Любовь и лошади

Агрипина сказала — Агрипина сделала: через пару тренировок вольты вокруг стойки стали выглядеть как круги. С прыжками вышло смешно. Если в первый раз она даже не заметила барьера, то на следующих тренировках начала волноваться и делать ошибку за ошибкой. То зачем-то на шею лошади полезет, то отстанет и получит седлом по попе. Это Агрипину озадачило, но не остановило, и прыжки починились. Но, долго скучать, то есть наслаждаться успехами, ей не пришлось.

— Агрипина Евсеевна, у вас сегодня Марта вместо Гвидона, — сказала Елена.

Марта оказалась упрямой, пегой кобылой. Она появилась в Совином Гнезде совсем недавно, о командах повода и шенкеля имела смутное понимание, поэтому пока не каждому можно было ездить на ней. Если Гвидон слушался, лишь бы отстали поскорее, то Марта наслаждалась спором со всадником и каждую секунду демонстрировала свое личное мнение, почему-то постоянно не совпадающее с мнением Агрипины. После того, как Марта потаскала ее на галопе, Агрипина еще больше начала ценить тех лошадей, с которыми прошли ее первые месяцы в седле.

— Супер! — сказала тренер, когда Агрипина под конец тренировки смогла проехать на Марте схему теста Каприлли.

Агрипина была в раздрае. С одной стороны, гордилась собой, что смогла справиться с непростой лошадью, с другой — жалела, осталась без волшебного галопа Гвидона. Расседлав пегую упрямицу, она переоделась и решила выпить чаю. Ехать домой не хотелось. Кухня была на втором этаже, и пока чайник закипал, она выглянула в окно. Увы, Бориса на плацу уже не было. А ей так хотелось поговорить с кем-нибудь о своих чувствах и мыслях. Особенно с ним. Этот почти посторонний человек уже не раз ее поддерживал, и даже, когда его не было рядом, казалось, она ощущала его одобрение. В отличие от родной мамули, которая только и делала, что критиковала каждое ее действие. Да, из самых лучших и заботливых побуждений, вот только это не делало критику приятной.

— Уф, успел! — раздался сзади голос Бориса. Он поставил на стол коробочку “Рафаэлло”. — Агрипина, у вас сегодня новый скакун был?

— Ха-ха, — настроение Агрипины резко поднялось, глаза заблестели при виде любимых конфет. — Это не скакун, это скакунья была.

Борис то слушал ее внимательно, то перебивал вопросами, то рассказывал о своей тренировке.

— Агрипин, а вы не думали о собственной лошади? — вдруг спросил он.

— Да нет… Не знаю, — растерялась она. — Это же большая ответственность…

— Так и вы девушка не легкомысленная, — подмигнул Борис.

Агрипина прислушалась к себе. Приехать на конюшню, а там ждет любимый конь. Завидев ее, бежит навстречу, сгребает с ладони сахар. Да, денег потребуется немало, лошадь — это не хомячок и не кошечка. Это… Это же как ребенок! Придется кормить, поить, одевать. Мысль о покупке амуниции для собственной лошади была почему-то особенно приятной. А еще ребенку надо будет в школу. То есть учитель-тренер обязательно потребуется. В конном мире это называется берейтор — тот, кто учит лошадь слушаться всадника. Ох, сегодня Агрипина на собственной попе убедилась, как нужна работа берейтора, ох уж эта Ма-а-арта…

— Агрипина, у вас лицо светится, — засмеялся Борис.

Она сунула в рот рафаэлку, которую он ей развернул, прожевала, запила полкружкой чая. И уверенно махнула головой.

— Да. Я хочу собственную лошадь!

— А я хочу… Агрипина, я уже давно хотел вам сказать… — начал было Борис, но тут на кухню влетели юные спортсменки “Совиного гнезда”, громко обсуждающие предстоящие старты, и он умолк.

Они допили чай, спустились вниз и пошли к стоянке. Агрипина остановилась, повернулась лицом к Борису, спиной к конюшне.

— Борис, вы мне что-то хотели сказать… Да, ***ть! — воскликнула она, влетая прямо в объятия своего собеседника.

Мимо, толкнув Агрипину пушистым боком, на третьей космической скорости просвистело маленькое шетлендское чудовище. Следом за ним с громким криком: “Ваниль!!! ***** такая!” неслась Юлия Сергеевна.

Но Борис и Агрипина ничего не видели и не слышали. Он крепко держал ее за талию и смотрел прямо в глаза. Она положила руки ему на плечи и сглотнула. В хорошей корейской дораме в подобный момент несколько камер покажут главных героев с разных ракурсов. Монтажер вставит минимум десять повторов того, как героиня метким пинком пони оказывается прижата к крепкой груди главного героя… В Подмосковной реальности из кармана Агрипины раздался “Полет Валькирий” Вагнера. Ее плечи поникли, она начала отстранятся от Бориса, одновременно отвечая на звонок:

— Да, мама. Какие гости? Мама, это МОЯ квартира, почему ты… Да, скоро бу…

Договорить не успела — взгляд Бориса стал решительным и уверенным. Точь в точь, как у главного героя в лучших корейских дорамах и даже круче. Он отвел ее руку с телефоном и покачал головой.

— Агрипина, скажите маме, что вы не можете. У вас свидание.

Вторые соревнования и встреча Бориса с Зоей Васильевной

Вторые соревнования Агрипина провалила. Не смогла договориться с Мартой на разминке и отвратительно проехала схему. Кривой вольт, плохо пройденные кавалетти. Прыжок удался, но после него Марта взбрыкнула так, что Агрипина чуть не вылетела из седла. Закончив езду, она рассмеялась и похлопала кобылу по шее.

— Ну что, упрямица, поздравляю с первыми стартами. — Выехав за площадку, она спешилась, угостила пегую сахаром, отпустила подпругу и стала шагать Марту в руках. Завидев приближающегося Максима Викторовича, она шепнула кобыле в лохматое ухо: — Молодец, опозорила меня перед начальством. Вот понизят меня, останешься без сладкого.

— Агрипина Евсеевна, я в восхищении, — сказал директор. Он ничего не понимал ни в вольтах, ни в ритме, ни контакте, зато по достоинству оценил радостное “Хоба!” Марты.

Агрипина расправила плечи. Насладившись похвалой, она честно принялась объяснять, почему ни разу не молодец, на примере езды других всадников. Время от времени она бросала взгляд на Бориса, который помогал судейской бригаде. Перехватила его взгляд, помахала рукой и на сердце стало хорошо. Пусть сегодня ее не ждали яркий кубок и призовое место, зато рядом был человек, который день за днем делал ее жизнь лучше.

Несмотря на конец августа, жара доканывала. Зеленые просторы Совиного гнезда превратились в выжженную степь. Даже неугомонная Ваниль сбавила градус шилопопности, а Гвидон так вообще выдал приступ. Агрипина больше не ездила на нем, все равно очень переживала и спрашивала у Елены Сергеевны, чем помочь. В который раз она задумалась о коневладении. Сможет ли она вынести, если с ее лошадью что-то случится? Она сама не заметила, как сказала это вслух.

— С каждым из нас может что-нибудь случиться, — сказал Борис.

Агрипина откинулась на спинку дивана и посмотрела в окно. Они всегда выбирали этот столик в кафе. Вид на зеленую лужайку с альпийской горкой умиротворял.

— Я узнавал, сколько стоят рентгены, узи, клиника, расчистка, прививки, мюсли, — Борис открыл список в смартфоне. — Да, дорого. Но не “ужас-ужас”.

Агрипина заинтересованно уставилась в экран. Борис обнял ее и притянул к себе. Чтобы удобнее было смотреть.

— Ну, да. Другие же как-то справляются, чем мы хуже. На непредвиденный случай деньги можно отложить заранее, — сказала Агрипина.

— В общем, я уже решился, — признался Борис.

Агрипина ощутила знакомое чувство. То самое, которое она испытала, записываясь на первую тренировку. Только теперь к нему добавилось новое: не просто авантюра, а авантюра в сговоре с единомышленником. Глаза Агрипины загорелись.

— Я тоже. Я готова, — сказала она. Она подняла раскрытую ладонь и Борис хлопнул по ней своей.

— На что это ты готова? — раздался сзади надрывный голос.

Агрипина вскочила, оборачиваясь, следом за ней, недоуменно приподняв бровь, встал Борис.

— Мама? — прошептала Агрипина, глядя на Зою Васильевну.

— Мама? — сказал Борис, глядя на Агрипину.

— Так на что ты готова? — строго спросила Зоя Васильевна.

Агрипина ссутулилась и поникла.

— Борис Геннадьевич, можно просто Борис, — спутник Агрипины протянул ее матери ладонь. Та недовольно поджала губы. Так вот ради кого ее Агрипина увильнула от свидания с Антошей, сыном ее давней подруги. Борис в ответ на это прищурил глаз и мстительно спросил: — Тоже любите обедать в этом кафе или случайно зашли?

Зоя Васильевна стушевалась, заметалась, но было поздно. Навстречу ей несся бодрый старичок с букетом ромашек.

— Зоя Васильевна, душа моя! Поверить не могу, что вы пришли. В жизни вы еще красивее, чем на сайте…

Агрипина расправила плечи. Борис же продолжил наступление.

— Что ж, приятно было познакомиться, Зоя Васильевна, не смеем отвлекать, — сказал Борис и обратился к официантке. — Девушка, можно бутылочку красного вина от нашего столика для этой очаровательной пары?

Непрошенные гости и Гвидон

Агрипина не придала большого значения встрече в кафе. Ходит мама на свидания, ну и пусть ходит, все лучше, чем дома перед телевизором сидеть.

Зоя Васильевна же злилась не по-детски. Ей не понравился Агрипинин Борис, и дело было даже не в том, что она не любила вино, предпочитая ему коньяк. И не в том, что стыдилась посещения сайта знакомств. Нет. Зоя Васильевна терпеть не могла, когда ее планы рушились! Она целый месяц шерстила своих подруг, приятельниц, подруг подруг, их родственников ближних и дальних, пока не нашла неженатого мужчину, подходящего по возрасту и положению ее любимой доченьке. Она подружилась с его мамой, троюродной сестрой своей лучшей подруги, она познакомилась с самим Антошей, она продумала, как познакомит его с Агрипиной, во всех деталях вплоть до меню, содержащего любимые блюда предполагаемого кавалера. Она купила Агрипине новое платье и комплект тарелок. В общем, поезд разогнался и ни один стоп-кран уже не смог бы его остановить.

***

Агрипине повезло с детьми. Одни роды и сразу две дочурки-близняшки, Настя и Арина. В этом году обе поступили, каждая в свой институт, и к началу учебного года вылетели из родительского гнезда в общежития.

— А у меня хата свободна, — подмигнула Агрипина Борису, когда он довез ее до дома. — Могу пригласить на чай.

Он посмотрел на нее так выразительно, как умел только он. С вопросительными чертиками в глазах, всем своим видом выражая желание испить удивительный напиток, если это не затруднит гостеприимную хозяйку. Вот как он это делает, что и без слов все понятно?

— Могу пригласить и очень хочу пригласить, — уточнила она и расхохоталась, глядя, как резво он выпрыгнул из машины и побежал открывать ей дверь.

Хихикая, как два сорванца, они поднялись без лифта на третий этаж — тренер сказала, что для конника важна хорошая физическая форма, — Агрипина открыла дверь…

— Мама? — растерялась она, увидев Зою Васильевну, тащившую из кухни в зал небольшой тазик оливье.

— Мама! — обрадовался Борис.

Они вошли в комнату. За столом сидела ровесница Зои Васильевны и невнятный мужчина с бородкой: Алевтина Демидовна и Антоша. В центре стола красовался коньяк и бутылка водки, вокруг стояли традиционные новогодние блюда. Тазик оливье прекрасно дополнил эту гастрономическую картину.

Агрипине очень хотелось зареветь, но Борис спас ситуацию. Усадил ее за стол, устроился рядом, познакомился с гостями, поинтересовался у Зои Васильевны, чем закончилось ее свидание, понравился ли кавалер. Сам пить отказался, но ловко налил дамам коньяку. Агрипина хлопнула рюмку махом, не дожидаясь тоста “за встречу”. Борис ободряюще пожал под столом ее руку, мол, держись, друг, и положил ей в тарелку куриную ножку и салат из свежих овощей.

Мало помалу неловкое молчание прошло. Все, кроме самой Агрипины, разговорились.

— Антоша увлекается фотографией. Я ему на днях такой объектив купила! С ним он сможет свадьбы снимать и много зарабатывать, — с гордостью рассказывала захмелевшая Алевтина Демидовна. — Но творческому человеку обязательно нужна поддержка. Надежный тыл. Сочувствие в трудные минуты. Вы меня понимаете, Борис?

Борис кивнул. Еще бы не понять. Мама не молодеет, все труднее сыночка обеспечивать, так что поддержкой этому творческому человеку, должна была стать Агрипина.

— Кстати, Борис, а вы где работаете? — с вызовом спросила Зоя Васильевна.

— В торговой сети. Продукты продаю, — не моргнув глазом, ответил он.

Агрипина наклонила голову и прикусила губу: Борис был владельцем сыроварни с собственной сетью торговых точек.

Зоя Васильевна торжествовала. Дочка явно поняла свой промах. Но победа оказалось смазанной. В одиннадцать вечера Борис заявил гостям, что Агрипине пора отдыхать, и принялся собирать грязные тарелки, а потом с самой радушной улыбкой проводил незваных гостей.

Агрипина наконец-то позволила себе расплакаться. Романтический вечер был провален. Душила обида. Твою ж за ногу, она пахала всю жизнь, всю жизнь старалась соответствовать, понравиться, угодить, поставить дочек на ноги, заботилась о бывшем муже… Что еще ей надо сделать, чтобы наконец-то получить свободу делать то, что хочется? Проводить вечера с тем, с кем хочется. Нет, был бы кто другой, она бы давно послала на три буквы, но это же мама! Старенькая мама, которая любит ее и желает ей счастья. А она, плохая, она не ценит… Да что ж так тошно-то? Рыдая, она уснула на плече у Бориса, а с утра рванула на конюшню.

После тренировки она целый час просидела у плаца, где занимались всадники. Борис был в отъезде, домой не хотелось, хотелось найти решение. Она разблокировала смартфон и забила в поиск: “как стать счастливой”.

Яндекс пестрел ссылками. “Полюбить себя”, “Улыбаться”, “Записаться на курсы такой-то растакой-то”, “Хочешь быть счастливым, будь им”, “Счастье не в деньгах, а в их количестве” — вот это в точку… Так, стоп. Что там первое было? Полюбить себя. Так-так-так. Как мы любовь проявляем? Говорим приятные слова, дарим подарки… Агрипина вскочила.

— Еленсергевна, Еленсергевна! Скажите, а вы случайно не собираетесь продавать Гвидона?

Разговор с директором о покупке Гвидона

— Еленсергевна, Еленсергевна! Скажите, а вы случайно не собираетесь продавать Гвидона?

Директор клуба Елена Сергеевна и старший тренер, кот Кузя, обернулись на крик. Агрипина Евсеевна смотрела решительным взором, сжав кулачки до побеления костяшек. Было очевидно, что ответ на этот вопрос чрезвычайно важен для нее, поэтому спешить не стоило. Елена кивнула и попросила подождать окончания тренировки, а Кузя направился к Агрипине и ободряюще уселся рядом.

Минут через пятнадцать обе девушки отправились пить чай.

— Я могу продать Гвидона, — сказала директор.

— Правда? — подпрыгнула на стуле Агрипина. — Еленсергевна, вы не пугайтесь, я все обдумала. Вот, смотрите.

Агрипина нашла в смартфоне списки, которые они составляли и обсуждали с Борисом. Расходы на постой, триммера, прививки, ветпроцедуры, специальные мюсли. Перечень первоочередных покупок типа щеток, недоуздка, оголовья, железа, седла, вальтрапов. Даже услуги берейтора она не забыла.

Елена пробежалась глазами по спискам и одобрительно кивнула. Агрипина Евсеевна и раньше нравилась ей: никогда не опаздывала, на тренировках старалась и не ныла, после тренировки всегда уделяла внимание лошади. А теперь директор зауважала свою спортсменку-любительницу еще больше.

— Агрипина Евсеевна, Гвидона я продать могу, но не вам. Погодите расстраиваться, сейчас объясню. Вам нравится стартовать?

— Да. Я же еду двадцать четвертого на Марте. Постараемся проехать лучше, чем на тесте Каприлли.

— Вот! Вы говорите, как настоящий спортсмен. Поэтому вам нужна другая лошадь. Гвидона вы очень быстро перерастете.

Агрипина сникла. Подарок себе откладывался. В памяти всплыл вчерашний вечер, мама, Антоша, будь он неладен.

— У вас что-то случилось? — от зоркого глаза директора конно-спортивного клуба ничто не могло укрыться. — Что-то плохое?

Агрипина задумалась. Плохое? Да, бесцеремонность мамы, да, навязанные смотрины, да, Антоша. Но зато с ней был Борис, и она наконец-то приняла важное для себя решение! В ответ на ее мысли звякнула телега.

— Ой, извините, я должна ответить, — сказала она Елене.

“Привет я освободился ты где?” — пришло сообщение от ее единомышленника.

— Привет, я еще в Гнезде, с Еленсергевной чай пьем, — наговорила она голосовое.

“Дождись я скоро” — тут же пришел ответ.

Агрипина сжала смартфон в руке и посмотрела на своего тренера.

— Ох… Случилось. Но нет худа без добра.

Слово за слово, она начала рассказывать. Елена хохотала:

— Что, так и сказала, что купила сыну объектив, чтобы он зарабатывать начал? А он сам значит, не? Ну, да, завидный жених, надо брать… А Борис что? Проводил их? Молодец, наш человек, не растерялся. Да, понятно, мама есть мама… Понятно, что из лучших побуждений. Но без спросу в чужую квартиру людей водить…

Вскоре приехал Борис. Поцеловал Агрипину в щеку, положил на стол “Рафаэлло” для Агрипины и яблоки для Елены Сергеевны. Увесистый пакет с морковью для Васяна и компании поставил на пол.

— Борь, я решилась. Буду коневладельцем, — сообщила ему последние новости Агрипина.

— Молодчина, я в тебе и не сомневался, мой юный спортсмен-любитель, — сказал Борис.

Потом зашел ей за спину, положил руки на плечи и оттуда начал встревоженно подмигивать Елене Сергеевне. Та, улучив момент, пока Агрипина отвлеклась на кота Гришу, жестом показала, что ее рот на замке, и подмигнула в ответ. Борис изобразил, что облегченно выдыхает и, еще немного помассировав плечи Агрипины, уселся рядом пить чай.

Заговорщики, аренда и кот

Елена задумалась, почесывая Гришу за ушами. То, что она приняла за спонтанный порыв, оказалось взвешенным решением ответственного человека. Точнее, двух человек: Борис и сам подумывал о собственной лошади, и Агрипине хотел помочь. Как-то он подошел к Елене и сказал, что оплатит на год вперед постой и расходы на ту лошадь, которую Агрипина захочет купить. “Я бы и с покупкой вопрос решил, но она сама должна выбрать себе партнера, не хочу делать это за ее спиной. Ей в этом плане мамы хватает,” — сказал он тогда. Сейчас, выслушав рассказ Агрипины, Елена понимала, как же он прав. Ну, что ж. Списки необходимого, которые она увидела, показывали серьезность их намерений. Если не этим людям, то кому еще можно доверить лошадей? Молодцы ребята, она им обязательно поможет.