Помоги проекту - поделись книгой:
Я от неожиданности даже ошалел. Ах, ты ж собака сутулая! То есть, как всё нормально, так «мы — Легион, сами справимся»? А как жжёный пёсик филейку на живую оттяпал, так — «Иной, помоги?!»
— Смыкай строй! — деловито заорали маги.
Клин, в который мы влетели, стал превращаться в круг. Гвардейцы выкидывали вперёд руки с огромными горящими кулаками, те визуально удлинялись ещё больше, и ударяли по земле совсем рядом, заставляя Василия откатываться.
Тут и балбесу понятно, что они задумали…
Неожиданно я ощутил, что последний кувырок сделал уже сам, полностью контролируя тело. И тут же в мозг воткнулись острой болью и сломанные рёбра, и обожжённая нога, и десятки ожогов-порезов по всему телу.
— Ах, ты ж… грёбаный… — я хватанул воздуха, чувствуя, как от боли перехватило дыхание, — насра…
Впереди воткнулись несколько кувалд, подгоняя меня в центр будущего окружения. Мне пришлось крутануться, чтобы отступить, но я уже подметил закономерность в действиях щитоносцев.
Любой военный манёвр — результат тысячи повторений. А значит, в них есть цикличность.
И, прежде чем огненные кувалды потянулись наверх для нового замаха, я скользнул сразу же под них. Гвардейцы ожидали это, и слаженно шагнули вперёд, выставив щиты.
А мне это и надо было…
Одержимый чётко уловил мою мысленную команду, активировав свой щит перед столкновением с огненным овалом, и я почувствовал резкую перегрузку — так сильно меня отбросило ударной волной.
Отбросило как раз в смыкающийся за спиной ряд щитоносцев, и те не ожидали такой скорости, с которой я проскользнул по земле к ним под ноги — за мной только пыль поднялась.
Они в панике опустили вниз и кулаки-кувалды, и щиты, но я уже сбил одного с ног и вскочил у них за спиной. Эх, лопатки подрал, конечно, но жить буду.
— Ну что, вдарим рок в этой дыре? — я ощерился, оглядев замерших в недоумении магов.
Судя по их лицам, девяносто девять процентов всех Одержимых заканчивали жизнь вот в такой вот ловушке, окружённые рукоблудами — его задавливали тягучими огненными щитами, и забивали кувалдами. И пресловутый один процент везунчиков маги увидели впервые.
Когда что-то идёт не по плану, это часто имеет эффект снежного кома. Потому что я затылком почуял, что сзади активируются пирусные патроны. Время замедлилось, и я чётко ощутил, как пули, вылетая из стволов винтовок, чертят огненные траектории.
Нет, я не пригибался и не уворачивался. Наоборот, я раскинул руки, мысленно подхватывая все смертоносные линии и направляя их в гвардейцев впереди.
Со стороны, наверное, это красиво… Прямые красные трассеры вдруг обогнули мою фигуру, чтобы снова вернуться на свою траекторию. И не все маги были готовы к этому.
У некоторых были защитные артефакты, и я впервые ощутил, как это работает. Словно возникли одноимённые магнитные полюса, отталкиваясь друг от друга, и пули прыгнули в сторону от магов.
Я напрягся, выправляя траектории…
Несколько магов упали, словно подкошенные, многих спас щит, а у некоторых сработал и защитный артефакт.
— Недолунки хреновы! — раздалось сзади.
Как оказалось, это прибежал полк безлунных солдат, и те просто не разобрались в ситуации. Да и привыкли они, что огненного мага никогда пирусной пулей не поранишь, стреляй сколько хочешь.
То, что я сотворил, дало мне отсрочку в несколько секунд. Ошарашенные глаза огняшей и безлуней лишь проводили моё бегство за палатки.
Тут же я почуял приближение кого-то очень сильного. Кажется, за дело взялись командиры когорт.
— Иной, иди сюда! — чей-то высокомерный голос разнёсся над лагерем.
— Ага, щазз, — кивнул я, двинувшись совсем в другую сторону.
Ввязываться в прямую схватку и на себе проверять, у кого из нас выше боевой уровень, я не собирался. Как и носиться между палатками, каждый раз натыкаясь на ощетинившийся магострелами отряд, тоже.
Я нырнул в ближайший шатёр, пробежал и вышел с другой стороны, просто выдрав клок ткани. Конечно, палатка от этого пришла в негодность, но я юркнул уже в следующую…
Где? Ну, где это место?
Да, примерно тут я почуял тогда Эвелину…
— Тебя не спросил, — я пробежался мимо телег, ориентируясь на чёрный шатёр, и наконец уловил…
Мелькнули, словно видения, картинки с Эвелиной, стоящей на берегу моря. Ласковый бриз колышет ей волосы и подкидывает легчайшее платье, заставляя ткань облегать такие манящие округлости.
Ого, Эвелина явно перешла к тяжёлой артиллерии, раз посылает мне такие видения.
В этот момент я почуял, как волнообразными скачками стала нарастать магия огня в воздухе. Вскинув голову, глянул на Пробоину — диск Красной Луны был уже целиком в ней.
Послышался вой где-то за лагерем, и даже донеслось рычание. Ого, кажется, мне на помощь пришли «угольки»…
А может, это Хомяк с Сивым подсобили, загнали пару тварей в сторону лагеря?
Острое чувство воспламеняющегося пируса заставило обернуться и выставить вперёд ладонь. В меня палила с колена пара гвардейцев, вооружившись усиленными магострелами, а за их плечами стояли два Стража Душ.
Вот я заставляю пули свернуть… Твою псину, как тяжко-то!
Моё намерение столкнулось с чужим, и у меня мозги чуть не выдавило через глаза. Эти маги дружили со стихией огня гораздо лучше и дольше, чем я, и целились не только зрением, но и чакрами, не как безлунные солдаты.
Едва-едва, но пули всё же ушли в стороны — одна прошила беззащитную палатку, а вот другая цепанула мне плечо. Одержимый успел помочь, мигнув щитом, но ударная волна всё же подхватила меня и крутанула кульком, закинув в какие-то мешки.
— О-о-о-о, — вырвалось у меня.
Приложило конкретно, и, кажется, это были какие-то особые пули.
А ещё у этого тела кончались простые физические ресурсы. Грубо говоря, Василий очень устал, контужен, и хочет спать. Это ещё при том, что ему очень больно, и он вообще должен был давно свалиться в обморок.
Тряхнув головой, я попытался подняться. Маги перезарядились и целили в мою сторону… Если заденут ещё хоть одной такой пулей, меня ждёт жжёный псарь!
Какое счастье, что оракулы за спиной магов сделали ошибку.
— Погодите, попробуем оглушить, — расслышал я их просьбу.
С улыбкой они вытянули ладони, и мой кокон подёрнулся. Уже через миг я ощутил себя внутри одного из них.
Василий впереди, возле перекошенных палаток, валяется на мешках. Он ворочается, пытаясь прийти в себя.
— Давайте оглушим, лейтенант, — говорит мне огняш впереди.
— Погоди, — я деловито вытаскиваю пистолет.
— Лейтенант, ну что, получилось приложить ему по мозгам? — спрашивает меня Страж Душ, стоящий справа.
— Конечно.
Я киваю, собираясь повернуться к нему лицом. Чтобы он разглядел в моих глазах, что с его сослуживцем что-то не так…
— ГДЕ ОН?! — мощный рёв прикатился откуда-то из-за спины.
Мы все обернулись.
— О, это великий магистр, — восхищённо произнёс один из гвардейцев.
— Генерал Егор Славин, брат главы, — прошептал другой.
К нам шёл… огонь. Пламя охватывало шатры, палатки, и лишь одинокая тёмная фигура в центре светящегося бушующего смерча намекала, что пожар этот рукотворный.
Я вспомнил этого гвардейца — он ехал на лошади впереди всей Пламенной Когорты.
Маг огня в шикарном красном мундире двигался к нам, раскинув руки. С его ладоней срывалось пламя, образуя два огненных крыла и поджигая округу — словно ему в рукава трубки от огнемёта засунули и выкрутили струю на максимум.
Зрачки светились красным светом, бросая адские блики на лицо. Губы растянулись в хищном оскале…
Даже здесь, в теле оракула, ограниченном только магией мысли, я ощутил жуткую волну грязной псионики, оглушающую своей мощью. Маг Второго Дня в боевом режиме впечатлял.
Ну, да ладно. Чем круче маг, тем крупнее нужен калибр на него.
Улыбнувшись, я протянул руку к магострелу, собираясь выхватить его у гвардейца.
— Лейтенант, из него могу стрелять только я, — ошарашенно сказал тот, неуверенно потянув оружие на себя.
— Знаю, — ответил я, другой рукой направив пистолет во второго мага-гвардейца и выстрелив.
Глава 3. Спасающий
Хорошо, когда ты на шаг впереди противника…
Гвардеец, будучи обычным магом, не сразу решается стрелять, но уже через миг я чую всполох псионики. И вправду, при выстреле из этого особого магострела солдат не просто нажимает на спуск, но ещё и вступает в магический резонанс, влияя на внутренность винтовки.
За миг до пирусной вспышки я подворачиваю корпус, дёргая ствол на себя и в сторону. И, когда звучит выстрел, магострел оказывается направлен на приближающегося Славина.
Конечно, наивно полагать, что пирусная пуля может положить Мага Второго Дня. Но всё же это мощное оружие, и с такого близкого расстояния траектория не успевает изогнуться, цепляя генерала за плечо.
Огнемётный спектакль тут же заканчивается, и Егор Славин, выписывая виртуозный пируэт, падает на четвереньки через пару метров. Всё же подготовка у него есть.
— Твою луну! — успевает сказать ошалевший гвардеец прежде, чем я ныряю под него и, используя магострел, как рычаг, бросаю через себя в сторону второго оракула.
Страж Душ только крякнул, сбитый с ног. После завершения приёма магострел остался у меня в руках, но я на миг качнулся, ощутив, как снова «подёрнулось» сознание.
Упавший оракул, видимо, просто не успел применить магию мысли. Осознав, что остался пока в том же теле, я бросился вперёд и, как заправский лесоруб, обрушил тяжёлый приклад на голову Стражу Душ.
Тот не успел поднять руку с пистолетом, и получилось, как будто он спокойно отдал его мне. Теперь у меня в руках был и магострел, и оракульский огнестрел.
Краем глаза я увидел, что Славин уже поднялся. Не дожидаясь, какую атаку он проведёт, я нырком упал на плечо, вскидывая пистолет, и выстрелил.
Всё же артефакт у него здорово так разрядился. Потому что обычная свинцовая пуля из пистолета вонзилась в плечо генерала и тот, дёрнувшись и схватившись за рану рукой, упал на колено:
— Ах ты ж выродок!
Вскочив на ноги, я обернулся… Василия нигде не было.
Да твою псину! Опять?!
— Убью! — маг снова начал подниматься.
Он хлопнул по плечу, прижигая рану — из-под ладони вылетело пламя. Затем он полез в карман, вытащил таблетку и, закинув её в рот, тряхнул плечами, будто разъярённый бык.
— Ты будешь десятым на моём счету!
— Ага, — выпалил я, а потом просто запустил в него пистолетом.
Хищный оскал слетел с лица генерала, когда оружие прилетело ему прямо рукояткой по лбу. Хрюкнув, он запрокинул голову, а потом завалился на спину.
Не дожидаясь, когда враг опять встанет, я припустил к тем мешкам, где видел Василия в последний раз. Ух, псина толчковая, найду — убью!
Драгоценный магострел я так и не выпустил из рук. Пользоваться пока не знаю как, но очень… очень хочу научиться.
Я нырнул за покорёженную палатку, и увидел впереди целую шеренгу гвардейцев в красном. К счастью, они не проявили никакой враждебности, сразу опустив магострелы.
Вот только я сам свалился на колено, потому что разум оракула проснулся, пытаясь атаковать захватчика. Пришлось несколько мгновений поваляться на четвереньках, прежде чем я смог отправить сознание хозяина тела в нокаут.
— Лейтенант, — моё плечо начали трясти, — Лейтенант.
Я потёр лицо ладонью, чувствуя, как хапнул ноздрями грязи и травы, потом поднял голову.
На меня смотрели сразу три мага. Один вооружён копьём, а другие двое, кажется, из тех самых рукоблудов — на руках у них мерцали едва заметные огненные щиты. Все настороженно крутят головами, выискивая врагов, будь то Иной или приблудившийся «уголёк».
Тут же из-за палаток прилетел рёв очнувшегося генерала:
Поделиться книгой: