Сосед года

Так и знала, блин…

Бывший меня замечает, салютует и идёт здороваться. Собака он серая.

— Привет, Никуся, — ведёт себя как ни в чём ни бывало. — Меня ждёшь?

— Я вчера недостаточно ясно объяснила тебе направление движения? — гну бровь.

— Я упорный, сладкая, — бывший не сдаётся. — Не успокоюсь, пока снова моей не станешь.

— Иди отсюда, пожалуйста, — прошу от всей души.

Стас хочет что-то сказать, но между нами встаёт Саня:

— Тебе чо тут надо?! — грозно спрашивает.

Стас несколько мгновений молчит. Кажется, не дышит. А потом, отвернувшись, цедит «Ничего» и ретируется в магазин.

Ого! Быстро Стасик всю решительность растерял. За несколько секунд практически. Это на него так недружелюбный тон моего соседа подействовал?

— Спасибо, — смущённо благодарю Саню.

— Кис, а кто это был? — он сплёвывает на снег.

— Да так… — машу рукой. — Знакомый.

— Просто знакомый? — сосед мне не верит. — Мне так не показалось.

Ой, всё-то вы, товарищ следователь, подмечаете!

— Бывший мой, — признаюсь.

— Пристаёт?

— Типа того, — пожимаю плечом. — Вчера припёрся мириться, а я его послала. Но он, кажется, не понял.

— Ещё раз придёт — мне скажешь. Я умею объяснять.

«Я умею объяснять» сказано таким тоном, что у меня мурашки по спине скачут.

— Страшный ты человек, Саня, — нервно сглатываю.

— Поехали домой, — открывает передо мной дверь машины.

Поехали, да. Надо ещё вкусный ужин приготовить, оборжаться и лечь на диван кверху пузом.

Глава 10

И продуктами с котёной затарились, и неплохо провели вместе время. А я ещё и Мазаю своё почтение засвидетельствовал. Ника с ним не помирилась. Да, твою мать! Да-да-да! Думаю, Стасик меня понял, а если не понял — его проблемы. Будут.

Шагаю по лестнице за девочкой, тащу тяжёлые сумки. Она налегке — пара пачек приправ и три луковицы. Вероника наивно думает, что наш совместный вечер на этом заканчивается. Щаз! Я ещё не даже не начинал… доказывать серьёзность намерений.

— Спасибо за компанию, — котёна поворачивает ключ в замочной скважине.

— Ты кое-что забыла, — протискиваюсь между ней и дверным косяком и ставлю на пол в её прихожей увесистый пакет с продуктами.

— В смысле забыла? — растерянно хлопает пушистыми ресничками. — Это не мои покупки.

— Ничего не знаю, они у тебя дома.

— Не надо, — щёчки краснеют, глазки в пол.

Неловко кисе. Думала, я буду жрачкой закупаться и смотреть, как она и без того копеечные специи подешевле выбирает? Не на того нарвалась. И вообще у меня всё идёт по плану.

— Тогда приготовь что-нибудь, — предлагаю между прочим. — Поужинаем вместе.

— Понятно всё с тобой, — хмыкает.

Стоит, губки надула — думает, я её в кулинарное рабство взять собираюсь. Смешная такая.

— Что понятно-то, кис? — ржу. — Я тоже что-нибудь приготовлю.

— Ты умеешь готовить? — смотрит на меня с насмешкой во взгляде.

— Готовлю, стираю, убираю — всё сам. Редкий экземпляр.

— Кому-то с тобой ужасно повезёт, — лениво замечает котёна. — Ладно, давай что-нибудь приготовим.

— Через полчаса встречаемся у меня и погнали, — подмигиваю, открывая ключом замок моей квартиры.

Киса косится на пакет у себя в прихожей:

— Забери па…

— Время пошло, — не даю котёне опомниться — исчезаю.

Ника — девчонка гордая, у неё всегда всё нормально.

А у меня ненормально. Дома трында полная. Ремонт. В хате полно строительного мусора и полезного для работы, но не для свидания хлама.

М-да… Язык мой — враг мой. А теперь задача: за полчаса сгрести всё ненужное в тёмный угол, пропылесосить, вымыть пол и создать романтическую атмосферу.

Надеюсь, я правильно показываю Нике серьёзность моих намерений.

***

Полчаса — это безумно мало, чтобы привести себя в порядок. Особенно если учесть, что неплохо бы сходить на маникюр, педикюр, сделать укладку и… Что-то я разошлась. Просто сосед, просто позвал к себе просто готовить вместе ужин. Это не свидание. Забиваю себе в сознание эту мысль, как забивают молотком гвоздь в неподатливую древесину. Мысль гнётся, я злюсь и промахиваюсь. То есть стою в ванной перед зеркалом и крашу ресницы.

Саня продуктов накупил… И ведь до самого порога ни гу-гу, что один из пакетов с покупками для меня. Тот ещё гроссмейстер, блин! Дико неудобно, но вернуть покупки не получилось. Пришлось пакет, не разбирая, поставить в холодильник. Потом решу, что делать с деликатесами соседа.

— Бли-ин… — шепчу раздосадовано.

Стрелочка на одном глазу получилась ровная, а на другом — зигзаг. Просто не надо было наш с Саней поход в магазин вспоминать — руки задрожали. И то, как товарищ следователь на моего бывшего смотрел, и каким тоном с ним разговаривал… Стасику точно неприятно было, а мне очень даже нормально. Я почувствовала себя принцессой, которую оберегает рыцарь без страха и упрёка.

Подтираю стрелки ватной палочкой и кокетливо улыбаюсь, глядя на себя в зеркало. Результат мне не нравится, но перекрашивать времени нет. Я и так уже опоздала на пятнадцать минут.

— Кис, ты там уснула?! — орёт из своей квартиры Саня.

Его слышу не только я — всё соседи. В этом у меня сомнений нет. Что они о нас подумают? Ой, да пофигу!

— Иду! — отвечаю громко и щедро пшикаюсь туалетной водой.

На мне монохромный свитер с оленьим орнаментом, тёплые легинсы и уютные новогодние носочки. Образ не для свидания — то, что надо. Сую ноги в тапочки и выхожу в подъезд.

— Ты там красилась, что ли? — Саня открывает дверь.

— Н-нет, — мотаю головой. — Ещё чего, — поворачиваю ключ в замке.

Глупо скрывать накрашенные глаза, и парфюмом от меня несёт за сто метров. Но сознаваться неловко.

— Понятно, — забирает ноздрями воздух и улыбается. — Залетай, — отступает назад, пропуская меня в квартиру.

Квартира у Сани больше моей. Не знаю, сколько здесь комнат, но она очень просторная. Классическая «сталинка». Уютненько у него тут.

— В кухню проходить? — переминаюсь с ноги на ногу в прихожей.

— Будь как дома, котён, — сосед подмигивает. — Кухня там, — показывает направо. — Здесь гостиная, — тычет пальцем через плечо. — Тут и там спальни, — кивает на две двери. — Куда хочешь пойти? — играет бровями.

— Опять эти шуточки… — закатываю глаза. — Мы готовить собирались, если что, — скидываю тапки с ног и иду в кухню.

— Готовить так готовить, — вздыхает товарищ мент и топает за мной.

О том, что у Александра в доме идёт ремонт, сразу не догадаешься — чисто и нет строительного бардака. Но он начал снимать в кухне плитку со стен. В углу целый мешок с керамическими осколками, а рядом дверь… В мою квартиру.

— Не думал её заделать? — решаю поинтересоваться.

— Не, не думал, — простодушно отзывается Саня. — Зачем?

— Не знаю, — барабаню пальцами по косяку. — Как-то неуютно, когда, у тебя в квартире дверь к соседям. Разве нет?

— Да нет, — пожимает плечами. — Нормально.

— К-хм… Проехали.

А Саня и рад «проехать» — оживляется. Продукты из холодильника достаёт. Готовить будем.

Глава 11

Кухня у меня большая, но узкая, и гарцевать по ней двум кулинарам бесконтактно не получается. Я аж взмок, ё-моё! Хочется сгрести котёну в охапку, прижать к столу и-и-и… По плану у меня демонстрация серьёзных намерений. Какие могут быть «и-и-и», Саня?!

Сто пятьдесят первый раз даю себе морального леща и шинкую лук, чтобы жизнь ещё больше мёдом не казалась. Готовим с Никой мясо с картошкой, томатами и сыром в духовке. Плюс оливье для новогоднего настроения. Скромно, но вкусно, а главное — празднично.

— Где ты так резать научился? — Вероника наблюдает за ножом в моей руке.

Шинкую, как шеф. По-другому уже не получается.

— Та-а… — хмурюсь. — Бывшая научила. Она поваром в ресторане была.

— А, понятно, — котёна делает вид, что занята разглядыванием горячего через стекло духовки.

Но я задницей чувствую — ей интересно узнать про мою жену.

— Если хочешь спросить — спрашивай, — подливаю маслица в огонёк. — Отвечу.

— О чём? — косит под дурочку.

— Кис, я мент, — напоминаю забывчивой девочке. — Меня хрен обманешь.

Несколько мгновений тишины, глубокий девичий вздох. Вероника присаживается на табуретку за столом — ножка на ножку, изящными пальчиками коленку обхватила.

— Ты был женат? — решается спросить.

Формулировка «был» здесь не совсем уместна. Процесс развода ещё не завершён. Расторгнуть брак по-быстренькому не вышло. С одной стороны — поднятые мной по рабочей линии связи, а с другой — связи отца моей благоверной.

Тесть — известный в городе юрист. В розовых очках. Папаня упорно продолжает считать, что его Танечка одумается, бросит столичного любовника и вернётся ко мне, а я в свою очередь охренею от счастья и прощу ей всё. Нет, не прощу. Только тестю это не объяснить — он продолжает раздавать взятки направо и налево, лишь бы суд откладывали. Я уже всерьёз подумываю закрыть его на пятнадцать суток. Он и сутки, конечно, не отсидит — выйдет, но по самолюбию его это ударит неслабо.

— В разводе, — утаиваю часть правды.

Если сказать котёне как есть, она начнёт морозиться и все мои старания полетят псу под хвост. Развод в любом случае состоится. Я над этим активно работаю.

— Кто был инициатором расставания? — Ника подпирает щёчку кулаком.

— Это как посмотреть, — хмыкаю. — У меня был тяжёлый период в жизни — чёрная полоса. Отношения с женой в то время сильно испортились, и я запил. Когда очнулся, понял, что уже не первый день живу один. Моя неблаговерная уехала к какому-то мужику в Москву. Но на развод подал я, — смахиваю нарезанный лук с доски в салат. — Как думаешь, кого тут считать инициатором расставания?

— Сложный вопрос, — котёна ковыряет ноготком скатерть.

— И я об этом, — грустно улыбнувшись, сажусь на свободную табуретку. — Ну а у тебя, как с этим… — едва не выдаю «Мазаем», — Стасом получилось?

— Банально, — отмахивается Ника. — Кобель.

— Ясно, — киваю. — Вы не были женаты?

— Нет. Стас не предлагал мне выйти за него замуж, а я как-то не задумывалась о браке. Мы жили вместе — этого хватало, — говорит и смотрит в тёмное стекло окна.

— В этом плане я консерватор. Живёшь с женщиной — женись.

— Пф-ф, Сань! — котёна закатывает глаза.

— Что? — улыбаюсь.