Помоги проекту - поделись книгой:
Минут пятнадцать мне понадобилось, чтобы полностью зачистить здесь все.
Блин… Это жесть, я уже прошел около десяти километров, а Шнырька так никого из моих не нашел. Еще Фёдоров где-то не там шляется.
Вся пещера была завалена телами, а у меня даже еще остались гоблины. Я их отправил во все стороны найти своих соплеменников… и убить!
Задумался над тем, что тоже не собираю желейки, но на это реально нет времени. Почему-то моя чуйка сейчас орет благим матом о том, что нужно ускориться. А ей я привык всегда доверять.
Говорят, беда не приходит одна…
Шнырька показал новых врагов, которые летели ко мне. В другое время я бы лишь хмыкнул. Подумаешь, стая летучих мышей? Что здесь такого. Но теперь они хотят забрать мое время, и это меня бесило.
Вылетели они быстро, даже не дав мне подготовиться и выбрать позицию. Ну, я и психанул, напитал одно слабенькое заклинание так, что оно начало трещать, и едва не развалилось. Запустил его прямо под потолок, и половину всего выводка спалил одним только заклинанием.
Как же здесь запахло горелым. Но думать об этом не было времени, и стал призывать всех убитых мышей обратно в этот мир, чтобы натравить их на выживших. Таким образом, устроил им небольшой междусобойчик.
Пока они сражались, я хотел свалить, но сегодня точно не мой день. На запах паленого стали сбегаться другие гоблины. Они вероятно подумали, что у нас здесь жарят шашлыки, и на запах мяса прибежали.
Такое ощущение, что этот Разлом специально меня задерживает. И я начинаю закипать…
Поступил также, как и с Боровым, побежал им навстречу! Кара и Отморозок были рядом, и приняли этот бой вместе со мной.
Не знаю, сколько там было этих голодранцев, но я встретил их в узком проходе, где больше пяти в ряд они не могли пробежать.
Несколько простых цепных молний, а дальше ручная работа мечом. Даже не заметил, как быстро они закончились. Вот что значит полностью отдаваться битве. Никаких лишних мыслей, просто давно выверенные и изученные удары. Одного, правда, ножнами забил, которые намереваюсь отдать Долгоруковой.
Только успевай желейками закидываться! Кажется, после сегодняшнего дня мне пропишут диету из кашек — капец моему желудку!
— Наш-ш-шел… Ш-ш-шледы… Ш-ш-шабаки… — выпрыгнул на плечо Шнырька, и стал быстро тараторить и материться.
— Показывай! — ткнул его в макушку пальцем, чтобы он отвлекся от матов.
— Щ-щ-щас! — кивнул он мне, и в мозг полились его воспоминания.
Хм… Зараза… Еще километра два идти только к тому месту, где, по его словам, он нашел их недавние следы.
Ну, ничего… Пробежимся, и заодно посмотрим, что там есть.
Пока бежал, смотрел кино от Шнырьки, и понял, почему этот Разлом таким подлым оказался. Это же нужно было Долгоруковой так неудачно сюда зайти!
Это не один Разлом, а два! И первый был слабым, а вот второй — желтый. Вот в чем секрет оказался.
Выходит, кристалл рос на стене пещеры, и когда они его уничтожили, стена утратила свою подпитку и развалилась, а эту территорию стал захватывать другой Разлом, напитывая своей энергией. Вот поэтому уровень и изменился! Тупо два Разлома склеились между собой, и сейчас так и существовали.
Как я и думал, не могли мои друзья загнуться на таком слабом Разломе. Они его прошли, как того и подобает нормальным Истам, а вот второго они совсем не ожидали. Сил, вероятно, было уже мало, а может, враг оказался силен. Кстати, о враге… Я его еще не увидел, как не видел своих друзей.
Добежав до нужного мне места, я понял, что всех находившихся здесь трупов кто-то уволок во второй Разлом. Об этом показывали кровавые следы. А судя по всему, они тут угробили нехило так гоблинов и летучих мышей. А вот и осколки разбитого кристалла!
Шнырька пошел во второй Разлом на разведку, а я за ним. Меня напрягало то, что еще никакая тварь не выпрыгнула с намерением оторвать мне голову. Слишком все просто!
Но я не был новичком, и мониторил всё окружающее пространство. Точнее, Шнырька мониторил, но какая разница? Могу смело сказать, что ничего не притаилось в ожидании моей сладкой тушки.
Чем больше показывал Шнырька, тем сильнее я хмурился и зверел. Начали встречаться первые тела людей, и были они точно из команды Долгоруковой. Судя по цветам, тут пали «разломщики» из всех трех княжеских Родов.
Слава Кодексу, хоть их самих здесь не было. Но от этого мне не легче, и я уже начал плевать на осторожность и пер буром не осматриваясь толком на местности. Пусть хотя бы одна тварь попробует устроить на меня засаду, я сейчас в таком состоянии, что пасть ей порву, даже не глядя.
— Тхргхааа!!! — налетела на меня тварь, выпрыгнув из-за угла, спустя несколько минут.
Охотник сказал — Охотник сделал.
Как она орала и визжала, а пасть раскрывалась все шире и шире. От такой картинки Затупок даже челюсть уронил. Вероятно, он считал меня спокойным и адекватным, а тут вдруг увидел с другой стороны.
Тварь я сразу узнал. Это была Гарона… Хрень, похожая на человеко-ящера, с хвостом, и вся зеленая. В ее роду, наверное, затесались лягушки и ежики.
Всего три длинных пальца на каждой руке, которыми она без проблем могла вскрывать любые доспехи. Вся кожа усеяна шипами, которые служили природной защитой. Из примечательного, еще уши, как локаторы, похожие на крылья летучих мышей, такие же перепончатые, хотя и легко ломаются.
Всего пару раз в прошлой жизни их встречал. Сильный противник для этой жизни, и мусор под ногами для прошлой. Почему-то здесь их называли демонами. Ха, это они настоящих демонов еще не видели!
Кажется, у Долгоруковой сейчас намного хуже проблема, чем я думал сперва. Мне показал Шнырька здоровенную пещеру, полностью заполненную этими тварями, и сейчас они визжали, исполняя свои ритуальные песни перед боем. Есть у них такой обычай — перед приемом пищи песни петь. А пищу они употребляли только мясного происхождения, и желательно, живой.
Всем, что ли, им пасти порвать?
Дальше было еще страшнее, и Шнырька, гад такой, прекрасно знал, когда показать мне тот фрагмент, как в тупике сгрудились мои друзья, ожидая свою смерть…
А ничего другого, кроме смерти, и не может быть! Их там осталось всего восемь человек из большого отряда. Все раненые, а Лекарь Андросов едва стоит на ногах. Хотя, он молодец, даже прикрыл собой невесту. Есть у него огромная внутренняя сила, еще бы внешняя была такой же!
Теперь у меня возник вопрос. Что мне делать? А делать что-то нужно, и причем срочно. Сейчас эти твари допоют свои ритуальные песни, и пойдут ужинать моими друзьями.
Да, я прав, они уже сворачивают свои завывания, подводя песни к логическому концу.
— Ш-ш-шабаки!!! — зарычал Шнырька, злобно глядя на этих чудовищ.
Карамелька напряглась, а вот Отморозок… Лизал стену…
Помощник из него просто супер, ничего не скажешь.
Как поступить, и как быть? Смогу ли я со всеми справится? Конечно, да! Вот только какой ценой? С другой стороны, во мне сейчас столько злости, но ее начинает вытеснять азарт. Охотничий азарт при виде сильной добычи. Это ощущение, когда битва может стать последней, так приятно растекается по телу, и дает такую силу, что можно горы свернуть. Главное, шею себе не свернуть!
Рептилии тем временем стали ближе подходить к туннелю, ведущему к команде Долгоруковой. А времени у меня уже не осталось, от слова, совсем…
— Вы двое, пробираетесь за их спины, и держите туннель. Не одна…
— Ш-ш-шука… Ш-ш-шабака! — перебил меня Шнырька, договаривая за меня.
— Спасибо, мелкий, — погладил я его. — Вы его слышали? Не одна из этих тварей не должна дойти до людей. Хоть умрите! Я вас все равно обратно верну, но люди не должны пострадать. Ясно?
Им было все понятно, и я начал действовать. Нужно привлечь к себе внимание, и я знал такой способ.
Аура… Моя аура Охотника… От нее исходит сила, которой многие захотят полакомиться. Я врубил ее с такой силой, что вокруг тела она стала проявляться в материальном плане.
Реакция была незамедлительной. Их уши неплохие локаторы, и реагируют даже на магию. Множество голов одновременно повернулись в мою сторону, а их тела застыли на месте.
— Потанцуем? — оскалился я, и запустил десяток разных заклинаний в них, убивая наповал тех, в кого попал.
Это сработало, как триггер, и вся эта масса понеслась прямо на меня. А я понесся на них. Как же приятно снова вспомнить старые деньки, когда ты крутишься, как юла, и несешь смерть. Головы срубаются, руки отрываются, и каждая твоя ошибка может стать последней.
Несмотря на то, что их много, я все равно сильнее. Будь здесь мое прошлое тело, я убил бы их всех, даже глазом не моргнул, только включив свою ауру. Сколько моя аура тогда крови познала! Не зря она была красного цвета. Ее боялись не только твари, но и люди.
Не каждый ассасин мог иметь такую ауру, а старик Сад-мор-аль-Анталь даже не думал надо мной шутить при нечастых личных встречах, как любил это делать даже над Архимагами.
В одиночку сражаться я, конечно, не стал, постепенно призывая тварей в нужные места. Пригодились даже мыши, которых я с полтысячи вызвал по той причине, что они неудобные противники. Лапы врагов имели, как я уже говорил, три здоровых когтистых пальца, и по юрким мышам попасть было неудобно. Хотя мыши и не могли нормально прокусить их кожу, но вот внимание отвлекали отлично.
Еще в бой отправилась пятерка кислотных слаймов, которым вообще было наплевать на броню и защиту противника. Но пятерка не сделает погоды, тогда на помощь пришли синие тролли, и волки из последнего Разлома, где я был с Хельгой. Матку не призывал, но вот волков, да.
Скольких я призвал, даже нормально сосчитать не мог. Они быстро умирали, а я заменял их другими. Позже и Горнов стал призывать, вот тогда дела стали идти лучше. Только врагов изначально было сотни четыре. Древний Разлом, который тщательно следил за своим выводком, и питал его халявной энергией. У них не было слабых или дефектных особей. Можно сказать, весь костяк этого Разлома сейчас висит на мне.
А я порхаю, словно бабочка, отбивая их нападения. А затем наношу свои удары, уходя от их когтей.
Как бы все не шло хорошо, но мой доспех тоже начали просаживать, а временами стали попадаться особи большего размера. Таких обычно называют старейшинами. Они были раза в три или четыре крупнее простых, и превосходили в столько же раз своих собратьев. С ними мне было тяжело, но желейки я уничтожал, как сладкоежка конфеты с чаем, а тело напитывал энергией по полной.
Аквила меня вообще не подводила — очень хорошая сталь, и само оружие дает скорость рукам. Я не люблю особо полагаться на железки, но приятно. Правда, все равно лучше стать еще сильнее, и рвать всех голыми руками.
Только подумал про руки, как за одну из них меня кто-то цапнул. Кто-то очень шустрый и злой, а еще мощный. За это получил Аквилу прямо в глаз, та вышла через мозг, и прошила череп.
Шустрый попался старейшина, и теперь у меня болит рука. Хорошо, что еще не правая, которой я держал клинок, хотя и владею обеими руками одинаково, но правой всё равно привычнее. Плохо, что доспех подвел! Не хватает уже первой печати, нужно еще сделать. Если все будет хорошо, и я выберусь отсюда, то первым делом займусь печатью, а то задолбало страдать от таких слабаков.
Представляю, как бы смеялись в ордене, видя этот мой бой. Жалкие Горны заставляют потеть самого Сандра. Да им бы никто не поверил, пусти они такую байку.
Но это было моей новой реальностью, и сейчас я, как и прежде, сражался не за себя, а за других. Умру я, умрут и они! Хотя, примерно, половина всех Горнов была уже мертвой, но и остальных еще хватит, чтобы добить израненный отряд.
Сам я тоже был весь в крови, но раны страшны только визуально. Я пустил в печать регенерации колоссальное количество энергии. А что еще делать, если от Горнов энергия шла валом. Вначале казалось, что мало, а затем ручеек стал переходить в водопад, и сейчас я ощущаю, что кольцо вот-вот перейдет на новый уровень. А этого мне, ой, как не нужно… Но выбора тоже большого нет. Придется положить его в карман, дабы не увидели ребята.
Почему я так много думаю? Да так проще сражаться, я словно дирижер, который управляет своим мечом, как палочкой, и следит за всей группой.
Кстати, о группе! Карамелька, моя дикая девочка, уже хрен знает скольких порвала в клочья, неукоснительно исполняя мой приказ. А вот Затупок… Он больше тупо путался у них под ногами, и те не обращали на него внимания. И вот это сыграло с ними злую шутку, когда он начинал атаковать, находясь в таком выгодном положении.
В какой-то момент мне захотелось рассмеяться. Так бывает, когда меня переполняет азарт битвы. Как же это приятно, и казалось, что в последний раз это было так давно… В прошлой жизни.
Воспоминания о том, кем я был, придавало мне силы. Ну, не могу я проиграть! В этом была полная уверенность, и когда, казалось, что я уже устал, открывалось второе дыхание, и новая порция стали и призванных существ несла смерть врагам.
— Почему вас так мало осталось, а? Вы хотели одолеть Сандра таким жалким количеством? — повернулся я, презрительно смотря на Горнов. — Это смешно и унизительно… А ваши попытки тщетны… Почему бы вам просто не умереть?
Мои глаза зажглись красным, я уже не мог удержать ауру в «узде», и она решила помочь своему хозяину.
— Почему они не идут? Что происходит? — спрашивал напряженным голосом Андросов, следя за проемом, готовый в любой момент положить жизнь, но не дать им добраться до Светланы.
— Хороший вопрос… — прошептала Долгорукова, из которой, казалось, вытащили уже стержень, и теперь ей только хотелось спать. Возможно, вечным сном…
Сперва они услышали, как там что-то происходит, и приняли это за нападение. Но шли долгие минуты ожидания, а тварей все не было. Первая решимость даже у людей успела пройти, а врага нет и нет.
Тогда прозвучали подбадривающе слова от Долгоруковой, и люди снова приготовились. Это после того, как они услышали рев сотен глоток. Они в тот раз подумали, что вот она… Смерть…
Но глотки ревели и дальше, и все больше исходило шума из той проклятой пещеры, а противник не появлялся. Мария уже устала быть сильной и, кажется, на новый подвиг сил не осталось.
— Может, они решили нас взять измором? — предположила Морозова.
— Или нам пришли на помощь… — хотелось верить в это, но все понимали, что это неисполнимо.
— Ага, целого Абсолюта нам на помощь прислали! — наконец-то подал голос их разведчик Василий.
— Смешно! — оценила его шутку Долгорукова. — Скорее всего нам уже не помочь, — ей было больно говорить такое, но скрывать правду тоже не имело смысла. — Наши Рода вряд ли успеют за короткое время собрать мощные отряды. Да и не знают они, насколько мы здесь влипли. Исты часто задерживаются. Пошлют дежурную, а может парочку групп, да только те не будут рассчитывать на такого противника. Мне кажется, что такое количество — это перебор даже для желтого уровня.
После ее слов снова наступило молчание, но полной тишины не было, ведь из прохода доносилось множество разных звуков.
— Да нет, у меня точно глюки, но там реально идет сражение! — не выдержал Андросов.
Андросову было вдвойне обидно умирать. Ведь у него была цель… Помочь сестре! Ради этого он и намеревался стать Боевым Целителем, а еще он хотел защитить невесту, но получилось у него все это откровенно хреново.
— Если это и так, то помощь обречена… — не пошлют же за нами высокоранговых Истов? Слишком долго собирать их!
Долгорукова хотела верить в чудо, но как это сделать, не знала. Ведь чудеса случаются только в сказках. Как и счастливый конец!
— Я хочу сказать, что если мы не переживем этот день, — собрался с силами Андросов, и первым начал тот монолог, который был сейчас у многих на уме. — То вы должны знать, что для меня честью было сражаться с вами плечом к плечу.
Все понимали, когда шли в Исты, что и такие Разломы встречаются. Исты живут мало не потому, что плохо подготовлены, а Разломы слишком мало изучены и бывают непредсказуемыми. Они так сильно любят преподносить сюрпризы.
Внезапно засмеялась Морозова, и все подумали, что она начинает сходить с ума.
— С тобой все хорошо, дорогая? — забеспокоился Андросов, повернувшись к ней, и схватил ее за руки.
— Угу, — улыбнулась она ему.
Вот кто был спокоен, так это Морозова, хотя и скрывала, что переживает именно за Андрея.
— Кстати, раз мы уже почти мертвы, можно задать вопрос? — обратилась Долгорукова к Андросову.
— А когда нельзя было, Мария? — ответил он ей с легкой улыбкой, и аристократичной учтивостью.
Долгорукова быстро собралась с мыслями.
— Насчет помолвки твоей сестры и Галактионова — это правда?
Брови Андросова взлетели ко лбу. Не такого вопроса он ожидал услышать. И даже задумался на секунду, хотя ситуация скверная, но он все-таки княжич, и даже сейчас не может дать волю своим эмоциям.
Поделиться книгой: