Очевидная метаморфоза

«Нужно ей позвонить, — неожиданно решил он. — Но сейчас только одиннадцать часов утра и она наверняка спит». Неужели он действительно ничего не сможет сделать? Может, сжечь все деньги или сдать их в милицию, чтобы его показали по телевизору и объявили о его идиотизме на всю страну? «Представляю, как меня будут ругать сто миллионов человек», — с неожиданной злостью подумал он, доставая сразу несколько десятков бумажек из разорванной пачки.

— Посмотрим, — неожиданно громко сказал он, сжимая пальцы в кулаки.

— Что вы сказали? — спросил испуганный таксист.

— Ничего. Давай быстрее, у меня мало времени. К лучшему отелю, какой есть в центре, — громко произнес он уже другим, изменившимся голосом.

— Куда? — переспросил таксист, не понявший, что именно вызвало перемену настроения у его клиента.

— В самый дорогой отель города, — твердо сказал Денис Иванович. — Мне нужно снять номер.

Глава 5

Отель «Мэрриот» на Тверской открылся совсем недавно, но уже успел стать знаменитым, когда здесь поселился американский президент, приехавший к нам. Когда такси подъехало к этому отелю, Денис Иванович протянул сто рублей. Таксист собирался дать ему сдачу, полез за ней.

— Не нужно, — твердо сказал Денис Иванович. Ему пришлось приложить для этого некоторое усилие, все-таки сто рублей совсем недавно были для него довольно большой суммой. Но он заставил себя произнести эти слова и выйти из автомобиля. «Пора привыкать к новой жизни», — твердо решил он.

Он вошел в отель с большой турецкой сумкой в руках. Опытный портье Кирилл Григорьевич, увидев вошедшего, чуть нахмурился. Он сразу оценил и небритый вид человека, и его всклокоченные волосы, и дешевую сумку в руках, и его внешний вид.

«Почему швейцар пускает такого типа?» — раздраженно подумал Кирилл Григорьевич. Он работал в отелях больше сорока лет и гордился своим умением разбираться в клиентах. Незнакомец со своей дешевой сумкой подошел к нему.

«С такой физиономией место в ночлежке», — раздраженно подумал Кирилл Григорьевич.

Ему было уже за шестьдесят. Он был почти лысый, с коротко постриженной бородкой и усами. В городе хорошо знали опытного портье, уже успевшего сменить несколько гостиниц и ресторанов, где он неизменно бывал на первых ролях.

— Мне нужен номер в вашем отеле, — неожиданно твердым голосом сказал незнакомец, глядя на портье.

— Вам нужен обычный номер или сюит? — усмехнулся Кирилл Григорьевич. Интересно, что ему скажет этот тип?

— Сюит, — уверенно ответил незнакомец.

— Извините, — чуть смутился Кирилл Григорьевич. Неужели он ошибся? Но такого просто не может быть. С такой рожей у них не селились. Даже когда приехала «братва» из Воронежа… У них были абсолютно тупые лица и бритые затылки, но сразу чувствовалось, что они при больших деньгах. Вообще-то опытный Кирилл Григорьевич уже точно знал: чем умнее глаза у иностранца и чем скромнее он одет, тем больше его счет в банке. Богатые соотечественники делились на две группы. Одна, достаточно большая, состояла из людей, которые даже в окружении телохранителей и модельных красавиц выглядели довольно неуверенно. Их отличали бегающие глаза, настороженность, преувеличенно громкий голос. Они входили в любое общество, в любую компанию словно в ожидании удара. Они были готовы к этому удару, понимая, насколько неправедны нажитые ими деньги. Родившиеся и выросшие в другом обществе, с другими моральными ценностями, они понимали всю порочность неожиданно обретенного богатства. Вторая группа была представлена обычными бандитами и членами преступных группировок, которые так полюбили малиновые пиджаки и золотые цепи. Скоро они перешли на фирмы Версаче и Гуччи. Но их принялись интенсивно отстреливать, и вторая группа начала редеть с пугающей быстротой.

Кирилл Григорьевич точно знал, что все очень богатые соотечественники делятся на две категории — на государственных воров или обычных бандитов. Но стоявший перед ним человек явно не относился ни к одной из этих групп. Кирилл Григорьевич скептически оценил одежду и вид незнакомца. Нет, он не внушал доверия. Но на всякий случай следовало быть осторожным. Может, этот ненормальный тип друг какого-нибудь миллионера? Или его водитель? Хотя водителю известного человека не позволят появляться на публике в таком виде.

— Вам лучше подойти после двух, — улыбнулся Кирилл Григорьевич. — Как раз начнется новый рабочий день, то есть время вселения в наши номера, и вы сможете взять себе комнату. Ведь иначе вам придется платить за несколько часов, как за весь день.

— Меня это не волнует. Я хочу сюит, — упрямо сказал незнакомец.

«Он ненормальный», — подумал Кирилл Григорьевич и, снисходительно улыбнувшись, объяснил:

— Сюиты в нашем отеле стоят от семисот долларов до полутора тысяч в день. У нас очень дорогой отель. И какой кредитной карточкой вы будете платить? «Виза»? «Американ экспресс»? Или «Мастер-кард»? У нас принимаются все виды карточек.

— Я плачу наличными, — сказал незнакомец, доставая деньги, — на три дня. Пять тысяч долларов хватит? Мне нужен лучший номер, какой у вас есть.

Первый раз в жизни Кирилл Григорьевич ошибся. Это смутило его. Но только на одну секунду. Конечно, он ошибся. Конечно, он должен был понять, что этот человек приехал издалека. Может быть, сибирский миллионер-нефтяник или какой-нибудь газовик с Таймыра. Эта была третья группа людей, которые иногда появлялись в Москве. В начале девяностых в дорогих гостиницах стали появляться подозрительные люди с дурными манерами, в дешевой одежде. Они покупали самые дорогие машины и самые лучшие квартиры в городе, виллы и особняки, дорогие украшения и антикварную мебель. При этом всегда платили наличными. Правда, время этих господ быстро закончилось. Самых глупых и наглых отстреляли, других раздавили, третьих выдавили из бизнеса, а четвертые, очень немногочисленная часть, трансформировались в нормальных людей и уже больше никогда не платили наличными и не позволяли себе дурных манер. Но этот незнакомец выглядел слишком необычно. Он не был похож на обычных миллионеров, приехавших с Севера. Для этого у него был слишком уставший вид интеллигентного человека. С другой стороны, он не был похож и на бандита. Но он протягивал деньги. Много денег.

— Извините, — сказал Кирилл Григорьевич, — вы платите наличными? Конечно, можно и наличными. Простите, что я вынужден вам это сказать, но мне нужны будут ваши документы.

— Вот мои документы. — Незнакомец говорил чуть громче обычного. Он достал из кармана пиджака паспорт вместе с книжкой, которая упала на стойку. Кирилл Григорьевич успел перехватить книжку и даже ее посмотреть.

«Художник!» — чуть не взвизгнул он от радости. Конечно, он должен был догадаться. Все эти творческие натуры любят чудить. Он мог заявиться и в более непотребном виде. Однажды Кирилл Григорьевич видел всемирно известного художника Шемякина, который пришел в сапогах и в черной одежде, словно сошел с картин времен Гражданской войны. На нем был смешной картуз.

Над экстравагантностью дурака обычно смеются окружающие его люди. Над экстравагантностью гения смеется все человечество. А это уже не просто смех. Это слава, которая позволяет гению вести себя так, как ему хочется. Кирилл Григорьевич раскрыл паспорт. Московская прописка, с удовольствием прочел он. Конечно, московская. Наверно, преуспевающий художник, который ищет для себя представительские апартаменты. В Москве много очень богатых художников. Их нельзя даже назвать отдельной группой. Это немногочисленные представители творческой элиты, успешно вписавшиеся в окружающую действительность. Кирилл Григорьевич усмехнулся.

— Ваш апартамент будет сейчас приготовлен. — Он вдруг заметил, что стоявший перед ним человек смотрит на репродукцию, висевшую справа от портье.

— Блинов, — сказал Денис Иванович. — Хороший художник. Это мой товарищ.

— Фрукты и шампанское в президентский сюит, — тихо приказал Кирилл Григорьевич одному из стоявших рядом с ним сотрудников отеля, — и побыстрее.

— Сейчас я вас сам провожу в номер, — улыбнулся портье.

— Спасибо. — Гость поднял свою черную сумку.

«Наверно, он хранит в ней кисти и краски, — подумал Кирилл Григорьевич. — Может, на всякий случай попросить его оставить автограф в книге для почетных гостей? Если этот художник в состоянии платить полторы тысячи долларов в день, то это очень почетный гость».

— Ваш багаж заберут, — предупредительно сказал Кирилл Григорьевич, но гость покачал головой, сжимая сумку в руках.

Они поднялись в номер. Двери были уже открыты. Сразу три горничные бегали по большому трехкомнатному сюиту. Все люстры были включены. В этом номере были специальные люстры, изготовленные в Испании.

— Пожалуйста, проходите. — Кирилл Григорьевич был сама любезность. — Надеюсь, вам будет здесь удобно, — сказал портье улыбаясь.

— Подождите, — остановил его гость, — мне понадобится ваша помощь. Я только недавно прилетел из Америки. Из Лос-Анджелеса, — добавил он мгновение спустя.

«Там они могут ходить в таком виде», — с умилением подумал Кирилл Григорьевич.

— Я вас слушаю, — сказал он, чуть наклонившись и выражая высшую степень готовности помочь такому клиенту.

— Мне нужно открыть счет в банке, — сказал художник, — и встретиться с представителем риелторской фирмы по продаже жилья. Желательно, чтобы фирма была известная и крупная. Кроме того, мне нужен представитель фирмы «Вольво» или «Мерседес». Вы можете это организовать?

— Господи, конечно, можем! — чуть не закричал от радости Кирилл Григорьевич. Он был не просто портье, он был очень опытным портье. При одной мысли, какие проценты он запросит с риелторской фирмы и с представителей автомобильных компаний, Кирилл Григорьевич чуть не задохнулся от радости.

— Что-нибудь еще? — спросил он, наклоняясь еще ближе к гостю. Он готов был заложить свою душу. Такой клиент встречается один раз на миллион гостей.

— У вас приезжают в отель парикмахеры?

— Мы вызовем. Вы хотите побриться и постричься, — кивнул Кирилл Григорьевич, — можете не беспокоиться. Наш отель предоставит вам все возможные услуги, какие только вы можете себе представить. Нужно только ваше желание.

— Спасибо. Пока у меня нет больше желаний. И проследите, чтобы мне принесли горячий завтрак в постель. То есть в номер, я хотел сказать.

— Конечно. — Кирилл Григорьевич вышел из апартаментов. Он погрозил одной из горничных, которая замешкалась с цветами. Она несла в номер огромный букет живых цветов. Кирилл Григорьевич спустился к себе на первый этаж. Вызвать парикмахеров не проблема. Это он сейчас сделает. Открыть счет в банке тоже несложно. А вот звать сюда представителей автомобильных компаний и риелторской фирмы по продаже жилья совсем другое дело. Во-первых, с них нужно получить очень большие проценты, если клиент надумает что-то купить. А во-вторых, нужно убедиться в том, что клиент действительно тот, за кого он себя выдает. Хотя пять тысяч долларов он уже заплатил. Кирилл Григорьевич подошел к телефону, поднял трубку и позвонил одному своему знакомому, который в советское время был известным фарцовщиком. Сейчас он стал депутатом Государственной думы и владельцем крупного казино. Кирилл Григорьевич много помогал тогда бывшему фарцовщику и торговцу иконами.

— Здравствуйте, — вежливо сказал Кирилл Григорьевич. После того как его приятель стал депутатом, он обращался к нему только на «вы». — Вас беспокоит Кирилл Григорьевич.

— Здравствуй, Кирюша. Как у тебя дела?

— Спасибо, все хорошо. Я хотел уточнить про одного художника. Булочкин Денис Иванович. Вы слышали про такого художника?

— Булочкин? Ах да, конечно, слышал. В конце восьмидесятых был очень популярен. Его картины продавались на Запад, платили тогда ему в твердой валюте. Но в последние годы не знаю, где он. Одни говорили, что спился, другие считали, что он уехал на Запад.

— Высокого роста, рыжеватые волосы. Верно?

— Да. А почему ты спрашиваешь? Его картины раньше хорошо продавались. Но сейчас он, кажется, в Америке.

— Спасибо. — Кирилл Григорьевич положил трубку и чуть не запел от радости. Теперь он знал, что именно ему нужно было делать.

Представители банка прибыли через пятнадцать минут. Кирилл Григорьевич объяснил им, что прибывший из Лос-Анджелеса всемирно известный русский художник Булочкин собирается открыть счет в их банке, помогая своему Отечеству. Представители банка выразили полное понимание и поддержку патриотизму господина Булочкина. Но когда они поднялись наверх и узнали, что господин Булочкин собирается открыть в их банке счет и готов вложить сто тысяч долларов, у обоих сотрудников банка возникло некоторое замешательство. Пока они совещались, выяснилось, что господин Булочкин хочет положить в их банк уже не сто, а двести тысяч. Разумеется, господин Булочкин объяснил, что эти деньги были получены в России за его картины, а не ввозились из-за рубежа. И разумеется, сотрудники банка ему поверили. Они еще не слышали, чтобы кто-то в здравом уме ввозил в страну двести тысяч наличных долларов, чтобы положить их в российский банк. Подобных прецедентов просто никогда не было. Обычно такие суммы вывозили. Или переводили на собственные счета в российских банках.

Специально вызванные инкассаторы приняли деньги и уехали вместе с сотрудниками банка, которые пообещали уже через три часа выдать владельцу золотую карточку «Мастер-кард». Затем появились парикмахеры, трое в белых халатах. Две очаровательные девушки и мужчина. Пока одна девушка мыла голову господину Булочкину, другая делала ему педикюр. На всякий случай Кирилл Григорьевич вызвал двух девушек из специальной парикмахерской, которая функционировала в их городе. В ней клиентов стригли и брили обнаженные девушки, сочетая приятное с прекрасным. Девушки, конечно, не стали раздеваться в таком дорогом отеле, но готовы были это сделать по первому требованию гостя.

Но художник совсем не обращал внимания на их пышные формы. Когда они ушли и Кирилл Григорьевич поднялся наверх, он просто не узнал своего гостя. Перед ним сидел молодой красивый мужчина в расцвете сил. У мужчины были интеллигентные глаза и приятная внешность.

Затем начали прибывать представители автомобильных компаний. На всякий случай Кирилл Григорьевич вызвал представителей сразу трех компаний — «Вольво», «Мерседес» и «БМВ». С каждым из них он беседовал отдельно. Автомобильный дилер первой компании готов был заплатить три процента от сделки продаж, представитель второй компании поднял цену до трех с половиной процентов. Тогда как представитель третьей компании предложил сразу четыре процента и выиграл своеобразный тендер, проведенный Кириллом Григорьевичем.

Именно представителя компании «БМВ» любезный портье поднял в апартаменты Дениса Ивановича. На вопрос гостя о других компаниях Кирилл Григорьевич охотно пояснил, что в одной проходит ревизия, а в другой налоговая проверка.

Кирилл Григорьевич ушел от гостя в половине первого, уверенный, что разговор будет продолжаться достаточно долго. У представителя компании «БМВ» был целый каталог автомобилей. Но не прошло и пяти минут, как представитель спустился вниз. На его лице блуждала сумасшедшая улыбка.

— Почему вы так быстро ушли? — набросился на него Кирилл Григорьевич, расстроенный тем, что сделка сорвалась. — Вы должны были его уговорить.

— Мы уже все подписали, — объяснил сотрудник, глядя сумасшедшими глазами на портье. — Он выбрал «семерку» представительского класса. За сто пятьдесят тысяч долларов. Я могу вам немедленно уплатить шесть тысяч долларов. Ваши проценты.

— Тише, — сказал ошалевший от радости Кирилл Григорьевич, оглядываясь по сторонам. — Он уже заплатил вам деньги?

— Да, — кивнул представитель компании, показывая бумажный пакет, в который было завернуто пятнадцать пачек стодолларовых купюр. — Его единственная просьба, чтобы машина была у отеля ровно в шесть часов вечера. С уже оформленными номерами и документами.

— Надеюсь, вы успеете? — усмехнулся Кирилл Григорьевич.

— Да, конечно, — кивнул представитель компании, направляясь к выходу.

— А деньги? — догнал его Кирилл Григорьевич.

— Извините. — Представитель компании хотел достать первую пачку, но портье перехватил его руку.

— Что вы делаете, — упрекнул он своего визави, — на нас смотрят. Зайдемте ко мне в кабинет.

Когда через минуту представитель компании ушел, Кирилл Григорьевич вышел из кабинета, напевая что-то про себя, чем немало удивил всех сотрудников отеля, никогда не замечавших за портье подобной странности. Теперь следовало перейти к главному заданию. Кирилл Григорьевич уединился в своем кабинете, выбирая самые дорогие риелторские конторы по продаже жилья.

В это время Денис Иванович сидел за столиком и пил уже пятую чашку кофе. Здесь был настоящий кофе, а не тот суррогат, который он пробовал сегодня утром. Воспоминания об утреннем завтраке казались далекими, как сон. Тем не менее он подвинул к себе аппарат и набрал домашний телефон. Ему ответила заспанная Рита.

— Алло, — строго сказал Денис Иванович, — ты еще не проснулась?

— Уже проснулась. А куда ты ушел? В доме нет хлеба.

— Я потом тебе объясню. Если меня будут спрашивать, скажи, что я уехал в Тулу получать деньги.

— Так ты все-таки решил уехать, — поняла Рита. — Думаешь, они тебе заплатят?

— Обязательно, — сказал он, глядя на свои отполированные ногти, — обязательно заплатят.

Он посмотрел на себя в зеркало, и ему не понравилась его улыбка. Задних зубов нет, а передние шатаются. Нужно будет устранить и этот дефект.

— Я вечером позвоню и все объясню.

— Приезжай, — вдруг сказала Рита, — чего тебе в Туле ночевать. Дома всегда лучше.

Денис Иванович положил трубку. Затем позвонил портье.

— Меня беспокоят мои зубы, — сказал он, обращаясь к Кириллу Григорьевичу. — Я вижу, что вы очень оперативно решаете все мои вопросы. Вы не могли бы найти и прислать мне зубного врача. Желательно, чтобы он приехал со своей аппаратурой. У меня есть несколько часов времени, и он мог бы поработать у меня в номере. Разумеется, я вам заплачу за ваши хлопоты.

— Что вы, что вы, — буквально запел Кирилл Григорьевич, — какие хлопоты? Какие могут быть вопросы! Я все организую в лучшем виде. Вы можете не беспокоиться. Я немедленно начну искать для вас лучшего врача в городе. Не волнуйтесь, он приедет к вам со своими ассистентами и аппаратурой.

В половине второго приехали представители четырех самых известных риелторских фирм. Когда одна фирма предложила портье десять тысяч долларов, в случае если сделка будет выше трехсот, он чуть не задушил в своих объятиях их представителя. И именно этот представитель отправился в номер Дениса Ивановича со своим каталогом.

Кирилл Григорьевич ждал представителя компании внизу, уже убежденный в том, что все завершится достаточно быстро. Однако время шло, и никто не выходил из апартаментов. Это начало беспокоить Кирилла Григорьевича. И когда приехали врачи из частной стоматологической поликлиники, он решил подняться вместе с ними.

Когда он вошел в апартаменты, то услышал громкие голоса говоривших.

«Какой идиот! — зло подумал Кирилл Григорьевич о представителе риелторской фирмы. — Неужели он не понял, что ему выпал лотерейный билет?! Такой клиент бывает один раз в жизни. У него в глазах написано, что его можно обмануть. И обмануть по-крупному».

Но он не стал мешать разговору, а только попросил врача работать так, чтобы не мешать гостю выбирать возможные варианты. Кирилл Григорьевич прождал в холле еще около часа, когда наконец увидел, как к отелю подкатила машина с четырьмя инкассаторами.

«Наверно, хочет опять платить наличными», — с умилением подумал портье.

Представитель фирмы, торгующей недвижимостью в столице, вышел в сопровождении четырех вооруженных людей. Он был сосредоточен, даже задумчив.

— Что случилось? — бросился к нему Кирилл Григорьевич. — Вы сорвали сделку?

— Нет, — ответил удивленный представитель, — наоборот. У меня еще не было такого клиента. Он захотел приобрести квартиру и дачу. На общую сумму в четыреста восемьдесят тысяч. Это просто фантастика. Он выплатил нам все деньги наличными. Я еду оформлять на его имя квартиру и дачный коттедж.

Кирилл Григорьевич почувствовал, что ему плохо. Ведь другая компания предлагала три процента, а эти заплатят ему только десять тысяч. Нужно было соглашаться на проценты. Три процента от четырехсот восьмидесяти… Ему стало еще хуже. Ему дали валидол и попытались уложить в кабинете, но он догнал уезжавших представителей компании уже на улице.

— Где мои деньги? — слабым голосом спросил Кирилл Григорьевич.

— Когда оформим сделку, заплатим, — нагло сказал представитель риелторской фирмы.

«Бандиты», — подумал Кирилл Григорьевич.

— Нет, так не пойдет, — упрямо сказал он. — Платите деньги, или я поднимусь к нашему гостю и скажу ему, что вы недобросовестная фирма, которая может его обмануть. Платите деньги немедленно.

— Ну и жлоб ты, папаша, — сказал один из охранников. — Зачем тебе столько денег на тот свет?

— Платите деньги, — упрямо сказал Кирилл Григорьевич, тяжело дыша. — Вы не имеете права так подло обманывать людей.

— Миша, дай ему одну пачку, пусть утрется, — приказал руководитель охраны, который почему-то имел большее влияние, чем представитель компании. Тот послушно достал одну пачку, передал ее Кириллу Григорьевичу.