Академия попаданок. Первый семестр

Нет, не так — оттуда вылетел РОЙ!

И вовсе не пчел, даже не мух или комаров. Нет! Из шкафа вылетел огромный рой пискляво орущих человечков с маленькими крылышками и сморщенными рожицами. По размерам они были больше мальтийского таракана, виденного мной на завтраке, но меньше домашней мыши. И каждый из человечков в руках держал либо нитку, либо иголку.

Судя по их злобным мордочкам, эти летающие портные явно не были рады нашему приходу.

— Ой, а что это за милахи? — вырывалось у меня.

Извините, это было нервное.

— Иглотыки! — крикнул герцог. — Все назад!

Увы! Дверь за нашими спинами с грохотом захлопнулась, возле неё ощетинились иглами не меньше сотни мельтешащих созданий. Отступать некуда. А эти угрюмые человечки начали сжимать круг, сбивая нас в одну визжащую кучу.

Признаюсь, я сама пару раз взвизгнула. Так, для проформы, чтобы не выделяться из общей толпы. Я не боялась, принимала это за своеобразное приключение. Ведь с нами был герцог, а этот циничный дядька может со всем справиться. Так мне казалось ровно до того момента, пока он не вытащил платок, чтобы взмахом разогнать писклявых надоед, а какой-то шустрый иглотык на бреющем полете не вырвал кусок ткани из его руки. Вот тут уже я завизжала от души.

Летающие мальки окружили нас и мы оказались внутри игольчатого кокона — куда ни ткнись, отовсюду торчали острия длинных игл. Они пока ничего не предпринимали, но я увидела, как иглотыки начали просовывать свои иглы в иглы. Готовилось что-то нехорошее.

Мда, как будто до этого было что-то хорошее… Ну, кроме Симпатира, конечно.

— Не паниковать! — прикрикнул герцок. — Иглотыки редко нападают просто так. Скажите, что вам нужно?

Вперед вылетел человечек в красной мантии. Его седая шевелюра спускалась на спину, а борода доходила до пояса. Он так походил на миниатюрного Деда Мороза, что мне невольно захотелось взять его и повесить на елку. А ещё и булавка в руках очень напоминала пресловутый дедушкин посох.

— Плюшки-ватрушки, какая же он прелесть, — снова вырвалось у меня.

Миниатюрный Дед Мороз стрельнул в мою сторону глазами, и я постаралась скорчить самую глупую рожицу, мол, что с дурочки взять? Иглотык откашлялся и писклявым, но до невозможности пафосным голосом начал говорить:

— Великий осквернитель земель и сотрясатель гор, могущественный и непобедимый, великолепный и неповторимый маг Похотун Писюкастый требует к себе в услужение одну из студенток.

Я не могла удержаться. Вот как хотите, но смех начал разбирать с самого первого слова. Если вы вдохнете гелий из воздушного шарика, а после начнете цитировать обращение Ленина к партсобранию, то тоже покатитесь со смеху на втором предложении. А имя мага меня добило звучанием. Сначала я думала, что ошиблась, но растянутые губы остальных студенток подтвердили услышанное.

В этот момент я поняла, что это преподаватели нас разыгрывают. Ну да, герцог же говорил, что им скучно жить бессмертными, вот они и развлекаются, как могут. Стало быть, не надо бояться, а можно всего лишь подыграть, а потом сделать всему преподавательскому составу "козью рожу".

— А чего же сам не явился этот осквернитель воздуха и трясун своим великолепием? Почему он мотыльков присылает? — выступила я вперед. — Нет, я понимаю, что получилось прикольно, вот только как-то скучно, без огонька. Подумаешь, мелкие эльфы с иголками… Вот если бы тролль с копьем, то я бы впечатлилась, но вы…

— Замолчи! Мы не эльфы! Не смей сравнивать нас с этими подлизами! Мы свободные иглотыки, летаем, где захотим… — перебил меня дедочек.

— Вот и летали бы в другом месте, — перебила я его в ответ. Он не знал, что я умею осаживать назойливых покупательниц, которым не нравится свежесть вчерашнего хлеба и сухость залежавшейся слойки. — А мы тут между прочим в жены королям готовимся. Так что нечего своими иголками размахивать.

— Потише, Марина, — прошептал герцог.

— А чего потише? Они тут летают, как шмели-беспредельщики, и угрожают своими иголками. А ну убрали оружие, извинились и раскаялись. Быстро! Пока я "Дихлофос" не достала!

Я даже притопнула ногой. Правой. Увы, это было моим последним движением, так как одновременно со стуком вся летающая братия кинулась на нас…

Крики, визги, даже мат (мой) наполнили швейную мастерскую. Иглотыки пошли в атаку — они кидались толпой на каждого человека и в одно мгновение ока обездвиживали жертву.

Кто сказал, что мантия удобна для ношения? Враки! Она удобна только для того, чтобы за несколько секунд сделать мешок для похищения. Эти мелкие создания воспользовались кутерьмой и пришили сначала мои рукава к мантии, а после и саму мантию по низу и поверху. Даже накинули капюшон и я оказалась в непроницаемом коконе.

Рот они мне не сшили, так что я поливала их самыми отборными ругательствами, которые слышала, когда неподалеку от моего ларька рабочие ремонтировали прохудившийся водопровод. И поверьте, даже когда меня подняли в воздух и понесли в сторону от остального народа, я не высказала ещё и пятой части богатого словарного запаса.

Судя по отдаляющимся голосам, мы залетели внутрь шкафа, а потом появилась голубая вспышка, свет которой проник даже сквозь ткань мантии. Вспыхнуло ярко-ярко и крики стихли.

12

Тащили меня недолго. Вскоре я была поставлена на ноги и едва не упала на пятую точку, когда меня мотнуло назад. Эти мелкие засранцы так лихо сшили полы мантии, что они стали походить на казацкие шаровары.

— И кого же вы мне принесли, дети мои? — раздался противный голос.

Вот с таким голосом удобно в туалете кричать: "Занято!" Скрипучий, как несмазанная калитка, и громкий, как рев фанатов на концерте Пугачевой.

— Смерть твою притащили! — рявкнула я в ответ. — Так что шуруй быстренько мыться, надень всё чистое и ложись в гробик — меньше хлопот доставишь родным и близким.

— Дерзкая девчонка! — проскрипел голос. — Мне такие нравятся. Покажите мне её!

С моей головы сдернули капюшон и я целую минуту пыталась проморгаться. Медленно, очень медленно зрение возвращалось в привычное состояние и перед глазами возникал белокурый мужчина в самом расцвете лет.

Признаюсь честно, что сердечко моё слегка ёкнуло. Вот имею слабость к блондинчикам, а этот был похож на короля эльфов из фильма про хоббита. Его ещё частенько на обложки к самиздатовским книгам пихают. Нос прямой, брови черные, губы мужественные. Телом тоже не подкачал…

Этот маг возвышался надо мной на десяток сантиметров, вместо мантии носил добротный черный костюм, белую, как первый снег, рубашку и посверкивал заколкой в виде черепа на шелковом галстуке. Прямо успешный бизнесмен, да и только. Если бы такой мужчина меня просто пригласил на ужин, то я вряд ли бы смогла отказаться, но вот у меня почему-то аллергия на похищения, поэтому я была злой.

— Ну что, посмотрел? Теперь вели своим малькам нести меня обратно, — я как могла дерзко шмыгнула носом.

Вы умеете дерзко шмыгать? Нет? Тогда вам определенно нужно научиться, если собираетесь перемещаться в другой мир. Ну да, без этого тут никуда. Как ещё можно вывести из себя мага, если вовремя не шмыгануть?

К сожалению, моей дерзости он не оценил, не покаялся и даже не извинился. Этот тип всего лишь улыбнулся и подмигнул мне в ответ. И так дерзко, что сразу стало понятно — он стреляный воробей.

— Дитя, похоже, что ты не понимаешь, куда попала?

Я огляделась по сторонам. Мда, порядочек тут навести явно не мешало. Такой огромный и запущенный зал сделал бы честь Кощею Бессмертному, но никак не отутюженному типу с копной белоснежных волос. В мрачном помещении всюду были раскиданы сломанные стулья, порванные книги, какие-то тряпки и даже грязная посуда. По этим "трофеям" скакали отблески огня от факелов на стенах.

Мда, словно орду пятиклашек оставили в музее на полчаса. И это только одно из помещений. Вряд ли у такого "могущественного и непобедимого" под началом всего один зал.

— Я попала на помойку в Бирюлево? Судя по запаху тут очень давно не убирались. А вон там даже дохлая мышь валя… а нет, не дохлая, просто спит. Что??? МЫШЬ??? А-а-а-а-а!!!

Я завопила так громко, что потолок зала едва не треснул от звука. На факелах задрожало пламя, гобелены шевельнулись, словно собрались скрутиться в трубочку и уползти прочь. Мотыльков с иголками отнесло на добрых два метра, и они затрясли маленькими головками, стараясь отделаться от контузии.

Сам белобрысый маг едва устоял на ногах, а потом ухмыльнулся. Он взглянул на человечков и негромко проговорил:

— Оставьте нас одних.

Сказал он негромко, но уверяю — его услышали даже самые контуженные. Иглотыки мельтешащей ордой рванули в сторону выхода и вскоре в грязном зале остались только мы двое.

— Я знаю, что ты не боишься мышей. Я вижу это по твоим глазам, — улыбнулся маг.

Ну да, не боюсь. В своё время так храбро отбивалась от их нашествия французскими багетами, что заслужила у них прозвище «Бешеная самка Марина». Судя по их организованным нашествиям у мышей по любому был свой стратегический штаб и даже свои карты наступления. Хорошо ещё, что «языка» у них так ни разу не получилось взять — я всегда отбивалась.

Так что сказка про Щелкунчика была всегда для меня прозой жизни. И я никогда не боялась мышей, но от возможности повизжать вволю не смогла удержаться.

— И что? Зато прочистила голосовые связки. Для здоровья полезно иногда выплеснуть эмоции в крике. Так ещё Дейл Карнеги говорил.

— Кому говорил? — не понял маг.

— Мышам, кому же ещё. У него их столько водилось, что он только с ними и разговаривал. Не верите? Спросите у мышей.

— Каких мышей? — нахмурился маг. — Чего ты мне голову дуришь?

— Он и о голове тоже говорил. Поймает главную голову и давай в неё говорить. Если не поседеет, то записывал в книгу и потом даже опубликовал. Они были в восторге.

— Кто они? Какую главную голову? О чем ты вообще? — маг начал наливаться краской.

Так прикольно, скажу я вам. Эх, я любила иногда потроллить тупоголовых самцов на сайтах знакомств, так что навыки сарказма и издевки мне сейчас пригодятся.

— В главную голову поголовно озаглавленного главаря. Если чего-то непонятно, то спросите у мышей, они ещё не то могут рассказать о возглавляющем главбухе главенствующего златоглавого главка.

— Чего? Куда?

— Не куда, а кому! — убежденно сказала я. — Конечно же семиглавый в природе не встречается, но вот трехглавого главаря можно обезглавить на две головы. И причем одна из них будет главной.

Ох, видели бы вы, как у этого белобрысого глазки сошлись на переносице. Я услышала, как в его голове катаются шарики и звонко бьются о ролики. Рожа стала краснее запрещающего сигнала светофора — ещё немного и из ушей повалит дым. Я даже немного испугалась — вдруг он кони двинет, а мне придется потом выход искать и перед иглотыками за их «великого трясуна» отчитываться.

Но нет, он справился с собой и снова постарался улыбнуться. Правда, на этот раз улыбка вышла какая-то кривоватая, сползшая на ухо.

— Не понял? Тогда я поясню ещё раз. На чем я остановилась? Итак…

— Не надо, — вылетевший из рукава платок закрыл мне рот.

Вернее, не сам платок, а его взмах. Я оказалась в том же положении, что и Джулия на завтраке, когда её заставили замолчать. Губы слиплись, словно я только что целовалась с тюбиком клея «Момент». И ведь этот засранец сам меня похитил, а теперь ещё и рот закрыл.

Свободу всем Маринкам!

Увы, у меня получилось только промычать, и так жалобно, что мышка подняла голову, смахнула кончиком хвоста слезинку и умчалась по своим делам. Думаю, что она сейчас телепортируется на Землю, чтобы рассказать о пленении «Бешеной самки Марины». Ох, какой же пир устроят эти хвостатые…

13

— Слушай меня, девочка! — пафосно начал маг. — Ты попала к самому могущественному и…

И он начал повторять то, что рассказывали мальки с иголками. Но если тот крылатый Дед Мороз уложился всего лишь за две минуты, то Похотун распинался полчаса. И красивый-то он, и умный, а уж сильный какой — одной рукой слона поборет и хобот на бигуди накрутит.

Мне ничего не оставалось, как стоять и ждать финала его словесного водопада. Даже перекатывалась с носка на пятку и пыталась носом насвистеть что-либо из «Рамштайна». У меня был выработан иммунитет на такое словоизлияние. Во времена моей студенческой юности я жила в одной комнате с самой великой болтушкой на свете. Светка могла часами говорить о чем угодно, она сводила любого парня с ума своей болтовней.

Поначалу от её разговоров взрывался мозг, я выбегала в коридор и билась головой о стены. Но потом как-то случилось так, что я перестала её слышать. Вернее, я слышала, но отсеивала всю словесную шелуху и вычленяла только нужные вещи. Как говорится — я познала дзен. Вот сейчас этот опыт мне и пригодился.

Интересно, а что сейчас творится в моем мире? Меня уволят за прогулы, или эти придурочные волшебники всё-таки вернут меня в тот же самый миг, что и утащили?

Я слишком задумалась и не заметила, как воцарилась тишина. Я продолжала молчать и посвистывать носом. Теперь шел репертуар группы «Блестящие».

— Эмм, я тебе не мешаю? — тактично поинтересовался Похотун.

Я помотала головой и продолжала насвистывать «Там, только там».

— Девочка, ты вообще меня слышала?

Я кивнула и продолжила песню.

— Перестань свистеть, когда с тобой разговаривает хозяин! — повысил голос белоголовый.

Я опять кивнула и снова продолжила посвистывать.

Маг огорченно вздохнул и махнул платком. Мой рот разлепился. Никогда не думала, что так буду рада возможности дышать.

— Так зачем меня похитили? — спросила я с самым невинным видом.

— Да что же это такое? — жалобно спросил маг. — Ничего не слышит, мышей не боится, чушь несет… Наберут кого попало в такую Академию и мучайся потом. Ты хотя бы готовить умеешь?

Да что у них тут всех — бзик на готовке? Неужели так все любят пожрать, что ради этого даже похищают девушек?

— Умею, конечно же умею. Я всё умею — убирать пылесосом, ставить пиццу в микроволновку, закидывать белье в стиральную машинку. Если чего-то из названного у вас нет, то наше сотрудничество не состоится. Возвращайте меня обратно, — я снова дерзко шмыгнула.

Маг пожевал губами, словно только что съел ложку меда. Потом вздохнул и отошел на пару шагов назад.

— Знаешь, девочка, я понятия не имею, о каких вещах ты говоришь. А сотрудничество… Слово-то какое интересное! Так вот, наше сотрудничество состоится при любом варианте развития событий. Ты видела в Академии метелки и тряпочки? Так вот, если я ещё раз спрошу и не услышу правильного ответа, то обращу тебя в метелку и будешь ты убираться здесь до тех пор, пока все прутики не выпадут.

— Эм, а если я откажусь? Упаду и буду валяться? — улыбнулась я.

— Тогда я скормлю тебя мышам, — такой же улыбкой ответил Похотун.

Не очень хорошая перспективка. Я не хочу быть съеденной мышами. Я вообще не хочу быть съеденной никем.

— Итак, я спрашиваю последний раз — готова ты подчиниться мне? Будешь готовить, убирать, стирать и рассказывать мне сказки в те ночи, когда я почувствую скуку?

Платок покачивался в руке мага. Всего один взмах и я могу стать метлой. Мда, не очень хорошее завершение карьеры.

— Я…

Как всё-таки хорошо, что я не успела согласиться. Нет, конечно же это ничего не значило бы, но вот удар по психике нанесла бы себе необратимый — из кандидаток в королевы переквалифицироваться в Золушки. И не в простую Золушку, а из тех, у кого нет крестных фей, а есть феи с иглами.

Мне повезло.

Да, всего двумя словами можно описать то, что произошло дальше — мне повезло.

— А ну опусти платок и толкни его ногой в мою сторону. Руки вверх, подлый фокусник! — раздался позади меня голос Симпатира.

Я едва не взвизгнула от радости, когда услышала его голос. Я обернулась и обомлела — ректор выходил из синеватого круга и держал платок нацеленным на Похотуна. Глаза мага расширились и стали размером с колеса от детского велосипеда. Белокурые волосы встали дыбом, будто сквозь него пропустили разряд в пару сотен вольт, и он стал похож на одуванчик. Я даже прыснула от смеха. Действительно, получилась забавная картина.