Бессердечное небо

— Говорит чувак, который буквально полностью обставил свою подземную пещеру, чтобы она выглядела так, словно находится в пятизвездочном отеле, — передразнил Сет.

— Ну, никто не говорил, что быть бунтарем означает жить в убожестве, — бросил я в ответ, снова толкнув его, но прежде чем мы успели вступить в полномасштабную драку, Макс оттолкнул нас и сел между нами.

— Прекратите флиртовать друг с другом и сосредоточьтесь на проблеме, — огрызнулся он, выплеснув на нас целое ведро серьезной энергии, призванной испортить настроение. Пусть это была всего лишь шутка, но почему я вдруг почувствовал себя неловко?

Дариус читал статью в атласе, игнорируя всех нас, пока вчитывался в очередную чушь, которую вывалили на нас, а я с надеждой оглядывался по сторонам, пока мой желудок урчал.

— Обслуживание в этом месте — сраная шутка, — пробормотал я, оглядывая повстанцев, которые собрались за разными столами, каждый из них ел свою еду и пил кофе, в то время как никто из них, казалось, не был склонен принести его нам.

Мы привлекали много взглядов, даже после нескольких дней пребывания здесь, и очевидно, что большинство из них нам ни капли не доверяют. Но поскольку мы являемся могущественными ублюдками, и за нас поручились сами Вега, никто не стремился высказывать свои мысли о причинах их неприязни к нам, и поэтому по большей части мы оставались предоставлены сами себе.

— Здесь нет никакого сервиса, — ответил Дариус. — Ты просто самодовольный мудак, который не заметил, что еду, которую ты ешь, последние несколько раз приносил тебе один из нас, а не какой-нибудь мелкий Фейри, как ты привык.

— Погоди, мать твою, — сказал Сет, подавшись вперед на своем месте, когда я покраснел от такого заявления. — Ты хочешь сказать, что еда, которую мы ели, не только сомнительного качества, но и что здесь вообще отсутствует обслуживание?

— Нет, придурок. Они повстанцы, живущие в долбаной пещере. Здесь нет никакого обслуживания, так же как нет прачечной, клининга или…

— Ты хочешь сказать, что я должен носить грязную одежду все время, пока здесь нахожусь? — прервал я, поставив поход по магазинам на первое место в своем чертовом списке, ибо этому не бывать. — Я ведь даже не владею магией воды.

— Давай я постираю твою одежду, а ты обустроишь мою комнату с помощью магии земли, как ты это сделал со своей, — предложил Макс, и я кивнул в знак согласия.

— Договорились.

— Вы, ребята, чертовы принцессы, — сказал Дариус, качая головой, пока Сет продолжал в ужасе озираться по сторонам, словно ожидая, что в любой момент из воздуха появится официант.

— О, так ты не хочешь, чтобы мы с Сетом сделали твою комнату шикарной? — выстрелил я в ответ. — Или ты теперь называешь ее дворцом для траха?

Дариус ухмыльнулся и пожал плечами.

— Ладно, хорошо. Если вы, два засранца, сделаете комнату красивой для блага Рокси, тогда я пойду и найду вам что-нибудь поесть.

— Пфф, как будто ты не хочешь, чтобы было хорошо для тебя, — ответил я. — Эта девушка выросла в Царстве Смертных без гребаных денег. Она знает, как выживать в таких условиях гораздо лучше, чем ты, и ты это прекрасно знаешь.

— Тем более ей не нужно страдать от них снова, — ответил Дариус. — Почему бы вам не подумать, как вы хотите поступить в сложившейся ситуации с вашими семьями, пока я пойду и поищу нам поесть.

— Хорошо, — согласился я, пожав плечами, словно в этом не было ничего особенного, но Сет практически обвис на своем месте со стоном облегчения, и я не стал отрицать, что рад, ведь не мне придется решать вопрос с едой. То есть, если бы у них было из чего выбирать, я бы вполне справился, но что, если от меня потребуют что-то приготовить? Нахуй. Я не создан для такого дерьма.

— Так что же мы будем делать? — спросил Макс, проводя рукой по лицу и откидываясь на спинку стула, оглядывая комнату, словно выискивая кого-то. Возможно, Грас. С ним все плохо.

— Я могу встретиться с мамой, — ответил я. — У нас есть план на случай, если что-то пойдет не так. Есть место, куда я могу прийти и вызвать ее. Она оставила там кристалл, связанный с камнем в ее обручальном кольце. Никто не знает об этом, кроме меня и нее, и потому знаю, что это безопасно.

— Блядь. Почему мой отец не додумался до такого? — спросил Макс.

— Или моя мама, — с досадой добавил Сет.

— У вас нет планов на случай чрезвычайных ситуаций, разработанных вашими семьями? — удивленно спросил я, и они оба покачали головами. — Что ж, я думаю, после всего, что случилось с ее братом, который пропал без вести, она решила более серьезно относиться к безопасности нашей семьи.

— А для тебя действительно будет безопасно идти? — спросил Сет, нахмурив брови.

— Моя мама не настроена против меня, — твердо ответил я, зная каждой фиброй своего существа. — Она любит меня и унесет тайну данного места с собой в могилу. Кроме того… я должен убедиться, что с моей семьей все в порядке. Мне нужно, чтобы с ними все было в порядке.

— Она, вероятно, знает и про наши семьи, — добавил Макс, и Сет с надеждой посмотрел на меня.

— Да, — согласился я. — Они все в одинаковой ситуации, поэтому она должна знать, как и у них.

— Хотя, если Лайонел захочет убрать мою злую мачеху, я не буду жаловаться, — добавил Макс, заставив меня ухмыльнуться.

— Тогда я отправлюсь, как только мы поедим, — заявил я, и мы все оглянулись в надежде увидеть Дариуса, возвращающегося с огромным подносом еды для нас, но вместо этого в комнату вошла Джеральдина в обтягивающем красно-синем комбинезоне с надписью на сиськах — Ослы навсегда. В руках у нее была огромная тарелка с рогаликами, смазанными маслом, и еще одна, наполненная всевозможными начинками, о которых можно только мечтать.

— Дорогу завтраку истинных королев! — кричала она, направляясь к нам и заставляя мой чертов желудок урчать, когда над нами разносился аромат этих восхитительных творений.

— О, блядь, да, — простонал Сет, поднимаясь на ноги, когда Джеральдина обогнула нас и положила свои щедроты на стол рядом с нашим.

Она занялась украшением стола так же, как я украсил наш диван: создала два стула, достаточно больших, чтобы их можно было смело назвать тронами, и поставила их по обе стороны длинного каменного стола, который она выбрала, затем покрыла стол цветами и разложила на нем еду.

Несколько других членов клуба Ослов поспешили к ней с кувшином апельсинового сока и большим графином, наполненным свежим кофе, и тоже поставили тарелки, кружки и стаканы.

— Как так получилось, что для Вега накрыли стол? — заскулил Сет, разгоняя заглушающий пузырь, окружающий нас, чтобы Джеральдина смогла его услышать.

— Ты хочешь спросить, почему истинные и славные монархи нашей справедливой и благородной страны заслуживают самого богатого завтрака перед началом своего дня тренировок в стремлении победить подлого Драгуна? — Джеральдина громко рассмеялась. — Думаю, ответ на этот глупейший из вопросов более чем ясен, даже для ничтожной шавки, надоедливой барракуды и острозубого Салли, таких как вы, плуты.

— Ну же, Джерри, дай нам пару этих рогаликов, — пробубнил Макс, вставая и направляясь к ней. — Ты же знаешь, что Вега не смогут съесть все…

— Тревога! — воскликнула Джеральдина, вскидывая руку и чуть не ударив Макса по лицу, указывая через весь зал на туннель, из которого появились Дарси и Тори, выглядевшие не в восторге от того, что все теперь смотрят на них. Дарси была одета в белую рубашку и пару выцветших синих джинс, а Тори только что надела одну из футболок Дариуса и пару толстых носков, и выглядела весьма раздраженной тем, что оказалась в центре внимания. — Кто это? Две сияющие звезды спустились, дабы одарить нас своей красотой? Два безупречных драгоценных камня, благословляющих нас своим присутствием? Две самые прекрасные…

— Прекрати, Джеральдина, — взмолилась Тори, пробираясь сквозь толпу вместе с сестрой. — Я объявлю голодовку, если меня вынудят терпеть такие приемы каждый раз, когда я прихожу в поисках еды.

— Вы слышали миледи! — прорычала Джеральдина. — Отведите свои взгляды и вернитесь к своим делам!

Тори скривилась, а Дарси яростно покраснела, когда они добрались до стола и все в комнате устремили свои взгляды куда угодно, только не на них.

— Доброе утро, прекрасные дамы! — воскликнул Хэмиш, проходя через всю комнату с миской свежих фруктов в руках, и у меня заурчало в животе, когда я взглянул на этот чертов пир, устроенный для Вега. — Как поживаете в этот чудесный день — аххх!

Его приветствие перешло в крик ужаса, когда Орион вбежал в комнату и опустился в кресло рядом с Дарси как раз в тот момент, когда она заняла свое место в одном из тронов, которые Джеральдина создала для них, а наш бывший профессор Кардинальной магии нахмурился в ответ.

— Миледи, вы уверены, что хотите ужинать с таким опозоренным Властью негодяем, как… как…

Хэмиш, казалось, задыхался от одной мысли о том, чтобы произнести имя Ориона, и я не смог удержаться, чтобы не расхохотаться над ним.

— Я хочу, чтобы он находился здесь, — твердо сказала Дарси. — Он мой парень.

Хэмиш побледнел от этих слов, а Сет подпрыгнул на своем месте, когда Тори ухмыльнулась им. Орион посмотрел на Дарси с некоторым осуждением в глазах, а Хэмиш покрылся испариной.

— Благодаря мне, — взволнованно сказал Сет.

— Что это значит? — потребовал Орион, сузив глаза, его рука метнулась к ананасу в вазе с фруктами на столе.

Сет изобразил, что застегивает губы и выбрасывает ключ, когда рука Ориона угрожающе сомкнулась вокруг ананаса. Дарси положила руку на его руку, отводя ее от выбранного им оружия, и глаза Ориона медленно переместились на нее, угроза смерти в них исчезла.

— Этот разговор еще не закончен, — предупредил Орион Сета, но тот лишь пожал плечами, и я попытался поймать его взгляд, не понимая, в чем заключается его игра и почему я в ней не участвую.

— Помнишь, как я сказал, что лучше, если наши отношения останутся как между знакомыми людьми, учитывая мое положение в обществе, — обратился Орион к Дарси низким рыком.

— Ага, и помнишь, как я сказала, что мне все равно, что обо мне подумают люди за то, что я встречаюсь с тобой? — Дарси бросила в ответ жесткий взгляд, и они сцепились глазами, что практически загнало их в тупик.

Хэмиш прочистил горло.

— Простите мои причуды, миледи, но опозоренный Фейри высказывает справедливое мнение. — Он поморщился, сглотнув, словно желчь поднялась у него в горле, затем продолжил. — Лучше, если это останется в тайне, пока вы неизбежно не пойдете разными путями в жизни.

Плечи Ориона напряглись, боль прочертила его черты, но он ничего не сказал, и я вынужден признать, что даже мне стало жаль этого мудака.

— Мы не собираемся идти разными путями, — прошипела Дарси, и Хэмиш склонил голову в знак почтения.

Ему удалось сдержать беззвучные позывы, когда он в ужасе посмотрел на Ориона, а затем отвернулся от него, привлекая мое внимание к Дариусу и его маме, которых я заметил в дальнем конце зала, улыбающихся вместе и даже смеющихся. Она по-прежнему была замаскирована, так что никто не мог узнать ее, но если кто-либо обратит внимание, то, конечно, заметит, как много времени она проводит с Дариусом и Ксавьером. Они могут догадаться об этом, если окажутся достаточно умны.

Я наблюдал, как Хэмиш направился к ним, приложив тыльную сторону ладони к брови, когда он в ужасе указал на Ориона, а Каталина сочувственно похлопала его по руке.

Дариус отстранился от их беседы и направился в нашу сторону с тарелкой в руках, и я оживился, когда нам принесли еду.

— Это лучшее, что я смог сделать, — сказал Дариус, опуская тарелку с тостами на стол перед нами и заставляя Сета в ужасе вздохнуть.

— Почему на нем только масло? — спросил я.

— И почему масло не до краев? — добавил Сет.

— Я чувствую запах гари? — спросил Макс, взяв ломтик и перевернув его, демонстрируя чёрный оборот.

— Я никогда раньше не пытался сделать тосты с помощью своей магии, ясно? — проворчал Дариус. — Вы бы предпочли, чтобы я принес вам просто неподжаренный хлеб?

— Чем это ужасное зрелище? — уточнил Сет, прижимая к груди руку. — Да, лучше бы.

Тори рассмеялась над нами, когда мы все взяли в руки не очень аппетитно выглядящий кусок тоста, а затем откусила большой кусок от самого масляного рогалика, который я когда-либо видел, и застонала от удовольствия, когда съела его.

Дариус отвернулся от нас и стал наливать ей кофе, делая его по ее вкусу, и поставил кружку рядом с ее тарелкой, а затем наклонился, чтобы поцеловать ее волосы.

Он сделал движение, собираясь отойти и вернуться к нам, но она ухватилась за его ремень и снова притянула его назад, соскочив со своего места и подтолкнув его к нему, а затем с ухмылкой опустилась к нему на колени.

— Эй, разве это справедливо? — запротестовал Сет, в то время как Макс продолжал пытаться поймать взгляд Джеральдины, пока она занималась раскладыванием начинки на рогалики, напевая мелодию, которая, похоже, была посвящена проблемному тунцу, который в итоге был запечен в рыбном пироге.

— Он нагулял аппетит прошлой ночью, — ответила Тори, ухмыляясь, когда рука Дариуса легла на ее бедро чуть ниже подола безразмерной рубашки. — И ему нужно поддерживать свою энергию, если он планирует не отставать от меня сегодня вечером.

Дариус наклонился и что-то прошептал ей на ухо, что я предпочёл не слушать, поскольку это заставило её покраснеть, и она ударила его в грудь в насмешливом гневе, после чего прикусила губу и сказала «может быть».

— О, значит, все, что нам нужно сделать, чтобы заслужить место за вкусным столом, — это доставить Вега кучу оргазмов, так что ли? — поинтересовался Сет, словно это был какой-то вызов.

— Ну, технически я уже доставил Вега кучу… — начал я, но Дариус оборвал меня рычанием.

— Не заканчивай это предложение, Калеб, — рявкнул он. — Или, блядь, клянусь, я отрежу твой член и брошу его в поднос с вон теми чиполатами3.

— Ооо, там есть чиполаты? — голодно спросил Сет, оглядываясь по сторонам, и я поднял руки в знак капитуляции, позволяя своей шутке улетучиться.

Наверное, лучше не раздражать Дракона тем, что у нас с его девушкой была история.

— Ну же, Дарси, — прохныкал Сет, обратив на нее щенячьи глазки, так как ему не удалось заметить ни одной миниатюрной сосиски. — Мы только что получили плохие новости о наших семьях, и мы застряли в этом странном месте, и никто здесь нас не любит, и мы очень, очень голодны, но не знаем, как прокормить себя, как обычные люди, и теперь мы умрем от голода и…

— Ты заткнешься, если у тебя во рту будет рогалик? — подколола его Дарси, и он снова имитировал застегивание своих губ, обильно кивая и заставляя меня рассмеяться. — Отлично. Тогда вы трое можете присоединиться к нам — но только до тех пор, пока вы будете вести себя хорошо. Одно придурковатое поведение, и вы вернетесь к подгоревшим тостам за столом неудачников.

Тори рассмеялась над шуткой сестры, но я поборол желание опротестовать эту оценку нашего нынешнего социального положения в пользу приличного завтрака.

Мы уселись напротив Ориона и Джеральдины, слушая, как Орион рассказывает нам о том, как продвигается процесс варки его причудливого зелья.

Пока мы ели, рука Сета постоянно касалась моей, и я позволил ему вести себя по-волчьи, даже подталкивал его в спину время от времени, наслаждаясь тем, что давал ему немного стайной поддержки, даже если сам не нуждался в ней. Но я был вдали от своей семьи, как и он, отрезан от нее и нахожусь в этом странном месте, так что для нашей почетной стаи Альфа вполне логично стать ближе друг к другу, пока мы привыкаем к здешним переменам.

Как только мы закончили есть, я рассказал Джеральдине о своем плане получить информацию от мамы, и, несмотря на ее предупреждения о том, что я «должен соблюдать максимальную осторожность в дикой природе», так она, похоже, имела в виду нормальный мир, уговорила отца согласиться на мою встречу. Не то чтобы они могли меня остановить, но имело смысл хотя бы спросить разрешения, прежде чем идти, пускай даже ради сохранения мира.

Сет последовал за мной на ферму, скрывавшую вход в Берроуз, и пошел со мной по заснеженному ландшафту, окружавшему скрытое убежище, пока мы не добрались до магической границы, скрывавшей это место.

— Почему бы мне не пойти с тобой? — предложил он, явно беспокоясь, что я отправлюсь туда один, но я покачал головой.

— Не стоит рисковать и тобой, — твердо ответил я. — Я приду туда и обратно прежде, чем ты поймешь.

— Я буду ждать прямо здесь, — поклялся он, спрятав руки от холода и давая понять, что его не переубедить.

— Хорошо, — согласился я, махнул рукой на место рядом с ним и развел огонь, чтобы он грелся, пока меня не будет.

Сет кинулся на меня, когда я сделал шаг, намереваясь пересечь барьер, схватил меня в объятия и крепко сжал, когда его богатый, землистый аромат окутал мои чувства, и я глубоко вдохнул.

— Будь осторожен, — свирепо прорычал он. — Я люблю тебя.

— Я тоже тебя люблю, чувак, — сказал я, задыхаясь от смеха, похлопывая его по спине, когда он напрягся в моей хватке. — Я люблю каждого из вас, мать вашу. И я буду в полном порядке. Вот увидишь. — Я откинулся назад и взял его лицо в руки, вливая магию огня в его кожу, согревая его, когда он бросил на меня томительный взгляд, от которого у меня перехватило горло.

— Перестань смотреть на меня так, будто думаешь, что можешь больше никогда меня не увидеть, — поддразнил я, пытаясь снять напряжение, но оно, казалось, только нарастало.

— Если я больше никогда не увижу тебя, то, думаю, я просто вырежу свое сердце из груди, чем буду жить в этой агонии, — вздохнул он, и я нахмурился, почувствовав, как глубоко прозвучали эти слова.

— Я вернусь, — поклялся я, и он кивнул, решительно отступив назад и заставив мои руки опуститься с его лица.

Я в последний раз ободряюще улыбнулся ему, затем шагнул сквозь потрескивающую энергию магического барьера, который был установлен, уберегая нас здесь, и достал из кармана мешочек со звездной пылью и бросил его на голову.

Засыпанный снегом горный пейзаж унесся прочь, когда я вырвался из этого мира, и звезды закружили меня в своих объятиях, после чего доставили туда, куда я хотел.

Я приземлился плавно, несмотря на неровную опору, мои дары позволили быстро восстановить равновесие, когда я оказался в пустыне, испепеленной солнцем.

Я настороженно огляделся вокруг, щурясь от натиска света ярко-голубого неба и палящего солнца, держа звездную пыль наготове на случай, если здесь есть какая-нибудь магическая система обнаружения, которая предупредит ФБР о моем присутствии. Однако такое крайне маловероятно. Моя мама не выдаст это место даже под пытками, но с талантом Лайонела к Темному Принуждению я не могу ничего исключать.

Через несколько минут стало ясно, что здесь нет никого, кроме канюков, кружащих высоко над головой, и песка, окружающего меня, поэтому я пошел вперед. Это место находилось буквально посреди нигде. Просто случайное место в центре Кердианской пустыни, вокруг которого на многие мили нет ничего, кроме песка и пустыни. Черт, мы даже больше не в Солярии. Это место находится под правлением южного королевства Вольдракия, где родилась мать Вега — однако никто не пользовался этим бескрайним пустырем.

Я не видел того, что искал, но твердо уверен, что он здесь, под песком, и ждет меня — звездная пыль, несомненно, привела меня в нужное место.