Иду за тобой

Олстаг встал и поклонился, старательно копируя церемониальный альфинеанский поклон.

– Иди уже, – засмеялась Мэгги, – и постарайся объяснить то, что понял, всем остальным. Не давите на девочку, выбор все равно останется за ней!

* * *

Когда пугающе огромный синекожий хвостатый мужик ушел, Лена наконец добралась до подарков, которые ей от имени всей команды передала Мэгги. Бумага разной плотности и фактуры, уголь, тушь, краски для рисования пальцами, карандаши, непривычные ручки – все манило, все просилось в руки. Конечно, обозначения были незнакомые, но художник, как говаривал папа, и в Африке художник. Или в космосе…

Смахнув набежавшую слезинку, Лена взялась за кусочек угля. Где-то тут был кусочек желтоватой, «состаренной» бумаги и большая мягкая кисть для тонировки…

Через час девушка оторвалась от своего рисунка, всмотрелась и вздрогнула. Она нарисовала старинное зарешеченное окно. Кусок каменной кладки, поникшие растения и узкие шестигранные стекла в тяжелом свинцовом переплете.

Отложив рисунок, Лена размяла спину, попила воды и снова взялась за инструменты, решив перейти на более позитивную акварель. Наверное, ей поделился Ко-ши, потому что кроме традиционных нежных цветов в коробке нашлось серебро, золото и очень большая ванночка с киноварью. Подумав, девушка выбрала шероховатую «акварельную» бумагу, чтобы нарисовать пейзаж с ивами в японском стиле. Резкие удары кистью, черные и серые тени, плюс алое заходящее солнце. Выводя тончайшей кистью иероглифы, Лена подумала о том, что такой пейзаж не повесит в своей комнате ни один нормальный человек. Разве что в офисе – пугать конкурентов!

Со вздохом отложив все, девушка взглянула на запищавший браслет – пора в адаптор! Она вышла в коридор и ничуть не удивилась тому, что у двери подпирал стену синекожий.

– Эгги, – хрипловато сказал он, облизнув губы, – вы позволите мне проводить вас до медкабинета?

Лена замерла. Ей обещали, что ее не тронут, но как же трудно встретиться лицом к лицу с тем, кого она просто выгнала из каюты! Однако мужчина не проявлял агрессии. Просто смотрел тяжелым взглядом полночно-синих глаз и ждал. У этого ожидания был вкус. Иной. Не тот, что утром. Тогда мужчина казался сначала раздраженным, потом изумленным и озадаченным. А уж когда она отказалась доедать свой завтрак, в нем чувствовался гнев. Но сейчас это было как предложение перемирия. И прямой взгляд, и протянутая рука…

Лена не любила бояться. Однажды она шагнула в бассейн с вышки просто потому, что отчаянно боялась высоты и воды. Даже плавать не умела! Нахлебалась, конечно, зато потом легко научилась и плавать, и красиво прыгать. Так, может, и сейчас стоит… прыгнуть?

Она приняла руку синекожего и молча двинулась рядом с ним по коридору. Им не сразу удалось синхронизировать шаги, но оба старались, сдерживая раздражение. Когда это получилось, мужчина глубоко вздохнул и напомнил:

– Меня зовут Олстаг. Я… неправильно повел себя утром. Прошу простить.

Лена покосилась на гору мышц и медленно кивнула:

– Возможно, я была слишком резка. Прошу прощения.

Мужчина повеселел и хотел сказать что-то еще, но тут они пришли, и девушка, не задерживаясь, скользнула за перегородку. Ей требовалась передышка. Слишком много мужчин. Слишком много характеров и привычек. Адаптор внезапно стал островком тишины и уединения!

Мэгги понимающе улыбнулась и распахнула крышку:

– Сегодня тебе придется полежать здесь два часа, диагност показывает необходимость релаксации.

Лена улыбнулась и с долей облегчения забралась внутрь. Да, ей нужен отдых от… всех этих мужчин, глядящих на нее с непонятной ей жадностью.

Глава 15

Элурэн снова и снова рассматривал фотографии, найденные искином, пытаясь понять, что же его насторожило в них. Тут пискнул сигнал на двери. Капитан взглянул на экран и нажал кнопку, давая разрешение войти. Талан вошел в каюту и коротко поклонился:

– Сир! – потом увидел, чем занимался «старший брат», и его лицо приняло очень интересное выражение. – Ищешь несоответствия?

– Ищу, но не могу понять, что меня здесь царапает, – признался Элурэн.

Старший помощник задумался, глядя на фотографии, а потом распустил одну косу. Постоял, ловя неведомые другим потоки, и наконец ткнул пальцем в угол изображения:

– Вот здесь. Цвет не соответствует. Попроси искин увеличить.

По команде капитана непонятное темное пятно под мышкой у лежащей на кафеле девушки обрело размер и четкость.

– Боги космоса! – выдохнул Талан.

Элурэн же сглотнул, не в силах оторвать взгляд. Рядом с жестоко убитой женщиной валялся крохотный детский ботиночек, полностью залитый ее кровью.

– Ребенок? У жертвы был ребенок? Куда же он делся? И почему Лена заняла место этой женщины на эмигрантском корабле? – капитан потер занывший висок. – Боюсь, пока мы на струне, ничего больше мы не узнаем. Придется подавать заявление в космическую полицию…

– Сначала нужно все же расспросить эгги, – напомнил Талан, – но Мэгги ругается и требует не торопить девушку. Я видел в коридоре Олстага, как-то он странно выглядел.

– Да, сегодня его очередь, – чуть рассеянно отозвался Элурэн, давая искину команду показать, как прошло свидание синекожего десантника и Лены.

Оба «брата» уставились на экран, разглядывая кадры, подобранные искусственным интеллектом «Парящей стрекозы». Вот гигант идет по коридору с подносом в руках. Вот заходит в каюту, вот выходит обратно с недовольным лицом, натыкается на Мэгги и уходит с ней в защищенную от просмотра комнату релаксации. А выходит оттуда с очень интересным и задумчивым видом. Досмотрев провожание эгги до капсулы адаптора, мужчины, не сговариваясь, отправились на поиски Олстага. Интересно, что же сказала ему Мэгги, и почему Лена сменила гнев на милость?

Поговорив с десантником, Элурэн не выдержал – заглянул в каюту эгги, когда девушки там не было. Это, конечно, не самый правильный поступок, но ему хотелось увидеть ее рисунки. Искин же упорно не давал подробных кадров, ограничиваясь нарезкой из моментов, где Лена брала или, наоборот, отбрасывала кусочек угля, задумчиво закусывала губу или нетерпеливо отбрасывала мешающие волосы от лица.

Решившись увидеть все своими глазами, капитан практически крался, а потом остановился, словно налетел на каменную стену. Решетки. В обитаемом космосе давно не было примитивных тюрем с решетками на окнах – из заменяли силовые пузыри и блоки космических станций, но символ – символ остался. Лена чувствует себя в их доме, как в тюрьме?

Следующий рисунок был испорчен – зачеркнут. Элурэн всмотрелся в изломы линий и содрогнулся от омерзения. Под жирными плотными штрихами прятался тот тип, который продал ему эгги. Зачем девушка его нарисовала? Она все еще боится попасть в клетку? Или на торги? Ее рана глубже, чем он думал, глядя на ее нежную кожу и золотые локоны? Мэгги! Ему нужна Мэгги! Альфинеанка умела показать и объяснить практически все!

Капитан спешно вышел из каюты невесты и рванул по коридору в медотсек. Навстречу ему вышла Лена. Теплая, немного сонная. Она терла глаза и говорила идущей ей вслед медичке:

– Кажется, релаксация была лишней, я просто уснула!

– Ничуть не лишней, – возражала альфинеанка, взмахивая тонкими длинными пальцами, – просто ты плохо спала ночью! Мой диагност не ошибается!

– Да, наверное, – потупилась девушка и призналась шепотом: – Мне снова снилась клетка!

– Капитан! – Мэгги сделала вид, что только что заметила Элурэна. – Проводите Лену до каюты? Адаптор включил программу релаксации, но боюсь, глубокий сон сказался на координации!

– С удовольствием! – Элурэн не собирался упускать ни минуты общения с невестой. – Эгги, вы позволите вас проводить?

Лена еще раз зевнула, смутилась и все же оперлась на подставленную руку.

– А почему ваши глаза потемнели? Они стали совсем синими! – вдруг удивленно сказала она, стоило им сделать несколько шагов.

– Это особенность моей расы, – терпеливо пояснил мужчина, останавливаясь в коридоре. Ее взгляд разжигал в нем пламя, а звук голоса заставлял сердце биться быстрее. Если девушке хочется смотреть в его глаза, он готов стоять тут вечность!

– Я смотрела фильмы, посвященные вашим планетам и расам, – Лена потупилась. Ей казалось, интерес к этим мужчинам может спровоцировать их… на что-то.

– К сожалению, в один короткий фильм невозможно уместить все особенности физиологии, природы или климата, – Элурэн позволил себе легкую улыбку. Эгги была такой…

– Я понимаю, – торопливо закивала Лена и, словно что-то вспомнив, заспешила в каюту. С координацией действительно были проблемы, так что она дернулась слишком сильно и практически влетела головой в переборку. Капитан успел ее поймать, прижать к себе, а потом долгую секунду наслаждался ее запахом, ощущениями ее тепла и бешеным стуком сердца… Бешеным? Ей страшно?

Не успевшая уйти Мэгги подлетела к землянке и вколола ей что-то из шприца-тюбика:

– Дыши! Все хорошо, все в порядке! Тебя никто не обидит. Ты просто чуть не упала, и сир поймал тебя. Давай-ка присядем!

Медичка без затей усадила Лену прямо на пол, благо коридор к медкабинету роботы мыли дважды в день. Элурэн без промедления опустился рядом, подпирая невесту и тревожно глядя на альфинеанку. Та споро защелкала настройками диагностического браслета, а потом фыркнула:

– Тьфу ты! Все понятно! Забыла!

– Да в чем дело? – не выдержал капитан.

– Адаптор начал восстановление женского цикла, – отмахнулась от него Мэгги, – так, сир, несите девочку в каюту, ей надо поспать. Я распоряжусь насчет обеда. Придется слегка модифицировать рацион!

Из всего сказанного Элурэн понял только про каюту и сон. Поднявшись с пола, он подхватил эгги на руки и, задыхаясь от нежности, медленным шагом двинулся к нужному коридору. Она молча прижалась к нему, впервые ища защиты. Пусть не от врага или опасности – всего лишь от собственной слабости, но капитан был горд тем, что очутился рядом и сумел помочь.

Между тем Мэгги обогнала их и быстро сменила постельное белье на новое – лиловое, с запахом лаванды. При этом все рисунки и рисовальные принадлежности альфинеанка аккуратно сложила на столик и укатила его в дальний угол:

– Спать, – строгим тоном сказала она, делая Лене еще один укол.

Девушка поморщилась:

– Это в адапторе хорошо спать, – призналась она, – а здесь… мне кошмары снятся.

– С кошмарами я смогу помочь позже, – вздохнула Мэгги, – когда со всеми уже познакомишься. А пока… Ну, пусть Элурэн с тобой посидит. Пока «Стрекоза» на струне, ему необязательно быть в рубке. Будет твои страхи отгонять!

Лена недоверчиво покачала головой:

– У… Элурэна наверняка множество своих дел!

Услышав свое имя из ее уст, капитан с трудом сохранил ровное дыхание. Зато его сердце стучало как бешеное! Мэгги сразу услышала это и хмуро взглянула на «брата», одними губами пообещав вколоть ему блокатор, если не успокоится. Блокатор Элурэн точно не хотел! Не сейчас! Иногда эта ядреная химия помогала забыть о напряжении в чреслах, но сейчас она убьет весь вкус этих коротких мгновений рядом с эгги.

– Полчаса, – предложила медичка, надевая на руку Лены медбраслет. – Не сумеешь уснуть – капитан уйдет, а если уснешь, проследит, чтобы ты не боялась во сне!

– Но это же невозможно! – удивилась эгги.

– Наш Элурэн… в общем, он сможет! – заверила ее альфинеанка и поторопила: – Ложись! Лекарства уже действуют, но мне не нравится твое волнение!

Лена поколебалась, потом ушла в ванную и вскоре вышла оттуда в смешных желтых штанишках и белой маечке. У Элурэна ком встал в горле, когда он понял, что под этой тонкой одеждой на эгги ничего больше нет.

Девушка споро забралась на свежие простыни и накинула одеяло почти на голову. Мэгги поправила подушку, еще раз проверила показатели медбраслета и ушла, притушив свет и бросив на прощание:

– Полчаса!

Элурэн замер изваянием возле постели. Это была почти пытка – находиться рядом, видеть ее, вдыхать запах, наблюдать за тем, как дрожат ресницы. О, сейчас придет Мэгги и устроит ему головомойку! Лене нужно уснуть!

Сосредоточившись, капитан «Парящей стрекозы» медленно запел колыбельную. Молча. Специалисты называли ритуальные песни его планеты пси-воздействием. Неспециалисты – магией. Для Элурэна было важно сейчас лишь то, что девушка быстро погружалась в сон, позабыв о страхах и кошмарах. Вот расслабилось лицо, смягчились губы, веки, вот она чуть шевельнулась во сне, устраиваясь удобнее, и сон окончательно опустил свои крылья, даруя покой.

Мужчина любовался спящей девушкой, но не забывал напевать. Через полчаса, как и обещала, в каюту заглянула Мэгги:

– Все, сир, можете идти, – сказала она, закрепляя в изголовье кровати гипноизлучатель.

– А почему ты сразу не предложила его? – удивился Элурэн, кивнув на милую подвеску, в которой прятался механизм.

– Вам же хотелось побыть с невестой? – вопросом на вопрос ответила медичка.

Эл смутился, благодарно кивнул и вышел. Кажется, настало время приглашать эгги к общему столу.

Глава 16

Подготовка к первому совместному обеду заняла почти три часа. За это время Лена успела выспаться и узнала о приглашении от вездесущей альфинеанки. Та появилась в каюте, отключила гипноизлучатель и вручила растерянной девушке милое платье в многослойном альфинеанском стиле:

– Держи! У тебя полчаса, чтобы привести себя в порядок и переодеться.

– Что такое? Мы прилетели на станцию?

– Нет, просто сегодня у тебя начинается терапия. И первый шаг – обед со всем в кают-компании.

– Я не могу! Я не готова! – Лене пришлось ухватиться за столик, чтобы не упасть.

– Ну и кто из моих братьев так тебя пугает? – скептически поинтересовалась Мэгги. – Талан?

– Нет, – мотнула головой девушка.

– Ко-ши? Элурэн? Олстаг? Байрит? А может, Илай или Лирам?

И Лена каждый раз отрицательно качала головой.

– Значит, к каждому в отдельности претензий нет, так почему они пугают тебя все вместе?

Землянка неуверенно дернула плечом, не желая делиться своими страхами.

– Послушай, – Мэгги грациозно присела на краешек кресла и вздохнула, – мои братья никогда не принудят женщину. Им незачем это делать. Любая красавица их планет будет счастлива разделить жизнь и постель с каждым из них.

В ответ Лена сдержанно хмыкнула. Страх отступил, голова заработала, и она поняла, что медичка тоже из этой странной «семьи» и будет всеми силами поддерживать «братьев».

– Я понимаю, – мягко сказала альфинеанка, – девять таких разных существ – это непросто. Даже на одном корабле, не то что в постели. Проблема лишь в том, что их можно взять только всех вместе. Никак иначе.

– Я могу и отказаться от всех, – независимо пожала плечами Лена, краем глаза ловя реакцию Мэгги.

– Можешь, – к ее удивлению, подтвердила медичка. – И я даже могу тебе сказать, что искин немедля начнет поиск другой подходящей для парней девушки. Только что тогда будет с тобой?

Лена молчала, разглядывая ворс коврового покрытия.

– Элурэн тебя купил. Единственный твой законный документ – купчая. По ней ты можешь подать прошение об эмиграции, но для этого требуется согласие капитана. А капитан не примет такого решения без команды. Ты можешь уговорить каждого и уйти. Остаться одной в чужом мире, рваться на родную планету, не имея денег, связей и даже возможности выжить. Дело твое. Если ты захочешь, я даже поддержу твой выбор…

Лена затаила дыхание. Ей показалось, что волосы на голове стали дыбом.

– Но может быть, узнав моих братьев поближе, ты осмелишься попробовать стать частью их жизни? Впустить их в свой мир?

– Я… не уверена, что нужна всем этим достойным мужчинам, – дрожащим голосом ответила Лена.

Ей было страшно. Очень страшно. Те страхи, что она старательно усыпляла последние десять дней, вдруг подняли головы, пугая своей откровенностью и остротой.

– Твои губы говорят одно, а страх – другое. Я понимаю. И все же, – голос альфинеанки стал мягче, – у тебя есть еще пять десятков дней, чтобы принять решение. Ты можешь и дальше прятаться в каюте. А можешь выйти и увидеть их всех.

Девушка стиснула зубы и попросила: