Помоги проекту - поделись книгой:
Медоед орал без остановки, возмущенно прыгая на одном месте. Похоже, он даже подумывал – не укусить ли меня в отместку. Но, видимо, ему это было не позволено.
– А ведь они так вечно могут продолжать, – снова я кивнул на жаб. – А прикинь, их ещё несколько штук появится. И будут по всему дому прыгать, заплёвывая твою «норку.» И вонять здесь так будет круглосуточно.
В вое медоеда была вся горечь и тоска обиженного бойца, которому не дают вломить врагу.
– Но у меня есть идея! – я повернулся к медоеду, и тот внимательно посмотрел на меня своими маленькими глазками. – Хватит ломаться. Я же Галактионов, ты это знаешь. Других Галактионовых в округе нет. Даже если они вообще где-то есть в этом мире, то, поверь, я лучший вариант. А ещё у тебя будут друзья, – я кивнул на насупившуюся Карамельку, и сидящего на моём стуле Шнырьку. – У вас даже есть кое-что общее. Карамелька ненавидит белок. Ты теперь, походу, ненавидишь жаб. Ну, а Шнырьке похрен, кому из вас что таскать. Так что давай, присоединяйся, будет весело!
Я ещё раз разрезал ладонь, и протянул ему руку. Медоед посмотрел на меня, затем на моих питомцев, потом перевел свой недовольный взгляд на жаб, подошёл и слизнул кровь. Я не зевал и подхватил его душу в момент ритуала, накрепко привязав её к себе. Приручение состоялось. Я выдохнул. У меня были опасения, что это не случится. Был ещё вариант насильного приручения, но это могло поломать психику, как питомцу, так и мне. Мне же сильно этого не хотелось!
Я счастливо улыбался, когда острые когти осторожно покарябали меня за ногу. Я посмотрел на медоеда, который, кажется, своим видом показывал: «Ну, и что теперь?».
– А теперь иди и сожри этих зелёных тварюшек, – кивнул я.
Медоед неуверенно протянул лапку над последней ступенькой, вторую. Опустил на траву свою жирную задницу, и в два присеста схомячил сначала одну, а потом вторую лягушку. Гордо дёрнул лапами, и неспешно пошёл обратно в своё жилище.
– Эй, отморозок! Теперь тебе не обязательно там тусить, ты можешь гулять, где угодно.
Медоед как шёл, так и застыл с поднятой лапой. Развернулся, посмотрел, а затем спустился, и внезапно начал кататься в траве, как счастливое животное.
– Это всё хорошо, – почесал голову я. – Только вот вонь от тебя никуда не делась. Надо бы устроить тебе ванну. Сомневаюсь, что здесь работает водопровод. Но колодец же должен быть в этом месте?
Я посмотрел на свой большой новый дом. Теперь он был условно-безопасным для всех моих гостей. А с чего начинается любое новоселье? Правильно! С генеральной уборки!
Вот только… Дела еще есть в Иркутске. Разлом, обещанный Хрулеву, не закрыт. Король пока жив, падла! Сюда тоже охрана нужна. Мечи родовые, хрен знает где. И… И дохрена этих самых «И». Бли-и-ин! Я задрал взор к небу.
– Алло, Высшие Силы?! И ЭТО вы называете ОТДЫХОМ за правильно прожитую жизнь?!
Глава 2
Андросов возвращался в Иркутск, испытывая двойственные чувства. Во-первых, он очень близко подошел к опасной черте безусловного доверия, которое имел у своего отца. Сосватать по собственной инициативе свою сестру Галактионову? Да, он надежный друг, и всё такое. Но кроме этого есть ещё и другие аристократы в этом мире, которые посмотрят на союз одного из сильнейших княжеских родов Империи и провинциального барона, как на… В общем, возникнут вопросы, много вопросов. И один из них будет – не ослабели ли Андросовы, если не нашли другого избранника для их дочери.
И это ещё Катюха не знает… А ведь она та ещё штучка. Андрей подозревал, что ему от нее «прилетит» гораздо сильнее, чем от родителей, и прилетит за дело. У Екатерины были сложности с мужским полом, связанные с определёнными её… Ай, ладно, что пока об этом говорить!
А ведь Андросов не мог поступить по-другому. Это ещё не беря в расчёт то, что даже сейчас Галактионов прикрыл его своей грудью, точнее, весь его Род, абстрактно выражаясь. Ведь Род Андросовых, в случае войны с Вербицкими, скорее всего победит. Ну, появится еще парочка дополнительных проблем, в первый раз, что ли? Но Саша показал себя точно также, как и в тот раз, в Разломе.
Андрей нахмурился, вспоминая один из самых первых их Разломов, в рамках так называемой практики, когда они, ещё зелёные новички, отстали от основной группы. Рейд-группа растянулась, и старший Ист побежал вперёд, где возникла основная опасность. А Андросов немного заблудился с непривычки, и ту тварь, которая ломанулась на него, он запомнил на всю свою жизнь. Андрей никому не признается вслух, но в тот момент он испугался, видя несущегося на него огромного зверя. Хотелось закрыть глаза руками, но даже пальцами пошевелить не успел. Лишь только в оцепенении наблюдал за приближающейся к нему смертью.
Но в последний момент смазанным пятном справа метнулся его друг Александр, который, не обнаружив рядом своего товарища, вернулся на его поиски. Удар молодого барона снёс тварь, превосходящую раза в три его по весу. Он, как сейчас запомнил, что каким-то позорным кинжалом Галактионов с азартом расковырял мозг, вытащил из дохлого тела белую желейку, весело подкинул её на руке, и широко улыбнулся. Андрей тогда «отмер», но в очередной раз поразился своему товарищу. Для него всё это выглядело, как забавная игра. Помнится, Саша тогда подошёл тогда к нему, приобнял за плечи, и всего-навсего сказал.
– Давай, Андрюха, двинули дальше, – а потом посмотрел на него как-то странно. – И это… со всеми случается. Главное, чтобы твой временный коматоз не перешел в дурную привычку, – рассмеялся своим звонким заразительным смехом, и слегка подтолкнул Андросова, придав тому ускорение, в нужную сторону.
И с тех пор, он даже словом не обмолвился о том случае. А ведь спасти жизнь старшему наследнику рода Андросовых – это дорогого стоило. И самое удивительное было то, что, уже немного зная Галактионова, сделал тот абсолютно без задней мысли. От другого можно было бы заподозрить, что он подождет определённого момента, чтобы потребовать взаимную услугу. А Саша, кажется, просто забыл о том происшествии. Для него это было настолько рядовое событие, как зубы почистить.
Андросов широко усмехнулся. С отцом он поговорит, с Катюхой тоже порешает. А Галактионов… Хорошо, что у него в друзьях есть такой человек, как Александр!
Утром, к моему удивлению, к порогу лихо подкатила «Ласточка», и из люка вылез улыбающийся Волк.
– Осваиваешь новую технику? – поинтересовался я.
– Да. Хочу обкатать немного, чтобы в бою нас не подвела, – кивнул старый спецназер. – Но похоже, состояние у нее отличное. Годная вещь! Отдам Семенычу в Центр, – тут он запнулся, – с твоего позволения. Нужно небольшую модернизацию произвести.
– На сколько миллионов рублей? – улыбнулся я.
На что Волк тут же запротестовал.
– Да там будут сущие копейки!
Я вздохнул.
– Да уж, копейки.
– Эй, Волк! Может, ты наконец-то поможешь даме выйти? – раздалось из нутра БРДМ.
– УПС! – сказал Волк, и побежал отдраивать боковой люк.
Оттуда вылезла недовольная Анна.
– Может это и хорошая боевая машина, но внутри там совсем некомфортно, – скривилась девушка, неприязненно глянув на Волка, на что тот только развёл руками и широко улыбнулся.
Тут же глаза девушки цепко оббежали старое здание поместья. Она крутанулась пару раз вокруг, посмотрев ещё на хозяйственные постройки, и смешно наморщила носик.
– Да тут работы непочатый край!
– Точно, – сказал я. – Для начала нужно вызвать клининг. Пусть здесь всё тщательно вычистят.
– Клининг? – нахмурилась Анна.
– Ну да, а в чем проблема?
– У тебя целая деревня Галактионовка. Там половина людей сейчас без работы. А ты будешь платить деньги пришлым?
Я улыбнулся, в очередной раз обрадовавшись, что на моём жизненном пути встретилась такая умная девушка, которая может поддержать меня в бытовых вопросах.
– Ну, тогда тебе и карты в руки!
– Не сомневаюсь, – сказала она. – Так что, внутрь пойдем? Волк сказал, что там какая-то проблема.
– Проблема уже решена, – я улыбнулся, и свистнул. – Ты только не пугайся, – предупредил я сразу Анну.
Тут же перед нами из воздуха воплотился медоед и радостно оскалился, облизав зубы.
– Не-не! – повысил голос я. – Никого жрать не надо! Это Анна! это Волк! А это – отморозок.
– Его так зовут? – тут же поинтересовалась Анна, которая, на удивление, совсем не испугалась.
– Да нет, я ещё не придумал, как его назвать. Отморозок – это его кредо по жизни. Протяните ему свои руки.
И тут Анна слегка замялась, глядя на длинные острые зубы зверька.
– Да не укусит он. Давай, нюхай, тварюшка, – сказал я. – Этих людей трогать нельзя!
Чисто вымытый медоед, на купание которого я потратил два часа и два куска хозяйственного мыла, окаменевшие куски которого я нашёл в уличном трактире, выглядел довольно смешно. Всего его вымыть мне не удалось, поэтому часть шерсти пришлось просто выстричь. Выглядел он сейчас, как больное плешивое животное. Ну, надеюсь, шерсть со временем отрастет.
Обнюхав их руки, он согласно кивнул, и тут же свалил. С приручением дела пошли получше. Но вот его гадский характер я ещё до конца не распознал.
– Пошли уже.
Мы вошли внутрь. Анна присвистнула.
– Как для баронского Рода, здесь хорошая мебель – старая, но качественная и дорогая. Почти антиквариат. Вот только… – она снова нахмурила носик.
– Да, всё это нужно почистить, и частично отреставрировать, – сказал я.
– И эти кости… – она брезгливо приподняла подол платья, переступая через скелеты, которых уже просто не смогли сожрать слизни, уж слишком много их было.
А эти желеобразные сволочи увлеклись, и я еле успел их отозвать, когда они уже начали пробовать на вкус антикварную мебель. Дальше придётся ручками.
– Я пройдусь? – кивнула она на второй этаж.
– Конечно, в доме уже безопасно. Только в подвал не заходи, – кивнул я на запертую дверь, которую я, на всякий случай, придавил шкафом.
– А что там? – тут же сделала «стойку» любопытная Анна.
– Там много всего вкусного. Но только это вкусное пока что охраняется мерзкими тварями. Когда-нибудь мы туда обязательно доберемся, – сказал я, и кивнул Волку. – А вот мы с тобой туда сейчас пойдём. Помоги мне отодвинуть эту дуру.
Потапов сдвинул автомат на спину, и быстро отодвинул тяжеленный шкаф из мореного дуба, даже не заметив его. Процедуры Андросова явно идут ему на пользу, как и хорошее питание.
– Носилки? – напомнил я ему.
Андрей чертыхнулся, и сбегал в машину за требуемым.
Вперёд прошмыгнула Карамелька, а я пошёл следом. Кара попутно разорвала любопытного гоблина, а так больше на пути до открытой комнаты хранилища никто нам больше не попался.
Я завёл Волка внутрь, где встретил преданного Роду некроманта, и кивнул на пол, где валялись доспехи и мечи незадачливых захватчиков.
– Надо всё это вытащить наверх, – сказал я. – А там уже отсортировать.
Волк с любопытством огляделся. От его взгляда не ускользнули ни постаменты, ни слова Кодекса Рода, ни беспорядок вокруг.
– Сделаем, – он кинул носилки на пол и шустро начал стаскивать туда весь лут, попутно гремя костями, безжалостно вытряхивая их из доспехов.
За три ходки, под присмотром Кары, мы вытащили всё наверх. В четвертый раз, в два небольших мешка влезли все оставшиеся немногочисленные свитки и книги, которые нашли в этой комнате. В итоге, там остались только старые кости.
– Давай, припрем этот подвальчик обратно.
Я отправил Шнырьку наверх, чтобы он посмотрел, что сейчас делает Анна. Анна же там проводила тщательную инвентаризацию, открывая каждую створку шкафа, выдвигая каждую полочку, и с любопытством туда заглядывала, периодически чихая от поднимающейся пыли. Можно быть спокойным, ничего не ускользнет от внимания девушки.
Я же принялся под светом солнца, льющегося из пыльных и частично разбитых окон, перебирать всё, что мы притащили, собирая в две кучки. В одну то, что нужно выкинуть или продать. А в другую то, что надо оставить. А потом… Начал создавать третью кучку. Ведь мне в руки попалась интересная добыча.
– Ну, надо же! – я закончил сортировку, и задумчиво посмотрел на третью кучу оружия. Очень странного и не местного оружия.
– Ну, ничего себе! – поддержал меня Волк. – Можно? – протянул он руку.
Я кивнул. Он начал перебирать изогнутые мечи странной формы, парочкой даже показательно взмахнул. Затем постарался вытереть рукавом окислившееся, но не ржавое лезвие, под которым обнаружилась вязь арабского письма.
– Восточное оружие, – выдал он свое экспертное мнение.
Я улыбнулся. Так-то он по огнестрелу эксперт, а «холодняк» – моя стезя.
– Ты прав, друг мой. Вон ятаганы, похожие используют янычары в Османском Султанате, а вон шамшир – это, похоже уже Персия. Вот только что это оружие делает здесь?
Я подошел, и поковырялся в груде доспехов. Там также лежали несколько непривычных доспехов, по большей части, кожаных.
Арабских мечей было восемь штук. А ещё было восемь медальонов с красными рубинами внутри, также с арабской гравировкой. Арабский я в свое время выучил, на всякий случай, так как на ближнем Востоке, кроме Персии и Османского Султаната, было множество мелких, но очень сильных, и постоянно враждующих между собой королевств. В крайнем случае, я думал укрыться там. Им всегда требовались наёмники. И они плевать хотели на законы других государств, не выдавая ни преступников, ни чёрта лысого.
– Да не прикоснется рука неверных к этому оружию, иначе падет проклятие на голову владельца его, и весь его Род, – прочёл я надпись на наиболее «нарядном» шамшире, и присвистнул.
На медальонах, с обратной стороны, была краткая молитва и имена владельцев. Действительно, здесь побывали янычары и персидские «бессмертные» – гвардейцы, как правило дворяне, двух самых крупных государств Ближнего Востока. А один медальона с более крупным камнем я осмотрел поближе.
– Эфенди Ахмет Фаик Рашид, – почесал я голову.
Мне это ничего не говорило, но, похоже, это был кто-то из знатных.
Бросив взгляд на отложенное в сторону восточное оружие, я понял, что в руках держал как раз самый дорогой клинок, интуитивно выбрав его первым. Остальные были попроще. Именно на нём фиолетовый металл не тронула ни капля коррозии. Хорошее дорогое оружие.
Я сам пару раз сделал несколько финтов. Балансировка непривычная. Не было бы у меня Аквилы, вполне можно было взять его. Хотя нет, вряд ли я бы его взял. Эти родовые заморочки… Да ну их на хрен!
Мой взгляд упал на надпись с другой стороны. Я приблизил клинок к глазам и прочитал:
«Всякий недостойный, кто коснётся этого меча, будет убит, как и весь Род его, во имя искупления грехов сына своего».
– Какие-то грёбаные фанатики! – пробурчал я, и отложил меч в сторону, подальше от себя.
Выходит, что меня уже должны убить? Ну-ну…
Так-то, не считая восьми восточных клинков, мы разбогатели на двенадцать мечей, двадцать четыре ножа и кинжала, два топора и одну булаву. А также на два с лишним десятка комплектов брони, над которыми сперва нужно серьёзно поработать, прежде чем оценить – как минимум, почистить, и кое-что постирать. Кое-что было испорчено безвозвратно – я видел это невооруженным взглядом.
Поделиться книгой: