Ведьма и живая вода

— Это вынужденная мера, — пожала плечами нейса Ρадмила. — Горы диктуют свои условия, потому на первом месте безопасность, а не красота.

— Оу… — вот на этот раз я смутилась вполне искренне, мигом вспомнив рассказы про снежные лавины, сели, камнепады и прочие опасности. — Простите… В Вилии и его окрестностях нет гор, я не подумала, что высокие здания могут пострадать от разгула стихии.

— Здания любой высоты в этом случае страдают одинаково, но высокие сложнее защитить, — ответила оборотница и вновь покосилась на сидевшего рядом архимага. Тот был невозмутим, точно каменное изваяние. — Но не волнуйтесь, нейса де Визар, в это время года у нас спокойно. К тому же, безопасность гостей обеспечивает лично наш уважаемый архимаг. Вам ничего не угрожает.

— Если понадобится, буду рядом круглые сутки, — подтвердил дей Родерик, не сводя с меня угрюмого взгляда.

И это уже совершенно точно была угроза! Я не только интуицией, а ещё и ж… жизненным опытом ощутила. И разозлилась. Да что он ко мне прицепился? Сколько можно, в конце — то концов? Я, между прочим, ничего плохого не сделала. Даже не прокляла, хотя очень хотелось. Здравый смысл настойчиво советовал промолчать, но когда я его слушала. Опасливая сдержанность и разумная осторожность снова были позабыты. Откинулась на сидение и мурлыкнула:

— Как приятно это слышать. Но, дей архимаг, вас точно хватит на всех? Всё-таки вы один, а приглашённых девушек много.

— Сомневаетесь в моих силах? — иронично уточнил дей Родерик.

— Ну что вы, — сладким голосом отозвалась я. — У меня нет на это ни одной причины. Неужели у вас есть повод для беспокойства?

А вот теперь уголки губ верховного мага ощутимо дрогнули в улыбке. Жаль, я не успела понять, насколько ехидной она была и сулила ли очередные неприятности одной не в меру говорливой рыжей ведьмочке.

— Εсли он появится, вы об этом узнаете, — пообещал дей Родерик.

Мягко, вкрадчиво, благожелательно. Так, что у меня натурально ослабели колени, а по спине пробежала струйка холодного пота. Ох, мать моя ведьма, что-то добрый архимаг нравится мне еще меньше, чем раздражённый. Жуть какая… Явно задумал что-то нехорошее.

— Надеюсь, этого не произойдёт, — вернула любезность. — Не хотелось бы вас утруждать.

— Обеспечивать безопасность королевства и его гостей мой долг, — прозвучало в ответ.

К моему облегчению, на этом наша беседа временно прервалась, потому что экипаж наконец-то выехал из тоннеля. Я стрельнула взглядом в окно и в первую секунду даже как-то огорчилась, увидев практически такой же пейзаж, что и с той стороны гор. Тёмные, почти чёрные скалы с вкраплениями зелени на камнях, редкие деревца на них, а высоко-высоко над хищными изломами вершин — синее небо с редкими облачками. Дорога, впрочем, стала ровнее. Экипаж катился по ней мягко и так быстро, что у меня слегка закружилась голова от скорости. На чём только у гишел работают эти машины? Эх, нам бы такие вместо медленных, словно обожравшаяся гусеница, омнибусов, тормозящих у каждого столба. Такая экономия времени! Но тут же вспомнила дорогу из Хантира в Вилий — сплошные ямы и ухабы — и отказалась от этой мысли. На такой скорости омнибус привёз бы разве что в ближайшую канаву, да и в той бы еще пару раз перевернулся.

— Как первые впечатления от Монтариуса? — скрывая улыбку, поинтересовалась нейса Радмила.

— Восхищаюсь ровной дорогой и скоростью экипажа, — честно призналась я. — А в остальном всё пока выглядит почти так же, как по ту сторону гор.

— Голова не кружится? — спросил архимаг.

Ради разнообразия, в этот раз он не пытался заморозить меня взглядом. Наоборот, я бы сказала, в глазах дея Родерика мелькнуло лёгкое беспокойство. И тон был сдержанным, мягким, располагающим, словно у целителя. Окутывал, убаюкивая бдительность… Я сделала глубокий вдох и отвесила себе мысленный подзатыльник, стряхивая очарование. Э, нет, так мы не договаривались! Побаиваться этого хищника в моей ситуации гораздо безопаснее, чем млеть от его голоса. Но вопрос был безобидный, потому ответила:

— Немного. Наверное, от скорости.

— От высоты, — поправил меня дей Родерик. — Дышите равномерно, если можете — делайте глубокий вдох и такой же глубокий выдох — вашему организму нужно привыкнуть к новым условиям. Впрочем… Дайте руку. Выровняю ваше состояние.

— А это обязательно? — недоверчиво уточнила я, не спеша протягивать затребованную конечность.

Во-первых, я не любила лечение магией. В принципе. Совершенно. Во-вторых, не хотела принимать его от архимага, особенно после того, как он всю дорогу подозревал меня не пойми в чём. Вдруг придумал, как нарушить слово так, что бы вроде как и не нарушать его? Ну и в-третьих, меня банально пугал такой резкий переход от откровенного недружелюбия к искренней заботе.

— Если головокружение не доставляет дискомфорта, то нет, — качнул головой архимаг. — Но я бы рекомендовал вам согласиться. Горная болезнь коварна.

Я размышляла, кожей чувствуя на себе внимательный взгляд оборотня. Получается, мы достаточно высоко? И этот извилистый тоннель, по которому мы ехали, понемногу поднимался вверх… А я даже не почувствовала. Нейса Радмила в наш разговор не вмешивалась, и хвала всем божествам, потому что иначе я отказалась бы исключительно из вредности.

— Если я почувствую себя хуже, непременно воспользуюсь вашим щедрым предложением, — решила наконец. И не удержалась, спросила: — Надеюсь, оно не ограничено по времени?

— Пока вы находитесь в Монтариусе, обращайтесь в любой момент, — великодушно позволил дей Родерик.

Хм, ну допустим, архимаг действительно заботится о приглашённых на праздник Урожая. Лично. Как там он говорил? Обеспечивать безопасность гостей королевства его долг. Ладно, будем считать, я оценила шаг навстречу. Попробуем начать всё заново, по-хорошему и доброму. Лёгкая симпатия с его стороны мне вовсе не повредит. Я чуть подалась вперёд и проговорила мягким грудным голосом:

— Благодарю, дей Родерик.

А потом улыбнулась ему, одновременно выпуская на волю ведьминское очарование. Никакой магии, лишь природное женское обаяние, усиленное ведьминским даром до магнетического. Была бы я инициированной ведьмой, вышло бы лучше, но обычно и так работало неплохо. Только не в этот раз. Архимаг сухо кивнул, словно и не заметил моей попытки расположить его к себе. На миг показалось, что в его взгляде снова мелькнуло лёгкое раздражение. А я… я безумно огорчилась! Не рассчитывала, что дей Родерик восторженно замрёт, как тот паренёк с букетом из Вилия, но и такого откровенного провала не ждала. Может, оборотни просто не ощущают ведьминские чары?

Ага, конечно! В ошибочности своих рассуждений я убедилась буквально через пять минут, когда экипаж остановился перед широким крыльцом трёхэтажного особняка. Архимаг вышел первым, подал руку нейсе Радмиле, затем мне. И негромко проговорил, глядя прямо в глаза:

— Корделия, на меня эти фокусы не действуют. Не тратьте силы понапрасну. Привороты — бессмысленная затея.

В его голосе отчётливо слышались снисходительно-усталые нотки мужчины, которому до зубной боли надоели попытки манипуляций из арсенала любовной магии от девиц вроде меня. В другой ситуации я бы оскорбилась: как же — целый опытный архимаг, а путает флёр очарования с приворотом. Но неожиданно поняла, что случайно повела себя примерно так, как он и ожидал. Очередная молоденькая красотка, желающая удачно выскочить замуж за кого-то из оборотней. Все же знают, что мужчины клана гишел нередко заключают брачные союзы с приглашёнными на праздник нейсами. Потому и условия такие: девушка должна быть в меру юной, невинной и ни с кем не связанной обязательствами. Мысленно хихикнула: а самомнение у дея Родерика ого-го! Хотя, учитывая, что он в столь молодом возрасте уже архимаг, можно понять интерес к его персоне. Особенно, если он не женат. Всё это пёстрым ворохом промелькнуло в голове буквально за мгновение, но этого хватило, чтобы резко сменить тактику и вместо праведного возмущения с нежной улыбкой заявить:

— Привычка.

— Избавляйтесь от неё, — хмуро порекомендовал оборотень. — Иначе это может обернуться для вас неприятностями. У тех, кто не столь устойчив к любовным ведьмовским чарам, они могут пробудить некоторые базовые инстинкты.

Мне бы замолчать, но горный воздух опьянял, словно крепкое вино, и толкал на безумства. Хотелось смеяться и кружиться. Я смогла, я попала в Монтариус! Казалось, что я в этот момент могу абсолютно всё. Даже подначивать вредного архимага. Оперлась на его ладонь и, лукаво склонив голову к плечу, предположила:

— Догнать и сожрать?

Дей Родерик усмехнулся и медленно покачал головой.

— Другие инстинкты, нейса. Мы же не совсем звери. Некоторый налёт цивилизованности присутствует.

В этот момент голос здравого смысла всё-таки пробился сквозь плотную завесу непонятной эйфории и настойчиво рявкнул мне: «Летти, заткнись!» Я аж закашлялась, подавившись очередной ехидной фразой о том, что налёт цивилизованности на некоторых особях столь тонок, что практически незаметен. Но польза в этом тоже была — я отпустила руку оборотня. И он тут же заботливо похлопал меня по спине. Хорошо, что благородно не воспользовался заманчивым шансом прибить не слишком крупную ведьмочку на месте и пару раз приложился ладонью не от всей души, а аккуратно.

— Б-благодарю, — просипела я, когда дыхание слегка восстановилось.

— Рад помочь, — отозвался архимаг. Склонил голову, словно к чему-то прислушиваясь, а кристалл в амулете на его груди слабо засветился. — Вынужден вас покинуть, нейса де Визар, но не сомневайтесь: это не последняя наша встреча.

Не дожидаясь ответа, он шагнул в сторону и сделал резкий взмах ладонями в стороны, точно раскрывал шторы. И… шагнул в затянутую золотистым маревом прореху в пространстве. Я не удержалась, несколько раз моргнула и протёрла глаза. Это что вообще было? Как такое возможно? Куда он подевался? Настолько поразилась увиденному, что даже забыла об очередной угрозе со стороны не в меру подозрительного дея Родерика.

— Пойдёмте, Корделия, — мягко позвала меня нейса Радмила.

Она, оказывается, уже успела отдать необходимые распоряжения крепкому парню в ливрее, терпеливо ожидавшему у крыльца, и тот сейчас извлекал из багажника мой саквояж. Я пропустила первый оклик мимо ушей, продолжая удивлённо пялиться на место, где только что стоял архимаг.

— Нейса де Визар! — женщина подошла, легонько коснулась моего плеча.

— А? — отмерла я. — А… что это сейчас было?

— В пределах этих гор архимаг может открывать себе путь в любое место, — пояснила оборотница. — Иначе как бы он успевал туда, где требуются его сила, присутствие и помощь?

— Резонно, — отметила я. Протянула: — Никогда не слышала о подобной магии.

— Вас ждёт ещё немало удивительного в нашем королевстве, — по-доброму улыбнулась нейса Радмила. — Пойдёмте, я покажу вашу комнату.

Отведённые мне покои (потому что скромным «комната» я бы это не назвала) находились на втором этаже, справа от выхода на широкую лестницу. Две комнаты — гостиная и спальня, большая ванная комната с широкой и глубокой мраморной чашей, вмурованной в пол, гардеробная, в которой уже стоял мой саквояж, и полукруглый балкончик с видом на парк. Собственно, на него любопытная я вышла в первую очередь. Много, впрочем, не увидела — мешали высокие и густые изгороди из каких-то вечнозелёных растений, тянущиеся вдоль аккуратных дорожек. Почти лабиринт! Присмотревшись, я увидела возле одной из дорожек настоящую лису. Ярко-рыжую, с чёрным носиком и белой грудкой. Зверёк замер в настороженной позе, приподняв правую лапу и вытянув хвост. Я тоже застыла, опасаясь спугнуть неожиданное чудо, но через несколько мгновений поняла, что лиса подозрительно долго не шевелится. Хлопнула в ладоши, но рыжий зверёк даже не вздрогнул. Взялась за перила и чуть подалась вперёд, пытаясь рассмотреть лису получше. Никакой реакции. Послала лёгкую волну силы, не пытаясь навредить, всего лишь желая ощутить огонёк жизни. Ответа не последовало. Магия растворилась в пространстве, не потревожив его. Точно скульптура! Надо же, как искусно сделана!

Услышала, как открылась дверь в гостиную, а затем раздался голос нейсы Радмилы:

— Корделия, как вы устроились? Требуется ли вам какая-либо помощь?

На секунду вздрогнула, слыша чужое имя. Пришлось напомнить себе, что на время пребывания в Монтариусе я как раз Кора, а не Летти. Ох, как бы не проколоться на этом… Кое-кто подозрительный этой ошибки мне точно не простит!

— Нет-нет, благодарю, — отозвалась я и вышла в комнату. — Всё прекрасно. Любовалась вашим парком. Скажите, лисичка возле одной из дорожек — это ведь скульптура? Очень похожа на живую!

— Да, это скульптура, — подтвердила оборотница. — Она не одна такая, в парке их более полусотни. Не зря он носит название малого охотничьего. Скульптуры животных и птиц там на каждом шагу. Главное — присматриваться. Не всем удаётся отыскать зверей с первого раза.

— А из чего они? — полюбопытствовала я. — Не чучела ведь?

— Камень, — пояснила нейса Радмила. — И особая краска, которая при высыхании создаёт бархатистую поверхность. Если вы коснётесь скульптуры, поймёте, о чём я говорю. Но выглядят они действительно как живые. Многие обманываются. Мастер Гвойс, создатель этих чудесных зверей, живёт недалеко отсюда. Если пожелаете, можем посетить его мастерскую.

— Пожелаю! — охотно согласилась я. Чуть помявшись, спросила: — Нейса Радмила, а почему архимаг не открыл нам путь сразу сюда? Не мог? Или его способности — это тайна, которую я случайно увидела?

— Не в этом дело, — качнула головой гишела. — Понимаете, Корделия, если бы дей Ρодерик перенёс вас сразу сюда, скорее всего, до следующего утра вы бы лежали пластом, не в силах пошевелиться. Слишком резким оказался бы перепад высоты. Он и так на вас отразился. Кстати, головокружение прошло?

Я прислушалась к своему состоянию. Оно оставалось немного странным, словно я надышалась какого-нибудь развеселина или перебрала цветочного вина. Радостно, весело, такое чувство, будто сейчас взлетишь, и одновременно — какое-то странное, беспокоящее ощущение давления в висках. Но не настолько болезненное, что бы счесть его серьёзной проблемой. И отчего-то немного сдавливало грудь, словно постоянно не хватало воздуха.

— Почти, — кивнула я, решив не вдаваться в подробности. В целом, я действительно чувствовала себя неплохо. — Немного устала с дороги, наверняка дело в этом.

Оборотница прошлась по мне пристальным взглядом и, кажется, поверила, потому что удовлетворённо кивнула и пояснила:

— И в перепаде давления. Жители равнины не сразу привыкают к нашим горам. Потому мы остановились здесь, в малой резиденции близ Джимарена. Несколько дней у вас уйдёт на то, чтобы привыкнуть жить на этой высоте.

Я подумала, что у меня есть несколько эликсиров и снадобий, которые помогут решить эту проблему гораздо быстрее, но промолчала. Ни к чему выдавать свои маленькие секреты раньше времени. Пусть лучше меня считают более слабой, глядишь, и наблюдать станут не так пристально.

— Что ж, раз у вас всё в порядке, не буду мешать обживаться, — улыбнулась нейса Ρадмила. — Завтрак через час, в столовой на первом этаже. Познакомитесь с другими гостьями, которые уже прибыли в Монтариус. Моя комната на этом этаже, последняя дверь справа. Обращайтесь по любому вопросу.

Меня так и подмывало воспользоваться любезным приглашением и поинтересоваться, где обитает архимаг. Чтобы — храни мать-Природа! — ни под каким предлогом не ходить в ту сторону. Но промолчала, потому что не сомневалась: нейса Радмила непременно доложит верховному магу о моём интересе. Начальство всё-таки! А какие выводы сделает он, можно лишь догадываться. И что-то мне подсказывало, что в романтический интерес, учитывая наше «милое» общение, дей Родерик не поверит. Проще выяснить это у других приглашённых девушек. Раз они здесь не первый день, наверняка знают: живёт архимаг в резиденции, как и полагается сопровождающему, или же появляется время от времени. Меня бы больше устроил второй вариант.

С этими мыслями я закрыла дверь за нейсой Радмилой и принялась разбирать саквояж. Ежедневно копаться в вещах, переворачивая кверху дном всё подряд в поисках определённого предмета гардероба — удовольствие ниже среднего. Пусть одежды я прихватила немного, но и она сама себя не достанет и не развесит. А учитывая, что я не любила это занятие, с ним следовало разобраться сразу. Ни к чему отравлять себе жизнь, откладывая неприятные мелочи на потом.

ГЛАВА 6

Чем ближе было время завтрака, тем сильнее меня одолевало беспокойство. Вдруг среди приглашённых окажется кто-то знакомый с настоящей Корделией? Я-то за пределы округа не выезжала, а вот Кора могла. Шанс на такое неприятное для меня совпадение был невелик, но сбрасывать его со счетов я не могла. Оставалось надеяться, если подобное всё же случится, Корины знакомые не станут во всеуслышание заявлять о том, что я не та, за кого себя выдаю, а для начала поговорят со мной. Мало ли тёзок в нашем королевстве. В крайнем случае, выдам часть правды, что Корделия не хотела ехать в Монтариус и лично мне об этом сказала. Лишь бы при этом разговоре не присутствовали нейса Радмила или архимаг.

Есть, к слову, совершенно не хотелось. То ли от нервов, то ли от избытка впечатлений. Даже подумывала сослаться на отсутствие аппетита и желание отдохнуть с дороги, но, во-первых, рано или поздно всё равно пришлось бы знакомиться с другими гостьями, во-вторых, просто сидеть в комнате было непозволительной роскошью: я ещё ни на шаг не приблизилась к цели, а время утекало, как вода из разбитого кувшина. Ну и в-третьих, пользуясь отсутствием архимага, я надеялась немного разговорить нейсу Радмилу и выведать, какие сюрпризы ждут дорогих гостей. Да хотя бы где пройдёт тот самый праздник Урожая, на который нас позвали. Я очень сомневалась, что драгоценный источник где-то у самого выхода из тоннеля. Наверняка хитроумные гишелы запрятали его подальше. С другой стороны, он мог быть и здесь. Я не припоминала, чтобы в сказке герой слишком уж долго блуждал по горной долине, но… на то она и сказка. И с реальностью совпадать вовсе не обязана. Как там говорилось? Скоро сказка сказывается, да не скоро дело делается.

Решительно поднялась и направилась к выходу из покоев. Запоздало подумала, что стоило бы спросить у нейсы Ρадмилы, предусмотрена ли какая-то защита на них. Не хотелось бы, чтобы в моё отсутствие кто-то любопытный шнырял по комнате и тем более — рылся в вещах. Я-то переживу и даже прощу, а вот проклятья, которые так и не убрала, бездушны и безжалостны. Будет незадачливый шпион хрюкать на каждом шагу, стыдливо прятать роскошный птичий хохолок на голове или чихать бабочками. Всё не смертельно, но неприятно. И жить мешает.

Но переживала зря. Стоило выйти и прикрыть за собой дверь, как её контур тут же слабо засветился нежно-фиолетовым, а в воздухе вспыхнул символ в виде запертого замка. Просто, без лишних спецэффектов и надёжно.

Пока шла в столовую, с лёгким любопытством рассматривала интерьеры резиденции. Всё-таки раньше мне не приходилось бывать в таких местах. И то, что я видела, мне нравилось. Никакой помпезной и пафосной роскоши, призванной произвести впечатление на неискушённого гостя вроде меня и подавить его своим величием. На стенах — гобелены и картины в тёмных резных рамах, в нишах — изящные скульптуры. В отличие от той лисы, что я видела с балкона, эти были выточены из мрамора. Птицы, звери, прекрасные девушки в лёгких одеждах, храбрые воины с оружием… Мрамор, казалось, слегка светился изнутри, а складки одежды на фигурах были переданы столь точно, что я всерьёз заподозрила: мастера гишел знают какое-то тайное слово, которое делает камень мягким, точно воск!

Столовая оказалась оформлена в уютных зелёных тонах. Светлая деревянная мебель с хищными «лапами»-ножками, колонны из малахита, почти невесомые золотистые скатерти с нежно-перламутровым отливом. Мысленно я присвистнула. Забодай меня олень, если они не из шёлка горных летиц! Эти твари, напоминающие громадных летучих пауков, обитали только в Монтариусе. Выглядели жутковато — мне однажды довелось увидеть чучело летицы, но были абсолютно безобидны. Питались фруктами и молодой листвой, селились в расщелинах скал и выстилали их мягкой, тонкой, но при этом крепкой паутиной. Изделия из шёлка горных летиц стоили неприлично дорого, ведь из одного гнезда можно было добыть всего два-три мотка золотисто-перламутровой нити. А на каждую скатерть ушло не меньше полусотни.

За широким столом уже расположились две девушки. Я приветствовала их вежливым кивком и заняла одно из свободных мест. Соседки посматривали на меня с лёгкой настороженностью и знакомиться не спешили. Пришлось брать инициативу на себя.

— Корделия, — произнесла я с милой улыбкой. — Ведьма из Вилия.

— Бертания, — представилась худенькая шатенка. — Я из Дракхена, мой дядя — Валериус Коренто, владелец судостроительных верфей.

— Сантия, — высокомерно кивнула вторая девушка, жгучая брюнетка с голубыми глазами. — Сантия Чармер, если вам это о чём-то говорит, нейса Корделия.

Мне — говорило. Деррек Чармер возглавлял гильдию артефакторов и занимал пост декана факультета артефакторики в королевской академии. Да уж, кажется, нечаянно украв приглашение у Корделии, я попала в элитную группу «золотых» девочек. Боюсь представить, чьими дочерьми, племянницами и прочими родственницами окажутся прочие гостьи. Однако это же и успокаивало. Слишком высокого полёта птицы и для нашей гранд-ведьмы, и для Корделии.

Девушки между тем поглядывали на меня с долей превосходства, которое однако понемногу сменялось растерянностью. Они оценили мой скромный наряд, отсутствие дорогих украшений, но при этом моё поведение было нетипичным для простой ведьмочки из ниоткуда. Я не спешила заискивать перед представительницами родов, обладающих богатством и властью, и смотрела на них как на равных. И любопытство победило снобизм. Бертания и Сантия переглянулись и первая осторожно поинтересовалась:

— Нейса Корделия, а как вы сюда попали?

Прекрасно! Именно этого вопроса я и ждала!

— Так же, как и вы, — ослепительно улыбнулась я. — Не без помощи семьи. Приглашение достала моя родственница, гранд-ведьма Вилийского малого ковена.

А что, нейса Фелиция любила наставительно повторять, что весь ковен — одна семья. И все ведьмы — сёстры по дару. Родственницы, как ни крути! А что с такой роднёй и врагов не нужно, к делу не относится. И приглашение она действительно достала.

Теперь девушки посматривали на меня более благосклонно. Однако Сантия всё же уточнила:

— Корделия, но почему тогда семья не позаботилась, чтобы вы выглядели более… представительно? Извините за прямоту, но ваш наряд очень прост, если не сказать, неказист.

Произнося это, нейса Чармер даже поморщила носик, демонстрируя своё отношение к моему внешнему виду. Сама она выбрала для завтрака элегантное бежевое платье из мягкого кашемира, украшенное нежнейшим кружевом и богатой вышивкой. В мочках ушей, несмотря на утро, красовались тяжёлые бриллиантовые капли, а на шее — колье из таких же чистейших драгоценных камней.

— Истинной ведьме ни к чему показная роскошь, — ничуть не обиделась я. И мстительно вернула укол: — Мы считаем, что глупость и ограниченность мышления не скроют ни дорогие наряды, ни блеск драгоценностей. Пустая голова останется пустой, даже если нацепить на неё десяток диадем. Но есть и иные причины, по которым ведьмы предпочитают простую одежду. Некоторые ритуалы достаточно грязные. В прямом смысле. К чему рисковать дорогими нарядами? Я привыкла обходиться простыми и удобными вещами, в которых можно и в пир, и в мир, и к добрым людям.

— А вы собираетесь проводить какие-то ритуалы? — Бертания подалась вперёд, глаза её загорелись от любопытства. — А можно посмотреть?

— Не планировала, — охладила я её пыл. — Но жизнь любит преподносить сюрпризы. Предпочитаю встречать их в полной готовности.

— Ну и как, оказались вы готовы к проявлениям горной болезни? — ехидно хмыкнула Сантия. Моё замечание о глупости её явно задело. — Или приняли любезно предложенную помощь дея Ρодерика?

Судя по едва уловимым ноткам сарказма, «любезен» архимаг был не только со мной. Видимо, такой уж паскудный характер. Это не могло не радовать. Если он ко всем цепляется, как репей в волосы, значит, будет уделять меньше ненужного внимания каждой девушке в отдельности. И лично я бы с превеликим удовольствием отказалась от причитающейся мне доли!

— О нет, я не сочла необходимым утруждать дея Родерика такой мелочью, — отмахнулась я. — К тому же, я взяла достаточно снадобий, эликсиров и амулетов, что бы справиться с подобными неприятностями самостоятельно. Хотя, несомненно, высоко оценила заботу о гостях. — И сменила тему. — К слову, любезные нейсы, сколько приглашённых уже прибыло в Монтариус?

— Вместе с вами нас теперь пятеро, — охотно отозвалась более общительная Бертания. — Но нейса Далила приехала лишь вчера и неважно себя чувствует. — На несколько мгновений умолкла, а после, понизив голос, попросила: — Нейса Корделия, а вы не согласитесь поделиться со мой вашими волшебными снадобьями? Признаться, меня до сих пор беспокоят головная боль и шум в ушах.

Я не стала спрашивать, почему она не обратилась с этой проблемой к архимагу. Если он общался себя с прочими гостьями хотя бы вполовину так же «радушно» как со мной, вряд ли девушкам хотелось лишний раз с ним сталкиваться. Почему-то казалось, что и незнакомая мне пока что нейса Далила тоже предпочла отказаться от его помощи. Мои догадки подтвердила Сантия. Она неожиданно понимающе улыбнулась и вполголоса проговорила:

— Похоже, четверо из нас, не сговариваясь, решили не утруждать дея Ρодерика столь незначительными мелочами. К слову, нейса Корделия, я тоже буду признательна за эликсир.

— Никогда не откажу соотечественницам в помощи, — легко согласилась я, отметив, что одна из девушек всё же решила озадачить архимага заботой о своём здоровье. Ну или чувствовала себя настолько плохо, что он попросту не спрашивал. И напомнила: — Нейса Бертания, вы говорили о пяти гостьях. Но вместе с упомянутой нейсой Далилой нас четверо.

— А пятую сами сейчас увидите, — неожиданно мрачно пообещала собеседница.

Словно дожидаясь этой фразы, в столовую вплыла очередная красавица. Я сидела лицом ко входу и потому не пропустила её появление. Вернее, вначале вплыл аромат дорогих духов, ненавязчивый, но привлекающий внимание, а затем на пороге показалась прелестная девушка, облик которой был знаком мне по рекламным буклетам. Огромные синие глаза, нежное личико с идеальными, почти кукольными чертами, идеально — локон к локону — уложенные волосы, иссиня-чёрные, точно воронье крыло. И фигура у неё была столь же идеальна. Вот уж кого я никак не ожидала увидеть среди приглашённых!

— Нейса Алмия Шиз, — негромко прокомментировала Сантия не оборачиваясь. — Прошу любить и жаловать.