Тёмная Гора

- Божественную. Ну те заповеди, что дал Иисус своим ученикам?

- Ох уж эти заповеди. Знаю только, что одиннадцатая называется "Не попадись".

Ник усмехнулся и присел на диван. Но вспомнив о совете отца, тут же вскочил и уселся рядом, на ковре.

- Ну, первая заповедь гласит что-то вроде "Я Господь, Бог твой; да не будет у тебя других богов пред лицом Моим." Мама трактует это, как грех веры во всякие оккультные и прочие вещи.

- Вроде проклятий?

- Проклятия, призраки, таблички для общения с духами, хиромантия, астрология, ведьмы, гоблины, гремлины.

- Что еще за гремлины?

- Не знаю, наверное какие-нибудь гномы.

- Живущие в Сан Франциско?

- Ага, и обожающие кремовые пироги.

- Надо будет как-нибудь обязательно их навестить, - сказала Джули.

- Ладно, давай больше не будем об этом, а то смеяться уж очень больно.

- Мне тоже. Мышцы живота болят просто невероятно.

- Вот-вот. Так-что больше меня не смеши.

- И ты меня тоже.

- Договорились. На чем там я остановился? А, да, на маме и проклятии.

Он снова услышал раздавшийся в трубке приступ смеха.

- Ох, - наконец выдохнула Джули. - Извини. Я... - она снова захихикала. - Просто у меня... голова идет кругом. Совсем еще не спала. - Он услышал, как она глубоко вдохнула. - Ладно. Кажется, я успокоилась. Продолжай.

- Ну об этом я кажется закончил.

- Ладно. Тогда расскажи, чем занимаешься?

- Да, просто вещи распаковываю.

- А я отложила это на завтра. Сейчас даже не хочется смотреть на весь этот хлам. Первое, что я сделала, оказавшись дома, та это пошла в душ. - Он представил ее, стоящую под горячими струями, голую, намыливающую кожу пеной. - Ты даже не представляешь, каково это было, снова почувствовать себя чистой. Я намазалась "Бен-Геем"[15] с головы до ног.

- Теперь наверное пахнешь просто восхитительно.

- Ага, аж глаза слезятся. И ночнушка липнет к коже. - Он представил ее во фланелевой ночной рубашке. Только, вряд-ли, конечно, сейчас она на ней фланелевая. Не в середине лета. Скорее всего она сшита из какой-нибудь легкой и полупрозрачной ткани. Интересно, а груди она тоже намазала "Бен-Геем"? - ...и, наконец, снова почувствовала себя человеком. Этот поход полностью выжал из меня все силы.

- Да он их из всех нас выжал.

- Как там Хизер?

- Нормально. Врач сказал, что нога поболит еще пару недель, но в целом ничего страшного нет.

- Может ее тоже стоит намазать "Бен-Геем"?

- Да, думаю, что это бы не помешало.

- Поначалу он немного жжет, но к этому быстро привыкаешь.

- Наверное, я и сам его опробую. После душа.

- А ты еще не купался?

- Неа, поход в ванну я приберег напоследок. Сейчас там Роуз. Такое ощущение, что уже целую вечность.

- Это, наверное, даже к лучшему. А то, представь, что было бы, если бы во время моего звонка ты оказался в душе.

- Я бы перезвонил.

- К тому времени я могла оказаться уже в постели.

- Неужели ты бы не дождалась?

- Может дождалась бы, а может и нет. Девушки черпают свою красоту из сна.

- Хорошо, что я сейчас не в душе.

- Очень хорошо.

Снова нависла тишина. Ник уже начал бояться, что сейчас она повесит трубку. И плотно вцепился в свою.

- Ладно.., - сказала она.

Его сердце заколотилось, во рту пересохло.

- ...думаю, что лучше тебе...

- Джули?

- Да? - Спросила она приглушенным голосом.

- Слушай, я хочу с тобой увидеться. - Все. Он сказал это.

- Это было бы здорово, - сказала она.

- Завтра? Завтра вечером? Можем сходить в кино и все такое.

- Мне бы очень этого хотелось.

- Отлично. - Он издал нервный смешок. - Это так странно.

- Что странно?

- То, что я позвал тебя на свидание. Ну, как будто мы знакомы совсем недавно или что-то вроде того.

- Мы те же люди, какими были и в горах, Ник.

- Я знаю. Думаю, что да.

- Думаешь, что да? - Она тихонько хихикнула.

- Просто, одно дело там, в горах, а совсем другое здесь. Это все как-то странно.

- Я не изменилась. И испытываю к тебе все те же самые чувства.

Губы Ника изогнулись в робкой улыбке.

- И я тоже. Я правда скучаю по тебе. Как насчет семи часов?

- Отлично. Только надо спросить у папы. Подожди минутку.

Ник ждал. Он глубоко, прерывисто вздохнул. Он действительно сделал это, он действительно позвал ее на свидание, и, вроде она согласилась. Я испытываю к тебе все те же самые чувства. Слишком здорово, чтобы в это можно было поверить. Он ужасно нервничал, ожидая ее возвращения к телефону.

- Вот и я, - наконец сказала она. - Все в порядке. Итак, завтра вечером в семь?

- Точно. До встречи.

- Знаешь наш адрес?

- Нет, но папа... - Ему не хотелось, чтобы голос Джули пропадал. - Скажи лучше мне его сама.

Под своим лицом Карен увидела синий махровый халат. В легких, казалось, горел огонь, и по всему телу прокатилась волна боли, когда его сотряс спазм кашля. На спину легла чья-то рука. Подняв голову, она почувствовала позыв тошноты. Прежде, чем извергнуть содержимое желудка, она успела подняться на колени, отвернуться от встревоженного лица Мэг и подползти к унитазу.

Закончив, она уселась на пластмассовый стульчак, всхлипывая, кашляя и задыхаясь. Сквозь застилающие глаза слезы она наблюдала, как Мэг складывает окровавленный коврик. Оторвав немного туалетной бумаги, она вытерла глаза и подбородок.

- Голова цела? - Спросила Мэг своим низким, хриплым тоном.

Карен застонала. Коснувшись пальцами мокрых волос, она почувствовала над ухом небольшое вздутие.

- Слава Богу, я услышала твой крик. Это случилось за миг до того, как я собралась включить телевизор. - Мэг открыла аптечку. Достав оттуда тампон, она сорвала с того обертку и протянула Карен.

Пока Карен вставляла тампон в себя, Мэг вытащила из ванны затычку.

- Говорю тебе, детка, ты до смерти меня перепугала. Как ты себя чувствуешь? Наерное мне лучше быть рядом с тобой, чтобы снова не произошло ничего подобного.

- Я в порядке, - пробормотала она.

- Когда ты никак не хотела приходить в себя, я решила подождать еще десять секунд, а затем вызывать скорую.

- Как долго я пробыла в отключке?

Мег покачала головой:

- Понятия не имею. Может быть, три или четыре минуты. Не знаю. Я просто убедилась, что твое сердце бьется и ты дышишь. Я думала, что рано или поздно ты очнешься, но вскоре у меня начали появляться на этот счет сомнения.

- Какой ужас.

- Коврик теперь, видимо придется выкинуть. Все остальное я приберу, когда ты ляжешь в постель.

- Нет, я...

- Ты сейчас не в состоянии что-либо делать, детка.

Карен посмотрела на себя, и, сморщив нос, оторвала еще туалетной бумаги. Оттирая с себя пятна крови, она сказала:

- Теперь придется принимать душ еще раз.

- Примешь. Но сначала немного посиди. - Мэг вышла из ванной. Карен продолжала оттираться. Вскоре Мэг вернулась с мотком ленты в руках. Приподнявшись на цыпочки, она принялась возиться занавеской, возвращая на место перекладину. - Думаешь, это было проклятие? - Спросила она.

- Просто уверена в этом.

Мэг усмехнулась.

- И месячные начались на неделю раньше.

- Это все из-за стресса. Но в этом есть и плюс, теперь ты, по крайней мере точно уверена, что не залетела от этого ублюдка.

- Я знала это и раньше, - сказала она.

Вернув занавесочную перекладину на место, Мэг включила воду. Держась за ее руку, Карен, шатаясь, вошла в ванну. По настоянию подруги, она даже не пыталась мыть себя сама, а просто уселась под горячими струями воды. Стоящая снаружи Мэг намылила ее волосы шампунем и принялась натирать мылом кожу.

Закончив, Мэг помогла ей выйти из ванны и вытереться.

- Получше стало?

- Да. Спасибо.

- Тогда вытирайся, а я кое-что приготовлю.

- Кое-что?

- Это будет сюрприз.

Оставшись одна, Карен завернулась в полотенце. Затем проглотила две таблетки аспирина, запив их стаканом холодной воды и почистила зубы. После этого она начала расчесывать волосы, морщась всякий раз, когда расческа задевала за спутанные пряди.

- Проходи в свою комнату, - раздался из коридора голос Карен.