Падение Империи. Снег и Пепел

— В таком случае начну через два дня, вернусь в свой подземный город и кое-что попробую. — Спокойно проговорила она. — Мне нравится это место, здесь тихо и спокойно и всё несколько иначе, чем я привыкла. Никогда бы не подумала, что такое случится именно со мной.

— Думаю, в этом я с тобою соглашусь.

— Сможешь?

— Долго рассказывать.

Внимательно посмотрев на меня, Валерия покивала и не стала ничего отвечать, после чего уверенно развернулась и двинулась на выход из зала.

— Валерия, а горный народ и раса крылатых людей — это случайно не плоды ваших экспериментов?

— Не знаю, Эшарион. — Остановившись, обернулась ко мне девушка. — Я не из тех, кто проводил или участвовал в экспериментах, так как мне на тот момент было всего четыре года. Да даже если они и плоды эксперимента, за семь тысяч лет они мутировали так, что ты никогда и не узнаешь об изначальных планах безумцев решившихся на подобное.

— Понимаю. Спасибо.

Кивнув мне, девушка вышла из зала. Оставшись в одиночестве, я задумчиво посмотрел в окно и тяжело вздохнул.

Новости одна хуже другой, даже уже знаю, что принесёт мне тот гонец, что спешит сюда, подгоняя лошадь. Ситуация на юго-востоке складывается не лучшим образом, однако без прямого вмешательства императора ситуацию не исправить.

Развернувшись, я спустился вниз и проследовал в свои покои, где и принялся ожидать посла, медленно перебирая бумаги.

— Мой принц, вам послания. — Войдя, поклонился гонец.

Достав четыре свитка, гонец передал их мне, а я лишь приняв их, поблагодарил и протянул ему лишь один свиток, добавив к нему золотой империал. Благодарно поклонившись мне, гонец покинул покои.

Взяв первый же свиток, я внутренне напрягся и тихо выругался себе под нос.

Драконья печать, открывается только кровью, так запечатываются документы, касающиеся только императорской семьи.

Проколов себе палец я смазал печать, и она рассыпалась, после чего я, развернув свиток и побежав взглядом по строчкам написанных лично Дарниром, замер…

— Тварь! — мои руки объяло магическим пламенем, а свиток защищённый магией отлетел к двери.

— Эшарион?! — забежала ко мне Ноа. — Что случилось?

— Ничего. — Холодно ответил я, и принялся восстанавливать контроль, когда мне это удалось, обессиленно упал в кресло. — Теперь уже ничего.

Дарнир был в своём праве, да именно император принимает решения о членах императорской семьи… Только в чём была вина Эдиты?..

— Это правда? — дрыгнувшись голосом спросила Аниса, незаметно для меня войдя в покои. — Эшарион?

— Да. Все бастарды императорской семьи, не имеющие драконьей крови, подлежат забвению. Пятый пункт кодекса императорской семьи… — тихо ответил я, не смотря на младшую сестру. — Теперь ты пятая принцесса, Аниса…

* * *

Отряд альтов неспешно двигался по горному серпантину в северо-западном направлении. Дорога была тяжёлой, но её постоянно преодолевали торговцы, проходившие как пешком, так и с караванами. Ранее этот путь был лишь дорогой соединяющей отдалённую от столицы долину с более цивилизованными территориями Альтского Княжества.

Две молодых альты неспешно двигались в середине отряда, остальные члены которого облачённые в доспехи держались от них на почтительном расстоянии, внимательно смотря по сторонам.

— Скоро наступят холода. — Задумчиво проговорила молодая альта. — Мама, разве нельзя было отправиться весной?

— Весной было бы уже поздно. — Спокойно ответила ей альта, посмотрев на неё с лёгким нисхождением. — Тебе Оранэра стоит лучше сосредоточиться на контроле своих мыслей.

— Неужели так заметно?

— Более чем.

— Великая княгиня, мы нашли хорошее место для привала. Мы всё равно не успеем вас довести до границы, даже если будем скакать всю ночь.

— Спасибо, майтре. — Величественно кивнула Великая княгиня Люсинэ Хельталис. — Тогда остановимся на отдых.

Альт из охраны княжеской семьи, пусть и одетый сейчас в достаточно обычные одежды, склонил голову и увёл отряд с тракта в направлении небольшого лесочка. Где вскоре отряд разбил лагерь, поставив шатёр для великой княгини и её дочери.

Княгиня тем временем занималась приготовлением ужина на всех, нисколько при этом, не противясь подобной работе, а так же помогала с лечением, как альтов, так и лошадей. Младшая княжна тоже занималась делом, собирая хворост для костра, заботясь о лошадях, а после и неся пост.

Наконец когда в горы пришла ночь, княгиня и её дочь пришли в шатёр и начали устраиваться к ночи.

— Тебе не нравится это путешествие? — не раздеваясь, спряталась княгиня в спальный мешок.

— Не нравится. — Нервно расправляя свою будущую постель, устало ответила Оранэра.

— Почему же?

— Вы желаете продать меня этому принцу. — Пожав губы, проговорила Оранэра. — И всё ради чего? Ради мира! Смею заметить, что этот шаг даже прагматичным нельзя назвать, только политическим циничным.

— А ты думаешь, я за твоего отца вышла от большой любви. — С прохладной снисходительностью заметила Люсинэ. — Это тоже был политически циничный шаг, и мне пришлось подчиниться.

— Ради чего? — взяла себя в руки младшая княжна.

— Поверь, там было много политических моментов, долго объяснять. — Рассеянно отмахнулась княгиня, пытаясь скрыть свои настоящие чувства. — Но сейчас оглянувшись назад, я не жалею.

— Только этот Эшарион — обычный человек…

— Не забывай, что в нём течёт кровь дракона, да и вообще он сейчас сильнейший маг Империи, если брать во внимание именно личную магическую силу. — Вздохнула княгиня. — Не забывай что недавно этот "обычный человек" сумел победить в битве с полутора тысячами воинов, имея лишь сто пятьдесят воинов. Опасно недооценивать четвёртого принца, Нэдия уже за это поплатилась.

— Не хочу ничего знать об этом высокомерном принце… — проворчала Оранэра и залезла в спальный мешок. — Единственное что меня устраивает, так это то, что наш союз, если он и возникнет, продлится недолго.

Люсинэ посмотрела на свою дочь, демонстративно притворяющуюся спящей, и ничего не сказав, лишь грустно улыбнулась…

Глава 2. Кровь и предательство

Уверенным шагом, направляясь в рабочий кабинет императора, Милена обожгла взглядом аристократов ожидающих личной аудиенции, и стоило немолодому герцогу выйти из дверей кабинета, как она уверенно вошла:

— Дарнир! Почему?!

— Пятый пограничный легион уничтожен. Тайная стража разделилась и мне подчиняется лишь малая часть. Новоиспечённого герцога Мариса Рошаль, не успели легионы покинуть город, выпотрошили бароны Архипелага и повесили над воротами замка. Вокруг меня враги и ты спрашиваешь меня: почему?

— Это были моя сестра и мать.

— Они выступили против императорской семьи.

— Ты сошёл с ума. — Со сталью в голосе выдохнула третья принцесса.

— Это ты сошла с ума, если считаешь, что подобные преступления должны оставаться безнаказанными. Она легла в постель с другим и родила от него бастарда, который более двенадцати лет был членом императорской семьи. Мне нужно обвинить тебя в сговоре? — одарил Император свою сестру тяжёлым взглядом.

— А как же мы?

— А, "нас" никогда не существовало. — Холодно ответил Дарнир. — Ты навсегда останешься Миленой Черноокой, третьей принцессой двадцать пятой династии, а я — Двадцать Шестым Чёрным Драконом Империи, Дарниром V.

Милена смерила взглядом действующего императора, являющегося её братом и любовником, в ярости сжала руки в кулаки, сдерживая слёзы, а после резко расслабилась и улыбнулась:

— Ты станешь последним своего имени.

Резко развернувшись, третья принцесса вышла из рабочего кабинета императора и уверенно двинулась в направлении своих покоев, снося всех, кто встретится на её пути.

— Может, не стоило, мой император? — раздался голос из-за ниши за шкафом.

— Давно нужно было решить эту проблему, тем более что ей придётся покинуть дворец по моему указу. — Сухо отозвался Дарнир. — Мне надоело играть в любовь. Тем более что сейчас мне нужен наследник, а от Милены у меня родится лишь бастард драконьей крови.

— В целом вы правы, мой император.

— Сейчас нужно подготовиться к свадьбе, проследи, чтобы моя невеста была в полной безопасности, а я пока придумаю повод, чтобы отправить мою сестру в принадлежащие ей земли. Она в конце концов ей пора снять чёрное платье вдовствующей герцогини…

* * *

Задумчиво прогуливаясь по стене Вернада, я смотрел в юго-восточном направлении и был далеко не весел. После трагичной новости, Аниса впала в откровенную депрессию и сидит в покоях баронессы с книгой в руках.

Всё-таки они с Эдитой были близки друг к другу, а после известия о том, что её старшая сестра, ей не совсем сестра… Маленькую принцессу это серьёзно подкосило, а ведь она только немного оправилась от случившегося с ней. А ведь при этом я запретил всем поднимать тему казни Глории и исчезновения Калерии, но рано или поздно она всё равно узнает.

— Ты не можешь предвидеть всё. — Спокойно проговорил мне боевой маг, увидев тень, мелькнувшую у меня на лице. — Что скажешь?

— Да, стены восстановили, распорядись, чтобы им выплатили немного сверх положенного, если я забуду. Отличная работа, осталось только восстановить защитные артефакты, и стена снова станет неприступной, форты начнём ремонтировать с приходом весны, у нас их три, по числу перевалов.

— Там даже не форты, а просто дозорные башни, — зевнул боевой маг, — когда отправимся.

— Сейчас, собирайся и выдвигаемся.

Уверенно двинувшись со стены, я сообщил Мирасу об изменившихся планах и, запрыгнув в седло, в сопровождении отряда направился на выезд из города.

Валерия Гройскам и Кристиан Перейн отправились по своим делам ещё вчерашним утром. Если артаарка уже занималась исполнением моей просьбы, то агент тайной стражи находился в дороге в столицу, где и будет находиться ещё как минимум шесть дней.

Проезжая мимо поместья я мысленно достучался до Ноа и предупредил о своём отъезде, который баронесса приняла достаточно спокойно, пожелав удачи и попросив духов оберегать меня.

Удалившись на приличное расстояние от поместья, мы уменьшили темп движения, давая лошадям передохнуть.

— Почему мы так резко сорвались в дорогу? — спросил боевой маг, двигаясь рядом со мной.

— Ночью мне пришлось выжечь разум молодому сервенту, подбирающемуся к поместью. Мне удалось укрепить Вернад, теперь очередь Крепости Восточных врат, где необходимо провести чистку и заделать бреши в нашей обороне. Меня не устраивает то, что сервенты заинтересованы во мне.

— После сожжённого Орсина и почти полного уничтожения Ордена Хранителей печати даже странно, что сервент пришёл сюда. — Заметил боевой маг.

— Печать, закрывшая врата в мир Хаоса была создана на основе магии крови. А кровь, используемая во время ритуала, принадлежала Орсине Черноокой, так же как и я имеющей Проклятие Драконьей крови.

— Постой. Только ты способен снять печать? — удивлённо посмотрел на меня боевой маг.

— Я способен и открыть полноценные врата в мир Хаоса, — досадливо поморщился я, мысленно же отбрасывая возможность использовать эту возможность, — только вот не хватит теперь у сервентов ни сил не людей, чтобы атаковать нас, большая часть их верхушки погибла в чистом пламени созданной мной защиты. Когда я жил во дворце, магистры ордена обращались ко мне лично, прося предоставить им надёжную защиту, ведь они уже давно не доверяют магам Башен и заметь небеспричинно.

— Эти разговоры ведутся уже давно. — Фыркнул боевой маг. — Ты веришь, что в Академии есть гнездо сервентов?

— А где ему ещё быть, Малграф? Именно там где у большинства есть соблазн обладать большей силой и возникают подобные тайные сообщества. Например, убитый мной сервент носил специальный защитный амулет, который не давал почувствовать его прикосновение к энергии Хаоса. Причём создал его как минимум магистр-артефактор, а таких специалистов в Империи так мало, что можно сосчитать на пальцах, пусть будет двух рук. — Снисходительно вздохнул я. — На обратной дороге покажу, где этот сервент лежит.

— Мирас, а ты что скажешь? — спросил Малграф у северянина едущего рядом с нами и не вступающего в разговор.

— Принц прав, молодых и горячих умом и сердцем легче соблазнить обещаниями о красивой жизни, — негромко ответил чернобородый северянин, — именно по этой причине мы не отпускаем сыновей и дочерей севера учиться в вашу Академию, несмотря на мир. Поверь мне, боевой маг, я успел многое узреть за свои шестьдесят три зимы и знаю, насколько глупа и недальновидна молодость. — Медленно провёл Мирас по белеющему шраму, почти полностью скрытому под густой бородой.

Боевой маг сдержанным кивком согласился со словами северянина, а после мы снова взяли более быстрый темп скачки, и стало не до разговоров.

Крепость Восточных врат встретила нас мелким противным дождём с пронизывающе-холодным ветром, отчего всем пришлось поплотнее кутаться в тёплые плащи. Мы успели войти в крепость до заката, и сейчас спешившись, группой двигались по городской улице, дорога которой была покрыта тонким слоем грязи.

— Почему второй раз приезжая в этот город у меня постоянно пропадает настроение. — Проворчал я себе под нос.

— Мерзкое местечко. — Заметил Фусс, двигаясь рядом со мной и принюхался. — Старой кровью пахнет.

— Кровью? — переспросил Мирас сзади. — Не ошибаешься?

— Нет, командир, кровью, но какой-то странной.

— Малграф, внимательнее. — Предупредил я боевого мага, на краткий миг, почувствовав направленное внимание чуждого разума. — Похоже, здесь поселилась разумная тварь.

— Нашёл её? — обернулся ко мне боевой маг.

— Она заметила меня и закрылась. — Тихо ответил я.

Итак, этот город довольно неприятное место, нужно разобраться, тем более что именно отсюда пришёл тот сервент. Думаю, они покажут себя не ранее захода солнца, всё же я им необходим.

— Мы нашли постоялый двор, — известил меня Фусс, — в прошлый раз там останавливались Рыцари Чёрного Дракона.

— Остановимся там.

Наш отряд вошёл на территорию постоялого двора и наших лошадей сразу же определили на конюшню, и начали о них заботится. Мы же свою немногочисленную поклажу переместили в предоставленные комнаты, а после чего разместились за столом в общем зале, где отдыхали в ожидании ужина.

— Мирас, ночи уже холодны, а всем нужно тепло. — Предупредил я, и северянин понятливо кивнул.

Мне понятно, почему сервенты появились здесь, но если исключить их личную заинтересованность, неясно кто заказал меня в прошлый раз. При этом ещё и убийцы из Чёрных слез исчезли, словно их здесь и не было. Опять же эти фанатичные мстители охотятся за членами императорской семьи и Белого легиона, подавлявшими магические бунты.

Слишком уж непонятная вырисовывается мозаика, где я не могу отследить несколько важных кусочков, чтобы сложить всю картину.

Между тем нам подали ужин, который мы с аппетитом умяли и разошлись по своим комнатам, однако никто не снимал доспехи и не убирал оружия. Все ожидали начала нападения, но его всё не было и не было, что только сильнее нервировало всех.