Помоги проекту - поделись книгой:
ЮнМи. Сны о чём-то лучшем. (Книга первая)
Предисловие
Внимание!
Персонажи данного литературного произведения, похожие на реально существующих людей, на самом деле являются их двойниками из иных реальностей, поэтому автор имеет все законные основания реагировать только на претензии, оформленные надлежащим образом. Письма, телеграммы, электронные отправления, дипломатические ноты, судебные иски и прочие документы, на которых отсутствует подтверждённый личной печатью администрации госпожи Гуань Инь иномирный адрес и почтовый 6-D штамп межмировой литтаможни, к рассмотрению приниматься не будут.
P.S. По поводу написания корейских имён. Подобного
* * *
Параллельные миры, как известно, существуют (факт, пока не подтверждённый научно, но давно доказанный литературно). При этом они не только существуют, но и СОсуществуют, порой значительно влияя друг на друга. Бывает, что какие-то из них пересекаются, какие-то активно конфликтуют, а некоторые даже полностью сливаются, что неизбежно приводит к локальным армагеддонам.
Бесконечная множественность миров неизбежно порождает бесконечную множественность любопытнейших сюжетных коллизий, свершающихся в них. А если на всё это наложить неуёмную фантазию авторов, то судьба попаданческой литературы представляется вполне благополучной и даже где-то счастливой: много сюжетов — много книг. Единственным препятствием является усталость капризных читателей, которым почему-то уже начали слегка поднадоедать всевозможные попаданцы, пришельцы, ушельцы, вселенцы и переселенцы. Увы, миры несовершенны и соответственно несовершенны и читатели. С этим приходится жить и мириться, как бы печально это ни звучало.
К чему это я?.. Да к тому, что вот вам ещё один попаданец и ещё один фанфик. Каюсь, не удержался. Уж больно тема хороша.
Основное действие сего опуса происходит в реальности, несколько отличающейся от описываемой в произведениях Андрея Геннадьевича. И если мир Юркина принять за нулевой (0), а мир Агдан за первый (1), то мир данного опуса, учитывая все написанные до сего дня фанфики, вероятно, можно обозначить индексом, ну, скажем, 45. Миры же, порой являющиеся ЮнМи во снах, вполне могут быть и сто двадцатыми и триста сороковыми, что, между нами, совсем неважно.
(첫번째꿈) Сон первый. Нет причин для расстройства
Учреждение исправительного типа "Анян". Ночь
Спящая ЮнМи то и дело ворочается и невнятно что-то бормочет совсем не по-корейски. Её сокамерницы крепко спят — беспокойное поведение новенькой им ничуть не мешает. Здесь к такому привыкли.
Между тем тревожные сновидения, посещающие Серёгу каждую ночь, настолько реалистичны, что порой, проснувшись, он не сразу может понять, сон ему приснился или его мозг каким-то образом улавливает мысленные передачи из иных миров.
* * *
Сон Серёги Юркина
Вверх по одной из улиц района Гванак-гу медленно идёт ЮнМи. На ней голубые джинсы с дырами и потёртостями по всей длине и белая футболка, завязанная в узел так, что виден голый живот. На плече ремешок от небольшой сумки. Глаза скрыты тёмными очками, в ушах — едва заметные беспроводные наушники.
Знаменитый айдол возвращается домой после наполненной утомительными тренировками недели. Она устала и хочет только спать. Прошедшие недавно ливни размыли дорогу у перекрёстка, и поэтому таксисту пришлось остановить машину довольно далеко от маминого кафе.
На скамейке перед входом в один из соседних с "Весёлым цыплёнком" домов сидят три классического облика ачжумы. Они оживлённо обсуждают то ли что-то, то ли кого-то. Заметив неторопливо приближающуюся ЮнМи, две ачжумы понятливо переглядываются, а третья недовольно поджимает губы.
— Экая негодница! — говорит она во весь голос с явным намерением донести своё недовольство до девушки. — Что это за мода пошла нынче — ходить в таком рванье? Ещё и пузо напоказ выставила! Глаза бы на подобный срам не глядели. Хорошо хоть плечи не оголила, как они сейчас любят делать… Ну скажи, СоДжин, разве я не права?
— Верно говоришь, уважаемая ХанЫль, — больше из вежливости поддакивает СоДжин. — Не та нынче молодёжь. Мы были лучше. И одевались скромнее.
Тётушка ЫнГен, у дома которой и сидят кумушки, озабоченно ворчит:
— Напрасно она ходит с этими затычками в ушах. Вот задавит её опять какой-нибудь моджори (дурень), а она и не услышит.
— А? Что? — вскидывает голову ЮнМи. Обнаружив рядом с собой соседок, она тут же избавляется от наушников.
— Анньён, — говорит она, даже и не подумав поклониться и представиться. — Тётушка ЫнГен, вы-то мне и нужны. У меня к вам серьёзный разговор.
ЫнГен и СоДжин тяжело вздыхают. ХанЫль сидит с удивлённо открытым ртом и безмолвно таращится на ЮнМи. Она живёт в другом районе, сюда пришла в гости к подруге, и видит девушку впервые. То, что та ведёт себя столь неуважительно по отношению к людям, которые намного старше её, а так же то, что она не представляется первой и не кланяется, шокирует бедную женщину донельзя. Но она не успевает ничего сказать.
ЮнМи сдвигает очки на лоб и смотрит своими невозможно-синими глазами сверху вниз на ЫнГен. Все три ачжумы вздрагивают, но сакраментальный вопрос "Что у тебя с глазами?" остаётся неозвученным, потому что ЮнМи заговаривает первой.
— Тётушка, — строго произносит она. — Мама опять жаловалась на вас. И мне это очень не нравится. Просто очень!
— Я… — начинает было ЫнГен, но ЮнМи резким взмахом руки заставляет её замолчать:
— Чунджи! (Стоп!) Вот зачем вы, тётушка, опять распускаете эти глупые слухи, будто мы покупаем по дешёвке несвежее мясо для пулькоги? Кто вас за язык тянет? Вы же знаете, что это неправда.
— Я… — опять пытается что-то сказать та, и опять ЮнМи её прерывает:
— И снова стоп! Я в последний раз предупреждаю: перестаньте про нас сплетничать. Иначе мне придётся принять самые жёсткие меры. Вы меня знаете, в гневе я страшна. Я понимаю, что вы любите почесать языком, но говядина у нас всегда свежая. Можете сегодня вечером сами в этом убедится. Я всё сказала.
Она ещё раз обводит соседок пронзительным взглядом невозможных глаз, поворачивается и уходит, не попрощавшись.
— Вот я и говорю, не та нынче молодёжь, — индифферентно повторяет тётушка СоДжин, глядя ей вслед из-под козырька своей кепки.
ЮнМи тем временем подходит к кафе и приветливо машет виднеющейся в окне второго этажа СунОк. Судя по всему, разговор с вредной соседкой она уже выбросила из головы.
— Холь! Это что сейчас было?! — отмирает наконец ХанЫль. — Почему вы позволяете этой… этой… невоспитанной девчонке так с вами разговаривать? У меня просто слов нет! Я такой наглости в жизни не встречала! Волосы бы ей повыдирать…
— Успокойся, ХанЫль, всё нормально, — отмахивается тётушка ЫнГен, только что получившая строгий (и уже не первый) выговор от младшей соседской дочки.
— Какое нормально? Ничего не нормально! Нельзя это так оставлять! Надо пожаловаться её родителям! Надо… Надо полицию вызвать, пусть её в каталажку за неуважение упекут дней на десять! — тётушка ХанЫль разошлась не на шутку. Она даже покраснела от распирающего её гнева. Попробовали бы её внучки хоть слово ей сказать поперёк, попробовали бы они хоть раз не поклониться, здороваясь…
— Успокойся, ХанЫль, — говорит и СоДжин, отгоняя от себя веером надоедливых мух. — Ничего ты ей не сделаешь. Ичоборё (забудь).
— Да как это можно забыть?! Да что с вами такое?!
— Да вот так и забудь. И полиция ей ничего не сделает, уж ты нам поверь.
— Почему?!! — в отчаянии почти вопит ХанЫль.
— Потому что это Агдан, — с удовольствием поясняет ЫнГен. — Понимаешь, Аг-дан. Она всегда такая.
— Агдан? Та самая? — тут же сдувается ХанЫль. — Так это у неё были не линзы?
— Да, та самая. Я тебе сто раз говорила, что она живёт по соседству. А ты со своим склерозом вечно про это забываешь.
— А-а-а, — тянет ХанЫль. — Ну тогда всё понятно. А я-то думаю, что это вы такие спокойные. А оно вот оно что. Ну и ладно.
И три ачжумы, разом забыв про наглую девчонку, вновь принимаются с упоением сплетничать обо всём на свете. Про Агдан они больше не вспоминают. Солнце светит, дождь мочит, ветер дует, Агдан наглеет и скандалит — всё в мире идёт своим привычным, устоявшимся чередом, а значит, всё в порядке и нет причин для расстройства.
* * *
Исправительное учреждение "Анян". Ночь
ЮнМи просыпается и некоторое време бездумно таращится в темноту. Перед её взором отчётливо стоит виноватое лицо тётушки ЫнГен.
ЮнМи вновь закрывает глаза и быстро засыпает, не подозревая о том, что иногда сны могут приходить по заказу. Ну, или по желанию одной знакомой богини, которая время от времени не отказывает себе в удовольствии подшутить над кое-кем из смертных.
(두번째꿈) Сон второй. Не к добру
Сон Серёги Юркина
Три подружки-ачжумы опять кого-то обсуждают, сидя на скамейке неподалёку от "Весёлого цыплёнка". Из подъехавшего такси выбирается ЮнМи. На этот раз она одета вполне традиционно, так, как и положено одеваться воспитанной корейской девушке: чёрная плиссированная юбка чуть ниже колен, светлая блузка и серый в мелкую клетку пиджак.
ЮнМи улыбается и радостно машет обеими руками выглянувшей в окно старшей сестре. Затем, обернувшись, замечает настороженно смотрящих на неё кумушек и, словно что-то вспомнив, решительно направляется к ним.
Две ачжумы, предчувствуя неприятный разговор, поджимают губы и невольно подаются назад, прижимаясь спинами к кирпичам забора. Третья, живущая в другом районе, смотрит на подходящую девушку с умильной улыбкой.
— Анньён хасей-йо-о-о! — приветливо говорит ЮнМи и кланяется поочерёдно всем троим, а поскольку одну из женщин она знает только в лицо, то произносит перед поклоном:
— Я Пак ЮнМи, младшая дочь владелицы кафе "Весёлый цыплёнок". Позаботьтесь обо мне.
Впавшие в лёгкий ступор тётушки едва находят в себе силы недружно кивнуть в ответ. Третья ачжума с улыбкой склоняет голову и тоже здоровается.
ЮнМи снимает тёмные очки, не слышит к своему удовольствию вопрос "Что с твоими глазами?" и говорит, обращаясь к старшей из соседок:
— Уважаемая тётушка ЫнГен. В прошлый раз вы жаловались на не слишком свежую говядину в заказанном вами пулькоги. Моя мама просила Вам передать, что мы на всякий случай сменили поставщика мяса на более надёжного. Мы всегда прислушиваемся к словам и пожеланиям наших клиентов. Приглашаю вас, тётушка ЫнГен, вас, тётушка СоДжин, и вас, аджумони, сегодня вечером к нам на ужин. Уверена, что вам всё понравится.
ЮнМи ещё раз вежливо кланяется и идёт ко входу в кафе.
— Какая воспитанная девушка, — улыбается ей вслед тётушка ХанЫль. — Всё-таки зря говорят, что молодёжь нынче сплошь бесцеремонная и грубая.
— Холь! — дружно восклицают отмершие наконец ЫнГен и СоДжин. — Это что такое сейчас было?
— А в чём дело? — удивляется ХанЫль. — Не понимаю, что вам не понравилось? Девушка такая вежливая, такая обходительная… Если мои внучки вырастут похожими на неё, а не на эту ужасную Агдан, о которой каждый день твердят по телевизору, я буду счастливейшей хальмони на свете. Только зря она вставила синие линзы.
— Так это же и была Агдан!!! — хором чуть ли не кричат обе её подруги. — Пак ЮнМи — это и есть Агдан! Ты со своим склерозом, ХанЫль, вечно всё забываешь и никого не узнаёшь. Мы же тебе в прошлый раз её показывали.
Тётушка ХанЫль в шоке хватается за сердце и без сил опускается на скамейку.
— Оммая! — бормочет она. — Как же это может быть? Она совсем не похожа на хулиганку.
ЫнГен и СоДжин смотрят друг на друга, затем поворачивают головы и с мрачным выражением на лицах разглядывают кафе. Там сквозь окна первого этажа видны сидящие за столиками посетители.
— Не нравится мне это, — говорит наконец ЫнГен. — Не к добру.
— Да-да, — кивает СоДжин. — Уж если сама Агдан вдруг исправилась, боюсь, нас ждут очень тяжёлые времена. Или тайфун, или землетрясение, или северяне начнут войну.
— Или рис подорожает, — почти шепчет побледневшая ХанЫль.
— Охо-хо! — вздыхают они дружно. — В какое же трудное время мы живём!
* * *
Исправительное учреждение "Анян". Ночь
— Блинский блин! — ругается проснувшаяся ЮнМи и, перепутав сон с явью, возмущённо шепчет: — Этим тёткам не угодишь. Ну что им всем не так-то?
Она приподнимает голову и обводит взглядом камеру. Все спят. До подъёма ещё явно далеко. Она вновь закрывает глаза и проваливается в сон.
Над исправительным учреждением "Анян" плывёт в тучах полная луна, похожая на лицо Гуань Инь.
(세번째꿈) Сон третий. Перестаралась
Сон Серёги Юркина
Поделиться книгой: