Место встречи назначает пуля

– Откуда у тебя товар?

– Это не важно. Продаю, значит, есть.

– Героин?

– Конечно.

– И сколько?

– Семь килограммов.

– Ого! – Кореец присвистнул. – Нехилая партейка. Да ты, оказывается, серьезный делец, Скулатый. Работаешь по-крупному.

Скулатый недовольно повел плечами. Он предполагал, что разговор с Корейцем не пройдет гладко, но меньше всего ему улыбалось выслушивать язвительные нападки и оскорбления в свой адрес.

– Не вижу поводов для иронии, – жестко отрубил он. – Тебя интересует такая сделка?

– Семь килограммов героина? – почти нараспев повторил Кореец, словно смакуя это словосочетание. – И сколько же ты за них просишь?

– Четыре.

– Четыре? – удивление Корейца было неподдельным. – Это что, какой-то левый товар? Откуда такие цены?

– Товар отличный, – безапелляционно заявил Скулатый, нисколько не задумываясь над тем, что он сам еще этого товара и в глаза не видел. – Высшего качества. Просто мне срочно нужны бабки, и я хочу слинять из этой страны.

Вернулся бармен, и телохранитель Корейца заказал себе выпить. И только когда тот протянул ему бутылку, Скулатый заметил, что это безалкогольное пиво. Нервы были напряжены до предела. Тем временем сам Кореец неторопливо вынул из кармана пачку «Джэтенс», взял одну сигарету и прикурил от дорогой, инкрустированной рубинами зажигалки.

– Смахивает на провокацию, – проговорил он, глубоко затягиваясь. – Почему я должен тебе верить? Какие гарантии, что все то, о чем ты сейчас говоришь, не провокация со стороны Кулона?

– Разговор о четырех «лимонах» – это еще не все. Я отдам тебе партию только в том случае, если ты отменишь завтрашнюю стрелку с Кулоном в Измайловском. Позвони ему и скажи, что тебя устраивают условия. Пока…

– Не понял. – Кореец нахмурился. – А тебе-то какой от этого понт?

– Замести следы, – признался Скулатый. – Хочу, чтобы все было тихо до тех пор, пока я не свалю отсюда. Без напрягов. Так ты как, Кореец? Подписываешься? Навар-то у тебя нехилый получится. Глупо было бы отказаться. А если ты за качество гонишь, так я ж с тебя не сейчас лавэ требую. Встретимся, посмотришь, проверишь все. Можешь даже взять немного на пробу. А потом уже и по бабкам…

Кореец неторопливо затянулся. Один раз, второй, третий. И при этом не сводил глаз с лица Скулатого. По его мнению, доверять этому человеку было бы серьезной ошибкой. Кореец знал, как давно Скулатый работает с Кулоном, и в его понятия о бизнесе подобный финт не укладывался.

– А завтрашнюю стрелу я уже отменю? Так? – спросил он.

– Так, – кивнул Скулатый.

– А потом окажется, что никакого товара и нет.

– Брось! Я понимаю ход твоих мыслей. Но если рассуждать здраво, я ничего не выигрываю, кидая тебя. Забьешь стрелу Кулону не завтра, так через неделю. Хрен редьки не слаще.

Кореец повернул голову и с неудовольствием отметил, что бармен за стойкой внимательно прислушивается к их разговору. Честно говоря, этого парнишку в «Дэниэле» Кореец видел впервые. Черт его знает, кто такой?…

– Давай-ка, выйдем на улицу, Скулатый. На два слова, – предложил он.

Тот равнодушно пожал плечами, и Кореец, расценив этот его жест как знак согласия, направился к выходу из бара. Щелкнул пальцами, и его телохранитель, спрыгнув с табурета, устремился следом. Скулатый тоже покинул бар, мысленно уже проклиная себя за идею сговориться с Корейцем. Сейчас он чувствовал, что ничего хорошего из этого не выйдет. И о чем он только раньше думал?… Но какой тогда выход? Мочить Корейца? Кулон ведь ясно дал ему понять, что доводить дело до стрелы в Измайловском ни в коем случае нельзя. Проблема должна быть улажена раньше…

Они все трое вышли на улицу и оказались на парковочной стоянке. Кореец остановился и развернулся к Скулатому лицом. Его телохранитель вроде бы случайно занял позицию за спиной представителя конкурирующей группировки. Кореец бросил окурок себе под ноги и раздавил его острым носком ботинка.

– Значит так, Скулатый, – сказал он, и его глаза превратились в тонкие щелочки. – Я уже обо всем подумал. Мне не требуется для этого слишком много времени. Решения принимаю практически мгновенно. На том и стою, как говорится.

– Ну и? Без словоблудий?

– Мой ответ: «нет», – жестко произнес Кореец.

– Могу я узнать почему?

Вопрос был лишним. Скулатый и сам это понимал. Но своим категорическим отказом Кореец автоматически запускал план «Б», к которому Скулатый, по большому счету, был готов. Но на его запуск требовалось немного дополнительного времени. Спокойно опустив руку в карман брюк, Скулатый нажал на мобильнике кнопку вызова последнего абонента. Таран с Бригадиром должны быть где-то поблизости. Сигнал прошел.

– Я считаю, что базар о товаре в семь кило – чистой воды лажа, – ответил Кореец. – Ты просто пытаешься пустить мне пыль в глаза. Это напрасно. Я – не новичок, Скулатый… А насчет стрелы ты не прав. Отменив завтрашнюю, я много чего теряю. Кулон решит, что я спасовал. Испугался войны с ним. И слух пойдет, что Кореец – барахло. А это уже совсем другая пристройка. Ты ведь и сам это понимаешь? Да, Скулатый? Раскусить твою задумку было несложно. Так что извиняй…

– Я не собирался тебя кидать. – Скулатый отжал кнопку на телефоне и едва заметно скосил глаза в сторону. – Напротив, я думал, что мое предложение будет выгодно всем. Но «нет», так «нет». Никаких претензий, Кореец.

С соседней улицы резво вырулил темно-синий «Опель» и устремился к «Дэниэлю». Несущийся на предельной скорости «Опель» сбил заградительный шлагбаум и ворвался на территорию парковочной стоянки. Взвизгнули тормоза, автомобиль крутнулся на месте, и в заднее раскрытое окошко высунулось черное дуло автомата. За секунду до этого Скулатый бросился в сторону и распластался на асфальте, найдя надежное укрытие за корпусом стоящего рядом серебристого «Хендая». Следом за ним рванул и Кореец. Его телохранитель выхватил пистолет, но было уже поздно. Воздух разрезала оглушительная автоматная очередь, и верный пес Корейца рухнул, как срубленное под корень дерево. Тело его затряслось в конвульсиях. Из машины Корейца мгновенно выскочил водитель и шарахнул по «Опелю» из крупнокалиберного ствола. Со звоном разлетелось лобовое стекло. Скулатый услышал душераздирающий вопль Бригадира. Зацепило… Водитель Корейца выстрелил еще раз.

Скулатый сунул руку за брючный ремень, выхватил ствол и выкатился на открытое пространство с противоположной стороны «Хендая». «Опель» стоял на том же месте, а из раскрытой дверцы со стороны водителя свисало окровавленное тело Бригадира. Он еще дышал и даже сжимал в правой руке пистолет, но оказать какого-либо сопротивления противнику уже не мог. Жизнь ускользала из него с каждой пролитой каплей крови. Тарана в салоне «Опеля» не было. Он вынырнул из-за корпуса автомобиля со стороны багажника и дал еще одну очередь по машине Корейца. Пули лишь градом осыпались на металлическую крышу. Скулатый откатился еще дальше и взял на прицел водителя Корейца. Плавно спустил курок и почти физически ощутил, как пуля попала в цель. Голова водителя дернулась, а затем он сам завалился набок и замер на асфальте в неподвижной позе. Таран выскочил из своего укрытия.

Кореец возник из ниоткуда стремительно и неожиданно. Оружия у него не было, но он и не ставил перед собой задачи оказывать сопротивление. Вместо этого он в два гигантских скачка достиг своего автомобиля и рыбкой юркнул в распахнутый зев. Скулатый выстрелил и промахнулся. Тут же вновь застрекотал автомат Тарана, но и его пули, как это ни странно, легли в «молоко».

Кореец стремительно повернул торчащий в замке зажигания ключ и, действуя одними руками, отжал сцепление и газ. Колеса со свистом прокрутились, и автомобиль рванул с места, как застоявшийся в стойле конь, оставляя за собой запах паленой резины и черный след на асфальте. Скулатый выстрелил еще раз.

– Черт! Таран! – Он вскочил на ноги и бросился к «Опелю». – Давай в машину!

Однако момент был безнадежно упущен, и Скулатый отлично понимал это. Кореец ушел, а два его убитых телохранителя – не тот результат, которым бы стоило гордиться. Тем не менее Скулатый предпринял попытку вытащить из «Опеля» к этому времени уже бездыханное тело Бригадира и броситься в погоню.

– Поздно, – констатировал очевидный факт Таран, опуская дуло автомата. – Надо самим линять отсюда, пока легавые не нарисовались.

Он был прав. Скулатый бросил тело Бригадира на асфальт, одним движением смел осколки стекла с кожаного сиденья и сам прыгнул за руль «Опеля». Таран забрался назад. Машина развернулась и так же стремительно, как и появилась, покинула парковочную стоянку. Машины Корейца, естественно, уже нигде не было видно.

– Теперь нам крандец, – спокойно произнес Таран с заднего сиденья. – Едва эта падла доберется до своих, он сделает все, чтобы как можно быстрее нанести ответный удар. Открытая война.

– Ничего. – Скулатый не столько обращался к напарнику, сколько успокаивал самого себя. – Война так война. К этому все равно шло. Днем раньше, днем позже… Какая разница?

– Но теперь он предупрежден.

– Наплевать, – отмахнулся Скулатый. – Мы не дадим ему времени опомниться. Сегодня же вечером накроем его. Он наверняка окопается у себя на даче. Куда ему деваться?

– Собрать ребят? – спросил Таран.

Скулатый ответил не сразу. Его первоначальные планы жестко нарушились, и теперь он прикидывал, как без лишних потерь по возможности вернуть их в прежнее русло. Все должно было быть не так… Но, как говорится, хочешь насмешить бога, расскажи ему о своих планах. Скулатый не относил себя к особо верующим людям, но похоже, что сегодня Фортуна изменила ему. И это не могло не произойти без вмешательства свыше…

– Возьмем только Рашпиля и Черкеса, – произнес наконец он, уверенно направляя «Опель» вперед и при этом поглядывая по сторонам, нет ли поблизости сотрудников ГАИ.

– А потом в расход?

– Ты спятил? Они нам еще свой товар не отдали… И потом, у меня имеется задумка получше.

– Какая задумка?

– Сейчас не время для обсуждений, Таран, – раздраженно бросил Скулатый. – Нам надо срочно избавиться от этой тачки.

– Я знаю как. – Подельник подался вперед, и его голова оказалась между сидений. – Давай сейчас направо, а потом в первый дворик налево. Я покажу.

Скулатый не стал возражать. Крутанул руль так, что Таран врезался щекой в подголовник соседнего сиденья.

– Эй, осторожнее!

– Заглохни! – Скулатый заметил, что руки у него заметно дрожат. – Куда нам дальше?…

Глава 6

– Господи, чем мы занимаемся? – Крячко закатил глаза. – Это же полный абсурд, Лева. У тебя есть хоть какой-то план действий? Или мы просто плывем по течению?

Гуров внимательно вглядывался в конец улицы и нервно барабанил пальцами по скамейке, на которой они разместились с напарником в ожидании Скулатого и Тарана.

– План у нас может быть только один, – негромко произнес он. – Выяснить, кто и почему убил Михайловского. И в первую очередь нам нужен Кулон. На мой взгляд, это подозреваемый номер один.

– Откуда такая уверенность?

– Я вчера вечером немного пообщался со Скулатым. Так сказать, по душам. Ну, что за работа нам с тобой предстоит… – Гуров бросил взгляд на наручные часы. – И, знаешь, судя по всему, в том, что нам сказал Карт, есть немалая доля истины. Скулатый так и заявил мне открытым текстом. Мол, выбиваем бабки с должников, которые все, как один, наркоманы, а потом… Если бабок нет, должник отправляется в Сочи…

– Куда? – Крячко не столько не понял, сколько не расслышал, что сказал напарник.

– В Сочи. Ну, убрать, значит. Сленг. Ты что, не слышал никогда?

– Слышал, конечно.

– Так вот, Михайловский был из тех, кого Кулон намеревался «отправить в Сочи»…

– Скулатый тебе так и сказал?

– Ну, не открытым текстом, разумеется. Так что никаких прямых доказательств у нас все еще нет, Стас.

На лице Крячко появилось страдальческое выражение.

– А чего мы ждем? Брать его за жабры надо и…

– Не торопись, – охладил его пыл Гуров. – Всему свое время. Сначала давай выясним, кто такой Кулон и чем он дышит.

– Какой смысл? – не соглашался Крячко. – Бабки с должников выколачивал Скулатый, и финальную точку для них в случае крайней необходимости тоже ставил он. Если ты считаешь, что это его рук дело…

– Главный в их тандеме все равно Кулон, – жестко отчеканил Гуров. – И я еще ничего не решил, Стас.

– Ладно, как скажешь. – Станислав махнул рукой. – А что с сегодняшним рандеву? Какая у нас цель?

Гуров тяжело вздохнул. В отличие от напарника последние два часа он провел в подготовке к предстоящему событию. В то время как задача Станислава состояла только в том, чтобы все время находиться на виду у их потенциальной жертвы. А именно: он проводил время в «Лагуне», общаясь с местными завсегдатаями на разные отвлеченные темы. Встретились лишь пятнадцать минут назад на этой самой скамеечке после того, как Гуров вышел на связь.

– Мне позвонил Скулатый. Назначил здесь стрелку. Сказал, что у него есть работенка для нас с тобой. Посредством некоторых своих источников я навел кое-какие справки и, кажется, знаю, что это за «работенка». Война Кулона с Корейцем достигла своего апогея. Пару часов назад уже имела место одна перестрелка у ресторана «Дэниэль». Положили двух людей Корейца, но ему самому удалось уйти. Он укрылся у себя в загородном особняке по Волоколамскому шоссе.

– Думаешь, Скулатый планирует налет на этот особняк? – заметно оживился Крячко.

– Я почти в этом уверен, Стас. – Гуров кивнул и тут же серьезно добавил: – Только в мои планы не входит накрывать там и тех и других. Есть задумка получше…

– Что за задумка?

– Я договорился с ребятами из нашего управления. Они появятся у особняка Корейца в нужный момент, и… – Полковник замолчал, лукаво прищурившись, а затем, приняв на скамейке скучающе-расслабленную позу, негромко произнес: – Они идут, Стас. Доверься мне и веди себя естественно.

– Я всегда веду себя естественно, – огрызнулся Крячко.

План Гурова так и остался для него загадкой. Повернув голову, Станислав заметил, что к ним действительно приближались по аллее Скулатый с Тараном. Оба двигались быстрым размашистым шагом, и, когда они подошли вплотную, Скулатый без всяких приветствий произнес:

– Есть срочное дело, парни. Справитесь – заработаете себе первые дивиденды в нашей бригаде.

– А что за дело? – лениво, через губу бросил Гуров.

– Расскажу по дороге. Пошли в машину.

И, прежде чем его успели спросить еще о чем-либо, Скулатый развернулся и быстро зашагал в обратном направлении. Таран ждал. Сыщики поднялись со скамейки и пошли вслед за Скулатым. Только после этого Таран замкнул процессию.

– Что с товаром? – первым делом поинтересовался Скулатый, едва все четверо оказались в салоне его «Фольксвагена».

Разместившийся рядом с ним Гуров слегка повернул голову.

– Я созвонился с человеком. Товар будет через три дня.

К этому времени полковник рассчитывал разобраться с персоной Кулона. Каким будет итог этого разбирательства, он еще, правда, не решил.

– А раньше никак нельзя? – Скулатый заметно нервничал.

Гуров определил это не только по манере общения собеседника, но и по тому, как тот вел машину. Все движения Скулатого были быстрыми, рваными, суетливыми. В их первую встречу у полковника сложилось совсем иное мнение об этом человеке. Значит, что-то в нем изменилось?…

– Не получится. Я бы и сам рад, ты же понимаешь, но не получится. Ну, а что все-таки за дело, по которому мы сейчас едем?

«Фольксваген» целенаправленно двигался в сторону Волоколамского шоссе, и по большому счету Гуров уже не нуждался ни в каких разъяснениях. Но и не спросить он тоже не мог.

– Есть один мутный человечек. – Скулатый обменялся коротким взглядом с сидящим сзади Тараном. – Кореец…

Инструктаж был коротким, лапидарным и сводился именно к тому, к чему и предполагал Гуров. Крячко только негромко хмыкнул. Получалось, что они вчетвером отправлялись к загородному особняку Корейца, чтобы его ликвидировать. Согласно имеющейся у Скулатого информации, охрана Корейца в особняке никак не могла превышать количества в пять-шесть боевиков. Глядя на невозмутимое лицо напарника, Крячко пришел к выводу, что и у него точно такая же информация.

– Так как? – Скулатый словно бросал новичкам вызов. – Справимся?

– Легко. – Гуров улыбнулся. – Завалим этого вашего Корейца, как от нечего делать.

– А заодно и всю его охрану покрошим в мелкую капусту, – поддержал товарища Крячко. – Тока у нас всего один ствол на двоих. Волыны-то есть?