Пустышка

Гул голосов ему ответом.

Я же обращаюсь к своего помощнику…

— А ты готов??

— Епстепственно. — чему-то сильно радуется Искин — Ща удивим дурачков. С твоими-то возможностями поглотителя магии!!! Жаль личная сила у тебя ни о чём, а так бы хоть подзарядились на шару. Но и так отлично. Попросту рассеивай полученные заряды и всё. В пространство сбрасывай и не морщись главное, если больно, где будет или руки там ещё щипать начнёт от воздействия тока… или чё там у них. Чтобы казалось со стороны, будто вся эта их навороченная аппаратура не работает, понял??

Мысленно отвечаю я, что всё понял. А Искин меня заверяет в том, что он со совей стороны, все неприятные ощущения мои постарается купировать.

— Ну-с, а не начнём ли мы? — лихорадочно блестя обезумевшими глазами, подскочив ко мне почти вплотную, говорит Михалыч.

— Разряд!!! — чей-то голос сбоку, но я не отвлекаюсь.

Тряхануло. Но вроде со стороны и не видно, что я дёрнулся. Как и обещал Искин, он контролирует мою нервную систему.

— Ну, ты как? — спрашивает возбуждённый Завотделением.

— Ничего не понял. — говорю я, смотря на него честными глазами — Вроде, ничего. Да точно, ничего не почувствовал. А как должно быть??

Но Михалыч лишь рукой махнул, а потом всё же добавил, но уже голосом немного объяснений.

— У каждого по своему. Кому и минимум разряда хватает способности свои проявить, а кто и на максимуме анекдоты нам тут рассказывает. Саня, что там у тебя по монитору? Скачок был? Ты его зафиксировал??

Глухой голос ответом, ведь звуков в комнате хватает от работающей, почти явно на пределе, или близко к тому, аппаратуре.

Но Искин услышал. Смеётся…

— Увеличить разряд. — командует Михалыч. — На пятьдесят процентов.

— Но так нельзя… — ещё голос, но уже женский. — Не по протоколу. Да и ведь пациент не взрослый мужчина, под сотню килограмм весом.

Но мой официальный лечащий врач уже явно закусил удила… экспериментатор хренов.

— Под мою ответственность. Нечего постепенно увеличивать мощность. Тут, скачкообразно воздействовать надо на пациента. Он по определению даже не нулёвка… пустышка. Полная. А потому… Выполнять. Начали.

На этот раз совсем ничего не почувствовал, явно Искин успел всё просчитать ещё до удара и приготовиться… как сам, так и нервишки мои подкрутил.

— График?? — орёт почти вне себя мой лечащий врач.

— Пусто… — ответом ему знакомый голос.

— На восемьдесят кратковременно. — принимает решение завотделением — Не будет скачка, то поднимаем мощность воздействия до девяносто. Удары последовательно друг за другом. Начали…

И вновь я со скучающим на лице видом наблюдаю за беснующимся врачевателем. Вот же азартный чёрт.

— Да не работает у вас аппарат. — говорю я громко. — Сами проверьте…

И сую электроды находящемуся рядом со мной Михалычу. Тот на автомате хватается за мои руки, а ведь приборы никто не отключал…

— А-а-а-а… — задёргался мужик.

Я же разжимаю свои ладони, а вот такой фокус уже Михалыч с электродами, повторить след за мной, не в состоянии…

Упал… и колбасит его даже на полу неслабо.

Что тут началось…

Все повыскакивали со своих мест. Меня оттеснили к стене, а потом и вовсе, приставив уже другую бабулю, отправили восвояси. Всем резко стало не до меня.

Бабка по дороге всё пыталась выпытать из меня, что же в кабинете то случилось, что все вдруг так резко забегали. Но я отмалчивался, благодаря подсказке Искина. С его слов меня ещё и не такие монстры сыска будут пытать, если врач наш кони двинет.

Но, что интересно…, в ближайший час меня посетила только мама. Немного обеспокоенная, но всё такая же неприступно красивая. Росточка вроде всего ничего, даже я её сейчас немного выше, но какие же хорошие у неё пропорции. И личико словно кукольное и грудь не слабо так выпирает. Повезло отцу, что сказать. Я часто засматриваюсь на маму, но мне и так есть на кого смотреть. Сестрёнки у меня тоже красавицы, хотя все они красивы по-своему. Кровь родителей смешалась и дала неплохой, такой результат. Я даже по себе смотрю. Не урод. Красив тоже по-своему. Мне бы тело подкачать. Но где я, а где физкультура. Эх… и братья старшие не спешат мне в этом помочь, в отличии от желания припахать на своих работах. Но я откусываюсь…, а потому и отношения у меня со всеми в семье, надо сказать…, натянутые.

Даже с мамой у нас…, так себе понимание. Она считает, что у меня переходный возраст, а я ваще не понимаю, что у меня, во взаимоотношениях с семейными, происходит.

— Что там с Михалычем?? — уточняю я, стоит ей только переступить порог моей палаты.

Она же только головой качает…

— Нет, пока, больше Михал Михалыча, а есть маленький Мишутка. Сука…

Я аж на постели приподнялся. Моя мама и ругается!!! Да скорее земля с небом местами поменяется. А тут…

— Не понял… — выдавливаю я из себя, под воздействием ора в голове от Искина, пару слов вопроса.

— Балбес, выжег себе память. Теперь ходит под себя, словно ему годик. Память сжёг дурак, и перед этим с тобой такое же проделывал, да видно, когда ты держал электроды, контакт был плохой. Его же приголубило знатно, стоило тебе эти проклятые железки ему в руки сунуть. Просматривала я видео. Там ведь всё на камеры писалась. Потому к тебе и вопросов то нет. Всё и так понятно. Уже следственная группа от Министерства Внутренних Дел приехала. Работают. Вечером отец зайдёт, лично с тобой переговорить. Ох… что-то с тобой в последнее время вечно что-то происходит. То молния…, то вот это…, то Степанида чудит. Вбила себе в голову, что ты ей богом данный муж. Так что не обижайся, отправила я её, голову остудить. В филиал сплавила. А ты, думаю, уже завтра домой…, но не в школу, а то ещё перед каникулами, что опять учудишь, в этом же духе. К дедушке Васе поедете с бабой Людой.

О господи!!! Только не это.

— Поедете?? — уловил я в её словах главное.

— Костик с тобой поедет, нянькой. Ему после армии самому проветриться надо. А-то за отцом вслед рвануть решил, в ментовку. У папы с ней проблем куча, так и этот ещё удумал чего. Может образумится за лето. Поработаете в мастерской у деда. Ты привычный, ведь постоянно старшие братья, Вася с Игорем тебя с собой брали.

— Угу… — морщусь я. — Мастерскую убирать в основном. Нет уж, я на каникулах отдыхать хочу. Денег сколько нам с Костей выделите??? И чур их давать каждому в отдельности, а то я знаю Костяна. Вы ему деньги на меня, а он мне фигу в ответ на мои надобности.

Но фигу мне показали уже сейчас.

— Деньги только вам на проезд. А там уже сколько в мастерской заработаете. У дела Васи не забалуешь, а бабушка у нас правильная и мужа своего слушается. На пирожок может раз другой и выделит или на колу, а так… САМ.

Ну, блин и лето меня ждёт. Одна радость… по лесу помотаться можно будет. На речку купаться… на рыбалку смотаться на озёра. С братьями, по отцовской линии, возрастом близкими, по местным девчонкам мотануться.

Танцы деревенские. Но там драки…, а этого я уж точно не люблю. Ещё братан двоюродный по отцовской линии, Вадик… драчун. Косая сажень в плечах. Раскабанел, работая в поле. Вечно меня доставал. На год младше, а здоровым уже вымахал, что тот лось.

И чё делать? Думал, тут в компе посидеть всё лето, хотя в квартире у меня своей комнате нет. Копм отца, но днём можно спокойно играть, пока он на работе. С другой стороны, девчонки-сестрички точно в деревню не поедут. Уже плюс. Сама мама с отцом тоже. Работа… да и мама в интересном положении. Старшие братья с удовольствием до деда Васи бы проскочили. Тут тебе и самогон, и девки местные, безотказные. Да, вот незадача… у них своя мастерская. Наблатыкались у деда, опыта набрались, теперь в нашем городе свой маленький бизнес замутили. И меня, бывает, туда притягивают, типа гайки крутить, да больше там приходится со шваброй вальсировать.

— А папа-то чего от меня хочет?? — спрашиваю я.

Мама кривится, словно уксуса хватанула.

— Профессиональное у него это. Не утерпит…, с расспросами придёт. Что да как. Сказала же ему чтобы тебя не трогал, но если дадут ход расследованию официально, то надо быть готовым к этому, а это кучу бумаг исписать придётся. Всех опросить и прочее. Лишь бы следственный эксперимент не устроили. Не дам над тобой издеваться. А потому, завтра с утра марш в деревню, от этих противных копов подальше.

— А девчонки? — решил я похулиганить. — Их нам там ждать??

Но мама лишь головой покачала.

— Будем готовиться к появлению детей на свет. Надо и квартиру подготовить. Всё вымыть, вычистить. Закупок много надо сделать. Да чего я тебе рассказываю. Появится своя семья, поймёшь.

— Чур, меня чур… — крещусь я тайком, но мама видит и начинает смеяться.

— Вон Степанида едва тебя в оборот не взяла, и принесла бы в подоле, а потом тебе под венец. И не отвертелся бы. Женишок.

Я же в душе только радуюсь. Баба с возу кобылы легче. Бабушки Люды на всех хватит с лихвой, с её маниакальной заботливостью. Поел, не поел, руки мыл, не мыл. А это, что такое… откуда синяк? Опять дрался? И нечего с Викой под забором соседей целоваться… мал ещё. И всё в том же духе.

С дедом проще. И одновременно сложнее. Он ваще на счёт внуков не парится. Сами выживите… вот его основной воспитательный принцип. Если чё надо… поможет. И на счёт зажиманий с девчонками ни слова против, одни подколки и смехуёчки… одна зависть в его умных глазах. На синяки и не смотрит, и по ночам не ждёт, хоть через день приходи, но по телефону будь добр предупреди, чтобы за тебя зря не волновались. Заставишь волноваться… быть тебе битым. и похер ему… школьник ты или бывший спецназовец с боевым опытом. Своё получит каждый. И бабушке не заступиться. Бесполезно.

— Так на счёт Михалыча-то можно поподробнее? Что значит, память сжёг?? Он что, реально и мне это хотел сделать? Зачем??

Мама качает головой.

— В начале было принято решение, просто на этой аппаратуре твои реакции на раздражители считать и магический фон сопротивления замерить. Но он у тебя нулевой вообще. Аппаратура тогда получается не работала. Вот он и поднимал мощность, не озадачившись контактами и их соприкосновением с твоими ладонями. В принципе, безобидная процедура, но не в том случае, когда нагрузка стопроцентная. Вот под её удар он сам и попал. Графики на загляденье, а как побочный эффект… стёр себе память. Теперь ему всему по новой учиться. Сейчас у него чистый разум, как у новорождённого. Так-то. Ну всё…, мне пора бежать. Дела. Ты готовься морально к завтрашней поездке. Хоть бабушке с дедушкой от нас всех приветы передадите.

Но я успел уже ей в спину вопрос задать.

— А Костя-то как к этой идее отнёсся???

Мама лишь хмыкнула.

— А у него и выбора-то не было… — и многообещающе так улыбнулась.

А я, откинувшись на подушку, пробормотал еле слышно…

— В деревню, так в деревню…

Глава 4

Вот же. Своим ходом добираемся на деревню к дедушке, благо не на своих двоих. Машину нам не выделили, да и есть она только у отца, причём старая, видавшая виды.

Автобусом, уже второй час трясясь по разбитой сельской дороге, едем в сторону родных пенатов отца. Денег и правда с гулькин хер нам выделили родители, да ещё братец, как и ожидалось, и последние копейки себе прикарманил, впрочем, именно это я и ожидал в самом начале наших приключений. Да и договорились об этом заранее ещё вчера…

Ну, а вечера вечером, и правда, ко мне в палату заявился отец, причем не один. Костик из себя настоящего детектива решил покорчить.

Ну, а папа…

— … и как же ты ничего не чувствовал? — вкрадчиво так выпытывал у меня отец, обстоятельства дневного происшествия.

И ведь в разговоре всё перескакивал с темы на тему. Профессионально работал. Запутал бы меня точно, если бы не мой внутренний помощник.

А я легко врал о том, как меня потащили на эти обследования и как не удосужились проверить качество контакта электродов оборудования с моими ладонями. Да и по-большому счёту эти расспросы — это личная инициатива отца. Он чисто перестраховывался, к тому же ведь никто так уж сильно и не пострадал, вследствие этого неприятного инцидента. Подумаешь, появился в итоге в империи большой, маленький мальчик Мишутка, вместо уважаемого заведующего отделением, мага-врача Михаил Михалыча. Ко мне-то какие вопросы? Я и сам жертва врачебного произвола…

Но эту тему в полной мере не дали развить, ведь у меня мама тут работает. Профессиональная солидарность.

Ну, и Костя пытался свои вопросики вставлять, но больше всё же слушал, как меня папа пытал своими расспросами. К счастью, долго это не продолжилось. По подсказке Искина, я сказал отцу, что голова кружится и в сон клонит. Озаботившись моим состоянием здоровья допрос с пристрастием отец прекратил.

Но перед убытием эта милая парочка, в составе настоящего и будущего ментов-копов, уже о прозе жизни говорили…

— … сто рублей вам выделили, на всё лето. — жёстким голосом говорит, как рубит, словно отдавая приказы отец, совсем как боевой военачальник. — Десятка автобус добраться до деда… на поесть ещё пять рублей. А дальше уже сами. Где приложить свои руки и активность, там есть. Захотите, заработаете. А так… голодными из вас, баба Люда, уж точно никого не оставит. Так что три месяца я о вас двоих ничего слышать не хочу. Ты… — кивок в мою сторону со стороны отца — отдыхаешь. Для этого деньги детям почти не нужны, по определению. Со своими хотелками детскими сам разбираешься. Пора уже взрослеть.

Тут уже я вскидываюсь…

— Так мне отдайте пятьдесят рублей из этой сотни. — кричу я раненой белугой — Он же зажилит их, и я вообще ничего из них не получу.

Тычу пальцем в брата. В старшего, сильного, большого брата, который-то и раньше меня не очень любил…, а теперь…

— Ну, почему же… — многообещающий взгляд со стороны Кости — очень даже получишь, например, в лоб. Чего отца перебиваешь? Взрослым себя слишком почувствовал?

На что папа только улыбается…

— Ты ещё не умеешь деньгами распоряжаться. — говорит он мне — А с Константином…, мы его поведение без лишних ушей обсудим, по дороге домой. — очередной многообещающий взгляд кидает отец, но уже не на меня, а на Костяна, от чего тот ёжится… — А с тобой… ты тут до утра полежишь, а утром Константин за тобой заедет. Вещи девчонки тебе соберут с мамой во главе. Домой утром не заезжаете, а сразу на автовокзал.

И видя, что я уже собираюсь возмутиться, добавил, чуть повысив голос.

— Не обсуждается. Ты вечно в какие-то передряги в последнее время попадаешь. Вот брат за тобой и присмотрит, да и дедушка без пригляда не оставит. Я ему уже отзвонился. Ну, а ты… — уже переводит в свой взгляд отец на Костю — головой за него отвечаешь. Быбы, бабами…, но, если с ним, что случится… — и очередной кивок в мою сторону… — сам, знаешь, нашу маму. Мало тебе не покажется.

Я вижу только затравленный взгляд брата.

Это, да!!! Мама бывает у нас уж больно крута, и отхватить от неё бывает, ну, очень просто. Особенно старшие и девчонки об этом хорошо знают. Костя, ещё так сяк, бывало, попадал под раздачу, под горячую руку любимой мамули, а вот меня и папу почему-то мама никогда не наказывала. Во всяком случае прилюдно папа с ней никогда не ругался.

А я…

Вздыхаю…

Такое ощущение, что в семье меня тоже боятся, почти как маму. Старшаки, конечно, тумаки иногда отвешивали, если родители и девчонки не видят. Знают, что никогда я жаловаться на них не пойду. Но это тёрки, между нами, а с Константином, вообще, до этого у нас проблем, в наших взаимоотношениях, почти никогда не было. В школе, наоборот, он всегда за меня заступался, пока в ней мы вместе учились. Он в выпускном, а я в начальных классах. Эх…, прекрасное времечко было!!!

А остальные меня… — вздыхаю…, просто избегают. Моего общества избегают словно им, включая и маму, некомфортно со мной в одной комнате и, вообще, в обществе быть.

Да и в школе…

— … это просто твой магический магнетизм на всех давит… вернее то, что ты попросту антимаг. — влезает без спроса в мои мысли Искин — Ты у них из всех эти крохи магии вытягивал, эту их магическую составляющую. Так…, сам по себе…, не специально, бессознательно, не осознавая, что ты, вообще, делаешь. А потому…, и девчонки тебя избегают, потому что ты им, на уровне инстинктов, неприятен. Мальчики агрессию проявляют повышенную, почти по той же причине. Вот и вся подноготная твоих прошлых бед. Но теперь ты можешь забыть об этих мелких, в прошлом, неприятностях!!! Я твою способность обуздал. Это было нетрудно с моими-то возможностями, а когда поглотишь силу моего древнего псиона, то мы тогда твою способность, вообще, в твоё супероружие переделаем постепенно. Веселее смотри на жизнь. Скоро всё изменится и обязательно в лучшую сторону.

На глазах наворачиваются слёзы, даже Костя заметил видимые изменения с моим лицом.

— Да ладно Малой, не расстраивайся. — бубнит он, ошарашенный метаморфозами, происходящими с моим лицом. И ведь была причина ему так удивляться. — Да, отдам я тебе твои полсотни. Чего из-за этого плакать-то?? Нашёл причину…

Да и отец немного обескураженно выглядит, ведь слёз у меня, наверное, с младенчества никто и никогда не видел, а тут…

Из-за денег расплакался??? И что они подумают, а главное, понапридумают себе дополнительно, и потом все свои придумки ещё домочадцам расскажут, в особенности нашей маман. Вот уж перед кем особенно не хочется позорится, так это пред ней.

— Да причём тут деньги… — говорю я. — Голова разболелась, виски ломит так, что аж глаза слезятся. И ещё вы меня тут разговорами замучили… — мажусь я, как могу. — А с деньгами… ты мне лучше Костя там в деревне помоги, я драться, как ты хочу научиться.