Помоги проекту - поделись книгой:
Муж напрокат. Бонус
Глава 23
Я откинула голову, прислонившись затылком к мокрому кафелю, пока горячие губы Колина спускались по моей скуле, шее, вниз к груди, к твердым соскам. Дрожь по всему телу и мурашки явно свидетельствовали о том, что я сходила с ума от этих прикосновений, и Колин об этом знал. Я должна была остановить его, но не могла, поэтому малодушно отбросила в сторону ненужные мысли и громко простонала, как только его зубы сомкнулись на соске и легонько его потянули.
― Господи, как же я давно хотел услышать этот звук, ― пробормотал Колин перед тем, как втянуть сосок в рот.
― О, боже, ― выдохнула я, выгибая спину и подставляя свою грудь под требовательные губы и язык.
Я схватила Колина за волосы и слегка потянула, а потом прижала крепче к себе. Тело омывала горячая волна, между ног пульсировало, разрядка мне нужна была больше следующего вдоха. Колин терся о мою промежность каменным членом, распаляя все сильнее и сильнее. Окружающий мир закрутился и исчез, когда Колин поставил меня на ноги, широко их развел и опустился на колени. Он провел губами по внутренней стороне бедра, плавно прокладывая дорожку из поцелуев выше к средоточию моей потребности. Как только его язык обрисовал первый круг между складочками, из меня вырвался очередной стон. Мне нравилось, что он не спешил, но я ожидала от него совсем другого. Много раз, лаская себя в постели, я представляла себе, что он схватит меня за волосы и будет нещадно вколачиваться, пока я буду кричать до хрипа. Но он медлил, и это было по-своему прекрасно, и все же… недостаточно для меня. Я была слишком возбуждена, чтобы придерживаться сейчас медленного ритма. Слишом изголодалась по нему, до невозможности, до отчаяния.
― Колин, пожалуйста, ― простонала я.
― Что? ― спросил он, поднимая голову и глядя на меня. ― Чего ты хочешь?
― Тебя. Пожалуйста.
― Я есть у тебя, Лана. Я весь твой, ― он выпрямился, сделал небольшой шаг назад и развел руки в стороны. ― Весь твой, бери.
Я бросилась к нему и впилась в губы жадным поцелуем. Мы кусали друг друга, сминали губы, наши языки танцевали во ртах друг друга так неистово, как будто мы сейчас поглотим их.
― Боже, пожалуйста, ― лихорадочно шептала я между поцелуями и когда он покусывал мою шею. ― Колин, пожалуйста.
Он запустил руку в мои влажные волосы, сжал их в кулак и слегка потянул назад, заглядывая мне в глаза.
― Ты так хорошо просишь, что я не могу отказать тебе.
Он резко развернул меня и слегка толкнул вперед так, что мне пришлось упереться ладонями в кафель и прижать к нему горящую щеку. Как только я прогнула спину и подняла попку повыше, по ней тут же прилетел увесистый шлепок, заставив меня вздрогнуть. Вот этого я ждала. Вот такого напора и страсти, жадности в его действиях. В следующую секунду я почувствовала, как крупная головка пристроилась к моему входу. Колин схватил меня за бедра и медленно вошел до упора. Я застонала громче.
― Вот так?
― Еще, ― попросила я.
― Как твоя нога?
― К черту ногу, Колин! Еще!
Он вышел и снова медленно погрузился в меня, а я уже царапала кафель ногтями от невыносимости ощущений. Мне хотелось больше, сильнее, грубее. Я была слишком голодна. Снова вышел и медленно вошел, и еще раз, и еще.
― Боже, Колин, пожалуйста, быстрее.
Он крепче схватился за мои бедра, снова шлепнул по попке и замер.
― Покажи, как ты хочешь. Двигайся, Лана, ― его голос был хриплым, я слышала его сбившееся дыхание.
И я начала двигаться. Сначала медленно насаживалась на него, привыкая, пытаясь пристроить больную ногу так, чтобы испытывать наименьший дискомфорт, а потом ускорилась, и через пару мгновений мои бедра встречали его с громкими шлепками, которые перекрывали только мои стоны. Я вошла в раж, не могла уже остановиться, чувствовала, как внутри меня зарождается горячая волна, из-за которой покалывало кожу головы, а лицо и шея горели огнем. Внутри меня пульсировало желание, жажда, которые мне нужно было утолить. Я нуждалась в этом так сильно, что растеряла всякое здравомыслие. Быстрее и быстрее к заветной цели, подгоняемая редкими шлепками по ягодицам, негромкими стонами Колина и его подбадриванием.
― Вот так, жадная девочка. Давай, еще. Умница, еще, Лана, ― рычал он, и я чувствовала, как он становится еще тверже во мне, если такое вообще было возможно.
Перед самым оргазмом он схватил меня одной рукой за плечо, а второй впился в бедро и сам начал двигаться. Так, как я хотела, как представляла себе. Жестко и быстро, до упора, с жадностью вбирая каждую каплю моего удовольствия. Шлепки плоти о плоть заглушались стонами. Мои ноги начали дрожать, когда горячий ком удовольствия достиг своей цели, и я с криком взорвалась, а мир вокруг померк. Остались только пульсирующее наслаждение и ласковые объятия, поцелуй между лопаток и горячее дыхание на моей коже.
Колин дождался, когда я приду в себя, а потом развернул меня к себе лицом и медленно, нежно поцеловал.
― Продолжим в спальне, ― прошептал он в мои губы, подхватил меня на руки и вынес из ванной.
― Даже не вытремся? ― спросила я, хихикая.
― Бессмысленно, мы вспотеем через пять минут.
― О, так уверен в себе?
― Хочешь поспорить?
― Хочу проверить, ― прошептала я, облизывая его шею.
Колин бросил меня на кровать, и я снова хихикнула, когда матрас спружинил, и я подскочил пару раз. А потом меня накрыло мощное тело, и мне уже было не до смеха.
― Ты искушение, Лана, ― произнес Колин, целуя мою шею. ― Я хотел сделать все медленно, прочувствовать момент, а ты все испортила.
― Я могу как-то загладить свою вину? ― промурлыкала я, поворачивая голову и давая ему легкий доступ к моей коже.
― Можешь. Скажи, что ты чиста и на таблетках, ― он поднял голову и посмотрел мне в глаза.
― Чиста и на таблетках, — кивнула я.
― Слава Богу, ― выдохнул он.
― Потому что у тебя нет презервативов?
― Потому что у меня нет желания ими пользоваться с тобой.
― А… ― я открыла рот, чтобы спросить, пользуется ли он ими с Карен, потому что ее положение говорило об обратном, но промолчала.
― Я чист, ― коротко ответил он разом на все мои вопросы. Во всяком случае, на этом я успокоилась и развела ноги, приглашая его к продолжению.
В этот раз мне не пришлось его просить. Колин вошел в меня одним резким толчком, а я выгнулась дугой и простонала его имя. Он подхватил меня под попку и, спрятав лицо в изгибе моей шеи, вдалбливался в меня так, как будто завтра никогда не наступит. Второй оргазм наступил так быстро и стремительно, что я даже не успела среагировать. Все тело задеревенело, а рот открылся в немом крике. Я впилась ногтями в спину Колина и уплыла в удовольствие, сгорая от него до тла. Колин встал на колени, закинул мои ноги к себе на плечи, крепко прижав их к своему торсу, и продолжил трахать меня, сжимая мои колени. Периодически он опускал взгляд на соединение наших тел, после чего поднимал голову вверх и прикрывал глаза, шумно выдыхая. Это было потрясающее зрелище. Такой сильный, мощный, крепкий, сплошь состоящий из мышц. И весь мой. Пускай на мгновение, на одну ночь, но все же мой.
Он ускорился, и я поняла, что теперь Колин гнался за собственным удовольствием. Он просунул одну руку между моих ног и потер клитор большим пальцем. Я снова начала дрожать, неконтролируемо сжимая его внутренними мышцами.
― Вот так, Лана, еще разок, ― хрипло прошептал он, а потом резко поднял голову и посмотрел мне прямо в глаза.
Это стало последней каплей, и я взорвалась, отдаваясь жару, который поглощал все мое тело. И уже в следующее мгновение я почувствовала пульсацию члена Колина и горячее тепло, которое разливалось внутри меня. Он поднял лицо к потолку, закрыл глаза и простонал низко и хрипло, продлевая мою агонию и наполняя сердце каким-то первобытным чувством собственничества. Я хотела, чтобы эти стоны, этот вид напряженных мышц, эта хватка и крепко сжатые челюсти доставались только мне и никому больше. Я не могла отдать его Карен. Я любила его. Так сильно, что становилось больно.
Спустя пару мгновений Колин бережно опустил мои ноги на матрас и, устроившись рядом, притянул меня в свои объятия. Он поцеловал меня так нежно, что начала кружиться голова.
― Ты не обманул. Мы вспотели, ― прошептала я, и он усмехнулся.
― Нам нужно снова в душ.
― Не хочу смывать с себя твой запах.
― А ты грязная девчонка, Милана, ― со смехом сказал он, и я зарылась носом в изгиб его шеи, чтобы скрыть румянец на щеках.
Колин прижал меня крепче и обнял обеими руками, устроив мою голову у себя на груди. Мы пролежали так несколько минут в тишине, восстанавливая дыхание и возвращаясь в реальность. Наконец, я не смолчала.
― Колин, что будет дальше? ― спросила тихо, выводя узоры на его груди.
― Разберемся. Давай не будем сегодня об этом думать. Завтра решим все вопросы. Сегодня я хочу насладиться тобой сполна, ― ответил он, перекатывая меня на спину и нависая сверху. В бедро мне упирался твердеющий член.
― Снова? ― удивленно спросила я.
― Нам нужно восполнить все то время, что мы сопротивлялись нашим желаниям. Ты выпустила зверя наружу и теперь будешь расплачиваться за это. ― он поднял мою здоровую ногу и уложил себе на бедро, а потом легонько шлепнул по ягодице. ― Как твоя нога?
― Думаю, выдержит еще один раунд.
― Всего один? ― спросил он, приподняв бровь. ― Надеюсь, обезболивающее у тебя лежит рядом, потому что у меня на тебя огромные планы в эту ночь.
Глава 29
Колину пришлось практически тащить меня до квартиры, потому что я едва переставляла ноги. Не могла перестать всхлипывать и благодарить провидение за последние слова судьи.
Колин завел меня в квартиру, и в коридор выбежала взволнованная Нора, заламывая руки и глядя на нас с надеждой. Но, как только Колин опустился на корточки, чтобы помочь мне стянуть сапоги, Нора всплеснула руками, глядя на мое заплаканное лицо, и тоже расплакалась.
― Колин, с этим можно что-то сделать? Оспорить решение суда? ― спросила она сквозь рыдания.
― Какое? ― спросил он, глядя на нее снизу вверх. ― Думаешь, Лана уже решила отказаться от опекунства? Так быстро?
Нора нахмурилась, глядя на нас по очереди.
― Мы выиграли суд, ― икая, сказала я, и экономка, чертыхнувшись, кинулась ко мне и сжала в крепких объятиях. Она мешала Колину разувать меня, но он стойко снес ее нападение.
― Господи, девочка, это же замечательно, ― затараторила она на русском. ― Я так волновалась, так переживала. Колин купил все необходимое и для празднования, и для скорби. Ну, он не знал, какой будет исход, так что в итоге у нас есть водка и шампанское. И сегодня я выходная, а здесь нахожусь, чтобы составить тебе компанию для чего бы то ни было: отпраздновать или поддержать тебя в дальнейшей борьбе. Давай, снимай свое пальто. Я была в магазине, купила селедочки, наварила картошки в мундире. Так себе закуска к шампанскому, зато как дома. Идем-идем.
Я улыбалась сквозь слезы. Вытащила свою руку из хватки Норы и улыбнулась ей.
― Сейчас подойду. ― Она посмотрела на меня и Колина, кивнула и вышла из коридора. Я повернулась к мужу. ― Спасибо тебе. Я никогда не смогу выразить своей благодарности в достаточной мере, Колин. Никогда не смогу показать тебе, насколько я признательна за то, что ты для нас сделал. ― Он мрачно кивнул, крепко сжимая челюсти. ― Я завтра поеду в дом сестры, чтобы все там отмыть, и через пару дней мы с детьми переедем.
― Ты не будешь сама мыть дом после преступления. Я попрошу Джун, чтобы туда прислали клининговую компанию. Только мне понадобятся ключи, чтобы отдать их им.
― Не стоит, я…
― И я никуда вас не тороплю, ― перебил он, но сказал это мягче, нежнее. Заправил выбившуюся прядь волос мне за ухо, заставив застыть на месте и наслаждаться лаской и мурашками, которые щедро покрыли мою кожу. ― Оставайтесь столько, сколько понадобится или… сколько захочется.
Я кивнула, не в силах даже рта раскрыть, чтобы ответить. Колин нежно стер с моих щек слезы и, наклонившись, прижался губами к моему лбу на несколько мгновений. Я зажмурилась, растворяясь в моменте, запоминая это ощущение, его запах, его прикосновение, потому что знала: вряд ли это когда-нибудь повторится.
― Мне нужно на работу. Развлекайтесь с Норой. Водитель заберет детей вовремя и привезет домой, не волнуйся об этом. Отдыхай.
Он несильно сжал мое плечо и вышел из квартиры, а я осталась стоять в наполовину снятом пальто. Так и не открыла глаза, потому что не хотела видеть, как он уходит. Я должна была хотя бы мысленно продлить этот момент нашей близости. Пускай эфемерный, пускай ничего для него не значащий, но он был так важен для меня. В последний раз почувствовать, что рядом со мной есть мужчина, который хотя бы только в моих мечтах разделяет крепкое, сжигающее чувство, заполняющее мое собственное сердце.
― Ну давай же, Лана! ― крикнула Нора. ― Я уже заждалась!
Я торопливо стянула пальто и повесила его на вешалку. Последний раз вдохнула задержавшийся в коридоре мужественный аромат и пошла в гостиную, где пересказала все, что произошло в суде. Мы устроили небольшое застолье на двоих, за которым я смогла выплеснуть все то, что накопилось. Примерно через час я подскочила и схватила телефон.
― Я же забыла маме позвонить! ― выкрикнула и тут же набрала номер.
После двух гудков послышался взволнованный голос:
― Лана? Ну как все прошло?
Они не спали. Несмотря на то, что у них была глубокая ночь, родители ждали моего звонка, а я, бестолковая, продлила их агонию на целый час.
― Все хорошо, мам, ― выпалила, стараясь скрыть дрожь в голосе. ―Все закончилось хорошо. Мы выиграли.
Я услышала, как она расплакалась навзрыд, и у самой снова встал ком в горле. Телефон тут же перехватил папа.
― Ну, слава Богу, дочка. Поздравляю. Ты молодец.
― Это заслуга Колина, пап. Он сделал это.
Родители были в шоке, когда я поделилась с ними новостью о том, что стала женой своего босса. Папа предлагал решить вопрос другим путем, он боялся, что мне придется как-то расплачиваться за помощь Мастерса. И был, по сути, прав. Я расплачивалась. Собственным сердцем. Со временем он свыкся с этой мыслью и теперь, думаю, был благодарен Колину за то, что тот помог мне.
― Поблагодари его от нас, ― устало пробормотал папа. Было слышно, что он сопротивляется, но все же должен произнести эти слова. ― Как дети? Оля, выпей валерьянку, в конце концов! ―зло произнес он, прикрывая микрофон. ― Прости. Мама решила, что она сама справится со стрессом, без лекарств. Сказала, что устала пить успокоительные.
― Дети хорошо, пап. Мы скоро переедем в дом Ксюши, Колин пообещал, что сегодня туда отправят клининговую компанию, чтобы… чтобы убрать там.
― Это хорошо. Ты его спроси, сколько все это стоит, я переведу деньги.
― Я справлюсь, пап. Это недорого. ― Я уже спрашивала. Дважды. Но Колин сказал, что не примет от меня деньги, потому что теперь это и его дети тоже.
Через минуту мама перехватила телефон у папы, и мы еще несколько минут разговаривали, пока она выспрашивала подробности, ахала и охала, а я успокаивала ее и старалась как можно сильнее сократить свой рассказ, чтобы не травмировать ее и без того расшатанную психику. Нора ласково улыбалась, поглядывая на меня. Так неожиданно было получить поддержку от человека, которого совсем не знала до этого. И так странно было ощущать с ним родство душ.
Я думала, что после того, как меня морально истощил суд, буду хотеть только спать, но Норе все же как-то удалось своими отвлекающими разговорами вернуть меня в реальность и немного настроить на позитив. С каждым часом я улыбалась все чаще и все больше расслаблялась. Определенно, шампанское с селедкой и картошкой теперь стали ассоциироваться у меня со вкусом победы.
Глава 38 без цензуры
За ужином я плакала, вспоминая сестру. Смеялась над выкрутасами Ноа и Вики, над шутками Колина. Я давно не испытывала такого всеобъемлющего счастья и такой радости, которая наполняет сердце до краев. Такие моменты заставляют нас поверить в то, что больше никогда ничего плохого с тобой не случится. Дальше только счастье и мы, как сказал Колин.
Мы уложили детей спать ближе к одиннадцати, и пошли раскладывать подарки под елкой. Колин принес из машины несколько коробок и сложил их под елкой. На одной из них было написано мое имя и я потянулась к ней, но он аккуратно отвел мою руку.
― Рождество еще не наступило.
Поделиться книгой: