Заповедник

В ответ на выстрелы послышались разноголосые крики, улюлюканье, визг. Стены пещеры вдруг содрогнулись, словно началось землетрясение, по коридору навстречу Антону покатилась волна огня. Нестерпимый жар дохнул в лицо молодого человека. Он упал на гладкий пол и закрыл голову руками.

Понятно, что против такой мощи ему не выстоять даже с лазерным автоматом… Особенно если ты механик, а не космодесантник. Правда, навряд ли хотя бы одному космодесантнику довелось встретиться с такими чудовищами, как это выпало на долю экипажа корабля «Семаргл». А эти еще и носят оружие. «Может, они решили взять меня живым? – подумал Антон. – Не уверен, правда, что такое развитие событий будет лучше. Вдруг они захотят ставить надо мной какие-нибудь эксперименты? Что, если это просто инопланетные вивисекторы, изучающие разные формы жизни? Тогда уж лучше бы просто пристрелили».

Шаги слышались уже рядом. Поднять голову – и можно увидеть существ, чья тень повергла его в ужас. Но вставать он не собирался. Лучше дождаться, пока они подойдут поближе, – и тогда вскочить и обрушить на них всю мощь лазерного автомата.

От выхода раздался грозный рык:

– Хотел бы я знать, где этот урод?

– Его сожрали, наверное! – фальцетом запищал высокий, пронзительный голос. – И всех нас сожрут! И зачем мы сюда полезли?

«Да это же наши», – понял Антон, он поднял голову и закричал:

– Ребята! Это я! Я здесь!

Спасло его только то, что «ребята» на мгновение растерялись. Шипение, гром ударов… Байрам Камаль вогнал в ствол фотонного излучателя очередную капсулу. Магнитными полями в ней удерживалось антивещество, при аннигиляции которого и происходило высвобождение высокоэнергетичных фотонов.

– Это я! Я! Не стреляйте! – заорал Антон, стараясь делать как можно меньше движений.

– Эй, да это же Делакорнов! – крякнул Яловега. – Живой, кажется…

– Как же так получилось, что тебя не съели?! – раздался над головой Антона грозный рык Кияшова. – Странно это… Очень странно!

– Я от этих гадов сюда спрятался, – проговорил Антон. – И вас звал, между прочим! Как чувствовал, что тут можно укрыться.

– Ты как чувствовал, значит, – эхом отозвался Байрам Камаль, – любопытный раскладец получается…

– Какой еще такой раскладец? – возмутился Антон. – Я тварей увидел и сюда, под пирамиду, забежал.

– Эти гады, – прорычат Кияшов, – ты хотя бы знаешь, что произошло наверху, покуда ты тут в безопасности отсиживался?

– Что? – переспросил Антон. По лицам остальных он понял, что произошло что-то очень и очень нехорошее. – Я же не отсиживался. Я же производил разведку.

– Разведку, – проворчал Кияшов. – Прямо из земли какая-то штука выдвинулась, так мы даже сделать ничего не успели…

«Клешни, – вспомнил Антон, – черные клешни».

– Закрылись только и ждать стали, дураки. Думали, пересидим… Хорошо, хоть из корабля успели выскочить, когда она его корежить начала… Фуф, веришь ли, как вспомню, так дрожь до самых пяток пробирает.

– Не все успели, – заметил Байрам Камаль.

Антон молчал, желая дослушать историю до конца.

– Инна Лазуренко не успела, – продолжил разведчик. – И доктор Химель тоже.

– Еще бы! – выкрикнул Сумароков. – Еще бы они успели, когда вы все у люка толкались. Да вы вели себя как сумасшедшие, вы их просто затоптали! И меня бы затоптали, не проскользни я в люк первым…

– Инна осталась там? Как же так? – Антон никак не мог поверить в происшедшее. – Как же так получилось?

– Да уж вот так вот, – проворчал Кияшов, – ну и Новицкий тоже погиб, конечно. Мы-то, не будь дураки, от челнока подальше отбежали. А он, кретин, давай героя из себя корчить, схватил автомат на изготовку, да и ну по этим штукам из земли торчащим да по гадам в небе палить. А потом, когда от корабля уже одни железки остались, вцепился в одну из железок. Все орал: «Не отдам вам челнок, мы обратно на нем полетим!» Тут-то ему каюк и пришел. Его один гад крылом задел. Крылья у них, сам видел какие, распороли ему брюхо. По-моему, напрочь распороли. Рубаха, во всяком случае, развевалась по ветру, когда один из крылатых его в клюв схватил и потащил куда-то…

– Сфицерапс? – уточнил Антон.

– Какой еще сфицерапс? – с подозрением поинтересовался Байрам Камаль. – Кто такие сфицерапсы, Антоша? Может, ты нам расскажешь?

– Твари такие… с крыльями, – неуверенно проговорил Антон. – Они сфицерапсами называются.

– А почему ты их так называешь? Можешь мне по секрету поведать?

– Не знаю, – замялся Делакорнов. – Придумалось как-то название…

– Придумалось? – заинтересовался разведчик. – Это хорошо, когда фантазия работает. А у меня вот в последние несколько дней, веришь ли, вообще ничего не придумывается… – Он развел руками. – То есть совсем ничего!

– Ничего хорошего, наверное, – уточнил Яловега, – а на плохое-то у нас у всех голова отлично работает.

Байрам Камаль посмотрел на него сурово.

– Как челнок весь они по частям забрали, и Новицкого в придачу, вся туча собралась и улетела куда-то, – сообщил Кияшов. – А ты еще говорил, что они людей не едят… Зачем им тогда Новицкий нужен? Да и Химеля с Инной они с собой захватили. То, что от них осталось. Так я думаю. Да они вообще все растащили, все железки, какие от челнока остались. Может, они и железками тоже питаются…

– Лекцию об их цепочке питания прочитать теперь некому! – ехидно заметил Яловега. – Все биологи нас покинули… Ушли от нас навеки, как говорится. Так что эти твари теперь не знают, как себя вести, и стали всеядными. И людей, и железки уплетают за милую душу.

Комментарии старшего механика достали уже всех. Однако приструнить его ни у кого не возникло желания.

– Мы думали, тебе давно амба настала… – обратился к Антону Сумароков. – А ты живой и невредимый…

– Вот именно, невредимый, – с подозрением разглядывал Делакорнова Байрам Камаль, – ключевое слово – невредимый. И как такое могло получиться? Не объяснишь?!

– Если бы вы сразу пошли за мной, и с остальными все было бы нормально. Нужно было меня слушаться! Между прочим, я тут встретил разумного инопланетянина! – выпалил Антон. – Он там, внутри пирамиды, сидит!

Уцелевшие члены экипажа звездолета «Семаргл» уставились на Делакорнова с явным недоверием, а Кияшов с жалостью – свихнулся парень на почве стресса и амфетаминов, чего же тут непонятного.

– Так уж и разумного, – выдавил Яловега. – Небось вся его разумность, как кусочек помягче выбрать да половчее в него зубами вцепиться… Видели мы тут разумность недавно совсем.

– Все они тут разумные. – Байрам Камаль сплюнул. – В какой-то степени. А какие цели преследуют – непонятно.

– Я говорил с ним, – сказал Антон, – и он мне сказал, что все живые существа в округе ему подчиняются. А еще он сказал, что он – повелитель этого мира. И солдат какого-то воинства…

– Что? Так и сказал? – удивился Кияшов. – Повелитель. Это что еще за ерундовина? И вообще, как вы могли с ним говорить? Он же инопланетянин! По-русски – ни бум-бум, как какой-нибудь америкос из глубинки! Или ты на их языке разговариваешь, а? – Старпом нахмурился.

– Действительно, Антон, неувязочка выходит, – уже буквально источая голосом яд, проговорил Байрам Камаль.

– Ведь это многое объясняет, – вмешался Сумароков. Вид у него сейчас был такой, словно он находится на грани умопомешательства. – Мы видели, что действуют они слаженно, не кидаются всем скопом, а окружают, организуют атаку. Я такое по стереовизору видел. Там много тварей было. А на самом деле – одно целое. Муравейник. Вот!

– Единый живой организм? – уточнил Байрам Камаль.

– Ну да, – кивнул Коля. – Может, ими кто-то управляет. Матка. Как в термитнике. Вот он с маткой и общался. Я такое по стерео видел… И в школе мы учили. Я на кружок по биологии ходил…

– Еще один биолог нашелся! – хмыкнул Яловега. – А я думал – нету среди нас больше биологов. Делать тебе, что ли, больше нечего было? На кружок по биологии ходить… Я в детстве только и делал, что в «Quake 13» резался с ребятами…

Вспомнив школу и биологический кружок, Сумароков в очередной раз всхлипнул. Да, кто из нас мог подумать, что биологические существа окажутся такими неприятными? Хорошо быть царем зверей, властелином лесов и полей. Но, окажись на месте обыкновенного серого зайца, – и сразу поймешь, что такое дикая природа.

– Ты что-нибудь смотришь еще, кроме стерео? – осведомился у Сумарокова Кияшов.

– Нет, ну я еще в общественный центр на виртуалку хожу… Ходил… С монстрами там, кстати, рубился, – ответил Сумароков и покосился на Яловегу – по его мнению, любитель «Quake 13» должен одобрить его увлечение виртуалкой.

– По твоему поведению похоже, что ты больше порнопрограммами баловался, – усмехнулся в ответ Яловега.

– Виртуальные программы – личное дело каждого. – строго заметил Байрам Камаль. – А вот насчет телепатии… Я понимаю, что о феномене телепатии науке мало известно… Тут бы Михаил Соломонович мог нам что-нибудь рассказать, но его больше нет… Мне почему-то все время кажется, что мысли некоторых индивидов из нашей скромной компании я могу прочитать…

– И мне тоже так кажется! – выкрикнул Антон. – Я даже кое-что слышу сейчас. Какие-то общие моменты. Улавливаю ваши чувства. Ну подозрения там или страх.

– Я тоже слышал, как ты, сука, приговаривал: «Чтобы вы все сдохли с вашим рейсом!» – накинулся Кияшов на Яловегу, – но подумал тогда, что припомню это тебе после. И еще губами не шевелил. А оказывается, это ты только думал, гад!

Старший механик уставился на Кияшова с ужасом:

– Ну вы ваще-е-е, у меня же только промелькнуло, в момент сильного стресса…

– Ага, значит, думал, думал, да?! – Кияшов схватил Яловегу за воротник.

– Прекратите, – потребовал Байрам Камаль, – сейчас не до этого.

Старпом нехотя отпустил механика, погрозив ему напоследок кулаком.

– Так, все ясно, – разведчик ударил по прикладу фотонного излучателя, – пока эта гадина окончательно не проникла в наше сознание, мы должны положить этому конец. Прямо сейчас. Предлагаю пойти и прикончить ее. Если она, конечно, существует на самом деле. Телепатия не телепатия, а подстраховаться не помешает.

– Кого вы хотите убить? – не понял Сумароков.

– Гадину, – сурово глянув на Колю, пояснил Байрам Камаль. – Если Делакорнов ее не выдумал. Ну а выдумал – ему же хуже… Потому что у меня имеются серьезные подозрения, что он и есть эта гадина…

– Вот именно! – Кияшов исподлобья взглянул на Антона. – И эта самая гадина хочет заманить нас в ловушку!

Делакорнов внутренне ощетинился, но на оскорбление не ответил. Не то у него сейчас было положение, чтобы хорохориться. Все сейчас были настроены против него. Обстановка становилась все более взрывоопасной. Он чувствовал, что и у него самого мозги вот-вот закипят. Столько времени не спать, воевать с монстрами, спасаться бегством… А тут еще эти непривычные и крайне неприятные ощущения чуждого проникновения в его сознание…

– Вообще говоря, тут многие себя странно ведут, – осторожно заметил Делакорнов. – На меня стрелки хотите перекинуть, а из-за Яловеги, между прочим, много людей погибло. Я хоть дрался вместе со всеми. Челнок вот привел, когда вы, Евграф Кондратьевич, загибались там, на холме…

Кияшов опустил глаза. Действительно, челнок привел Делакорнов. Но значило ли это, что он чист и его можно избавить от подозрений? Даже Коля Сумароков мог оказаться вражеским агентом. Если этот агент действительно затесался в их ряды…

Все стали приглядываться друг к другу. Напряженность между ними возрастала.

– Скорее всего, мозг землян для здешних телепатов слишком сложен, – решил прервать тягостную паузу Байрам Камаль. – Иначе он бы давно просто привел всех нас куда надо. Но, может быть, ему требуется время для того, чтобы завладеть нашим разумом… А сейчас он захватил какого-нибудь хлюпика и действует через него…

Когда косморазведчик произнес слово «хлюпик», присутствующие сразу воззрились на Сумарокова. Коля заскулил и начал верещать:

– Это не я! Не я! Я домой хочу!

– Хлюпик! – констатировал Яловега, хотя его комментарий явно был лишним.

– Сколько времени? – облизнул сухие губы Кияшов. – Сколько у нас еще есть времени, как ты думаешь, Байрам? Пока нас всех не перебили? Надо найти шпиона!

– Вот и найдите, – вновь влез Яловега, – вы здесь главный.

– Пусть Камаль работает! Это по его части!

– А я уже было подумал, что вы мастер на все руки и шпионов ловить тоже обучены, – усмехнулся Байрам.

– Нет, я главный! И я приказываю вам разобраться с этой ситуацией! И по возможности прояснить ее.

– Итак, если предположить, что среди нас имеется шпион… – разведчик задумался и бросил взгляд на Яловегу, тот не сдержался и выпалил:

– Да это просто несусветная чушь! Какая-то инопланетная сволочь, причем через Делакорнова, который мог поймать очередной свой амфетаминовый глюк, заявляет, что может управлять всеми монстрами в округе, и вы уже готовы ей поверить! Да это же просто бред сивой кобылы!

– Вовсе не бред, – возразил Антон. – Только вот одной вещи я никак не могу понять: если он проникает в наше сознание, то почему мы начинаем слышать мысли друг друга? При чем здесь его проникновение? А мы ведь определенно друг друга слышим? Вот я словно чувствую, как Сумарокову домой захотелось, в Ужгород. И я чувствую, что мне тоже хочется! В Ужгород! А я там не был ни разу в жизни!

– Откуда ты знаешь про Ужгород? – завизжал Сумароков. – Может, ты и не Делакорнов вовсе?! Может, ты и есть тот самый инопланетный монстр! Тем более все ты лазишь то туда, то сюда… И к челноку пришел, и по пещере этой ходить не боишься! Сам вызвался… Держите его!

– Я вызвался, чтобы тебя, дурака, не послали, – сплюнул Делакорнов. – Делай добро таким слизнякам…

– Я не слизняк, – обиделся Коля.

– А может, ты и не Сумароков? Почему тогда я так хорошо читаю твои мысли? Прежде такого не случалось, – продолжал давить на Колю разгневанный Антон.

Снова повисла напряженная пауза.

– Коля все время рядом со мной был, – заметил Яловега. – И Байрам вроде бы от нас не отходил… Когда его подменить могли?

– Да не его! Мозги его! – закричал Делакорнов. – Этот хмырь мог влезть к любому из нас в голову! Я просто знаю о некоторых здешних опасностях! И не скрываю этого! Если бы я был врагам – разве я говорил бы вот так – в открытую?

– Ты уже прокололся, – предположил Байрам. – Раньше. Случайно. И сейчас прикрываешься своей откровенностью. Инопланетные гады – они очень коварные! Я так думаю…

– У меня есть одно предположение, – заметил Сумароков. – А что, если вся эта планета, Заповедник, на самом деле огромный сгусток энергии, вызывающий в живых существах всплеск телепатической активности? Что, если все мы, находясь здесь, можем постепенно развить в себе этот дар и научиться читать мысли и управлять живыми организмами на расстоянии?..

– Что-то ты говоришь как по-писаному, – нехорошо усмехнулся Кияшов.

– Я по стереовизору такое видел! – взвыл испуганный собственной смелостью Сумароков.

– Чего только по этому стереовизору не увидишь, – хмыкнул Яловега. – И охота на эту дрянь деньги тратить… Небось ты в этом своем Ужгороде к многоканальной сети подключился…

– Ну… да… – выдавил Сумароков.

– Эх, не смотреть тебе больше никогда свой стереовизор, – делано вздохнул Яловега.

– Это может быть похоже на правду, – проговорил Байрам Камаль после недолгих раздумий. – Если инопланетянин, о котором говорит Антон, находится тут достаточно давно, он мог развить в себе такой силы телепатический дар, что ему не составляет труда пригнать сюда толпу гадов и прикончить нас. Но почему-то он этого не делает…

– Не делает? – сквозь зубы проговорил Яловега. – Разуй глаза! Да от всего нашего экипажа осталось пятеро! И все из-за этого гада!

– Многие погибли при пожаре на звездолете, – напомнил Антон. – И потом, он мог не знать, с какими намерениями мы высадились на его планете. Может, мы заявились, чтобы ее завоевать.

– Да, если не знаешь чего-то, лучше это сразу уничтожить! Так, что ли? Типичная психология агрессора! – отрезал Байрам Камаль. – Космофлот, во всяком случае, никогда таким принципом не руководствуется. Задача россиян – изучить и понять…