Помоги проекту - поделись книгой:
— Я справлюсь, я сильная! — посмотрела на него горящим взором барышня.
— Мне бы твою уверенность…, стрелять-то ты умеешь?
— Ну, я не снайпер, но с тридцати метров из нагана выбиваю больше сорока на пять выстрелов.
— Нормально, добро пожаловать на борт, но учти, пока ты официально только пассажир!
— Есть, пассажир! — вытянулась Татьяна.
— Вот тебе деньги, товарищ Калашникова, приобретите срочно все необходимое и особенно картами озаботьтесь. И чтобы мухой…
— Есть мухой, командир! — бодро отозвалась девушка, довольно улыбнувшись, ведь пассажирам задачи не ставят, а просто катают в качестве мебели…
— А что, у нас намечается рейс? — уловил главное в речи друга Витька.
— Угу, — кивнул тот и с загадочным видом добавил — испытательный!
Испытать «Ночную Птицу» в условиях осажденной столицы Чосона оказалось делом не самым простым. Не хватало людей, вооружения, не говоря уж о горючем. К тому же требовалось разрешение штаба флота, а его не давали без резолюции начальника мобилизационного отдела. Так что новоиспеченному рейдеру ничего не оставалось делать, как отправиться на личную встречу с графом Оссолинским.
— Разрешите? — постучал в заветную дверь Колычев, стараясь придать себе как можно более невозмутимый вид.
— Входите, — раздался знакомый голос.
Оказавшись внутри, самый молодой капитан приватиров с удивлением наткнулся на улыбающегося Шмелева с новенькими погонами штаб-ротмистра на плечах.
— Вот уж кого не ожидал здесь застать! — смешался Март.
— А вот я, признаться, совершенно не удивлен, — парировал жандарм. — Ибо где неприятности, там обычно возникаете вы. Садитесь, Мартемьян Андреевич, разговор впереди долгий…
— Благодарю. А о каких неприятностях идет речь?
— Так вы не знаете?
— Увы.
— С какой целью вы искали встречи с капитаном второго ранга Оссолинским?
— По служебной надобности, — развел руками Март. — У меня ведь теперь свой корабль, а все приватиры, как вам вероятно известно, находятся в ведении Мобилизационного отдела.
— Экий вы прыткий, молодой человек. Не успели из училища выйти, уже и корабль свой.
— Так вы тоже в чинах подросли. Поздравляю.
— Благодарю. И все-таки, что у вас с Оссолинским?
— Да ничего такого…, постойте, с ним что-нибудь случилось?
— Вроде того. Исчез.
— Но как такое возможно?
— Вот и мне интересно…, стоило вам прийти на бал, там резня приключилась. Познакомились с фон Ладсбергом, и он не зажился, а вы опять невредимы, да еще с прибытком. Теперь вот не успели на прием в штаб записаться, так их сиятельство поспешил исчезнуть…
— На что это вы намекаете?
— Помилуйте, какие уж тут намеки!
— Послушайте, ротмистр, я никогда прежде не видел графа Оссолинского и не имел с ним никаких дел. Так что все это какая-то нелепая череда случайностей!
— Ну-ну. А с мадемуазель Ли вы тоже не знакомы?
— А что с ней? — похолодел внутри Март.
— Да ничего, — не сводя с него глаз, отвечал жандарм. — Запросила через британского военного агента при нашем штабе у японцев зеленый коридор, да и была такова!
— Мне ничего об этом не известно!
— Но вы были довольно близко знакомы, не так ли?
— Боюсь, вы преувеличиваете…
— Ах да, все забываю, какие теперь нравы. Вы всего лишь были любовниками, откуда вам знать ее…
— Господин ротмистр!
— Черт с вами, Колычев. Пока, — сделал ударение Шмелев, — можете быть свободны!
— Честь имею! — кивнул Март и направился к выходу.
— Всего доброго, — холодно блеснули глаза жандарма, после чего он многообещающе добавил. — Я не прощаюсь!
— Вот сукин сын! — выругался про себя молодой человек, имея в виду исчезнувшего Оссолинского. — Почуял опасность и ушел, как сом под корягу… Ну ничего, еще встретимся на узкой дорожке…
В голове его все время крутилась какая-то мысль, но он никак не мог понять, в чем дело, пока не вспомнил слова Беньямина: «Лиманский запросил срочный вылет». Это же тот самый Лиманский, в компании которого он видел Беллу во время знакомства с журналисткой… а что, если именно он вывез предателя?
[1] Underwood — популярная марка печатных машинок.
Глава 3
Для многих, если не для большинства, жизнь высокого начальства представляется едва ли не синекурой. Огромное по меркам простых смертных жалованье, на всем готовом: от роскошного казенного особняка до парадного выезда. Твердое и ничем непоколебимое положение в обществе. А вокругтебя суетятся, норовят предугадать желания, ловят твой взгляд и радуются малейшим знакам внимания. Увы, в реальности все куда сложнее…
Бесконечные подковерные битвы, интриги, подставы и хитроумные ловушки. Альянсы, компромиссы, а иногда и поражения. Когда-то юный гардемарин Вадим Макаров, мечтая о черных орлах на эполетах и высших наградах, не мог бы и подумать, к чему в итоге приведет его судьба. И в который раз он тяжело вздохнул, вспоминая недобрым словом свое двухлетней давности решение принять под начало Третий Императорский Воздушный Флот.
Обычно в таких случаях давали возможность выбора. Но Первый и Второй воздушные флоты, именовавшиеся по старой памяти Балтийским и Черноморским, были на обозримую перспективу забронированы за «своими». Оставались лишь вакансии генерального инспектора высших военно-воздушных учебных заведений да начальника глубоко третьестепенной Туркестанской воздушной эскадры. И та и другая должности неофициально именовались не иначе как «кладбище слонов», поскольку служили последним пристанищем для престарелых адмиралов, деть которых было некуда, а уволить не за что.
Судя по всему, высокое начальство было уверено, что Макаров выберет один из этих вариантов. Но то ли в сыне прославленного флотоводца взыграла отцовская кровь, то ли еще по какой причине, но молодой адмирал с какой-то отчаянной решимостью ухватился за предложенное ему место главкома.
Увы, до сих пор служба его проходила по большей части в штабах, а многочисленные награды, украшавшие своим блеском парадный мундир, заслужены им отнюдь не в сражениях. Но теперь былые заслуги не имели никакого значения. Нужно вести свой флот в бой, а готов ли он? Говоря по совести, Вадим Степанович не был в этом уверен…
Прибыв в Сеул, командующий надеялся по-быстрому разобраться со сложившейся ситуацией, назначить на место погибшего фон Ландсберга достойного доверия офицера и как можно скорее вернуться в ставку… Но стоило ему углубиться в местные расклады, как события понеслись вскачь.
— Черт бы взял этого молодого Колычева и его молодецкую удаль! — помимо воли вырвалось у адмирала. — Вот что с этим прикажете делать?
С одной стороны, юный рейдер принес огромную пользу Отечеству в целом и ему в частности. Захватить сверхсекретный вражеский корабль и настоящего японского генерала — это дорогого стоило! И при правильном докладе наверх, а уж это Вадим Степанович умел, обещало целый дождь наград на причастных и не очень должностных лиц. А потом за вражеского военачальника взялись жандармы и раскололи до самого донышка.
Цукахара, первоначально державшийся с невозмутимостью бронзового Будды, теперь ронял слюни и улыбался как пришибленный, а перед Макаровым лежала подробная выдержка из его допроса. Дополненная захваченными все тем же Колычевым картами, документами, а также имеющимися данными разведки, она подробно раскрывала все детали сосредоточения вражеских сил, ближайшие к фронту склады горючего и боеприпасов и массу другой информации.
И теперь от него все, и прежде всего Император, ждут решительных действий. Но, простите великодушно, какими силами он должен их произвести? Имеющихся в его распоряжении кораблей едва хватало для удержания огромных пространств русского Дальнего Востока, и нет никакой возможности собрать их в кулак без того, чтобы критически оголить фланги. Нужны подкрепления, причем срочно…
В общем, сегодня утром он решился и отправил подробнейшее донесение государю, а там, куда кривая вывезет. Откажут — и очень хорошо, будет, чем прикрыть собственное бездействие, а если одобрят, то хотя бы прибавится несколько перворанговых кораблей… И вот теперь перед ним лежат два бланка телетайпа. Первый гласил — на докладе вашего высокопревосходительства собственной рукой его императорского величества начертано: «Утверждаю!»
— Господи, спаси и сохрани нас Царица Небесная! — перекрестился адмирал и осторожно взялся за второй.
«По Именному Его Императорского Величества повелению в состав Третьего флота перебрасываются следующие силы…»
В пересохшем от волнения горле сразу же запершило, но Вадим Степанович не стал тянуться к графину, а первым делом просмотрел список перебрасываемых кораблей. Два линкора, шесть фрегатов, да еще корветы с транспортами… целая армада!
«А что, если встревоженные пропажей генерала японцы проведут перегруппировку? — обдало его холодом. — Нет, подкреплений долго ждать нельзя, нужно использовать те силы, что под рукой, а вновь прибывшие станут резервом».
— Вызвать ко мне Зимина! — распорядился адмирал, после чего все-таки налил себе воды и жадно припал губами к стакану.
Бывший приватир не заставил себя ждать, но, когда адъютант доложил о прибытии новоиспеченного капитана первого ранга, Макаров успел внутренне собраться, сживаясь с новыми реалиями, и привести в порядок мысли.
— Заходите, Владимир Васильевич, — радушно встретил бывшего рейдера хозяин кабинета. — Рад вас видеть!
— Благодарю, — осторожно отозвался Зимин.
— Ходить вокруг да около не буду, — продолжил командующий. — Уж не взыщите, а скажу все как есть!
— На меньшее я и не рассчитывал.
— Так вот, — проигнорировал его реплику адмирал. — Как вам, вероятно, известно, свободного линкора или фрегата у меня теперь нет. Однако держать при штабе такого опытного командира, как вы, я полагаю ничем не оправданным расточительством. Посему вот мой вердикт. Все находящиеся в Сеуле и его окрестностях приватирские корабли считаются мобилизованными и сводятся в один отряд. Командовать которым будет ваше высокоблагородие. Что скажете?
— Это большая честь, — нахмурился ожидавший чего-то подобного Зимин. — Однако, оправданно ли создание такого соединения? Корабли у нас весьма разношерстные, а уж про их капитанов и владельцев и говорить нечего.
— Тут вам, Владимир Васильевич, и карты в руки. Вы эту публику лучше всех знаете, кому ж, как не вам, с ними и управляться?
— Понадобиться время и … средства!
— В средствах я вас не ограничиваю, а вот времени у нас нет. Совсем!
— Даже так?
— Увы. Можете поблагодарить своего воспитанника. Если бы не его добыча…, впрочем, извольте сами удостовериться.
С этими словами Макаров раскрыл карту и показал своему собеседнику последние данные. Даже беглого взгляда было достаточно, чтобы убедиться в уязвимости японских позиций.
— Грех не воспользоваться, — задумчиво пробормотал Зимин.
— Вот и я так думаю. Поэтому готовьтесь, Владимир Васильевич. Я собираю всех, кого только можно. И пока мои фрегаты будут драться с японцами, вы и ваши люди должны уничтожить все их склады. А затем в наступление перейдет пехота.
— Наших тут немного, — покачал головой капитан первого ранга, — а на чосонцев надежды мало!
— Сам знаю, — поморщился адмирал. — Однако без снарядов даже японцы много не навоюют, так что…
— Я вас понял, ваше высокопревосходительство. Но остался вопрос с деньгами. Без этого рейдеров с места не сдвинуть.
— Держите, — протянул ему вексель Макаров. — Это за ваш «Буран». Он теперь выкуплен в казну. Второй пойдет на оплату страховки остальным…
— Достойная сумма.
— Я тоже так думаю.
Получив приказ от Макарова, Зимин развил бурную деятельность. Собрав в «Одессе» капитанов всех исправных приватирских кораблей, он сообщил им «радостное» известие о мобилизации, и, переждав первый всплеск возмущения, озвучил условия. В общем, предстоящее дело было опасным, но неплохо оплачиваемым, а это до некоторой степени меняло расклад. Кроме того, всем нежелающим поступить на службу было предложено в течение часа убраться ко всем чертям с рейдеров. А идти в условиях осажденного города большинству присутствующих было просто некуда.
Сразу нарезать задачи своим новым подчиненным командир отряда не стал, справедливо опасаясь возможной утечки. Но предупредил, чтобы все были в готовности с полными баками, экипажами и боезапасом.
— Времени у нас в обрез. Потому без долгих вводных доложите, какова степень готовности бортов к работе.
Последовала череда кратких отчетов, из которых следовало, что в строю всего четыре машины. Еще один рейдер почти в порядке, но у него нестабильно работают оба маршевых двигателя.
— У твоей «Тунгуски» однотипные движки с «Селенгой» и «Катунью». Они обе в ремонте, но как раз моторы у них в порядке. Срочно снимайте и перебрасывайте их тебе. На все про все два часа и не минутой больше!
— Да ты что, Зима! — возмутился приватир. — Этого времени едва хватит, чтобы просто перекинуть моторы. Но по регламенту нужно проверить работоспособность, погонять на разных режимах…
— Остальным через час доложить о готовности к старту! — проигнорировал его возглас новоиспеченный начальник отряда. — Загружайте осколочно-фугасные и зажигательные авиабомбы и снаряды для орудий. В командах обеспечить полный штат, людей добрать с ремонтных кораблей. Вопросы? Тогда чего сидим! Война, господа, времени на раскачку нет!
Как бы то ни было, больше возражать никто не решился, и капитаны разошлись.
— Колычев, задержись, — остановил намылившегося было с ними воспитанника Зимин.
— Смотри внимательно, Мартемьян, — показал карту каперанг. — Вот здесь и здесь у японцев посты ВНОС [1]. Твоя задача — высадить незаметно десантные группы, которые их уничтожат. Задача понятна?
— Так точно, — кивнул Колычев. — Только не уверен, что на «Ночной Птице» поместится столько людей.
— Ты уж постарайся. Надо, чтобы всем места хватило. От этого зависит успех завтрашней операции.
— А что если…
— Договаривай.
Поделиться книгой: