Кровные узы

Однако Аллану, похоже, было глубоко наплевать на колкое замечание, и об этом сообщала его решительная улыбка, цепкий взгляд и расправленные плечи.

– К сожалению, – проговорил он, с вызовом глядя в лицо старшему брату, – родственников не выбирают, Бенджамин. Это всеми известный факт.

– Ах да, я совсем забыл упомянуть о том, что, в придачу, ты здесь еще и самый умный.

Аллан кивнул.

– Пожалуй, ты прав, иначе кто напомнил бы такому склерознику, как ты, что пора готовиться к встрече дорогих гостей?

Бенджамин нахмурил брови.

– Попридержи язык, Аллан. Ты переступаешь границы.

Парень поднес руку к губам и кивнул.

– Только ради твоей исстрадавшейся нервной системы.

Мрачное лицо Бенджамина тронула вежливая улыбка, однако Мелинда заметила, что он буквально обжег юношу суровым взглядом. Но, не придавая этому никакого значения, Аллан с интересом осмотрел гостий.

Между присутствующими повисла неловкая тишина, которую ни Мелинда, ни Клара так и не осмелились нарушить.

– Добро пожаловать в нашу семью! – радостно заявил Аллан спустя несколько томительных мгновений. Вместе с этим Мелинда испытала такое сильное облегчение, будто бы с нее разом свалился гигантский груз. Она радовалась, что обстановка разрядилась. – Вы добросердечные и очень отзывчивые люди, раз откликнулись на предложение Себастьяна и приехали. С этого момента наша семья полностью к вашим услугам.

Ощутив на себе лучезарный взгляд молодого человека, Клара смущенно улыбнулась и ответила:

– Приятно познакомиться, Аллан. Меня зовут Клара, а это моя дочь Мелинда.

Улыбка Аллана засияла еще ярче, и он кивнул. В каждом его обращении чувствовалось большое почтение к гостям.

– Очень рад встрече с вами, – наконец проговорил он, и Мелинда подумала, что в отличие от мрачного Бенджамина, Аллан Мортис был воплощением дружелюбия. – Себастьян рассказывал о вас очень много, поэтому последние несколько месяцев вся наша семья в предвкушении ожидала вашего приезда.

– О… я думаю, вы преувеличиваете, – смутившись, попыталась отмахнуться Клара. – Мы не такие важные шишки, чтобы… эм, предвкушать наш визит.

– Не забивайте себе голову ерундой, мисс Дэвис. Как я уже сказал, мы очень рады видеть вас.

От произнесенных слов Клара смущенно отвела взгляд в сторону, а когда снова посмотрела на Аллана, заметила, что тот уже вовсю рассматривает её дочь. Как ни странно, Мелинда спокойно, без тени какого-либо смущения, выдерживала на себе пристальное внимание парня. В этот момент в воздухе повисла странная многообещающая тишина, которая обычно нарушается какими-то неловкими фразами.

Что и произошло: Бенджамин негромко прочистил горло, заставляя обратить на себя внимание.

– Дамы и… господин, – сдержанным тоном начал он, адресуя свои слова брату, – совсем не хочется вмешиваться в чудесный момент вашего знакомства, но мне кажется, что гостьи невероятно устали с дороги, поэтому прямо сейчас предлагаю сопроводить их в комнаты, где они смогут отдохнуть.

Аллан коротко кивнул и перенял из его рук увесистые чемоданы.

– Бенджамин прав. Вы, должно быть, жутко утомились, так что, пожалуйста, следуйте за мной.

Мать и дочь застыли в нерешительности, и, видимо, пытаясь отыскать одобрения у Бенджамина, вопросительно на него посмотрели.

– Мисс Дэвис, – проговорил мужчина, будто бы прочитав мысли, – пожалуйста, ступайте с дочерью за моим братом, а я, в свою очередь, уведомлю Себастьяна о вашем приезде.

Бенджамин, решив не дожидаться её ответа, быстро развернулся и зашагал в сторону особняка, не позволив Кларе высказать слова благодарности. Для своего возраста старший Мортис очень быстро и ловко передвигался, стремительно сокращая расстояние до особняка на холме. Наблюдая за ним, Мелинда подумала, что для поддержания тонуса, Бенджамин, наверное, занимается каким-то спортом.

– Он у нас не очень-то многословен, – извиняющимся тоном проговорил Аллан. – Серьезный джентльмен старой закалки. Не бойтесь, на самом деле он очень даже милый старичок, просто сегодня у нас не совсем удачный день.

– Надеюсь, – робко сказала Клара, – дело не в нас?

Аллан слегка поморщился, отчего его густые черные брови сошлись на переносице.

– Убереги вас господи, мисс, – успокоил ее юноша, – дело совсем не в этом. Как я и сказал, семья рада вашему приезду. Просто… Видите ли, возникли некоторые проблемы, которые значительно пошатнули нервы и пунктуальность Себастьяна. Дело в том, что Бенджи, с детства так его зову, как наседка, вечно пытается всех оберегать, поэтому, когда у кого-то из нас плохое настроение, он автоматически перенимает его и на себя.

– Мне жаль, что проблемы обрушились на вас именно в этот день.

Пожав плечами и в очередной раз одарив девушек дружеской улыбкой, Аллан сказал:

– Ну же, идемте.

Клара и Мелинда последовали за Алланом.

Путь оказался не таким легким, как предполагали гостьи. Вымощенная аккуратной брусчаткой дорога вела через лес к особняку на самой вершине холма, поэтому вместо непринужденной пешей прогулки им предстоял долгий подъем в гору. Мать и дочь еще раз удивились скорости и маневренности Бенджамина Мортиса, который, кстати, уже скрылся из виду. Взглянув на спину впереди идущего Аллана, Мелинда поразилась тому, как он, такой утонченный и худой, может с лёгкостью тащить на себе тяжеленные чемоданы, да ещё и непринужденно вести разговор.

«Тренировки, – подумала она, – всего лишь многолетние тренировки».

– Мне кажется, ваши каникулы пройдут так насыщенно, что вы никогда не забудете о нашем семействе, – с некой иронией говорил юноша. – Насколько я знаю, Себастьян подготовил для вас отличную развлекательную программу.

– Я в этом и не сомневаюсь, – с улыбкой отвечала ему Клара, – во время наших телефонных разговоров он сообщил мне то же самое.

– Уверен, Себастьян выложится по полной, чтобы угодить вам. Я не видел его таким счастливым с тех пор, как умерла Анна… – тяжело вздохнув, Аллан добавил: – Ужасно трагичная история.

– Кто такая Анна? – украдкой спросила Клара.

– Невеста Себастьяна. Она погибла от… в общем, пропала без вести, а неделю спустя её изувеченное тело нашли в лесу. Никто до сих пор не знает, что же произошло с несчастной. Некоторые говорят, что ее задрали звери, а другие уверены в том, что девушка стала жертвой разгуливающего по лесу убийцы.

– Убийцы, разгуливающему по этому лесу?! – удивилась Мелинда.

Мать и дочь настороженно оглянулись по сторонам: окружавший их лес теперь казался не таким прекрасным, как несколькими минутами ранее, а принял облик опасного врага, ветвистыми кронами загораживая небо и заманивая в ловушку.

– Да, многие люди почему-то так и думали, но готов уверить, что все эти рассказы – лишь вздор. Никаких убийц здесь быть не может. На ближайшие двадцать миль тут не стоит ни одного жилого дома. За исключением нашего, конечно.

– Тогда откуда же взялись эти слухи?

Аллан немного сбавил ход, позволив Мелинде оказаться рядом. Молодой человек был выше девушки где-то на двенадцать дюймов, поэтому ей приходилось задирать голову, чтобы следить за мимикой собеседника. В ожидании ответа девушка посмотрела на Аллана и впервые увидела на его лице серьезное выражение. И без того тонкие губы юноши сжались в полоску, а выразительные, цвета стали, глаза источали глубокую задумчивость.

– Когда изувеченное тело Анны нашли в лесу, поднялся небывалый шум, привлекший в наши края всех неравнодушных. Помимо полиции сюда съехались докучливые репортеры, которые только и делали, что с утра до вечера осаждали наше поместье и допрашивали каждого повстречавшегося Мортиса. Этот случай стал чуть ли не сенсацией во всех местных газетах и месяцем позже закрепился под броским заголовком «Зверское убийство двадцатидевятилетней Анны Барлоу вблизи старинного поместья известного бизнесмена». Никто не хотел связывать её гибель с нападением дикого животного, потому что куда удобнее было раздуть скандал. Понимаете, особую роль во всей этой истории сыграло наше удаленное от цивилизации жилище, которое, как и подобает всем старым зданиям, издавна окутано самыми невероятными легендами. Наш дом стоит на этом месте аж с конца семнадцатого века, и, поверьте мне, за это время местные старожилы успели придумать множество изощренных страшилок о нем. Просто вообразите, как нелегко нам жилось после потери нашей дорогой Анны, да еще и семью стали обвинять в убийстве. Известие о смерти мисс Барлоу вогнало Себастьяна в глубокую депрессию, а весь этот скандал только усугубил его душевное состояние – на долгое время он замкнулся в себе.

– Мне очень жаль, что вашей семье пришлось пережить подобный кошмар, – сочувственно отозвалась Клара. – Наверное, вам тяжело об этом говорить.

– А что, Себастьян не рассказывал вам об Анне?

– Нет, я впервые услышала эту историю.

– Понятно, – с тяжелым вздохом проговорил он. – Себастьян очень тяжело перенес трагедию, и сейчас, когда его жизнь начала наконец-то налаживаться, он не хочет ворошить столь ужасные воспоминания.

– Я понимаю…

– А мы, его семья, – продолжал Аллан, не обращая внимания на слова женщины, – после стольких лет наконец-то увидели на его лице выражение неподдельного счастья. Мисс Дэвис, вы и понятия не имеете, до какой степени мы рады вашему приезду.

Клара, до глубины души растроганная поведанной историей, вдруг почувствовала, как внутри начинает разливаться какое-то странное, давно забытое тепло. Клара была уверена, что, услышав эту историю, она смогла ещё лучше узнать своего возлюбленного.

– Будьте уверены, мисс Дэвис, Себастьян свернёт ради вас горы, – добавил юноша. – Такова уж его натура: преданный однолюб.

– А что буду делать я? – встряла в разговор Мелинда. – Лично у меня нет ни малейшего желания ходить с вами на свиданки.

Смущенная резким высказыванием дочери, Клара растерянно опустила взгляд себе под ноги, так ничего и не сказав. Как ни странно, обязанность ответить на вопрос Мелинды с легкостью возложил на себя Аллан, переиграв неловкую тишину в добрую иронию:

– Не переживай, – отвечал ей Аллан, – для тебя тоже разработана развлекательная программа. Уверен, нам будет, чем заняться.

– Очень интересно… – протянула Мелинда, прокручивая в своей голове ряд всевозможных вариантов. – Надеюсь, мы поедем на пляж? Я, честно сказать, приехала сюда только поэтому…

– А то, – на тех же нотках отозвался юноша, перебивая её на полуслове, – пляж – это только начало, дальше последуют более увлекательные события.

– Увлекательные события? – недоуменно переспросила Мелинда.

Совсем не поняв намека парня, Мелинда была готова засыпать его новыми вопросами, но, как только открыла рот, молодой человек вдруг остановился.

– Вот мы и пришли, – сказал он, обернувшись к спутницам.

Мелинда с удивлением обнаружила, что они подошли к длинному трехэтажному строению с башенками по бокам, от одного великолепного вида новоприбывших охватил небывалый восторг.

4

Они оказались у подножия изящного старинного особняка эпохи французского романтизма. Это Мелинда безошибочно определила благодаря неисчерпаемой любви к книгам по истории и архитектуре, а также старым фильмам, специально стилизованным под античные времена.

Загородное поместье принадлежало к легендарному французскому стилю «шато», что делало его похожим на средневековый замок. Фасад был оформлен с изысканным вкусом, указывающий на древние мастеровые традиции: молочная каменная кладка, сложный рельеф, остроконечные, покрытые серым сланцем башенки с затемненными витражными окнами и выпирающими каминными трубами. Входную зону выделяли распашные величественные стеклянные двери – настоящее достоинство всего старинного особняка. Благодаря этим деталям поместье выглядело воплощением архитектурной элегантности. Каменное крыльцо было оформлено невысокой широкой лестницей с закругленными ступенями и кованым ограждением по обеим сторонам. Над крыльцом выступал балкон с выбитым фамильным гербом, невольно приковывающий к себе взгляды.

Увенчанный индивидуальной геральдической короной, символ семьи Мортис представлял собой щит с геральдической фигурой в виде двух переплетенных уроборосов, которых крест-накрест протыкали массивные мечи. Оранжевое пламя извивалось под змеями и почти касалось язычками их блестящих чешуек. Большая красная роза располагалась над головой черной змеи, держащей в распахнутой пасти хвост белой соперницы.

Мелинда знала, что уроборос символизирует вечность и единство, цикличные периоды рождения и смерти, а огонь олицетворяет процесс очищения посредством мучений и наказаний. Изображенный символ показался Мелинде далеко не самым радужным, поэтому, не став уделять гербу долгое внимание, она быстро переключилась на другие объекты.

Пока Мелинда чуть ли не с профессиональной заинтересованностью разглядывала шикарный дом, Клара, в жизни не видевшая таких роскошных строений, буквально лишилась дара речи.

Аллан все это время стоял в сторонке. Он вежливо выжидал момента, когда вид поместья станет более-менее привычным для глаз спутниц, и они, наконец-то, смогут войти в дом. Краем глаза Мелинда заметила, что он очень доволен, и решила немного подыграть, хотя, конечно же, осталась под огромным впечатлением от таких королевских имений.

– Просто бомба! – с преувеличенным восторгом произнесла девушка. – Мистер Мортис, я, как человек прочитавший уйму исторической литературы, просто восхищена вашим домом!

Аллан, восприняв реакцию девушки за комплимент, добродушно расхохотался.

– Спасибо, Мелинда. Но с какой стати ты называешь меня мистером?

Выдержав на себе беспристрастный взгляд девушки, он добавил:

– Зови меня Аллан, я же еще не такой старый, как, например, мои братья, правда?

– Хорошо, Аллан, – с улыбкой ответила Мелинда и повернулась к матери. – Мама? Может, уже войдем внутрь?

– Д-да, конечно, – растерянно пролепетала Клара. – Просто я никогда в жизни не видела таких… таких шикарных… нет, просто невероятных домов! Конечно, за исключением только тех, которые показывают в голливудских фильмах о шикарной жизни.

Мелинда бросила на маму осуждающий взгляд, и буквально через секунду на лице мисс Дэвис выступила какая-то бессмысленная и совершенно неуместная улыбка. Порой своей необдуманной болтовней мама заставляла чувствовать Мелинду стыд, причем за них обеих.

– Уверен, мисс Дэвис, что интерьер удивит вас не меньше.

Миновав двенадцать изумительных каменных ступенек, юноша поставил чемоданы, подтолкнул массивную дверь и, как подобает истинному джентльмену, пропустил Мелинду и Клару вперед.

Переступив порог дома, гостьи восторженно ахнули. Они очутились в просторном, освещенном большими хрустальными люстрами, зале с роскошной антикварной мебелью, множеством семейных портретов на стенах и шикарными коврами под ногами. Огромная прихожая (если, конечно, ее можно так назвать) выдержанная в светло-золотистых тонах, выглядела не торжественно и официально, а скорее уютно. На стене висел огромный гобелен, где снова красовался знакомый мрачный герб.

– Вау, – на выдохе произнесла Мелинда, – у меня ощущение, что я в музее.

– Отчасти ты права, – отвечал девушке Аллан, – потому что девяносто процентов того, что ты сейчас видишь, – юноша взмахнул руками, указывая на предметы интерьера, с такой легкостью, будто и не держал никаких тяжелых увесистых чемоданов, – старше тебя как минимум лет на сто семьдесят. Ну, а впрочем, скоро вы привыкнете.

Пройдя немного вперед, Аллан подошел к гигантской мраморной лестнице, ведущей на второй этаж. Взобравшись на ступень, юноша развернулся к гостьям и жестом попросил их следовать за ним.

Поднявшись наверх, они миновали несколько длинных коридоров, но по пути не встретили ни единой души. «До чего же странно», – подумалось Мелинде, ведь Бенджамин с такой гордостью расхваливал свою большую семью, которая, с его слов, полным составом проживала в этом великолепном поместье. Да и многочисленные портреты указывали именно на это…

Не желая показаться невеждой, она не стала устраивать младшему Мортису допрос на сей счет. Она покорно шла позади хозяина дома, мимоходом оценивая висевшие на стенах картины и старинную мебель в незапертых комнатах.

Наконец, настал момент, когда они остановились у двери, и Аллан, опустив на пол тяжелые чемоданы, повернул позолоченную ручку в сторону и легким движением толкнул дверь вперед. Как и в прошлый раз, он пригласил гостей войти первыми.

– Прошу, – заговорил Аллан, игривым взглядом посмотрев на Мелинду, – располагайтесь и чувствуйте себя как дома.

В этот момент Клара решила задать молодому человеку волнующий ее вопрос.

– Аллан, а где Себастьян? Когда мы сможем с ним увидеться?

– Не переживайте, мисс Дэвис, – отвечал ей парень, – как только Бастьян закончит с работой, он тут же нагрянет к вам. Будьте готовы к тому, что еще станет надоедать вам, как последний зануда, – вскинув кверху кустистые брови, он добавил: – Таков уж он человек.

– Хорошо.

– Кстати, едва не забыл вам сказать! – встрепенулся Аллан. – В семь часов мы устраиваем большой семейный ужин в честь вашего приезда. Там будут все, за исключением моей сестры Алессандры и двух ее сыновей – они уехали в Италию. С вашего позволения, каждый из присутствующих сможет поближе познакомиться с вами и Мелиндой.

На лице Мелинды расплылась радостная улыбка. Она не верила своим ушам: сегодня состоится торжественный вечер в честь их приезда! Фантастика! Значит, чутье не подвело: не зря она взяла свой лучший вечерний наряд!

– А Себастьян? Он тоже придет?

Улыбнувшись, юноша мягко проговорил:

– Ну конечно!

Едва Мелинда и Клара переступили порог комнаты, как почувствовали, будто чья-то невидимая рука сжала их сердца, но обе попытались заглушить в себе тревожные чувства. Довольный Аллан вошел следом, чтобы занести чемоданы. Мать и дочь не могли поверить, что на протяжении двух с половиной недель им предстоит жить среди такой роскоши! Каждый элемент интерьера выглядел настолько великолепно, будто был редким киношным реквизитом или экспонатом на выставке.

Они оказались в больших двухкомнатных покоях с личной ванной и шикарным смотровым балконом. Повсюду стояла резная обитая гобеленом мебель, королевские двухспальные кровати с пологом, мраморные тумбочки, громоздкие маятниковые часы и настенные зеркала в деревянных позолоченных рамах. Идеально-белый потолок украшала лепнина и массивная хрустальная люстра, которая за счет старинно-мастерского исполнения казалась абсолютно невесомой.