Женюсь на Красоткиной

Глава 9

Вазы в квартире не оказалось. Я поставила цветы в стеклянную банку на кухне и присела за стол. За стеной бушевал ураган «Елена», и возвращаться в комнату у меня пока желания не было. Пусть сами разбираются, какие у них отношения. Впрочем, я и отсюда слышала каждое слово.

Для начала девица что-то разбила, затем начала верещать, что Сергей должен немедленно навести порядок., то есть выставить меня за дверь.

– С какой стати? – флегматично вставил парень.

– Что значит, с какой стати? Я понимаю, тебе захотелось позлить родителей, но всему есть предел! Ты же не собираешься бросить меня после всего, что было, и жениться на какой-то бездомной девчонке из кулинарного техникума!

– Колледжа. И дом у неё есть, но не в городе, – все так же невозмутимо поправил Сергей. – Лен, а что между нами было? Мы ничего друг другу не обещали, в любви не объяснялись. Несколько раз хорошо провели время вместе – да.

– Ты мне даже цветов ни разу не дарил!

Я невольно улыбнулась, глядя на букет.

– Они тебе были нужны? Ну, сказала бы – подарил бы, – в голосе Сергея прозвучали скучающие нотки.

– А этой девке, значит, тут же в зубах дешёвые астры притащил? – в комнате что-то загремело. – Не ожидала от тебя такого!

– Не в зубах, а в руках. И не девке, а девушке, на которой я собираюсь жениться. Насчёт дешёвых ты права, что увидел поблизости, то купил. В следующий раз букет будет подороже.

Я закатила глаза. Сергей не соображает, что делает? Да Елена свет-Эдуардовна сейчас разнесет его квартиру! Зачем он так себя ведёт? Неужели не мог отправить девицу отсюда по-хорошему? В том, что Сергей больше не собирается с ней встречаться, у меня сомнений не было. Он уже сделал всё, что мог, чтобы завершить отношения.

Елена разразилась такими выражениями, какие не от каждого грузчика услышишь. И где только так научилась? Я набрала номер Лизы.

– К вам можно зайти на полчаса?

– Конечно, – оживленно ответила она. – Расскажешь, как прошли смотрины?

– В цирк после этого дня можно не ходить, – я хмыкнула. – Сейчас приду.

– Давай, дверь будет открыта. Дима какому-то клиенту на ночь глядя квартиры показывает, так что спокойно поболтаем.

Я вышла в коридор, неторопливо обулась, взяла сумку и ключи и крикнула в комнату, перебивая бурную темпераментную речь Елены:

– Серёж, я пока зайду к Мироненко.

– Хорошо, я тебя оттуда скоро заберу, – все так же спокойно откликнулся Сергей.

Интересно, сколько у него таких Лен? Вернее, сколько из них явятся сюда с разборками. Если бы девушка повела себя по-другому, я бы ей посочувствовала. Но у меня сложилось стойкое ощущение, что Елене действительно ничего не обещали, кроме приятно проведённого времени, и она прекрасно это понимает. Представляю, как разозлится Жанна: наверняка девушка, по её мнению, гораздо больше подходит Сергею, чем такая, как я. У Елены есть деньги и точно нет проблем с жильём.

– Мой отец всё узнает! – верещала девушка, когда я выходила в подъезд.

– Что – всё? – поинтересовался Сергей.

– Ты за мной ухаживал, ты возил меня сюда. Родители думают, что ты вот-вот сделаешь мне предложение!

Я захлопнула дверь. Логика в упрёках девицы отсутствовала. Каким образом Сергей за ней ухаживал, если даже цветы не дарил? В том, что он возил домой кого попало, я не сомневаюсь, сам же и напросился на скандал. Только пусть шоу продолжается без меня.

Голос Елены был слышен даже в подъезде. Надеюсь, её папа, кто бы он ни был, не примчится вступаться за её честь.

Я толкнула дверь квартиры напротив.

– Милка, я кексик испекла, – радостно сообщила Лиза. – Давай налью чайку, и рассказывай, что там и как со смотринами.

Сергей

Не думал, что Ленка может так долго, громко и противно верещать. С чего она вообще пытается доказать, что у нас были серьёзные отношения? Мы встретились раз пять за два месяца, не созванивались между встречами, не переписывались, если не считать нескольких банальных картинок «С добрым утром», отправленных друг другу на ватсапп. Ни о каких чувствах речь не шла, и вообще любимая фраза Ленки: «Постель – не повод для знакомства». Не уверен, что она не встречалась в это время с кем-то ещё.

– С чего вдруг твои родители решили, что я собираюсь на тебе жениться? – поинтересовался я, наблюдая за взбешенной девушкой.

– Серёжа, ты не думал, что моя двоюродная тётя замужем за твоим отцом? – голос Ленки прозвучал ядовито. – Мы из одного круга, наши родственники знакомы. Естественно, они подумали, что ты всерьёз за мной ухаживаешь.

Я понимающе кивнул. Видимо, именно эту «подходящую девочку» хотела за меня сосватать Жанна. Нет уж, спасибо, я лучше женюсь на Красоткиной, чем на этой истеричке. Видимо, тётя Жанна не успела рассказать племяннице о последних событиях.

Как она не вовремя заявилась! Я собирался поговорить с Милой, сказать, что она мне нравится, может быть, даже поцеловать Красоткину, а вместо этого уже полчаса слушаю вопли избалованной истерички, привыкшей получать все по первому требованию. Хочет машину – купят, хочет закончить универ, не напрягаясь, – заплатят, кому нужно, желает полететь в Париж на выходные – пожалуйста. А теперь Ленке зачем-то захотелось стать моей женой, и она ждёт, что все сложится так, как она задумала.

– Лен, я одного не понимаю, – вклинился я в паузе. – Зачем тебе понадобилось за меня замуж? У тебя все есть, тебе хорошо, ты ни под кого не подстраиваешься, живёшь, как тебе хочется. Я-то тебе для чего нужен? Ты меня не любишь, я тебя тоже.

– Причём тут любишь-не любишь? – она передернула плечами. – Наши семьи давно знакомы, мы – подходящая пара. А ты притащил сюда какую-то толстуху, нищебродку, и собрался с ней расписываться. Ещё и цветы ей даришь!

– Леночка, то, что ты родилась в семье обеспеченного папы, – не твоя заслуга, – спокойно заговорил я. – Ты сама ни рубля не заработала и зарабатывать не умеешь. Так что не надо называть нищебродами тех, кому от рождения повезло меньше. Если тебя лишить папиной поддержки, у тебя не будет денег даже на еду. И да, я собрался расписаться с Милой. На днях будем составлять список гостей и заказывать печать приглашений.

– И ты вот так запросто покажешь всем на свадьбе эту простую, как веник, толстуху?

– Не вижу проблемы, – отрезал я. – И не такая уж Мила простая, как тебе показалось.

– Ну-ну, посмотрим, сколько ты рядом с ней продержишься! – Лена презрительно фыркнула. – Видишь, она уже сбежала и оставила тебя со мной.

– Не сбежала, а дала нам возможность выяснить отношения наедине, – поправил я. – Лен, мы во всем разобрались? Уже поздно, мне с утра на работу, Миле в колледж. Ты на машине или вызвать тебе такси?

– Выгоняешь? – Лена прищурилась.

– Провожаю.

Моё терпение закончилось. Я аккуратно, но крепко взял гостью под руку, вытащил из квартиры и повёл по лестнице.

– Ты совсем страх потерял? – шипела Ленка. – Я всё расскажу и родителям, и Жанне.

– Обязательно расскажи, – согласился я. – Только не забудь сказать, что встречалась в августе не только со мной.

Лена споткнулась, и я поддержал её, продолжая спускаться.

– Кто тебе сказал? – после паузы раздражённо процедила она. – Если это про Олега, то мы с ним просто друзья!

Ну вот, угадал. Какой-то парень в этой истории уже нарисовался.

– Не про Олега, – я от нечего делать поддержал игру. – О нем я пока не слышал.

– А про кого тебе насплетничали? Армен меня пару раз подвозил из универа, нам было по дороге. А Михаил Николаевич попросил его сопровождать в ресторане на деловой встрече. Не могла же я отказать папиному другу!

Я понимающе хмыкнул. Значит, Олег, Армен и Михаил Николаевич? Не ожидал, что у Лены настолько бурная личная жизнь. В принципе, мне-то все равно. Непонятно только, почему «серьёзные отношения» у неё оказались именно со мной?

Я довёл девушку до оставленной на парковке машины, проследил, чтобы Лена села на водительское место. На прощание не удержался, напомнил:

– Михаила Николаевича твои родители тоже хорошо знают. Может, у тебя с ним отношения серьёзнее, чем со мной?

Лена с гордым видом вырулила с парковки. Я усмехнулся. Не знаю, кто такие Армен и друг Олег, но Михаил Николаевич женат, у него четверо детей, и разводиться с женой он точно не планирует. Насколько знаю, для него чётко разграничены семья и периодические «деловые встречи» в ресторанах.

Вернувшись домой, я подмел осколки разбитых Леной декоративной тарелочки с пастухом и пастушкой в бальных нарядах и фарфоровой статуэтки. И то, и другое – подарки Жанны на праздники, так что не жалко. Наоборот, я был даже благодарен, особенно за избавление от позолоченной статуэтки – копии какой-то скульптуры из Петергофа. Я несколько раз прятал этот шедевр подальше, но появлявшаяся в квартире Жанна визгливо интересовалась, где её подарочек. Ругаться с ней из-за ерунды не хотелось, так что в итоге я очень удачно поставил голого позолоченного фарфорового мужика на столик – на самое видное место. Теперь на вопрос можно смело отвечать, что подарочки разгрохала истеричная родственница Жанны. Хорошо хоть, Ленка не сцепилась с Красоткиной.

Когда я около половины одиннадцатого вечера заглянул за Милой к соседу, его не было дома, а девчонки пили чай со вкусно пахнущим кексом.

– Сладкое на ночь вредно, – буркнул я, когда Лиза предложила присоединиться.

Это мне вбили в голову с детства. Не есть перед сном, особенно сладкое и мучное. Правда, с воцарением Жанны в отцовском доме запрет на поздние ужины все-таки отпал, но мучное и сладкое я по вечерам все же не ем.

– Это скандалить на ночь вредно, кошмары будут сниться, – убеждённо ответила Лиза. – Девушка так визжала, что даже здесь было слышно. Ты хоть скажи, много ещё таких может прийти? Если да, то Милка у нас будет сидеть, когда тебя дома нет.

– Лиз, ну ерунды не говори, – поморщилась Красоткина. – Что я, истеричек никогда не видела?

Я несколько секунд подумал, оценивая всех, с кем встречался за последние два-три месяца, и сказал с небольшими внутренними сомнениями:

– По идее, больше никого не должно быть. Таких точно не будет.

В последнем я был уверен. Подобных скандалов с битьем статуэток мне ещё ни одна девушка не закатывала.

Дома Мила почти сразу устроилась спать. Остаток вечера прошёл совсем не так, как я планировал. После Ленкиного скандала было бы, по крайней мере, глупо пытаться поцеловать Красоткину. И лучше не представлять, что Мила сейчас обо мне думает. И так ясно: ничего хорошего.

Я лёг подальше от неё, мысленно ругая и Жанну, и её безумную двоюродную племянницу, и себя заодно. Надо было думать, с кем связываюсь, тут Ленка права. Мог бы и сообразить, что тётушка с племяшкой объявили на меня охоту. Хорошо хоть, не заезжал за ней домой, пересекались в клубах и барах с караоке.

Если Лена не уймется и действительно попытается устроить семейный скандал, у меня есть три козыря в виде Олега, Армена и Михаила Николаевича. Я, конечно, и сам далеко не подарок, но меня нельзя обвинить в том, что я обманул наивную доверчивую девочку. Ничего не обещал, в любви не клялся, предложение не делал и даже в кошмарном сне не видел Ленку в роли моей жены.

Мила ровно сонно засопела. Вот у кого с нервной системой все в порядке, даже Жанна не смогла вывести её из себя. Пообщалась с отцом и Жанной, потом, как я понял, довела до бешенства Ленку и теперь крепко спит, как будто провела обычный скучный вечер.

Я осторожно обнял Милу поверх покрывала, немного придвинулся, вдыхая запах её волос. С душевными разговорами придётся подождать, но это я могу себе позволить. Хотя бы пока она спит.

Кто бы ещё несколько дней сказал, что я буду добиваться расположения Милолики Красоткиной из кулинарного колледжа, – не поверил бы. И уж точно не думал, что мне может понравиться девушка с пышными формами. Но факт остаётся фактом: мне не хочется звонить никому из знакомых девчонок, чтобы весело провести время.

Глава 10

Мила

Я проснулась от того, что по лицу скользил солнечный луч. Открывать глаза не хотелось, под покрывалом было мягко, тепло и уютно. Я зевнула. Раз солнце светит так ярко, будильник, наверное, скоро зазвонит. Я попыталась отвернуться от солнца и тут же почувствовала, что мне что-то мешает, удерживая на месте.

Глаза открылись сами собой. Спящий Сергей лежал совсем рядом, почти нос к носу, и обнимал меня. Вот только этого мне и не хватало! Подозреваю, что многие были бы не прочь проснуться в объятиях привлекательного парня, но мне не нужны такие соблазны.  Я осторожно выбралась из-под руки мирно сопящего Сергея и отправилась в ванную в растрепанных чувствах. Я, конечно, согласилась на фиктивную свадьбу, но обнимашки в кровати в мои планы не входили. Понятное дело, что он это не специально. Я кисло усмехнулась. К сожалению, не специально. Видимо, сгреб в охапку по привычке то, что рядом лежит. А мне теперь снова, как мантру, приходится повторять: «Не увлекаться, не обращать внимания, я совсем не в его вкусе». Да и вообще Сергей ведёт слишком весёлый образ жизни, и я туда вписываюсь только как поддельная невеста.

Когда я, охладившись прохладным душем, вышла из ванной, Сергей уже проснулся и делал зарядку с гантелями. Одеваться он, естественно, не стал. Впрочем, я уже начала привыкать к его виду в одних трусах.

– Доброе утро, – я натянуто улыбнулась, пытаясь делать вид, что ничего не произошло. – Завтракать будешь?

Может, Сергей и не понял, что обнимал меня. Надо будет подумать, как на следующие разы этого избежать. Положить между нами барьер из одеяла? Но тогда придётся объяснять, для чего это. И если парень не помнит, как спал со мной в обнимку, он может вообще мне не поверить. А мне не хочется снова услышать, что я ему совершенно не нравлюсь.

– Буду, – Сергей легко улыбнулся. – Не хочешь присоединиться? – он кивнул на гантели.

– Сбросить лишний вес? – машинально огрызнулась я.

Живо вспомнилось, как Жанна и Елена высказывались насчет моей фигуры. Неужели Сергей намекает, что мне надо худеть? Я-то не против, но мой вес – это моё дело. Личное.

– Это уж как получится, – мирно ответил Сергей. – Меня твой лишний вес не напрягает, но тебе самой станет легче, если постепенно уберешь несколько килограммов. Просто утренняя зарядка – это полезно, движение – жизнь. Меня с детства приучили начинать день с разминки хотя бы из нескольких упражнений.

Утренняя гимнастика в нашей семье никогда не была в ходу, и мои родители не отличаются стройностью и спортивностью. Я, конечно, знаю, что зарядка полезна, все об этом знают. Но большинство – только в теории. Отказываться не было ни поводов, ни смысла. Лишние килограммы от пять минут наклонов, приседаний и других простейших движений, конечно, не уйдут, но бодрости с утра упражнения могут и придать.

– Только смотри, тогда я ничего не успею сделать, кроме омлета, – предупредила я.

– Что ты собиралась готовить? – поинтересовался Сергей.

– Какие-нибудь оладушки или пышки на завтрак. В холодильнике сметана застоялась и, по-моему, уже немного просрочена.

– Так выкинь её, – он пожал плечами. – Мы же с тобой купили свежую.

– Оладьи из неё будут нормальные, – возразила я. – И поднимутся хорошо.

Хотя кому я это говорю? Сергей наверняка ничего не соображает в тесте для оладушков и лучше не знать, как он представляет себе поднявшиеся оладьи.

– Хорошо, вернёшься – пожаришь, – парень отмахнулся. – А пока давай-ка шевелись. Для начала можно и без гантелей. Приседания, наклоны, пресс…

Расплата за «шевеление» пришла уже в середине дня. Мне казалось, что болят или ноют все мышцы, какие только могут чувствоваться. Особенно тяжко было ногам после приседаний.

– Что ты ползешь, как черепаха? – Лиза по дороге к дому наградила меня долгим оценивающим взглядом. – Вы там чем всю ночь занимались, а?

– Сны смотрели, – ответила я. – А утром я зарядку сделала.

– Какую? – Мироненко хихикнула. – В лежачем положении, что ли?

– Обычную, – я вздохнула и повторила: – Приседания, наклоны, пресс…

Как я завтра поковыляю в театр, я представляла с трудом. А в чем мне туда идти, пока совсем непонятно. Ничего особо торжественного «на выход» у меня просто нет.

– В театр? – вытаращила глаза Лиза. – Сейчас мальчики обычно в кино водят. В театр… – она прислушалась к этим словам. – Романтично звучит. И на что пойдёте?

– На оперу.

– Жесть! – Мироненко поморщилась. – Я бы отказалась. Милка, это же часа два, как минимум, слушать, как певцы завывают. Ладно ещё мюзикл, это прикольно, красочно и хотя бы понятно, но опера…

– Мне нравится, – я пожала плечами. – Скажи лучше, в чем туда ходят.

– По-моему, кто в чем. Кто-то в вечернем платье и брюликах, а кто-то в джинсах и рубашке. Я как-то видела вечером народ из театра выходил. Забавно смотрелись.