Геомаг III

— Ладно, мне нужное кое-чем заняться, буду нужен: зови.

— Угу, — кивнул я.

Видно, пока его не особо впечатлили мои ежи. И ладно, потренируюсь без болтовни под ухом. Хотя с другом всяко веселее. Но надо и делом заняться. Я встал перед грудой камней и начал стремительно лепить всё новых и новых ежей. Первые получались неказистыми и слабыми. Затем, с каждым новым метательным снарядом, мой навык становился всё лучше и закреплялся.

Вскоре форма ежа практически приблизилась к идеалу — конструкту в моей голове. Ещё через пару десятков ежей, на которых ушло около пятидесяти секунд, они стали совсем ровными. В нужных местах округлыми или острыми. Оставалось только научиться делать шипы ровными и, скажем так, смотрящими во все шесть направлений. Иногда получалось, что два острия чуть ли не срастались, смотря в одном направлении. В таком случае тоже придётся надеяться, что снаряд попадёт во врага правильной стороной. Этого мне не нужно. Я твёрдо решил: пока не научусь создавать ежи правильной формы, к укреплению их формы и уменьшению скорости создания не преступлю.

Следующие несколько часов я просто создавал ежей. Осматривал их и ругал себя, когда получалось плохо. Конечно, ругал образно. Я ни в коме случае не психовал, не злился и не обзывал себя, тем более не наказывал или бил. Я просто напоминал сам себе, что не нужно торопиться. Стоит внимательнее переносить конструкт в физическое воплощение. Ежи в отличии от, к примеру, земляных защитных стенок давались мне сложнее. Просто потому, что я мог создавать более сложную форму также быстро и точно. Оно и понятно, что с метательными снарядами нужно работать со всех шести сторон, следить, чтобы шипы не искривлялись. А стена — это всего лишь прямоугольник.

Спустя ещё какое-то время я превратил где-то пятую часть горы камней в ежей. Они лежали друг на друге рядами. Одни кривые и хлипкие, другие, что лежат наверху и ближе ко мне, прочные и почти ровные. Словом, прогресс есть. Не зря я потратил столько усилий. Да вроде бы ел совсем недавно, а живот снова урчал во всю. Организм словно сам говорил, что для занятие боевой геомагии нужно очень много топлива. Да, желательно съестного и как минимум вкусного. Весь вспотевший и уставший, я отправился на холм и плотно поел.

Затем вернулся к горе камней и начал мастерить новых ежей. Конечно, я не делал это на пределе возможностей, всё-таки при высокой скорости они очень теряли в качестве. Но я уже научился создавать их с шипами сантиметров по пятнадцать. К слову, я решил, что удлинять их больше не нужно. А вот над плотностью «сплава» камней и скоростью создания (не супербыстрой штамповки, а именно создания) стоит поработать. Чем я и занимался следующий час. За это время я успел сделать всего на всего шестьдесят ежей. Зато каких! Все они были похожи, как капли воды. Каждый был достаточно прочным, чтобы вонзиться в ствол дерева довольно глубоко и не развалиться.

Получается, что на создание одного ежа я тратил целую минуту. Безумно долго в рамках боя. Но стоит учитывать, что секунд пятьдесят семь я просто отдыхал, воображал конструкт и готовился. На само создание ежа уходило немногим больше полтора секунды. Да, стало получатся быстрее, но всё ещё недостаточно.

Я решил отдохнуть. А как известно, лучший отдых — это смена деятельности. Пока не стемнело я решил потренироваться в точности метания ежей, их у меня целая гора. Думаю, запусков на пятьсот хватит. Правда потом поле превратится в какую-то адскую землю. Может и не стоит тогда раскидываться каменными колючками, это всё-таки не просто землю вспахивать.

Делать нечего, по-другому я просто не смогу тренировать точность. А что до поля колючек после тренировки, так его расчистка тоже будет своеобразным упражнением. Ходить по полю с ежами и рассеивать их, тоже задача не из лёгких. Требует магической силы, внимательности, терпеливости и всего прочего, что бы я был не против развить.

Решено. Прямо сейчас я начну запускать снаряды с шипами в чучела. После можно будет заняться приборкой. Я встал возле кучи шипастых шаров и стал нагнетать, в них по одному, магию камня. Затем целился и отправлял снаряд в нужную точку.

Поначалу моя точность была настолько низкой, что сторонний наблюдать мог бы подумать, что я и вовсе не целюсь. Но я старался всеми силами. Сам процесс прицеливания сильно отличался от того, когда просто берёшь в руку камень и кидаешь его. Вся разница заключалась в том, что физически, своими мышцами, я не чувствовал тяжесть снаряда. А только различал количество магии необходимое для его запуска в мишень.

Поэтому я запросто мог сгенерировать магии больше или меньше, чем нужно. Отсюда и такая низкая точность. Конечно, перед запуском можно было покрутить ежа в воздухе с помощью магии. Оценить его тяжесть, и примерно понять, сколько потребуется магии для попадания с определённой дистанции. Но ведь в бою у меня не будет столько времени для «изучения» каждого ежа. Вывод напрашивается сам собой. Надо научиться делать всех ежей одного размера и веса. Тогда, научившись на идеальном образце, я смогу моментально запускать и все остальные.

Это гора ежей не соответствует одному стандарту. Слишком разные они получились, значит на них не получится потренировать то, что я задумал. Придётся просто тренировать скорость полёта, силу удара. Да, целиться тоже буду, но не с такой тщательностью, как если бы пулял идеальные образцы.

Я подхватывал каменные колючки с помощью магии. Поднимал их в воздух на высоту от метра до двух. Затем запускал в мишень, выбирая при этом самых разных чучел. На время подъёма с земли уходило не больше двух секунд, иногда и меньше. Затем ёж устремлялся в мишень, измерить скорость его полёта я не мог. Но нёсся он обычно быстрее, повозки. Полагаю, что снаряды летели со скоростью в среднем от тридцати до пятидесяти километров в час.

Часа три ушло на то, чтобы я исчерпал запасы ежей из груды, которою заготовил. Поле словно пережило метеоритный дождь. На вспаханной земле валялись кучи острых камней, много сломанных деревянных веток. И даже пара дохлых ворон. Специально я в них не метил, просто они оказались не в том месте, не в то время, вот и получили шипастым камнем.

Теперь нужно было прибраться. Я бегал по вспаханному полю. Собирал сразу несколько ежей в кучу. Затем они взмывали в воздух, и я переплавлял их в обычные булыжники. Те с грохотом падали на землю, и я бежал дальше. Тренировка не только для магии, но и для всего тела, включая концентрацию и дыхание. Я выбивался из сил, но не собирался идти спать. Работы предстояло ещё много. Наконец, когда я собрал все шипастые камни и «переплавил» в безопасные булыжники, то уже хотел идти спать. Но, оглядевшись увидел, что всё поле усеяно деревяшками. Больше из них чучел сделать не удастся, а вот использовать для костра вполне.

Я собрал и их, ушло на это не меньше часа. А потом пришёл Оскард и закатился от смеха:

— Крис, твою мышь! Ты сам это всё сделал?! Нахрена, у нас же есть големы?.. Кри-и-с, — завопил он, отбивая лоб ладошкой.

— Да, сам, — произнёс я.

И подумал, а действительно почему я не воспользовался помощью геосозданий? Забыл и забыл, тренировка не прошла даром. Всё тело выло от боли, казалось, что даже каналы и узлы побаливают. А живот, так в нём появилась бездонная дыра, и я собирался заполнить её вкусной едой. Правда сначала хотел освежиться в холодном ручье.

— Чё делать будешь? — спросил друг, — я вот снова кое-что изобрёл. Хочешь покажу?

— Давай, завтра я сейчас мыться, есть и спать.

— Ладно-ладно, я тогда ужин приготовлю, — ответил он, продолжая посмеиваться.

* * *

Вода в ручье оказалась жутко ледяной. Но оно и хорошо, охладился я быстро. Помылся, освежился и пошёл в лагерь. Вместе с другом мы плотное поели. Покормили големов с Молнием да собирались ко сну. И тут, чёрт меня дёрнул, я решил снова поупражняться. Уже начало холодать, но и это не беда. При интенсивных нагрузках я очень быстро согреюсь.

Я потренировался с молотами, копьями и защитными стенками. Потратил на это не так уж и много, но всё равно навыки слегка развились. Затем я вытащил из тайника камень с руной и отправился под холм. Мне хотелось спать, но я понимал, осталось не так уж и много времени. Отоспаться я успею всегда, а вот победить в дуэли я должен. И на то у меня не десяток попыток, а всего лишь одна.

— Крис? — послышалось из палатки.

— Да, я.

— Ты всё не спишь?

— Я пошёл тренироваться с камнем.

— Поздно уже, — ответил Оскард.

— Я не долго…

После я спустился с холма и целый час гонял магическую энергию из булыжника и обратно. Наполнял его магией до предела, руна светилась настолько ярко, что её можно было спутать с ночной звездой. Мне приходилось накрывать камень тряпками, лишь бы свет не привлёк лишнее внимание. А так я вполне удобно устроился в высокой траве, заметить меня даже с близкого расстояние было крайне сложно.

Когда камень переполнялся энергией, то я впитывал её в себя. Затем тратил её, но не на наполнение булыжника с магической печать. Просто расходовал, чтобы не пришлось гонять одну и ту же магическую «массу» туда-сюда. В магия я не такой профи, потому всего не знал. Признаться честно, боялся, как бы чего плохо не вышло, из-за того, что я не создаю новую магию, а перегоню ту же самую.

Когда я понял, что уже не могу сидеть и не заваливаться, закрывая глаза, то я завязал камень в тряпки и пошёл в лагерь. Спрятал его в тайник и залез в палатку. Кажется, я уснул ещё раньше, чем завалился в мягкую постель.

* * *

— Вставай, лежебока! — кричал Оскард, под лай собаки и шум, которые создавали големы.

— Не слишком ли рано? — сквозь дрёму спросил я.

— Мы, проспали! — быстро ответил он и приказал големам отправляться на работу.

— Да?..

— Но ты не расстраивайся, не расстраивайся… зато я придумал суперудар. И даже название: дрожь земли! Правда круто?!

— Наверное, — звучит красиво, подумал я и пополз к выходу.

Глава 6

— Слушай, — начал объяснять Оскард, — ты сделаешь яму с живой землёй, Клёнч в неё провалится и ты его замуруешь.

— Хм… — интересно, — как ты это себе представляешь?

— Ладно. Объясню лучше, ты выберешь участок земли. И начнёшь в нём двигать всю землю. Клёнч наступит и из-за большого веса провалится. Потом ты перестанешь колдовать, и земля застынет. Ну, типа зыбучие пески только земли.

— Дрожь земли, говоришь? — переспросил я и улыбнулся, — мне нравится.

— Кто гений?! Я гений! — ответил он, — а теперь погнали смотреть моё изобретение, завтрак уже на костре.

— Пойдём, глянем.

Я потянулся, зевнул и последовал за ним. Всё тело жутко выло. Я никогда раньше не испытывал такой усталости в мышцах и вообще во всём теле. Казалось, даже кости ломит от боли. Неплохо я вчера потренировался, но если я приду на дуэль в таком состояние, то Клёнч точно расплющит меня, как букашку. Значит, нужно будет отдохнуть перед боем или как-то иначе решить эту проблему.

* * *

Мы подошли к тому месту, где в ручье стояли два промывочных лотка. Рядом с ними, всего в паре шагов стоял какой-то странный столик с непонятными штуковина внизу. Подойдя ближе, я увидел шестерёнки, пружинки и всякие железные штуковины. Когда только Ос находит столько времени на изобретательство? Но, надо признать, что после того, как големы стали добывать золото самостоятельно, то времени у него появилось много.

— Сюда Орешек суёт руки, затем начинает вращать шестерёнки и тем самым запускает механизм, — начал объяснять Оскард.

— Интересно… — протянул я, стараясь выиграть время, чтобы хоть немного понять, для чего нужна эта штука.

Но, когда друг подхватил лоток с породой и закрепил его в держателе на столике, то я, кажется, всё понял. Он сунул к ножкам руки и начал вращать шестерёнки. Зубчатая передача запустилась, но Оскарду не хватало скорости. Лоток на столе двигался туда-сюда, именно так, чтобы золото оседало на дне, а всё остальное вылетало. Но что-то воды я не заметил, а без неё процесс замедлится, а потом и прекратится.

— Кажется, понял, скорости шестерёнок хватает, чтобы лоток двигался быстро.

— Именно, — он гордо хлопнул своё изобретение ладошкой, — ты, наверное, думаешь, что я забыл про воду.

— Хе-хе, да. Без воды ничего не выйдет.

— Тогда ты ошибаешься! Ну в смысле, что я забыл про воду.

Он показал на ведро, которое стояло на берегу. И сказал, что обучил Орешка зачерпывать, а затем и заливать необходимое количество воды в лоток. Ещё показал мне сливы, специальные места, но столе, но под креплением для лотка. По замыслу грязь и вода попадали в него, затем стекали, не пачкая сам механизм. Наблюдая за грязеотводом, я заметил и кучку грязи.

— Ты, знаешь, я же рылся в ней, искал золото, — сказал друг.

— И как не нашёл?

— Не песчинки, — ответил он и широко улыбнулся.

Да уж, не думал, что буду рад услышать из уст друга, что золота нет. Но в случае изобретения для, как говорил он, механической промывки, это хорошая весть. Я был доволен, но решил и сам проверить кучку грязи. Если там есть пирит, то и золото должно быть. Хотя словам друга я верил и лишь хотел их подтвердить.

— Ага, не поверил мне?! Или у тебя глаз алмаз?

— У меня геомагия, — ухмыльнулся я, — проверю есть ли пирит. Если нет, то всё шикарно.

— Делай, я посмотрю.

После нескольких попыток вынуть из кучи грязи кусочки пирита, я понял, что их там просто нет. Значит изобретение друга работает хорошо. Оно действительно вымывало осадочные чёрные пески и прочую бесполезную грязь. Но не чёртов пирит. Получается, что мне, как и раньше, будет необходимо завершать последний этап лично. Об этом я рассказал другу, он заворчал и начал плеваться. Очевидно, расстроился.

— Для сраного пирита я тоже чё-нибуь изобрету, — пообещал он и мы ушли завтракать.

* * *

— Смотри, я, конечно, качок ещё тот… но Клёнч больше, он фортис, — после этих слов друг дочертил линию на добрых сантиметров пятьдесят, а то и больше. Затем ещё одну, и ещё две. Получился кривой квадрат на рыхлом поле. — Область поражения.

— Ясно. А глубина? — спросил я.

— Ну надо такую, чтобы он не выбрался.

— По пояс?

— Хм… боюсь не хватит, руки у него, как ноги у быка, — с завистью произнёс Оскард.

— Тогда по шею.

— Метра два! — воскликнул друг, — а ты сможешь?

— Попробую.

Тренировка началась на всё том же рыхлом поле. Конечно, я собирался готовить суперудар в тайне, но никто не поймёт, чем я тут занимаюсь даже при желании. Если не знать, что твориться под землёй, то вообще сложно будет что-то заметить.

Верхний слой оживал очень просто, я, практически не напрягаясь заставлял земляные частички бегать туда-сюда, кружась в сумасшедших хороводах. Я направлял в землю всё больше магии, дрожь уходила на глубину. По ощущениям сантиметров на пятьдесят.

— Стой! Стой! — выкрикнул я, когда друг подошёл к квадрату и прыгнул в него.

— Колдуй! — ответил он и… Погрузился в землю по колено, — жив и здоров, не боись!

— Ос, чума! Ты бы хоть предупредил, — продолжая посылать магические потоки, гаркнул я.

— Нет, так слишком просто. Теперь перестань, я попробую выбраться.

— Угу.

Я прекратил напитывать квадрат магией земли. «Застывать» порода начала с глубины. На это ушло не больше пары секунд. Когда подпитка магией закончилась, в воздух поднялось облако пыли. Земля под ним затвердела. Нет, я не «сплавил» её в комки, а просто дал природе сделать своё дело.

— Ух-ух! — тяжко, — пыхтел друг, пытаясь выбраться из ловушки. Он увяз по колоне и довольно крепко, — но, если постараться, то вылезу. А ты можешь уплотнить землю?

— Могу? Не боишься?

— Ну ты сильно не дави, ноги мне ещё нужны, а то, как я от любимых дам убегать буду? — он улыбнулся своему «отличному» чувствую юмора.

Впрочем, идея его показалась мне более, чем достойной. Если я смогу спрессовать рыхлую землю, в твёрды комки, а то и вовсе один большой однородный пласт, то у врага практически не будет шанса выбраться. Главное, при этом, не переломать ему все кости. Убивать Клёнча, значило спустить на себя всех его людей, от дикарей с топорами, до умных и умелых арбалетчиков.

Такая кончина мне точно не нужна. Клёнча нельзя убивать. Но я быстро спустился с небес на землю, когда вспомнил насколько он сильнее меня, пусть и не владеет магией. Чёртов фортис ведь реально может переломить меня, как соломинку. Но и это можно попытаться обернуть в своё преимущество. Разве ожидает волк, что заяц хорошенько врежет ему каким-нибудь хитрым магическим ударом. Обычно нет. Я — заяц, мне придётся победить престарелого матёрого волка именно таким способом!

— Готов? — спросил я перед тем, как сжать на друге земляные тиски.

— Дави! Но не сломай ноги! — ответил он и напрягся.

Я представил паттерны магии земли, вытянул руки к ногам друга. И направил туда магические потоки. При этом, разумеется, я представлял, как совсем крохотные кусочки земли сращивались в комки. Как комки превращались в большие земляные камни. Как те твердели и плотнели, срастаясь с соседями. В итоге я понял, как из рыхлой земли сделать практически настоящий камень. Ещё это подтвердил Оскард, когда раскрыл рот:

— А-а-а! Хватит, хватит! Больно, — заверещал он, хватаясь за ноги.

— Извини, — ответил я и тут же выкинул из головы чудо-узоры.

Затем кинулся к другу, чтобы высвободить его из оков. Но он, щурясь и корчась, остановил меня:

— Терплю. Надо провести круши-тест, — прохрипел он, явно испытывая дискомфорт, а то и боль.

— Ты только скажи, я высвобожу тебя.