Медвежонок родился

— Теперь ты ей предложи. — И дядя Гайни передал банан девушке.

Та заговорила с обезьянкой ласковым голосом. И смотри-ка, Лили отбежала от книжки, ухватила банан — и вернулась к картинкам. Ловко очистила его и — раз-два! — нет банана. Облизнулась и оглянулась на служительницу.

— Вот тебе ещё один, Лили!

Обезьянка взяла второй банан и тут же с ним разделалась.

— Ну вот, всё в порядке, — сказал дядя Гайни и похлопал служительницу по плечу. Потом говорит мне: — А есть у вас ещё пара таких книжек?

— Зачем? — Это мне было непонятно.

— Я вижу, — улыбнулся главный кормильщик, — книжка недолго выдержит. Когда Лили её растерзает, нужно будет дать ей новую.

Я рассмеялся.

— Есть, конечно же, есть! А если не будет, я куплю. Сегодня же принесу вам ещё парочку.

Лили снова принялась носиться по клетке, прижав книжку к груди. Очутившись поблизости от нас, она повисла на сетке, сделала гримасу и весело завизжала.

— До свидания, Лили! — помахал я ей на прощанье.

Только служительница осталась. Она не могла оторваться от своей обезьянки.

Расставание

Телефон звонил долго-долго.

«Никак не оставят человека в покое!» — брюзгливо подумал я, откладывая газету.

— Слушаю вас!

— Приходите прощаться! — кричит тоненький женский голос без всякого вступления.

Прощаться?

— С кем я должен прощаться? Кто уезжает? Брат? Сестра? Или кто-нибудь из друзей?

На другом конце провода звенит смех. Тоненький такой, как струйка воды в фонтане.

— Что вы смеётесь? Вы лучше представьтесь, — увещеваю я незнакомую щебетунью.

— Вы меня не узнаёте? Я вам звоню по поручению директора зоопарка.

— Извините, у вас голос, кажется, изменился, — оправдываюсь я. — Но всё-таки, с кем мне прощаться? Директор, что ли, уезжает в Африку?

— Директор никуда не едет, уезжает ваш подшефный.

Я так и онемел. Потом спрашиваю:

— Это вы серьёзно?

— Серьёзнее некуда. Мы отдаём его Венскому зоопарку в обмен на жирафа и чёрную пантеру. Это очень выгодный обмен.

— И когда же нужно прощаться? — спрашиваю.

— Через час. Директор просил не опаздывать.

И голосок, тонкий, как струйка воды, умолк.

Я пришёл без опоздания. Директор представил мне сотрудника Венского зоопарка, который привёз жирафа и чёрную пантеру и увезёт Монарха. Мы сразу пошли к клетке с Монархом.

Он жил там один, без матери и сестры. Он должен был отвыкнуть от семьи.

Рядом с клеткой стоял наготове специальный зарешеченный ящик с рукоятками по бокам. И неподалёку — грузовик.

— Ну, Монарх, желаю тебе счастья на новом месте, — обратился я к своему подшефному. Это был уже не медвежонок, а крепкий молодой медведь.

Монарх ласково заурчал и облизал мне руку.

Потом его завели в ящик, у которого подымалась одна из стенок — и она тут же закрылась за ним. Монарх громко заревел, словно догадался, что происходит что-то необычное.

Его погрузили в автомобиль, иностранец забрался в кабину, и мы остались одни.

— Хотите взглянуть на жирафа и чёрную пантеру? — предложил директор. — Великолепные экземпляры!

Я покачал головой: «Нет».

Потом порылся в кармане пиджака, достал пропуск и протянул его директору.

Он отвёл мою руку:

— Оставьте его себе.

— Да нет, возьмите, мне он уже не понадобится, — говорю. — У меня здесь теперь нет никого.

Ну что ж, директор взял у меня пропуск и как бы в шутку заметил:

— Если попадёте в Вену, не забудьте взглянуть на своего подшефного.

Я через силу улыбнулся и поспешил проститься. Я уносил с собой печаль по близкому существу — по Монарху.