Кот недовинченный

И в самом деле, парочкой интересовались многие. Девицы поглядывали на тридцатилетнюю Катю, осмелившуюся кадрить юнца, с нескрываемой злобой. Она, в отместку им, прижалась к Ленчику и прошептала ему в ухо:

– Ну, выкладывай свои новости.

Оказавшись щека к щеке, вести осмысленный разговор было возможно – собственно, в клубах музыка для того и запускается столь громко, дабы сплотить представителей противоположных полов теснее некуда.

Ленчик, ведя Екатерину, рассказал ей о пришедшем вчера «мыле» от Антона – о чудо-программе, о том, что Питоха ее якобы уничтожил, а она, может, «всплыла» в Оклахоме. Потом поведал о стихах, присланных ему сегодня неизвестной поклонницей.

– Ну-ка, процитируй! – заинтересовалась Катя.

Леня с чувством продекламировал заученные наизусть стихи:

Я не туда тебя позвала, где вышка кровь Земли качала, а где положено начало газеты, гетто, арсенала.

Катя резюмировала:

– Бездарные, конечно, стишата. Во-первых, грамматическая норма – не «позвАла», а «позвалА», с ударением на последний слог. А потом, отглагольная рифма «позвала – качала» – явный признак графомании.

– А я и не говорил, что мне Ахмадулина письма пишет, – фыркнул Ленчик. – Тут главное не форма, а смысл. То есть, я даже думаю, шифр.

Катя задумалась лишь на минуту, а потом переспросила:

– Значит, говоришь, твой Питоха намекал в своем письме, что якобы послал свою программу какой-то тетке в Оклахому? А в Оклахоме никаких клиенток у брачного агентства нет?

– Ага.

– А ты знаешь, что в Оклахоме раньше в большом количестве нефть добывали?

– Откуда мне знать! Я ж не в «керосинке» учусь!

– Это вопрос общей эрудиции, – отбрила тетка. – Ну, неважно. Во всяком случае, стих «где вышка кровь Земли качала» – явный намек на Оклахому. Стало быть, обращаться в Оклахомщину тебе совсем не след.

– А куда – след?

– А об этом говорится во втором двустишии. Как там?..

– Где положено начало газеты, гетто, арсенала, – послушно повторил Ленчик. – Бред какой-то.

– Это не бред. В двустишии зашифрован город Венеция. В Венеции у агентства «Уж замуж за рубеж» клиентки есть?

– Есть… – растерянно пробормотал Ленчик. – Одна овца там проживает… Но, постой, с чего ты взяла, что имеется в виду именно Венеция?

– А с того, что я, между прочим, филолог и чуть-чуть этимологией занималась.

– Энтомологией?

– Энтомология, дурачок, – наука о насекомых. Ею из гуманитариев один Набоков занимался. А я занималась этимологией – происхождением слов.

Песняк про «Отель „Калифорния”» оказался длинным, и они приспособились разговаривать, рот к уху, даже в реве колонок. Точнее, Катя говорила, а Леня слушал.

– Так вот, «газета», «гетто» и «арсенал» – слова итальянские. Да не просто итальянские. Они конкретно из Венеции пошли. «Газетой», помнится мне с первого курса, называли мелкую венецианскую монету – столько там первые газеты стоили. А «арсенал», к примеру, восходит к арабскому «дарсина-а», что означает «дом ремесел». Поэтому в стихах твой Антон (а я не сомневаюсь, что это он извращается) имеет в виду Венецию. Можешь и к доктору не ходить.

– Супер! – восхитился Ленчик. – Ты у меня, тетка, не просто кандидат наук. Ты – мегаученый!

И юноша чмокнул Катерину в щечку.

– Учись, студент, – пробормотала польщенная похвалой юнца Катя.

– Значит, решено! – воскликнул Леня. – Едем в Венецию!

– Ты что, перегрелся? – невежливо спросила Катерина. – Или тебе гашиш в колу подмешали?! Какая Венеция?!

– Как «какая»? Мне же надо своего друга спасать!

– Ерунду говоришь, – поморщилась тетка.

Тут медлительный «Отель „Калифорния”» наконец закончился, и безо всякой паузы запустили «Распутин», композицию группы «Бони М». Кате и Ленчику волей-неволей пришлось расцепить объятия. Людей на танцполу прибыло. Белокурый юноша (похоже, альбинос), одетый в белые штаны, принялся выделывать коленца перед Екатериной.

Внимание племянника тщетно пыталась обратить на себя толстуха в маечке с длинными рукавами, время от времени якобы нечаянно в ритме танца задевавшая его своим колышущимся бюстом.

Ленчик, проигнорировав бюст, стал решительно пробираться сквозь толпу к столику. Катя осталась танцевать, польщенная пристальным интересом белокурого юноши.

Если бы оба они были чуть внимательнее, то, верно, заметили бы: во время предшествующего «медляка» белокурый танцевал вместе с толстухой, причем от нашей парочки они старались держаться в пределах прямой видимости. В этом не было бы ничего криминального – когда бы во время танца из рукава толстухи не высовывался чувствительнейший мини-микрофон направленного действия.

Микрофон, нацеленный точно на Катю с Ленчиком, записал их диалог от первого до последнего слова.

* * *

Адрес: [e-mail]

Кому: Галине Медичи Пчеллини

От: агентства «Уж замуж за рубеж» ([e-mail])

Предмет: запрос от агентства «Уж замуж за рубеж»

27 февраля 20** года, 10.45.05 (+04.00)

Уважаемая Галина!

Мы решились побеспокоить вас по вопросу, имеющему для нас первостепенное значение. Дело заключается в том, что по халатности нашего системного администратора (он, кстати, уже уволен) информация, чрезвычайно важная для нас, по ошибке попала в ваш электронный почтовый ящик. Скорей всего, это нелепое письмо пришло к вам в ночь с 18 на 19 февраля. В файле, присоединенном к письму, содержались очень существенные для нас данные – причем в единственном экземпляре. Если вы, глубокоуважаемая Галина, получали такое письмо, то глубоко обяжете нас, если дадите нам об этом знать.

С уважением,

вице-президент агентства «Уж замуж за рубеж»

= Тишкина А.Е.

*

Адрес: [e-mail]

От: Галины Медичи Пчеллини ([e-mail])

Предмет: Re: запрос от агентства «Уж замуж за рубеж»

Уважаемые господа!

Я припоминаю, что в дни, примерно указанные вами, я действительно получала с вашего адреса странное письмо без текста, но с вложением. Я попыталась открыть присоединенный файл, однако не сумела и поэтому уничтожила и письмо, и файл. Жаль, что в нем, оказывается, было что-то для вас нужное.

Г. Медичи Пчеллини

*

Предмет: Re [2] запрос от агентства «Уж замуж за рубеж»

Дорогая Галина!

Спасибо вам за ваш быстрый и исчерпывающий ответ. Информация, содержавшаяся в случайно попавшем к вам файле, действительно очень важна для нас. Не были бы вы так любезны допустить нашего сотрудника, высококвалифицированного специалиста, к вашему личному компьютеру с тем, чтобы он попытался восстановить данный файл? Он готов выехать в Венецию в любое удобное для вас время.

*

Re [3]:

Господа!

Если файл настолько для вас важен, то вас, наверное, не затруднит заплатить мне за беспокойство вашего компьютерщика. Согласитесь, данный визит, разумеется, отнимет у меня время.

1000 евро наличными меня устроят.

*

Re [4]:

100 евро.

*

Re [5]:

500!

*

Re [6]

Ладно, 150.

*

Re [7]:

320.

*

Re [8]:

175!

*

Re [9]:

250.

*

Re [10]:

Идет, 200.

*

Re [11]:

Ладно уж, уговорили. Я согласна – 200 евро. Когда ждать вашего компьютерщика?

*

Re [12]:

Нашего компьютерщика зовут Леонид Коноплев, и он, наделенный полномочиями и деньгами, выедет в Венецию в самое ближайшее время. По приезде он немедленно выйдет с вами на связь. ОК?

*

Re [13]:

ОК. Жду.

*

…Естественно, всю вышеприведенную переписку от имени агентства «Уж замуж за рубеж» затеял сам Леня. Брачная контора о столь бурном обмене письмами от ее имени с бывшей клиенткой даже не подозревала. Для Коноплева не составило особого труда создать «левый» почтовый ящик, откуда отсылались и куда приходили письма свежеиспеченной венецианки Галины Медичи Пчеллини.

Ленчик был очень горд собой. Ай да молодец он! Как ловко ему удалось выйти на след Программы! Вот только с самого начала он небольшую ошибочку допустил – упомянул в письме об «исключительной ценности» для агентства потерянного файла. Выжига Пчеллини денег с него и затребовала! Капиталистка хренова! Одно слово, Медичи.

Что ж делать, придется теперь раскошеливаться.

Вот только где, спрашивается, денег взять, чтобы ей заплатить?