Сказка на ночь для дракона

Сказка на ночь для дракона

Пролог

— Друг, ты уверен, что у девушки не уедет крыша? — мужской голос был низкий, бархатный, и очень… самоуверенный. Сглотнув тошноту, я сжала ладонями звенящую голову и повела глазами в сторону, откуда шел звук.

«Похоже, у меня проблемы», — радостно заявилась неприятная мысль. Потому что я лежала на огромной кровати в незнакомой комнате. А рядом стоял потрясающий красавец в старинном костюме, и с сердитым видом разглядывал меня невозможно-зелеными глазами.

Странное дело, я совершенно точно вижу его первый раз — такого я бы обязательно запомнила, а красавец смотрит так, будто я уже успела ему хорошенько насолить, причем не один раз.

И главное, откуда все это, — и комната с кроватью, и зеленоглазый красавец, — могло взяться в моей самой обыкновенной жизни?

Или это мой дурковатый характер сделал свое черное дело, и я во что-то серьезно вляпалась. Или… О, ужас…

Я села на кровати, нервно расправила подол платья и жалобно поинтересовалась у красавца:

— Я лежу в коме, да? А вы мне мерещитесь…

* * *

Месяц назад

— Регина, ты ведь не думаешь, что я имею что-то против тебя? Сама пойми, так сложились обстоятельства: в стране кризис, клиенты в очередь не стоят, да и платить не спешат… — Лика старательно лепила огорченное лицо, но все-таки не сумела сдержать радостный блеск в глазах.

Еще бы ей не радоваться, если ее главную соперницу за руку и сердце Вадима Юрьевича увольняют. Жаль, что по сокращению штатов и с выплатой всех положенных пособий, но и так тоже отлично получилось.

Я смотрела на довольную Ликину мордочку и чувствовала почти жалость к глупышке.

Что дела идут плохо она не соврала — я это и без нее знала. Ну, так кто виноват в этом, если не ее обожаемый Вадим Юрьевич Рябков, директор компании «Правовест», где я работала старшим юрисконсультом?

Именно он пустил все рабочие дела на самотек, занимаясь исключительно своими личными, состоящими в ловле молоденьких «рыбок» и «заек» в барах и ночных клубах, и проведении с ними бесконечных отпусков и непрерывных уик-эндов, забив на бизнес, клиентов и своих сотрудников.

Кто-то из моих коллег сразу свалила в голубые дали, едва стало понятно, что начальство положило толстый болт на дела фирмы. А кто-то, как я, остался и принялся самостоятельно искать клиентов, на свой страх и риск ездить на переговоры и открывать новые дела, пытаясь удерживать фирму на плаву. Но что могут рядовые сотрудники против владельца, твердо решившего спустить свой бизнес в унитаз?

Я подозревала, что сорокапятилетний Вадим начал ощущать некоторый спад своего мачо-потенциала. И с помощью таких вот «рыбок» не старше двадцати пяти и "заек" с бюстом не меньше четвертого номера, пытался взбодрить свою репродуктивность, наплевав на все остальное.

Вот только с чего наш исполнительный директор Лика Суляк решила, что я имею какой-то интерес к Вадиму, мне было абсолютно неясно.

То, что сама она решила стать мадам Рябковой номер три, любой ценой доведя Вадюшу до загса, было ясно с первых дней ее появления в компании. Так причем здесь я?

Но в удивительном мозгу Лики складывалась именно такая картина: на пути к сердцу и кошельку Вадюши стоит эта дылда Регина Горынина. То бишь, я — собственной персоной.

И теперь из-за дурной Ликусиной фантазии я осталась без работы, но зато с очень туманными перспективами.

Я даже слегка огорчилась по этому поводу, потому что, таки да, в стране кризис и юристу с моей узкой специализацией найти работу за адекватные деньги не так просто. А потом передумала страдать, решив отдаться в руки судьбы и посмотреть, что будет. И ведь правильно сделала, потому что судьба не заставила себя долго ждать…

Мы как раз обсудили мои дела, и я с почти легкой душой подписала документы на свое увольнение. И уже собиралась идти в бухгалтерию за положенными мне выплатами, как дверь в переговорную распахнулась, и на пороге нарисовался Станислав Игоревич Данский.

Мы с Ликой дружно повернули к нему головы, и так же дружно плотоядно облизнулись.

Вот он, мужчина моей мечты, если внимательно посмотреть. Почти два метра крепкого мужского тела, легкая щетина на породистом лице, темные волосы и шальная улыбка. К тому же умен, с отменным чувством юмора и владелец маленькой, но вполне успешной компании. А главное — холост. Нет, не так — ХОЛОСТ!

Станислав Игоревич, сияя как самый начищенный в мире самовар, протиснулся в переговорную, подскочил ко мне и, схватив за руку, жарко зашептал:

— Региночка, вот ты где! Я тебя уже везде искал…

«Ой, мамочки, — перепугалась я, — сейчас начнет в любви признаваться».

Похоже, Лику тоже посетила эта неприятная мысль, потому что ее силиконовая мордочка сморщилась, налитые губки попытались скорбно поджаться, а в глазах заплескалась обида на ужасную несправедливость этого мира.

Однако Станислав Игоревич красивым жестом достал из-за спины симпатичный букетик и протянул его мне, вместе с большим разноцветным конвертом.

— Вот, Региночка, прими это в знак благодарности за прекрасную работу по делу моей компании.

— О-о-о… — только и смогла я промычать, от облегчения забыв все остальные слова.

Лика тоже заметно расслабилась, а господин Данский еще немного повпечатлял нас своей мужской харизмой, отвесил комплимент новой Ликиной блузке и отбыл восвояси.

— Регина, ты разве забыла наше корпоративное правило: никаких подарков от клиентов, за исключением сувениров и конфет? — строго вопросила Лика, жадно поглядывая на пестрый конверт, который я вертела в руках.

Не отвечая, я распечатала его и вынула плотный лист тисненой бумаги.

«Сертификат туриста» стояла надпись вверху. А далее шло перечисление моих данных, включая: пол — женский (а то по мне не видно!), дату рождения (могли бы и умолчать — сама знаю, что давно не подросток) и место прописки, вкупе с паспортными данными.

Но главная прелесть шла ниже — мне предоставлялась возможность полететь в город Санкт-Петербург бизнес-классом любой авиакомпании, поселиться в любой гостинице на свой выбор и две недели наслаждаться красотами северной столицы в сопровождении личного гида!

Похоже, по моему лицу поползла такая улыбка, что Лика расстроилась окончательно и попыталась выхватить сертификат из моих рук.

Ну, точно, глупышка — где мои сто восемьдесят два сантиметра и руки почти профессиональной баскетболистки и где ее субтильные сто шестьдесят на каблуках? И кто у кого отберет вкусную конфетку при такой разнице габаритов — угадайте с одного раза.

— Ликуся, ты совсем память растеряла — я уже не сотрудник компании. Но так и быть, цветочки можешь оставить себе. Чао, дорогая. Желаю тебе как можно скорее прибрать к рукам мужчину своей мечты. Привет Вадюше.

— Сука! — прочиталось в Ликиных глазах.

— Дешевка, — не осталась я в долгу. И в полной гармонии с собой и окружающим миром потопала в бухгалтерию получать свои деньги, на которые буду жить вплоть до следующей работы.

Я шла и с удовольствием поглядывала на пестрый конверт в руке, еще не подозревая, какую толстую свинью уже подложила мне судьба, на которую я недавно с такой надеждой уповала… 

Глава 1

— Ты же, моя пусечка! Уволилась, наконец, — моя лучшая подружка Тася радостно дышала в трубку, иногда всхлипывая от переполнявшего ее чувства. И хвалила, хвалила самую умную на свете меня.

Я никогда не понимала, почему Таисия так невзлюбила самую обычную во всех отношениях фирму «Правовест», но с первого дня моей там работы подруга не уставала долдонить, что это место мне не подходит.

Причем, объяснить внятно, почему не подходит, никогда не могла. У нее в таких случаях всегда один ответ: «Так говорит моя интуиция!»

Интуиция у нее, и правда, была отменной. Чего стоит, например, тот случай, когда однажды субботним вечером она вдруг подорвалась с дачи и помчалась домой. И застала там распрекрасную картину: муж ее Иван с домашним прозвищем Грозный, совсем голый, на их супружеской кровати мучает стонущую, и тоже совсем голую соседку по лестничной клетке Танюху.

Таська так и не поняла, чего Танюха так стонала, так как Иван грозным был только в его собственном воображении, да утешительных комплиментах от жены. Тася даже предположила, что Танюха таким образом изливала постигшее ее разочарование в Ванюшином постельном мастерстве.

Так или иначе, интуиция подругу не подвела и с Ваней они расстались. Детей у них не было, совместно нажитого имущества — кот наплакал. Так что, развели их быстро и бесповоротно.

Ванюша вскоре стал мужем строгой дородной женщины из соседнего дома. А Тася встретила своего Сашку, который характер имел решительный и время на пустые разговоры не тратил, почти сразу перейдя к делу. Так что сейчас Таська уже ходила с близнецами внутри своего шестимесячного пузика, и тихо сияла от счастья, вызывая у всех умильные улыбки.

— Работу уже ищешь? — отвлекла меня подруга от воспоминаний о ее знаменитой интуиции.

— Не-е, я отдохнуть хочу. Я тебе не успела рассказать — мне клиенты тур в Питер презентовали. Так что сначала туда, а потом уже жизнь менять буду.

— Горыныч, ты сейчас про работу или про личную жизнь сказала? — осторожненько закинула удочку подруга.

Горыныч, если вы не поняли — это я. Ну правда, какое еще можно придумать прозвище девушке по фамилии Горынина, с ростом сто восемьдесят два сантиметра, пятидесятым размером одежды и характером, как у невыспавшегося дракона?

И про личную жизнь Таисия не зря намекала — увы, вся моя личная жизнь сводится к уходу за фикусом Геной, растущим в горшке на кухне. Ну а что, тоже живое существо и в любви нуждается.

— А что за тур-то? — любопытство вперемешку с подозрительностью так и съедало Таисию. — И за что это тебя турами благодарят? Обычно за хорошую работу премию выписали, и адью — гуляй, радуйся.

Вот этот вопрос меня и саму слегка напрягал. Что-то свербило на задворках моего сознания, не давая от души наслаждаться предстоящим вояжем… 

Глава 2

Вскоре сомнения поутихли, и через две недели после этих событий я стрясла с Таисии обещание не покладая рук заботиться о моем Гене, отдала ключи от квартиры и с легким сердцем посвистела в аэропорт.

И вот уже выползла из пузатого Боинга и на подгибающихся ногах потащилась к выходу из аэропорта в Пулково. Где-то там меня встречал представитель туристической компании «Счастливый билет».

Во всяком случае, я надеялась, что он или она меня встретит, потому как сама я слегка терялась в пространстве и времени. Виновником тому был чудесный коньяк, который мне не скупясь наливал славный мальчик — стюард в бизнес-классе.

Вообще, этим июльским вечером в Питере мне все казалось милым и приятным. Я даже пожалела, что только сейчас узнала о волшебной способности коньяка улучшать мой характер. А ведь сколько лет могла прожить настоящей душкой, всего лишь принимая ежедневно по тридцать капель под язык!

И даже встречающий меня странноватый тип с плакатиком с моим именем, показался мне очень милым.

Ну и что, что росту в нем еще меньше, чем в незадачливой Лике Суляк? Зато белая рубашка с бабочкой, тонкие испанские усики и аккуратно расчесанные на пробор гуталиновые волосы — все было таким славным, что я даже слегка приобняла его. От умиления, конечно же.

Аметист Вольдемарович оказался мужчиной железной выдержки и ничуть не смутился, очутившись носом в моем декольте. По моим ощущениям, ему даже понравилось.

Во всяком случае, вынырнув из глубин выреза моей футболки, Аметист Вольдемарович задорно блеснул глазками и облизал губы так сладко, что я чуть не прослезилась от радости за него.

Мне, правда, показалось, что язык у него странно раздвоен на конце. Но чего только не привидится довольной жизнью женщине после трехсот граммов коньяка…

Аметист одной рукой подхватил мой чемодан, второй — меня под белый локоток, и мы шустро транспортировались к машине.

Долго ли ехали к гостинице, не помню — уснула, утомленная впечатлениями. И как в номере очутилась, тоже выпало из памяти.

Зато на утро очнулась удивительно бодрая и решительно настроенная на осмотр красот Питера, вкупе со всеми его музеями и дворцами. От души восхитилась убранством моего немаленького номера в стиле классический ампир и заказала завтрак.

Тут и Аметист Вольдемарович подоспел, и пока я поедала яичницу и кофе с чизкейком, расписал наш с ним план экскурсий:

— Так вот, Регина, начнем мы с экскурсии по питерским крышам. Это так чудесно — крыши старых домов! А какой с них вид открывается! Вы будете впечатлены, обещаю вам, — сладко журчал мой персональный гид.

Пока Аметист говорил, я все заглядывала ему в рот, пытаясь разглядеть, что там с его языком — мне упорно не давал покоя привидевшийся накануне раздвоенный кончик. Почему-то очень хотелось убедиться, что это был всего лишь «оптический обман зрения».

Так и не разглядев интересующий меня предмет, допила кофе и сообщила, что на крыши я не пойду, потому как с высотой у меня сложные отношения. Побаиваюсь я высоких мест. Аметиста от моих слов немножко перекосило, но возражать не стал, и мы отправились на экскурсию по каналам Петербурга.

На следующий день по плану у нас был Юсуповский дворец и петербургские крыши. Затем Кунсткамера и петербургские крыши. Потом Мариинка и… — ну, вы поняли… Крыши манили Аметиста, как валерьянка кошку.

У меня уже глаз дергался, когда слышала его журчащее: «Региночка, сегодня у нас с вами Марсово поле, а потом предлагаю экскурсию по крышам старых питерских домов». Мое категорическое «нет» Аметист так же категорически не слышал, уговаривая прогуляться по пыльным чердакам с мастерством и упорством распространителя Орифлэйм с бриллиантовым статусом.

Если закрыть глаза на патологическое влечение к питерским крышам, в остальном мой гид был идеальным мужчиной и настоящим профессионалом — умен, начитан, галантен и не приставуч. А экскурсии, которые он для меня проводил, были просто волшебны.

Как он рассказывал про убийство Распутина в Юсуповском дворце! Я будто присутствовала в той комнате, где великий старец ел отравленные пирожные, и своими глазами видела, как он смакует их, не подозревая о дополнительном ингредиенте в любимых сладостях.

Мои уши слышали выстрелы, которыми заговорщики добивали чрезмерно живучего старца и его хрипы на ступеньках комнаты. А щеки кололо студеным ветром с Невы, когда его мертвое тело тащили по сухому декабрьскому снегу. От голоса Аметиста мороз шел по коже, и красочные картины вставали перед моими глазами, затягивая в жутковатую реальность тех давних событий.

Когда я спросила давно ли он работает гидом, Аметист лукаво улыбнулся:

— Региночка, быть гидом не работа, это мое хобби. Я имею дело только с особенными, эксклюзивными людьми. И вы одна из них, Регина Гарольдовна.

«О, как!» — восхитилась я. Таких слов мне еще никто не говорил. Максимум, могли назвать необычной, а чаще просто — дурковатой. Оказывается, люди просто ничего не понимают в неординарных личностях моего уровня.

После такого комплимента настроение подпрыгнуло и даже ноги, гудящие от бесконечных перемещений по музеям и дворцам, гудеть стали потише. И я в который раз подумала, что Аметист Вольдемарович просто душка и во всех отношениях приятный мужчина. Если бы не его пунктик с крышами, то просто идеал. Хотя, надо отдать должное, Аметист уже несколько дней даже не заикался о них, видимо поняв тщетность своих усилий.

Поэтому я расслабилась, с удовольствием досматривала еще неосмотренные завлекательные уголки Питера и прикидывала, как провести оставшиеся два дня моего фантастического вояжа.

Мы с Аметистом как раз обедали на террасе ресторанчика с видом на Неву, когда за соседний столик присела компания замученных музеями туристок, и девушки принялись делиться впечатлениями об их экскурсии на… крыши.

Я закатила глаза, а Аметист захихикал в кулачок, бросая на меня странные взгляды.

— Ну, что вы так смотрите, Аметист Вольдемарович? Я только-только расслабилась, не слыша ваших дифирамбов этому виду экскурсионной программы, а тут — на тебе!

— Регина, я от всей души хотел показать вам эти волшебные виды и помочь прикоснуться к той части истории города, о которой ни в каком музее не расскажут, и ни в каком путеводителе не напечатают. Но раз вы так боитесь, то я не смею больше настаивать.

Аметтист выставил в мою сторону ладони, будто отодвигаясь, и покачал ими из стороны в сторону, ясно давая понять, что с такими безнадежными он больше не связывается.

— Я не боюсь, просто не люблю, — буркнула сердито. Хитрец Аметист прицельно наступил на мою ахиллесову пяту: стоило кому-то обвинить меня в трусости, и все — я была готова хоть по карнизу пятиэтажки пройтись с закрытыми глазами, но доказать свою смелость.

Аметист Вольдемарович кашлянул, отвернулся от меня и ловко вклинился в разговор за соседним столиком, рассказав потрясающе интересный факт из истории одного дома, на крыше которого девушки как раз побывали. Девицы завороженно слушали, и даже пару раз ахнули в самых горячих местах. И еще долго перешептывались между собой, когда Аметист умолк.

Закончив обед девушки, жарко поблагодарили моего спутника, а одна тайком от меня сунула ему свою визитку. Вот, нахалка малолетняя! Нет, мне лично все равно. Но тем не менее, вдруг бы я ему женой приходилась? Законной и с тремя щекастыми детишками в комплекте?

Карточку Аметист взял довольно равнодушно, но в карман все-таки сунул, и потащил меня к следующему «интереснейшему архитектурному объекту».

Глава 3

Когда вечером, в своем ампирно-великолепном номере я готовилась отбыть в объятия Морфея, позвонила менеджер из «Счастливого билета», милейшая Татьяна Павловна.

Долго извинялась и благодарила, что я изволила ответить на ее звонок, невзирая на столь поздний час. Так-то она бы ни в коем случае не посмела меня потревожить, но тут такое дело, что она была вынуждена, хоть и не хотелось, но никуда не денешься, пришлось из-за этой ситуации, которая возникла так неожиданно…

Совсем потерявшись в ее трансцендентных словесных потоках, я уже собралась просить перейти ближе к делу, как Татьяна Павловна резко сменила тон:

— Регина Гарольдовна, нам требуется подтверждение, что вы боитесь высоты и по этой причине отказываетесь от включенной в вашу программу экскурсии.