У Беды зеленые глаза

— Нет.

— Хорошо. Тогда приступим к делу. Как говорится, время — деньги. Вот о них и разговор. Давай скоренько денежки и золотишко. Только все. Если мы найдем что-нибудь сами, дорого заплатишь за это.

— Да. Я отдам все. Только не трогайте нас с дочкой. Пожалуйста, — взмолилась та.

— Посмотри на него, — незнакомец кивнул в сторону одного из напарников с ножом в руке. — Он хоть и молчит, но действует быстро. Не успеешь глазом моргнуть, как останешься без такой красивой головки. А потом наступит очередь твоей дочурки. Поняла, курица?

Она инстинктивно кивнула в знак того, что поняла все, о чем он только что сказал. Очень даже хорошо поняла.

И это при том, что в голове у нее все перемешалось. Кате сейчас больше всего хотела, чтобы это был сон. Вот сейчас она проснется. Эти мужланы исчезнут. И все будет как прежде, спокойно и весело.

Но этот противный жесткий даже грубый голос привел ее в чувство настоящего.

— Вот и ладненько. Все теперь будет зависеть от тебя. Давай, давай, шевели поршнями!

— Но для этого нужно пройти в спальню.

— Так, пошли. Чего ждешь?

Все четверо прошли в дальнюю комнату.

Там Катя, подойдя к комоду, стоявшему справа от входа, выдвинула верхний ящик и достала три довольно приличные пачки денег. Протянула их мужчине.

— Сколько здесь?

— Там должно быть двадцать тысяч долларов и почти девять тысяч белорусских рублей. Точно не скажу, потому что муж сегодня должен был взять с собой немного в дорогу. Но сколько он взял я не знаю.

— Это все? — Мужчина недоверчиво посмотрел на свою жертву.

— Все.

— А золотишко?

— Извините, забыла.

Катя, как зомби подошла к небольшому столику, который стоял у стены, на которой крепилось большое овальное зеркало. Взяла со стола шкатулку и, не раскрывая ее, протянула грабителю.

Мужчина взял шкатулку, открыл ее и заглянул во внутрь. Хмыкнул себе под нос и вместе с деньгами протянул своему напарнику, который стоял рядом с большой полотняной сумкой. На одной стороне сумки Катя машинально заметила рисунок с рекламой какой-то косметики. Надпись была на английском.

Она и не успела прочитать ее, как раздался следующий вопрос:

— Это все?

— Да. Больше у нас ничего ценного нет.

Мужчина наклонился к ней с высоты своего большого роста и опять же спокойно начал перечислять:

— А завушницы? А колечки на пальчиках? А карточки банковские? А мобилы? Или этого у тебя нет?

— Извините. Вы же не говорили про это. Сейчас все отдам.

Катя начала лихорадочно снимать с пальцев золотые кольца. Несколько замялась с обручальным кольцом, которое ей подарил на свадьбе Сергей. Взглянула на главаря бандитов, как бы прося оставить ей хоть это кольцо.

Но мужчина молча уставился на нее своим пронзительным взглядом глаз с зелеными зрачками. И на безмолвную просьбу жертвы оставить ей хотя бы это кольцо, не реагировал.

Катя поняла, что просить его о чем — то бесполезно. Резко до боли в пальце сдернула и обручальное кольцо. Все эти ценности передала грабителю, стоявшему за главарем.

Тот небрежно бросил все это в бездонную сумку.

Главарь взглядом указал Кате на уши и кивнул головой, давая понять, что настало время расставаться и с серьгами, также золотыми.

Катя молча сняла их. При этом она так торопилась, что нечаянно поцарапала одно ухо. Но даже не вскрикнула от боли, опасаясь негативной реакции этих верзил.

— Ну?!

— Что? А! — Вспомнила она перечень того, что должна отдать этим иродам. — Карточка и мобильный телефон в косметичке. А она в прихожей на тумбочке.

Главарь молча повернул голову, в сторону стоявшего с ножом в руке «товарища» и кивнул в сторону прихожей.

Тот резво исполнил приказ шефа и метнулся в прихожую.

Через несколько секунд косметичка хозяйки квартиры оказалась в руках главаря.

Тот не торопясь раскрыл ее. Посмотрел внутри. Удовлетворенно хмыкнул себе под нос. О чем — то подумал. И передал стоявшему сзади него подельнику с сумкой.

После этого он все также неторопливо, как — то по — деловому приказал:

— Девочку сюда.

— Зачем Вам дочка? — Катя попробовала отговорить главаря от присутствия дочери на этой «встрече». — Она ведь еще совсем маленькая. Не надо ее пугать. Прошу Вас.

— А я и не собираюсь ее пугать. Пусть делает то, что я скажу, и все будет нормалёк.

Он снова повернулся к подельнику с ножом.

Тот с полуслова понял, что нужно делать.

Открыл дверь детской и вошел в нее.

Через несколько секунд вывел из комнаты и привел в зал Веронику.

Та шла и удивленно смотрела на незнакомого дядьку, который за руку тащил ее в зал.

Но ничего не спрашивала и не плакала.

Главарь осмотрел девочку с ног до головы.

Мать попыталась успокоить дочку.

— Не волнуйся, Верунчик. Дяди тебя не обидят. Ты только не капризничай и делай все, что они скажут.

— А мы и не страшные звери, какие. Но меня интересуют ее завушницы. — Голос его звучал довольно тихо и спокойно. Как будто все это происходило на сцене захолустного театра, а не в реальной жизни.

От этого голоса Катя побледнела. Она испугалась за дочь.

«Только не кричи, дорогая! Только не кричи и не сопротивляйся!» — Мысленно умоляла она дочь.

— Да, да. Я сейчас.

Она подошла к дочери.

— Ничего не бойся, моя ты девочка! Все будет хорошо.

И снимая с ее ушей золотые сережки, она тихо продолжила:

— Все будет хорошо. Не бойся. Мы с папой тебе другие купим. А эти нужно отдать этим вот дядям.

Вероника стояла и молча смотрела на этот спектакль. Она не совсем еще понимала, что именно происходит вокруг нее. Но к ней медленно стало доходить, что их попросту грабят. Что, что, но она знала, что это означает. Не маленькая же!

Девочка внимательно рассматривала бандитов. Не испуганно. Нет. А именно внимательно. Даже скорее изучающе. Как будто хотела по — лучше запомнить все, что происходило на ее глазах.

— Что ты там шепчешь? Говори, если хочешь, так, чтобы я слышал, — неожиданно гаркнул главарь и подозрительно посмотрел на Катю.

— Я сказала дочери, чтобы она ничего не боялась. Вы ведь ничего нам не сделаете?

— Смотря на твое и ее поведение.

Мужчина принял от Кати сережки девочки и передал их напарнику.

И они исчезли в сумке.

Затем главарь приблизился к Веронике. Наклонился к ней. И внимательно всматривался своими зелеными глазами в ее лицо. Он был так близко, что на нее пахнуло зловонным запахом из его рта. Вероятно, он и понятия не знал, что такое чистить зубы. Запах усилился, как только он заговорил:

— Ты зенки — то не таращь! Не надо! А то ведь могут выкатиться. Без них останешься!

В его голосе звучала неприкрытая угроза.

Услышав такое, Катя встала между мужчиной и дочерью.

— Не трогайте ее, пожалуйста. Она ведь еще совсем ребенок. Она не понимает Вашего сленга. Маленькая еще. Вы же обещали не трогать нас, если я все отдам. Я отдала все. Что еще Вам нужно?!

Налетчик выпрямился и исподлобья посмотрел на свою жертву.

— Раз обещал, то так и будет, — голос его был уже спокойный.

И вообще, как заметила Катя, он очень быстро взрывался. И также быстро отходил. — Какого банка карточка твоя? И какой Пин — код?

— Белинвестбанк. А Пин — код я сейчас напишу.

Она взяла из комода тетрадь и ручку. Вырвала листок, на котором быстро написала Пин — код своей банковской карточки.

Тут грабитель обратил внимание на часы, которые красовались на ее левой руке. Красивые такие часики. Швейцарские. С камушками драгоценными. Точного хода. Они нравились Катерине. Это Сергей подарил ей на день рождения. Часы были дороги ей не только по цене, но в связи с тем, что это был подарок любящего человека.

— Котлы сымай! — Скомандовал он.

Вначале Катя не поняла, что еще требует от нее этот мужлан. И собралась уже уточнить его требование. Но потом заметила, на что он уставился. Она, молча быстрыми движениями, сняла свои швейцарские часы с руки и передала их ему.

— Вроде все? — Главарь обратился к своим подельникам.

Один из них приставил руку к уху, как будто слушал телефон. И кивнул на девочку.

— А! Совсем забыл. Мобилу пацанки! — И взглянул на Катю.

— Мы еще только собирались ей купить телефон. Но не успели.

Обращаясь к своим напарникам, главарь скомандовал:

— Посмотрите, что еще можно прихватить. А я с голубками побуду здесь.

Мужчины разошлись по комнатам и стали шарить там.

Катя стояла, ни жива, ни мертва и прижимала к себе дочь. Чтобы не злить бандита, и отвлечь дочку от всего происходящего, она повернула ее лицом к себе.

Через несколько минут, которые для Кати показались вечностью, появились оба бандита, рыскавшие по квартире.

Один из них в руках держал ноутбук. Другой показал главарю две хрустальные вазы. Пахан молча кивнул обоим. И вещи хозяев квартиры оказались в объемистой сумке бандитов.

Довольно потерев руки, главарь даже как-то миролюбиво сказал, обращаясь к Кате и ее дочери:

— Ну, что ж. Хотелось бы пообщаться с вами еще. Но знаете, дела, дела. Да и меру нужно знать.

И повернувшись к двум другим налетчикам, коротко, но твердо скомандовал:

— Вяжите их!

Двое его подручных также молча, как и до этого, по — деловому и сноровисто, видно не первый раз приходилось выполнять такое поручение, уложили обеих потерпевших на пол. Связали им ноги и руки припасенными веревками. При чем, связали женщину так, что, лежа на животе, она оказались в изогнутом положении, поскольку ноги были согнуты в коленях и подвернуты к связанным за спиной рукам. Это так называемая «ласточка». Почему именно так назывался такой прием связывания жертв, ни они, ни сами жертвы тем более не знали. И девочку не пожалели, изверги! Только в отношении нее обошлись связыванием отдельно рук и ног.

Когда все было закончено, главарь, как бы издеваясь над двумя беззащитными существами, спокойным деловым голосом сказал:

— Что ж, пора прощаться. Лежите и никуда не уходите. Если будете кричать, вернемся и будет очень даже плохо. Для вас, конечно же. Договорились?

Катя кивнула головой.

— Вот и ладненько! Будет лучше, если вы обе про нас ментам особо не будете распыляться. Скажите, что мол, пришли, ограбили и ушли. Вы нас не запомнили. Хотя, уверен, вы и так никого не опознаете. Но все — таки лучше сказать так, как я говорю. Чтобы потом чего не вышло! Прощайте!

После этого они втроем вышли из зала.

Услышав стук закрываемой за бандитами двери, Катя перевалилась на бок и стала пытаться освободить от веревки руки. Но ей это не удавалось сделать.