство. И что? Болезнь не вернулась, это была случайная вспышка. Несчастный случай дурацкого индустриального двадцатого столетия.

- Ты же знаешь, что я не боюсь, - сказала Бетти, улыбаясь самой ослепительной своей улыбкой. - Я даже несколько раз ела говядину. В ней больше нет вирионов. То есть эту болезнь, скрейпи, уничтожили много лет назад. Поубивали всех овец, всех коров, у которых могла быть инфекция. И теперь ее вполне можно есть - говядину.

- Мы в Японии потеряли много людей, - медленно выговорил Байсё. Туристы, которые были есть... ели английскую говядину, пребывая в Европе. Многих из нас спасли торговые потирания... трения. Старые торговые барьеры. Фермеры Японии.

Он улыбнулся.

Смит загасил сигарету:

- Тоже случай. Вашему праотцу крупно повезло, Байсё-сан.

- Повезло? - вдруг вмешался Бобби Дензонгпа. Темные газельи его глаза покраснели с похмелья. - Ага, повезло! Тут овцов скармливали коровам! А Господь сотворил коров не для пожирания овцов! А плоть Матери Коровы не нам жрать...

- Бобби! - предостерегающе произнес Джеки. Бобби раздраженно пожал плечами:

- Но это ж правда, босс? Они из мерзких овцов, из отходов бойни добывали белок на корм скоту, и эту мерзость скармливали своим английским коровам. И годами они творили такое непотребство, даже когда коровы стали беситься и умирать у них на глазах! Они знали, что рискуют, но гнули свое, потому что так выходило дешевле! Преступление против природы, и оно было наказано как надо.

- Хватит! - жестко сказал Джеки. - Мы в этой стране гости. Индия тоже много своих граждан потеряла в этой трагедии, как тебе известно.

- Подумаешь, мусульмане! - буркнул Бобби будто про себя, встал и вышел, покачиваясь.

Джеки сердито глядел ему вслед - чтобы остальные видели.

- Да ерунда, - нарушил неловкое молчание Смит. - Он закоренелый азиатский расист, этот ваш кинозвездюк, но мы к таким привыкли. - Он пожал плечами. - Это была просто - ну, чума, сами знаете, про нее в школе рассказывают, как Англия была когда-то в самом деле высший класс, а теперь - пшик, тень чего-то... Уже надоело, к черту, про это слышать. Это же было пятьдесят долгих лет назад. - Смит фыркнул. - А я вовсе не тень Битлов или этих гребаных секс-пистолз. Я работающий, профессиональный современный английский музыкант, и у меня бумага есть от союза, где так и написано.

- Ты настоящий и хороший музыкант, Смита, - сказала Бетти. Она несколько побледнела. - Англия снова становится сильной. Нет, серьезно.

- Пойми, подруга, мы никуда не возвращаемся, - с напором продолжал Смит. - Мы живем здесь и сейчас и зарабатываем на эту дурацкую жизнь. Это ведь жизнь, да? Жизнь, мать ее, продолжается. - Смит встал, взял свою деку, поскреб лохматую голову. - Ладно, мне работать надо, Джеки. Кстати, босс, найдется у тебя пять фунтов? Мне кое-куда позвонить надо.

Джеки покопался в бумажнике и протянул банкноту местной валюты.

У Байсё в группе было пять японцев. И даже с помощью группы Джеки почти весь вечер ушел, чтобы выкосить толстые коричневые стебли бурьяна на старом чумном кладбище Болтона. Каждые примерно полметра стоял маркер, отмечающий мертвеца. Пятьдесят лет назад в землю вбили гранитные столбики, а потом стесали чем-то вроде металлической пилы. На плоской верхушке вырезали полустертые теперь имена и даты и компьютерные номера удостоверений.

Джеки думал, что кладбище, наверное, тянется где-то на километр. Во все стороны расстилалась бугристая английская земля, из нее торчали зацепившиеся толстыми корнями приземистые дубы и ясени, странно голые, как все европейские деревья зимой.

Ничего такого особенного не было на этом месте. Оно было совершенно прозаическим, как запущенный парк в заштатном городишке, и никак не лезло в образ трагедии. Джеки был ребенком, когда разразилась чума скрейпи, но он помнил, как сидел в жаркой бомбейской темноте, глядя в непонимании на кричащие ролики новостей, непонятные картинки. Конечно, они были цветные, но его детская память сохранила их черно-белыми, зернистыми. Застеленные койки в больничных лагерях Европы, бредущие белые люди в одинаковых одеждах, изможденные и дрожащие, черпающие благотворительную похлебку ложками, зажатыми в высохших руках. Чума скрейпи развивалась в людях чертовски медленно, но ни один из заболевших не выжил.

Сначала возникали медленные мучительные головные боли и неодолимое чувство усталости. Потом спотыкающаяся, шаркающая походка, когда отказывали нервы ног. Поражение ширилось и уходило глубже в мозг, мышцы слабели и атрофировались, наступала смертельная психотическая апатия. В этих старых кинороликах западная цивилизация смотрела в индийский объектив с недоуменным слабоумием, и миллионы отказывались признавать, что умирают просто потому, что ели корову.

Как это называлось? - попытался вспомнить Джеки. Бифбургеры? Нет, гамбургеры. Девяносто процентов населения Британии, тридцать - Западной Европы, двадцать процентов реактивносамолетной Америки погибли страшной смертью. Из-за гамбургеров.

Постановочная группа Байсё изо всех сил старалась создать на этом месте ужаса подходящую атмосферу. Японцы тянули по скошенной траве длинные нити белой паутины из какого-то аэрозоля и ставили осветительную аппаратуру со светофильтрами. Съемка будет ночной, и скоро приедут экспрессом Макбет с Макдуфом.

Бетти вывела Джеки из раздумий: