Соня-1. Бежать любой ценой

Марук Майя. Соня-1. Бежать любой ценой

Глава 1. А говорят, что дружбы женской не бывает

— Неужели тебе не хочется наконец-то остепениться? Завести семью. Деток?

Любаша крутилась у плиты, с младшим сыном на руках. Пару раз я честно пыталась забрать мальчишку к себе на колени, чтобы дать подруге возможность спокойно дожарить блины. Но, оказавшись в моих бережных объятиях, маленький человек моментально впадал в пучину истерики, и начинал напоминать моего любимого киношного персонажа по имени Чаки, в которого вселился дьявол. Зрелище, сразу скажу, так себе. Красное личико, сопли пузырями, слезы размером с крокодильи. Что-то, а ладить с детьми у меня никогда не получалось.

Подруга только неловко улыбалась и забирала сына на руки и возвращалась к сковороде. Собственно говоря, также, с малышом на руках, она провела для меня экскурсию по новенькой квартире. Похвасталась всеми перипетиями ремонта. И отбила у меня вообще всякое желание покупать недвижимость в виде бетонных стен и голой сантехники.

— Люб, ну какая из меня мать семейства? Вон, — кивнула на притихшего ребенка, — даже Антошка понимает, что со мной это не сработает.

— Ты так говоришь из-за Костика? — Проявила чудеса дедукции подруга. — Ты, конечно, зря такого мужика упустила. Обеспечен, со своей жилплощадью, хорошо к тебе относился. Да и возраст у него для семьи подходящий. — Рассуждала молодая мать, переворачивая на сковороде очередной румяный кружочек. Что-что, а готовить она умела. — Но, на нем же свет клином не сошелся! Хватит страдать!

Я с трудом сдержалась, чтобы демонстративно не закатить глаза. Почему-то, в нашем обществе, одинокая женщина до сих пор считается ущербной, если к 30 годам не обзаведется мужем, собакой — кошкой — попугаем (нужное подчеркнуть) и парой ангелочков. И расставание с потенциальным мужем — самое страшное, что может произойти в жизни этой несчастной. Ох, уж эти стереотипы. Сколько женских судеб они загубили.

Я в стереотипы не верила. Как и в трагедии. А про бывшего любовника по имени Костик вообще забыла. Почему-то все мое окружение решило сделать ставку именно на этого мужчину. Все, включая родителей, верили, что именно он поведет меня в белом платье, по красной дорожке в ЗАГС. Увы и ах!

На самом деле, роман с Константином был весьма занимательным. Мы познакомились на сайте знакомств. Он искал секс. Да и я, собственно, тоже. Серьезные отношения мне на тот момент были не особо нужны. А вот эпизодическая разрядка не помешала бы. На этом и сошлись. Точнее, я сошлась, а у Константина созрел какой-то свой особенный план.

Все начиналось довольно мило, по вполне себе классической схеме: цветы, подарки, романтические свидания. На целых четыре недели я получила в свое распоряжение идеального мужчину. Щедрого, ласкового, заботливого. За это время он успел очаровать всех моих подруг, коллег и даже, что произошло «совершенно случайно» родителей.

Признаться, я даже подумала о том, что можно было бы и сместить свой взгляд в сторону чего-то более серьезного с этим мужчиной. Повезло, что эти мысли не успели реализоваться в реальном мире.

Первые тревожные звоночки начались неделю на пятую. Сначала, Костя намекнул, что на каблуках я смотрюсь, мягко говоря, не очень. И вообще, все, что на мне надето было не к месту. Как истинная женщина, уверенная в своей непоколебимой правоте, от этих слов с легкостью отмахнулась. Но Костя, решил, что останавливаться на достигнутом не стоит. Уже через три дня его начали раздражать мои «слишком рыжие» волосы. Женщина должна быть натуральной. Краситься как можно меньше. Лучше вообще отказаться от макияжа. Так кожа выглядит лучше. Юбки длиннее, скини вообще никто не носит кроме женщин той самой, древней профессии. И вообще, что касается профессии — редактор модного журнала, это же не профессия. Настоящая женщина должна нести «разумное, доброе, вечное» или заботится о любимом мужчине. Всю себя отдавая мужу и дому.

Когда Костя понял, что слова на меня не действуют, а мужем и домом я обзаводиться не спешу, решил перейти к действиям. И исчез. Испарился. На звонки не отвечал, сообщения читал и оставлял без внимания. А я их целых три штуки накатала. А потом сделала вывод, что мужик просто слился, и улетела в командировку.

На самом деле, мужик не слился. А пытался применить старый добрый способ манипуляции. И заодно, плавно подвести меня красивую к модным нынче, абьюзивным отношениям.

Кто знает, может быть, если бы во мне жили эмоции серьезней чем симпатия и сексуальное влечение, я бы пережила не самый счастливый период своей жизни. А так, эти несколько месяцев, я могла бы охарактеризовать как интересные, и даже, немного познавательные.

После первого «исчезновения» Константин явился на мой порог с недовольной моськой и набором претензий. Мол, он болел, а я скотина неблагодарная, даже не поинтересовалась, как дела. Неблагодарная особь женского пола намекнула на не отвеченные сообщения. Но увы. Это вообще не считалось.

В общем, в конце-концов, эти манипуляции уровня детского сада меня достали, и исчезла уже я. Не то чтобы исчезла. Уехала в отпуск. Солнце, море, Доминикана. На этом, надежды моих родителей на удачное замужество дочери рассыпались прахом.

— Любаш, я ни по ком не страдаю.

— Тогда, почему у тебя еще никого нет?

Никого не было, потому что афишировать свою личную жизнь я не любила. Не скрывала, но и бегать с транспарантом «у меня есть мужик!» считала глупым.

— Может, потому что я сейчас себя чудесно чувствую и так? Просто, пока не вижу себя ни в роли жены, ни уж тем более матери.

Ни слова лжи. Только, правда. Люба скривилась. Мы знакомы со школы. И, сколько ее знаю, столько подруга и мечтала о муже, детях, кулинарных подвигах и тихих семейных вечерах.

Реализовать мечту получилось не сразу. Несмотря на привлекательную внешность, покладистый характер, и кулинарный талант, который вызывал во мне откровенную зависть, брать подругу замуж никто не спешил. И она по этому поводу серьезно переживала.

Чтобы прокачать свое «женское начало» Любаша посещала разнообразные тренинги, семинары, курсы. Тогда, это движение только набирало популярность, и каждый такой курс стоил каких-то нечеловеческих денег. И, когда подруга получила заветное предложение руки и сердца, гордо заявила мне о том, что оно стоило каждого потраченного цента. Именно цента. Потому что о рублях тогда речи не шло.

Сейчас, спустя несколько лет после заветного замужества, подруга загорелась новой целью, затащить в мир официальных отношений и меня. И, наверное, я была бы и не против. Вот только идея брака ради брака как-то не прельщала. А еще, я наивно верила в любовную любовь и принца. Ну, или кого-то близкого к принцу. В общем, ожидание и поиск того самого симулировала профессионально.

— Как ты можешь судить о том, чего не пробовала? — Перешла в наступление подруга. — Вот ты чем занимаешься вечерами? — Я бы нашла что ответить, если бы мне такую возможность дали. Но Любу будто прорвало. — Правильно! Приходишь в свою пустую квартиру и умираешь от тоски! Без мужа! Без поддержки! А на работе? Долго собираешься быть ломовой лошадью? Пахать днями напролет ради куска хлеба? Вообще-то, этим должен заниматься мужчина. И вообще, Соня! Еще лет пять — семь и ты даже родить не сможешь! Кому ты тогда такая будешь нужна?

Ноздри Любаши раздулись, глаза засверкали, ребенок притих, а блин на сковороде сгорел. Вот так вот, с легкой руки подруги, моя идеальная и вполне себе комфортная жизнь превратилась в тоскливый ад неудачницы.

В кухне повисла тишина. Люба злилась. То ли на себя, то ли на меня. Только сейчас я заметила, как вздулась венка на высоком лбу, и нервно дергалась жилка на шее. И в этот момент мне бы стоило тихонько собраться и уйти. Ничего хорошего дальнейшее продолжение домашних посиделок не предвещало. Только слова как — то сами сорвались с губ:

— Люба, все хорошо?

— Нет. — Выдохнула женщина, усаживая сына в детский стульчик. — Я ненавижу тебя. Тебя, и всю твою идеальную жизнь.

Сказала она это так спокойно, что я невольно осмотрела кухню на предмет отдаленности колющих и режущих предметов. И путей отступления.

— Прости, что?

— Соня, я ненавижу тебя! Еще со школы. Всегда такая милая, такая молодец, такая успешная, везде лучшая. А ведь, я же объективно красивее тебя. Я должна была выйти замуж, родить детей, и быть счастливой. На зависть тебе! Но тебе плевать! Ты даже ни разу не заикнулась о том, как мне завидуешь! Эта квартира, этот увалень муж, вечно орущие дети! Ты думаешь, я этого хотела? Соня, я ненавижу тебя за то, что ты заставила меня вляпаться во все это….

Не знаю, сколько еще нехорошей субстанции могло на меня вылиться, если бы Люба резко не замолчала. Я обернулась. В дверях кухни стоял Валерка. По совместительству муж подруги. В руках долговязый программист держал букет цветов. Кажется, в их семье это называлось пятничной традицией.

Видимо, Валерка, как и я, не ожидал от супруги такой пламенной речи. А сама Люба пыталась придумать, как обыграть эту ситуацию. Но в голову, явно ничего не приходило.

— Кажется, мне пора.

Провожать меня, по понятным причинам, никто не спешил. Слегка в офигевшем состоянии захлопнула квартиру девушки, с которой предпочту больше никогда не встречаться. Вот и гадай теперь, есть она эта женская дружба или нет.

Послевкусие от «посиделок» с Любашей осталось так себе. Хотелось скорее вернуться домой, снять с себя одежду и хорошенько вымыться от этой липкой грязи и ощущения какого-то многолетнего обмана.

Хотела бы сказать, что чувствую себя виноватой за «разрушенный мир» Любаши. Но не могу. Эгоистка во мне лишь фыркала, и кривила красивый носик. Мол, еще чего. А вот то часть, которая верила в дружбу и мир единорогов, по — настоящему расстраивалась.

Все эти годы Люба входила в мой близкий круг. Я привыкла видеть ее в своем доме, делиться радостями, огорчениями, просто иногда проводить время вместе. Точнее, мне так казалось. Потому что с момента моего переезда в собственную, не очень большую, но очень уютную квартирку, подруга была в гостях лишь однажды. На новоселье. И то не долго. Муж и маленький сын тогда требовали ее чуть ли не постоянного присутствия. По крайней мере, так она обосновала тогда свой побег. С тех пор, мы стали реже не только видится, но и созваниваться.

От приступа самокопания отвлек таксист. Молодой мужчина, как только я опустила свой упругий зад на мягкое сидение, попытался завести светскую беседу: о политике, социальных волнениях и «проклятой Америке». За что он так не любил Штаты, в которых явно никогда не был, я не понимала. Но возражать не стала. Бороться с этой нелюбовью к западу было бессмысленно. Да и не очень то и хотелось. Поддерживать полноценный диалог получалось плохо. А вот отвлекать меня от тяжелых мыслей, ему удавалось на отлично. Поэтому, когда вышла из машины, немного пожалела о том, что живу одна.

В квартире царили тишина и темнота. Свет включать не стала. Сбросила туфли, косуху и пошла прямиком в ванну. Упругие струй воды должны были расслабить и подарить какое-то чувство чистоты и легкости. По крайней мере, именно так было раньше. Сегодня что-то шло не так.

Вместо расслабления, внутри поселилось какое-то чувство тревоги. А в голове появились мужские голоса. Как будто кто-то спорит в соседней квартире. О чем спорит не понятно, но накал страстей ощущается во всем подъезде. Несколько раз попыталась отмахнуться от назойливых голосов. Но ничего из этого не вышло. Они то становились немного тише, то начинали спорить с новой силой.

Свалив такое состояние на усталость и стресс, решила проигнорировать этот тревожный симптом и просто лечь спать. Как говорится, утро вечера мудрее. Здоровый сон для меня всегда был лучшим лекарством от проблем, болезней, любовных переживаний и прочих глупостей. Я могла заснуть в любом месте, в любое время, даже в самой неудобной позе. Коллеги называли это супер силой. А я тихонько радовалась, что в многочисленных командировках мне не приходится «наслаждаться дорогой». Наблюдать за облаками или березками вдоль дороги мне категорически не нравилось.

Но в этот раз даже Морфей решил испытать мое терпение. Сначала, эти громкие голоса. Потом, одеяло, которое никак не хотело создавать для меня идеальный микроклимат. Потом подушка начала источать какой-то невероятный аромат фруктов. Такой сладкий, что невольно захотелось пообщаться с «фаянсовым другом». Терпеть эту гадость было совершенно невыносимо. Торжественно поклявшись себе завтра же заменить кондиционер для белья, убрала это оружие массового поражения в ванну и снова попыталась уснуть.

Еще через час поняла, как же плохо всем тем людям, которых мучает бессонница. И решила пойти на крайние меры. От бывшего любовника в моей квартире остались три вещи: футболка, зубная щетка и баночка с «мягким» снотворным. Если применение первым двум вещам я нашла с легкостью (поверьте, чистить кроссовки щеткой за триста баксов, истинное удовольствие, а футболки из натурального хлопка отлично натирает зеркальные поверхности) то, что делать со снотворным я не знала. Но и выкидывать не спешила. Видимо, именно для такого случая.

Таблетки нашлись на кухне. В столе со всяким ненужным, но крайне необходимым хламом. Из разряда «вдруг понадобится». Два штопора, пара насадок от сломанной мясорубки, гарантийная книжка на давно утилизированный блендер, несколько купонов в магазин косметики и еще куча всего.

Забросив в рот небольшую капсулу, снова вернулась в спальню. Вторая попытка оказалась продуктивнее первой. Глаза быстро налились свинцом и закрылись. Больше меня ничего не волновало. Ни выходка Любаши, ни новый контракт на работе, ничего. Только тьма и ничего лишнего.

Глава 2. Лучше бы не просыпалась

Пробуждение оказалось не самым лучшим. Точнее, оно было бы самым лучшим, если бы не пищащие голоса прямо возле моего уха. Или, в голове? Я же дома. Одна. Телевизора в моей квартире нет, и никогда не было. Значит, в голове. Или соседи. Только, с каких это пор у нас в доме исчезла звукоизоляция?

— Она нам не подходит! Как эта уродина может меня заменить? — Визжал противный женский голос. — Интересно, что там за кастинг у них проходит?

— Милая, успокойся. — Второй голос был мужским. Мягким, бархатистым, приятным. Мед мне в уши, одним словом. — Она прекрасно тебя заменит. Какая разница, как она выглядит? Главное, чтобы ты не попала на отбор. Этот демон обязательно захочет тебя отобрать у меня. Я не могу этого допустить!

— Да ты посмотри на нее! — Заверещала она еще громче. Не голос, а циркулярная пила. — Да она даже на женщину не похожа!!!

Вот интересно, чем я так провинилась перед Костиком, что даже его гребанные таблетки так подрывают мою психику и портят утро? Ответа не последовало. Только затылком ощутила пристальный взгляд. Нет, точно с ума схожу.

— А мне нравится. — Прозвучал третий голос. Такой спокойный, уверенный, с нотками всемогущества. Стало даже любопытно, чем еще меня порадует разбушевавшееся подсознание. — В любом случае, мои дорогие Софи и Андрэа, Соня именно та девушка, которая заменит дэйру на отборе.

Голос прозвучал так уверенно и отчетливо, что мне стало немножко не по себе. Пришло чувство реальности. По телу пробежал холодок. И через секунду поняла, что под пальцами уже не привычные сатиновые простыни, а что-то холодное и скользкое.

— Но она меня опозорит?

— Софи, — четвертый голос просто порвал мое восприятие в клочья, — какая вам разница, кто и как она Вас будет позорить? В том мире, куда Вам и вашему возлюбленному предстоит попасть, это уже не будет иметь значения.

Мое сердце на этом оборвалось. Я распахнула глаза. Лучше бы этого не делала. Потому что все, что происходило дальше, напоминало идиотский сон.

Я сидела посреди огромной кровати, а вокруг творилось буйство чьей-то дизайнерской мысли. Как — будто поклонник эпохи классицизма и розового цвета дорвался до работы. Все в этом помещении выглядело нелепо. Розовое постельное белье, золоченая мебель, россыпь подушек всех оттенков белорусского зефира и ковер из остатков сахарной ваты.

Посреди всего этого безумия стояли четверо. Гармоничнее всего смотрелся ребенок, лет десяти. Черная, напоминающая гимназистскую форма, белые гольфы, лакированные лоферы. Последние смотрелись странно. Мальчишка впился в меня черными глазами. Внутри все заледенело. Повезло, что интерес продлился не долго. Ребенок деловито цокнул языком и направился в сторону чего-то, исполняющего функцию бара. Очень надеюсь, что наливал он себе сок.

Трое других, как и я, внимательно наблюдали за ребенком с тяжелым взглядом. Один из них, высокий мужчина с красивым лицом, в белой рубахе и кожаных штанах. В этом интерьере он смотрелся словно…. Словно…. Даже не знаю с чем сравнить.

А вот девица вполне себе вписывалась в интерьер. Кругленькие щечки, диатезный румянец, облако белых кудрей и кринолиновое безобразие вместо платья. Хорошо, что не розовое. Мужчина, точнее юнец, сжимающий мягкую ладошку, был бледен и тощ. Дороговизну и качество костюма я оценила, а вот в нормальном зрении, слухе и умственных способностях субъекта засомневалась. Потому что, судя по всему, под возлюбленным ребенок имел в виду именно его.

— Что значит, в каком мире? — Та самая Софи моего пробуждения не заметила.

Но она уже не орала. Говорила почти шепотом. На белоснежной коже появились капельки пота. Ее внимание было приковано к юному гимназисту. А меня присутствующие дружно игнорировали.

— Да, брат. Объясни, что ты имеешь в виду. — Попросил мужчина в рубахе, садясь в кресло. Откуда оно тут появилось?

— Софи и Андрэа отправятся в мир Сони. — Как само собой разумеющееся заявил малыш. Софи эта идея, по всей видимости, не понравилась.

— Это невозможно! — Девушка, или женщина, из-за лишнего веса, не смогла определить ее возраст, схватилась за сердце. Андрэа схватил ее за плечи, но ничего не сказал. Парнишка выглядел испугано.

— Почему? — Приподнял бровь мальчишка. — Вы притащили в мой мир девчонку, не согласовав переход ни со мной, ни с богами ее мира.

— Я согласовал… — Как — то неуверенно протянул брат малыша.

— И с Ями тоже дала свое согласие? — Ноздри мужчины гневно раздулись. — Да и Танатос не в восторге от твоего поступка. Он считает себя почти оскорбленным.

— У него был родовой долг…. — пропищал Андрэа, и я вообще потерялась в этом кино.

— Да, я знаю. Вот и решил помочь братцу его исполнить. Очаровательная Соня заменит Софи. А вы отправитесь осваивать ее мир. Магии там нет. Зато технологии твой пытливый ум порадуют, Андрэа. Ну, и в этом случае Софи точно не попадет на отбор к черному магу.

Судя по тому, как вздымается грудь Софи, она хотела многое высказать несносному подростку. Но мальчишка щелкнул пальцами и парочка просто растворилась в воздухе. Вот так взяла, и растворилась. А я ущипнула себя за ладонь. Если это сон, то я срочно хочу проснуться.

Глава 3. Попала так попала

— Не находишь, что интерьерчик здесь так себе? — Протянул мальчишка.

Его брат пожал плечами. Мол, видели варианты и хуже. Тут хотя бы мебель есть. Все остальное дело вкуса. А я сидела на скользких простынях и хлопала глазами. Вообще не понимая, что здесь происходит и как должна на это реагировать. Хотелось поверить в то, что это сон. Плохой, и слишком красочный сон. Но боль от щепка дала ясно понять, что зря надеюсь.

— Это не сон. — Будто читая мои мысли, произнес мужчина. Хотя, почему будто? Может, и читал. — Вы действительно находитесь в другом мире. Без права на возвращение. И не смотрите на меня так. У меня не было вариантов. — Пожал плечами и обаятельно улыбнулся.

— А как я на Вас должна смотреть? — Выдала слегка ошарашенная наездом.

Вообще, взгляд у меня тяжелый. Костик говорил «смотришь как ведьма». Наверное, кто-то из предков имел грех за душой. Но, родовая история об этом ничего не рассказывает.

— Как на спасителя, — лениво протянул мужчина, а ребенок эффектно закатил глаза. — Я все же избавил Вас, юная дейра, от прозябания в этом сером технологическом мире. Поверьте, тут намного комфортней и интересней.

— Где я?

— Наконец-то правильный вопрос. — Тоскливо констатировал ребенок. — Рамони. Или, как этот мир называют в летописях, Рамоникатарк. Третий мир, слева от третьей земной параллели. С твоим не пересекается. Арканоту с трудом удалось тебя оттуда достать.

— И зачем меня нужно было откуда-то доставать?

— Долги. — Протянул выше упомянутый Арканот — Проклятые долги. Но это не важно. Сейчас нужно быстро ввести тебя в курс дела.

— А если я не согласна? — Паниковать и скандалить пока не собиралась. Просто потому, что не успела осознать реальности всего происходящего.

— Прости, — ребенок поставил стакан на низкий столик, — но теперь это не имеет никакого значения. Ни я, ни Арк ни сможем отправить тебя домой.

— Но почему? — голос звучал пугающе спокойно.

— Потому что вся память о тебе на Земле стерта. События, нити судеб, родовые переплетения…. Ну, короче…. Тебя там уже нет, и никогда не было. Поверь, работа филигранная. Никто еще не удостаивался такой чести.

Честь была сомнительная. Очень сомнительная. Но я все еще не могла поверить в реальность происходящего. Хотя, поводов была масса. Начиная от нахождения в непонятном месте, заканчивая растворившейся на моих глазах парочкой. Даже, в какой-то момент зажмурилась, в надежде на то, что это всего лишь последствия неизвестного снотворного Костика. Но нет. Ничего не вышло. Я по-прежнему сидела на скользких простынях, в комнате «мечта взбесившейся Барби», с двумя очень странными субъектами.

— Я хочу домой.

— Повторюсь, — терпеливо заметил мальчик, — это невозможно. Но, чем быстрее ты освоишься у нас, тем комфортнее сможешь устроиться.

— У «нас» это где?

— В Рамони. Поверь, ты быстро адаптируешься.

— К чему?

— К новой жизни.

Вот сейчас я себя ощущала десятилетним ребенком с отставанием в развитии. Потому что мозг категорически отказывался адекватно воспринимать действительность.

— Соня, — выдохнул Арканат, — так или иначе, тебе придется принять действительность. Но, времени не так много. Эти два балбеса призвали меня слишком поздно. И ритуал пришлось проводить прямо перед твоей ночью.