Крепость Призраков

– Вот там они и работали. Камень тесали, а затем с помощью лапарудов доставляли на стройплощадку. И уже там строители сооружали пирамиду. У строителей было своё поселение. Я там тоже жил. Рядом возвели крепость, которая должна была прикрывать наши приготовления от Хаоса. Но, конечно, хтоны не пропустили такой всплеск Порядка… Дело шло к концу эона, и все понимали, что ещё немного, и Упорядоченное сожмётся до нескольких десятков узлов.

– Разве это плохо? – уточнил Игорь. – Мы ведь все из миров Порядка, нет?

– Нет! Что ты! – засмеялся Д’Дорота. – Я родился в Упорядоченном. Нет… Да и все понимают, что новый мир Порядка, будь он даже идеально пригоден для жизни человека – это всё равно скорая смерть. Ни медицины, ни канализации, ни особых возможностей Упорядоченного… Каменное оружие и инструменты, шкуры вместо одежды… Ты сам-то себе такую судьбу хотел бы?

Игорь отрицательно помотал головой.

– Вот и мы не хотели… Подчинялись, строили, защищали, но очень не хотели. Ведь мы жили именно в тех узлах, где собирался возникнуть мир Порядка. Понимаешь? Наши дома, наши вещи, наши родственники, друзья и близкие – всё было именно там. Мы хотели и дальше жить в Упорядоченном!

– Вы восстали… – догадался Игорь.

– Да, мы восстали, – подтвердил Д’Дорота. – Правда, не сразу. Сначала ф’дар приказал сделать спиками всех каменотёсов. Нам говорили, что это на общее благо, и что некогда искать добровольцев. Мы смирились с этим. И каменотёсы-спики воздвигли вторую часть пирамиды. Потом пришёл Великий Змей Хаоса. Его убийство дорого обошлось всем нам… Гарнизон крепости, которую я спроектировал, оказался на больничной койке. Почти половиной состава. И из всех раненых тут же сделали бесплотных.

– Чтобы они сделали третью часть пирамиды… – кивнул Игорь, понимая возмущение жителей узла.

– И они сделали, – кивнул Д’Дорота. – А потом потребовалось напитать силой ядро пирамиды во всех мирах. И ф’дар согнал сюда родственников тех, кто стал спиками и бесплотными. Тогда и вспыхнул бунт… Восстали рабочие, восстали бесплотные, восстал гарнизон… Частично, конечно. Не весь. Осталось немало воинов, верных Порядку.

– Но ведь это прямой путь к Хаосу! – заметил Игорь.

– Среди нас был человек, утверждавший, что это не так уж плохо… – улыбнулся Д’Дорота. – Многие ему верили. А те, кто не верил, просто не хотели всё терять. Несколько бунтов, долгая война… Если тебя интересует, кто победил – никто. Восставшим удалось захватить пирамиду, но все спики были убиты. Меня накрыло смертельным конструктом при решающем штурме. Вылечить от его эффекта никто не мог, и тогда я добровольно стал спикой. Мне нужно было уничтожить знаки Порядка на пирамиде в мире Снов, что я и сделал.

– И на узле в Упорядоченном занимался тем же… – буркнул Игорь.

– Ты же помнишь: я не могу управлять спикой. Он будет выполнять ту задачу, которую ему поставили хозяева. Вот он её и выполняет, несмотря на мои протесты. Пока знаки не были видны, всё было проще. Но как только ты активировал первый пояс, это тело как с цепи сорвалось…

– Я одного не пойму, – Игорь внимательно посмотрел на собеседника. – Зачем ты мне это рассказываешь? Я ведь точно не на твоей стороне. И если смогу – доделаю то, что не доделал ваш ф’дар.

– Какая мне разница? – спокойно спросил Д’Дорота. – Я несколько тысяч лет нахожусь в теле, которое мне почти не подчиняется. При этом всё чувствую: холод, жёсткие камни под боком, боль и раны… Если бы я знал, что этим всё закончится, Игорь, я никогда бы не стал спикой. Лучше уж в Марево.

– Ты хочешь умереть? – спросил Игорь.

– Я уже умираю. Нет… – Д’Дорота неопределённо помахал рукой, как бы подбирая слова. – Я хочу отомстить. Ну и помочь тому, кто оказался в непростой ситуации. К тому же, я ведь никогда не был против Порядка, а ты… Ты пока ещё за Порядок.

– Пока? – уточнил Игорь.

– На узлах ни в чём нельзя быть уверенным до конца! – ответил ему собеседник, и в этот момент сидящее рядом тело спики закачалось и завалилось на бок. А Д’Дорота вздрогнул, как будто его судорогой свело. – Больно… Но ничего, уже совсем чуть-чуть… Слушай внимательно, Игорь. Никому и ничему не верь! Упорядоченное всегда преследует свою главную цель, но в нём нет и никогда не было доброты. Оно – не Бог-Создатель, не Великий Строитель и не добрый волшебник. Страж, которого тебя попросят освободить, тебя же и принесёт в жертву Порядку. А бесплотные – убьют любого, кто потревожит их бесконечное существование… Не верь никому, и делай как…

Фигура рассыпалась пылью в тот самый момент, когда мир Снов мигнул. И Игорь снова оказался в пещере. Он стоял на одном колене перед телом спики, а сзади перешёптывались его спутники. Заметив возвращение мужа в обычное состояние, Алиса подошла к нему.

– Всё в порядке, милый? – спросила она.

– Да… Относительно, – признался Игорь. – Главное, что я живой. А что узнал, я вам потом расскажу.

– А этот? – Алиса указала на тело спики, а потом сама же догадалась. – Умер?..

– Да, оказался слишком стар. И слишком слаб для раны от стрелы Мафила, – подтвердил Игорь. – Ну что, пойдём домой? Или попробуем найти первый склад с инструментами?

Глава 5. Очень длинный день

Всё было размытым, странным, жутким: и плывущие клочья тумана, так похожего на хаотический, и бескрайнее серое небо, нагонявшее лёгкую тоску. Здесь невозможно было радоваться чему-то. Правда, и грустить не слишком-то получалось. Это место, если можно так назвать странное пространство вокруг, было какое-то «ни то, ни сё».

Рука, которая должна была быть ещё крепкой, но уже довольно старой, выглядела рукой взрослого – в той же мере, как и рукой ребёнка. Волосы на голове стали ни длинными, ни короткими, как и борода с усами. И, главное, ладно бы волосы были седыми: нет, они оказались какими-то тоскливо-серыми.

Справа вздымалась не слишком отвесная скала. Слева – не слишком крутой обрыв. На скалу можно было подняться, не сильно напрягая силы, а вниз можно было скатиться, не слишком рискуя.

Время здесь текло не медленно и не быстро. Его почти и невозможно было заметить – и, тем не менее, оно отлично ощущалось. Это был мир ожидания без ожидания, нескучной скуки, недолгой бесконечности… Это было место парадоксов, где за не слишком большой шаг можно было преодолеть не слишком много метров…

Здесь можно было бы жить, но не слишком хорошо. И поэтому тут не жили. Ведь как можно жить, когда не помнишь, кто ты и как ты сюда попал, но знаешь только, зачем ты здесь? Вот и мужчина, стоящий между обрывом и пропастью, знал: он здесь, чтобы уйти. Как бы это парадоксально ни звучало.

Его путь лежал вперёд на многие эоны, на многие миллионы шагов. И каждый такой шаг знаменовался не слишком интересным, но и не слишком скучным вопросом:

– Всё ли вас устраивает в вашем текущем положении?

– Оно не самое плохое, что могло со мной случиться. Но и не самое хорошее, – признался в ответ мужчина.

И сделал следующий шаг.

– Ваш ответ принят! – сообщили ему, пока он делал этот шаг.

Что значит «ответ принят»? И может ли ответ быть непринятым? Эти вопросы не слишком волновали его. Ведь главным был только путь вперёд, всё дальше и дальше… Среди размытых пейзажей, среди клочков тумана, от вопроса до вопроса…

– Всё ли вас устраивало в вашей жизни? – не отставали от мужчины.

Он попытался вспомнить, но понял, что толком ничего и не помнит. Правда, надо было что-то отвечать, чтобы сделать следующий шаг. И поэтому он ответил первое, что в голову пришло:

– Жизнь как жизнь… Без перегибов.

– Вам не вспоминается ничего выдающегося? – снова наседали на него вопросы.

– Нет… Если честно, то – нет… – признался он, сделав ещё один шаг.

На этот раз перед его взором открылась равнина: не слишком ровная, но и не холмистая. Ему даже показалось, что он видит таких же, как он, не слишком примечательных, но и не особо однотипных людей. Их фигуры незначительно плыли вперёд, вместе с таким же плывущим воздухом.

Но это всё было не слишком важно… Вопрос за вопросом, он двигался вперёд – на выход. И даже был не слишком уверен, что вопросы иногда не повторяются. Какие-то вопросы даже вызывали у него интерес. Впрочем, не слишком большой. Какие-то – только лёгкое недоумение.

Правда, иногда очередной вопрос что-то в нём задевал: заставлял пытаться вспомнить, осознать что-то… Возможно, даже что-то важное… И тогда он, морщась от не особо большого напряжения, старался дать не слишком необычный ответ. Словно бы это могло передвинуть его сразу на два шага вперёд. Но в остальном всё было «ровно» и «не слишком».

Ровно до того момента, пока ему не сообщили перед тем, как задать вопрос:

– Поступил неоднократный запрос на ваше возвращение! Вы согласны вернуться?

Вернуться? Он не знал, каково это – вернуться. И, главное, не помнил, куда ему надо вернуться. Вот только этот вопрос что-то так сильно в нём всколыхнул, что не привыкший к такому окружающий мир даже задрожал от нахлынувших эмоций.

– Да я, Хаос тебя разорви, охренеть как хочу вернуться!.. – неожиданно заявил мужчина, а потом уже не слишком неожиданно спросил: – А куда?

Голос не ответил. Точнее, ответил, но не сразу. Хоть и не слишком тянул с ответом.

Сначала прямо посреди не слишком ровной дороги, больше напоминавшей бездорожье, начала расти арка – то ли маленьких врат, то ли больших дверей. А потом, наконец, прозвучал то ли ответ, то ли напутствие:

– Эрин сын Ванна, вас возвращают в Упорядоченное! Получено задание: срочно найти Игоря сына Алексея и помочь ему с его семьёй на узле Священной Пирамиды! Подробности задания вы можете найти в личном кабинете. Ваш биологический возраст, параметры, навыки, умения и свойства восстановлены. Подъёмная системная монета выдана. Награда за выполнение – сохранение всех текущих статусов, биологического возраста и приобретений, полученных в ходе выполнения задания. Штраф за провал задания – возвращение в Марево!

Не успел мужчина ничего ответить, как его с силой затянуло потоком воздуха в открывавшиеся врата…

– А-а-а-а-а-а!.. – крик был ещё далёким, но уже чем-то напрягал Перуо, стоящего на крыльце своего магазина.

Когда-то Перуо мечтал открыть большой магазин, где закупались бы герои и искатели приключений со всего Упорядоченного. Этот магазин обязательно должен был быть на окраине большого города, на каком-нибудь тёплом осколке.

К своей цели он шёл восемь десятков лет. И вот уже десять лет содержал магазин мечты, еле-еле сводя концы с концами. Сколько раз он спрашивал себя: почему магазин не пользуется популярностью? Ведь сколько отчаянных людей бродит по просторам Упорядоченного в поисках приключений и славы…

Однако к нему в магазин заходили, в основном, лишь местные охотники. И ещё наёмники. А вот ни искателей приключений, ни нормальных героев не наблюдалось… И это вызывало у Перуо искреннее недоумение.

Сколько раз он сам заходил в такие магазины в поисках нужных товаров – и не находил их? Сколько раз он сам искал то, что ему необходимо, по маленьким лавкам и запасам бродячих торговцев? И не счесть, и не упомнить…

– А-а-а-а-а-а-а-а-а-а! – крик определённо стал громче, и Перуо начал крутить головой в поисках источника шума.

И, тем не менее, вокруг не наблюдалось никого, кто мог бы приближаться и орать. Только на другой стороне улицы стоял парень в лёгких штанах и рубашке, с интересом запрокинув голову в небо.

– А-а-а-а-а-а-а!

Мог ли он орать? Перуо был уверен: если, конечно, парень не умеет орать задницей, то – нет.

– А-А-А-А-А!

Крыльцо содрогнулось от удара, а крыша угрожающе затрещала. А сверху, прямо над застывшим в изумлении Перуо, раздался сдавленный стон… И какой-то шорох…

А затем на землю перед крыльцом свалилось тело в тёплой меховой одежде, с всклокоченными седыми волосами и подтёками крови в районе груди.

– Проклятье! – сообщило тело. – Это вот так, оказывается, происходит, да?

– Вы кто такой? – возмутился Перуо, нахмурив брови.

Он спустился со ступенек крыльца и воззрился на крышу, пытаясь оценить повреждения, нанесённые упавшим с неба незнакомцем.

– Шикарно летел, папаша! – заявил молодой парень, которого Перуо заметил чуть раньше. – Но над приземлением надо было поработать!

– Поработать? – тело на земле, как раз пытающееся собрать воедино руки-ноги, на миг замерло.

– Ага… Надо поработать! – кивнул парень и подмигнул этому типу, свалившемуся на злосчастный магазин Перуо откуда-то с небес. – Да, классная шуба, но немного не по погоде. И постирать бы…

– Постирать? – переспросил незнакомец, оглядывая себя. – Да, тут вы правы…

– Ага, я такой! – согласился парень.

И, как ни в чём не бывало (а чего, в самом деле, в Упорядоченном не бывало?), отправился дальше по своим делам.

– Вы кто такой?! – возмущённо повторил свой вопрос Перуо, готовый, не дожидаясь стражи, отметелить пришельца. И заодно содрать с него за ремонт крыши.

– А? – незнакомец, который, наконец, сумел подняться на ноги, посмотрел на Перуо. И вдруг совершенно спокойно проговорил: – Позвольте представиться, уважаемый соро! Эрин сын Ванна! Я же нахожусь на узле Содружества Мерио?

– Да… На узле… Вы мне крышу сломали! – Перуо, полный негодования и возмущения, указал на крыльцо.

Хотя, конечно же, его немного сбил с толку вежливый ответ незнакомца. И такой же вежливый вопрос насчёт местонахождения.

– Крышу? – переспросил Эрин сын Ванна, посмотрев на крыльцо.

– Да! Крышу над крыльцом моего магазина «Товары для искателей приключений»! Вы что, не видите? – Перуо снова сердито указал на свой магазин.

На минуту Эрин задумался… А потом слегка позеленел, шлёпнувшись на колени, и его обильно вырвало прямо на камни мостовой. Конечно, тут-то Перуо следовало бы совсем озвереть, но он только грустно вздохнул, а злость у него куда-то улетучилась.

– Послушайте, уважаемый сын Ванна, – проговорил несчастный владелец магазина. – Моё заведение, может, и не самое популярное в Упорядоченном… И я даже готов принять тот факт, что вы совершенно случайно на него свалились откуда-то сверху!.. И всё же не надо так выражать своё отношение к моему захудалому бизнесу… Обидно, между прочим!..

– Кха! – сообщил в ответ Эрин, выпрямляясь. – Кха!

– Что? – переспросил Перуо, глядя на пришельца, свалившегося с небес и заблевавшего всю мостовую.

А тот вдруг подставил сложенные ладони к лицу. И что-то в них выплюнул.

– Как вас зовут? – хрипло спросил он, взглянув на Перуо.

– Перуо, сын Агафа, – учтиво представился вконец растерявшийся продавец.

– Сегодня твой день, Перуо! – сообщил Эрин, вытягивая вперёд руку, на которой, измазанный рвотой и слюнями, блестел снежно-белый кругляш. – Мне нужно снаряжение, одежда, карты, расписание караванов и новости из объединения Фиргало. Особенно те, которые касаются осколка Лёдное… А если ко всему этому приложится парикмахер, запас провизии и просто вкусная еда, то сдачи не надо!

Перуо, ещё не веря своим глазам, протянул руку к белому кругляшу. И осторожно взял его, тщательно осматривая со всех сторон.

Ошибки быть не могло. Это оказалась самая настоящая, воплощённая в реальности, системная монета. Надо было только проверить её на гибкость и упругость. И если первое легко совершалось пальцами…

Впрочем, Перуо не стал сильно брезговать: протёр монету и проверил её на зуб. Нет! Это определённо был невероятный и неповторимый Снег Упорядоченного: внесистемный и, в принципе, неуничтожимый. А значит, и монета была определённо настоящей.

К тому же, Эрин сын Ванна наблюдал за его манипуляциями совершенно спокойно. И такое его поведение как бы подсказывало: он полностью уверен в той валюте, которую предлагает торговцу.

И всё же Перуо на миг засомневался: а стоит ли игра свеч? А потом обернулся, взглянув на свой захудалый магазинчик… И решительно спрятал монету в скрытое хранилище.

– Всё самое лучшее, соро Эрин! Снаряжение, оружие, карты и припасы. И, само собой, парикмахер и еда за счёт заведения! – улыбнулся Перуо своей самой доброжелательной улыбкой. – Вы не пожалеете! С возвращением из Марева! И добро пожаловать в Упорядоченное!

Осколок Туон был дырой. Правда, дырой более или менее обжитой. Моложе него в объединении Фиргало было только Лёдное, но совсем недавно оно пало жертвой вторжения Хаоса. Правда, в кабаке, где, натянув на лицо капюшон, рыцарь Мих пытался напиться, об этом никто ещё не знал…

Конечно, прибытие горстки людей не осталось незамеченным в Туоне. Однако пока ещё власть Миха худо-бедно затыкала рты бывшим обитателям Лёдного. Впрочем, очень скоро они и сами поймут, что обратного пути уже не будет. Поймут – и сдадут властям своего неудачливого правителя…

И вот тогда… Что будет тогда, рыцарь Мих и думать не хотел. Это был позор, катастрофа и серьёзная угроза его жизни – причём в одном флаконе. Он прекрасно понимал, что подобный провал ему никогда не простят. И дело было даже не в том, что его накрыло ужасающим штрафом от Упорядоченного…

Ни в Фиргало, ни в окрестных объединениях ему теперь было нечего делать. Дурная слава о неудачливом рыцаре разойдётся, как лесной пожар во время засухи. И тогда плакали планы и мечты о безбедном будущем…

А Миша очень хотел безбедное будущее. Он родился на излёте СССР, в обычной советской семье рабочего и учительницы. До восьмого класса вокруг ещё сохранялось подобие порядка. А потом рухнул Советский Союз. Вслед за ним обрушилась экономика, а затем – и благосостояние обычной ячейки общества, в которой несчастного Мишу угораздило родиться.