Останься со мной

…Пока порывом воздуха не приносит аромат ее духов.

Приторно-сладкий, цветочный. Плоский, никакой, дешевый. Парфюм из подземного перехода. Но он бьет наотмашь. Оглушает. Напрочь отключая возможность шевелиться.

Тот самый триггер из прошлого, от которого я так старательно избавлялся все это время. Как последний кретин задерживаю дыхание, пытаясь обуздать взметнувшийся до самых небес ураган.

Это просто запах. Вот и все. Мало ли кто так может пахнуть? Следом обжигает воспоминание о том, как к ней обратилась хозяйка.

Валерия… Это значит Лера? Лерка? Матерю себя, потому что ни черта это не значит!

Взгляд сам стянется следом за ней. Жадно щупает, сравнивает.

Худенькая, в брючном костюме, на шпильках. Белые, идеально гладкие волосы чуть ниже плеч. Никакого огня.

Да нет же. Не она!

Просто совпадение.

В ушах звенит, сердце исступленно грохочет в висках, не справляясь с выбросом адреналина. Меня всего колбасит. Даже сидеть нормально не могу, словно раскаленный гвоздь в одно место вогнали.

Тише, Барханов! Тише! Ложная тревога. Флешбек из Вьетнама.

Выдыхай, пока не лопнул.

— …Да, милый? — Эльвира с надеждой смотрит на меня.

— Да.

Я рассеянно киваю, хотя понятия не имею, о чем речь. Меня просто выстегнуло из реальности в какую-то другую Вселенную.

— Спасибо! — она радостно сверкает глазами и дает отмашку менеджеру, — Бронируйте!

Мне, похоже, тоже пора бронировать…палату в дурдоме, потому что никак не могу справиться с собственными демонами, которые внезапно пошли в пляс.

Подумаешь Валерия, подумаешь триггер. Что такого? Убеждаю себя, но все равно не могу успокоиться. Чумной зверь внутри меня принял охотничью стойку и никак не свалит в свою берлогу, в которой он тихо-мирно сидел столько времени.

— Все, готово, — улыбается девушка, — бронь подтвердили. Можно оплачивать.

Она называет сумму с кучей нулей, и я на автомате прикладываю карту к терминалу, слушая какой-то восторженный бред от счастливой Эльвиры. Просто тону в нем, не делая попыток выплыть. Кажется, у меня проблемы с речью. Или с мозгами.

— Поздравляю. Оплата прошла.

Что-то мне не радостно совсем от этих поздравлений. Скорее наоборот. Именно в этот момент отчетливо понимаю, что никуда не хочу ехать.

— Ваш вылет в следующую пятницу. Тринадцать ночей, четырнадцать дней.

Твою мать… Еще и на две недели подписался.

Нам выдают пакет документов, желают счастливого пути и всего самого наилучшего. Мне не терпится уйти и избавиться от дурацкого наваждения, а Эльвира тормозит, вызывая жгучее раздражение. Продолжает задавать вопросы про обслуживание номеров, про еду, про перелет. Я уже готов схватить ее в охапку и волоком вытащить из офиса.

К счастью, этот балаган заканчивается, до того, как я достигаю предельного градуса. Мы выходим на улицу.

— Я так рада, что у нас все получилось, — она берет меня под руку, — только представь. Две недели в Раю. Ты. Я. И никаких хлопот. Здорово, да?

— Угу, — упорно шагаю к своей машине, — тебя подвезти?

— Нет, я своим ходом, — указывает на красную машину на другом конце парковки, — у меня дела.

Я киваю. Скупо отвечаю на ее прощальный поцелуй и сажусь в тачку.

Меня все еще потряхивает.

Глава 2.2

Глава 2.2

Казалось бы, день прошел и ладно. Досадный инцидент исчерпан и хорошо. Подумаешь, привиделось не пойми что. С кем не бывает? Забыть и все.

Так?

Ни черта не так.

Я себя настраиваю на работу, убеждаю, что это было даже в некотором роде забавно. Выкидываю из голову, как несущественную глупость. Успокаиваюсь.

…А в шесть вечера, к тому моменту, как турагентство закрывается, я сижу в машине напротив входа и сжимаю руль с такой силой, что еще немного и выверну его из крепления.

Форменный идиот.

Мне надо убедиться, что просто показалось. Я обязан это сделать, потому что иначе не засну.

Дважды идиот.

Время идет. Оно дорого стоит, но сегодня мне плевать. Я бежал из офиса, как среднестатистический работник в пятницу вечером. Аж пятки сверкали. А уж сколько правил нарушил, пока гнал через весь город к этой хибаре…

Трижды идиот.

Не припомню, когда я еще вел себя настолько неадекватно. Хотя нет. Вру. Еще как припомню. Прошлое оно такое…не отпускает. Думаешь, что все прошло, а потом вот так раз и запах знакомый, и ты снова по самые уши в этом болоте.

Проходит еще немного времени, и я уже почти убеждаю себя ухать, но на крыльцо выходит та самая блондинка. У нее в руках огромный букет белых роз. Она копается с ним, перехватывает поудобнее, одновременно пытаясь поправить сумочку на плече.

А я смотрю во все глаза, пытаясь рассмотреть. Аж привстаю с сиденья, склоняясь вперед.

— Обернись! — шиплю сквозь зубы, — Покажи мне свою физиономию!

Она будто нарочно отворачивается, вызывая стойкое желание выскочить из машины и насильно развернуть к себе лицом.

— Ну же!

Она, наконец, справляется и с сумкой, и с букетом, и, гордо выпрямив спину, разворачивается в мою сторону.

Удар под дых. Следом еще один. И апперкот. И бетонной плитой сверху для надежности.

Это действительно Вознесенская.

Лерка. Ежик. Та самая зараза, которая когда-то ворвалась в мою жизнь и перевернула там все вверх дном. Настолько, что потом долго приходил в себя.

Совсем другая. Взрослее, спокойнее. Без рваных джинсов и топиков, сползающих на одно плечо.

Она проходит мимо моей машины, не замечая сидящего внутри парализованного придурка. Нюхает дурацкие цветы и улыбается.

Это хорошо, что я контужен, потому что еще немного и выскочил бы за ней. Меня хватает только на то, чтобы проводить ее шальным взглядом.

Почему она блондинка? Где огненная грива рыжих волос? Как она снова попалась мне на пути? И какой придурок дарит ей цветы? Муж? Любовник?

Идиот! Не твое дело!

Я напоминаю себе, что ни ее волосы, ни ее мужья меня не касаются. Я сам когда-то поставил точку в наших отношениях. Выставил ее за дверь и забыл…

Вот только забыл ли?

То, что сейчас кипит во мне совершенно не похоже на забвение. Я полон под завязку. Во мне снова кипит. И кажется, я чувствую себя более живым, чем за все прошедшие годы.

Она всегда действовала на меня именно так. Выбивала на эмоции. Распаляла. Заставляла творить всякую дичь и забывать о том, что я взрослый адекватный мужик.

Рядом с ней моя адекватность сворачивалась в трубочку и тихо скулила в углу.

Поэтому и бросил.

И сейчас надо бросать. Разворачиваться и уезжать, выкинув призраков прошлого из головы. Потому что если дать слабину, то все это закончится плохо.

Я уже буквально бью себя по рукам, чтобы не позвонить безопасникам и не запросить у них полный отчет о том, чем она занималась все это время. Каждую мелочь. Вплоть до того, в каком магазине она покупает белье.

Стоп! Не нужно этого! Не нужно! Мне на хрен все это не сдалось!

Взгляд продолжает цепляться за узкую спину и светлую макушку.

Меня штормит. Бросает из крайности в крайность. И чтобы не натворить глупостей, о которых потом непременно пожалею, я срываю машину с места. С визгом палю шины по асфальту, разгоняюсь и пролетаю мимо нее, запрещая себе отрывать взгляд от лобового стекла и оглядываться.

Еду домой, к Эльвире. Не знаю почему, но сейчас я воспринимаю ее как якорь, способный удержать меня от подступающего безумия.

Эля идеальна. Воспитана, умна, красива. Она может поддержать разговор и никогда не совершает глупостей. С ней нестыдно появиться на людях, и всегда есть уверенность, что не подведет.

В ней все не так, как в Лере. В ней все правильно. Она именно та женщина, которая мне нужна.

Это железная истина. Точка.

Только почему-то вечером, вместо того чтобы утащить эту идеальную женщину в спальню и хорошенько отлюбить, я прячусь в своем кабинете, прикрываясь несуществующими делами. На самом деле, просто сижу, уткнувшись взглядом в стену, и гоняю в голове только одну мысль.

Почему же ты больше не рыжая, Ежик? Мне так нравились твои волосы…

Глава 2.3

Глава 2.3

В субботу у нас бедлам. Приезжает Артур со своим выводком и Швецовы в полном составе. В результате мой удобный, тихий дом превращается в дикую смесь яслей и зоопарка.

Четверо пацанов — трое Артуровских и один Швецовский — самозабвенно бомбят мою гостиную. Я уже даже не дергаюсь, когда они умудряются сорвать штору, вместе с гардиной и мажут шоколадом серый диван.

Заботливая Вероника пытается их утихомирить, а Ярослава старательно делает вид, что ничего не замечает и вообще у нее лапки.

— Дем, морду попроще сделай, — усмехается Влад, — а то мы подумаем, что ты нам не рад.

— Рад.

— А глаз у тебя просто так дергается?

— Иди на фиг.

— У тебя просто своих нет, вот и завидуешь.

— Предлагаю оставить на него весь выводок и дружно свалить, — выдает Ярослава, нагло улыбаясь, — приедем завтра.

В отличие от скромной Вероники, этой оторве все ни по чем. За словом в карман не лезет, не стесняется и знает чего хочет. У нее не забалуешь и не соскучишься. Как раз такая и нужна, чтобы Влада в узде держать.

Я весь вечер наблюдаю за этими парами. Как они общаются, как дополняют друг друга. Шумный раздолбай Влад и стальная ироничная Ярослава, строгий Артур и мягкая Вероника. Разные и вместе с тем, как одно целое.

Потом вспоминаю Эльвиру, которая не смогла сегодня к нам присоединиться по причине крайней занятости, и не понимаю, у нас так же или нет? Мы ведь похожи. И на одной волне. Вроде дополняем и подхватываем.

Вроде…

— Вы когда присоединитесь? — бестактно спрашивает Артур, указывая на детей, и мне хочется запустить в него стаканом. Прекрасно знает, что терпеть не могу такие вопросы, но продолжает, — пора уже.

— Ты еще скажи про часики, которые тикают.

— Тикают. Эльвира-то у тебя еще молодая, хоть куда. А вот ты — старпер.

— Ты тоже, — напоминаю ему, — мы, если что, в один день родились.

— Я уже свою социальную миссию выполнил.

— Все, отвалите от меня.

Мы с Элей как-то обсуждали детский вопрос и пришли к выводу, что не горит. Ни у меня, ни у нее.

— Вы еще просто не созрели, — со знающим видом выдвигает Влад.

В него тоже хочется швырнуть стаканом. Нашелся тут зрелый.

— И не созреют, — тихо и абсолютно спокойно добавляет Вероника и снова отворачивается к детям.