Девочка, которую нельзя

Кивнула.

— Ну тогда провожай гостей, хозяйка, чего ты как не родная-то…

Но вместо того, чтобы самому открыть дверь, Дамир шагнул в сторону. Я глянула на Толика — он всё также улыбался и ждал, пока я их выпущу. И мне не осталось ничего, кроме как шагнуть в проход между парнями и стеной. И как только я оказалась в ловушке — она захлопнулась.

— Ребят, не надо… — вжалась я в стену, с ужасом наблюдая, как они надвигаются. — Ну пожалуйста, Толь…

— Чш-ш… — приблизившись вплотную, приложил он палец к моим губам. — Ты чего так испугалась-то, солнц? Мы же не отморозки какие-нибудь. Да и не чужие, ну?

— Помнишь, я обещал отлизать твою… — ухмыльнулся Дам, оттягивая вырез кофты, — …розочку? — Палец скользнул с выреза и, подцепив пояс юбки, потянул меня на себя. — И твоя сладкая розочка наверняка уже мокренькая…

— Полегче, братан, — осадил его Толик. — Не видишь, девочка не ожидала, что нас будет двое. Она просто не знает, что два мальчика — это двойное удовольствие. Да, солнц?

— Да я вообще сама нежность, — стянул Дамир с себя футболку, самовлюблённо дёрнул покрытой чёрными кучеряшками мышцой. — Просто ей тоже нет смысла особо ломаться. Лучше один раз попробовать, чем сто раз услышать.

— Ребят… Не надо, ну пожалуйста…

— Да не трясись ты так, — окончательно зажимая к стене, ухмыльнулся Толик. — Расслабься. Ты же и сама хочешь, просто стесняешься.

— Мамой клянусь, хорошо тебе сделаю, красавица! — наваливаясь с другой стороны, прохрипел Дам и скользнул рукой под юбку. — Сама же потом ещё просить будешь!

— Не жести́! — придержал его Толик. — Пусть сама решает. Солнц, ну не хочешь сразу с двумя, давай по очереди, какие проблемы-то?

Дам зарычал и агрессивно пропихнул ладонь между моих скрещённых бёдер.

— Да она уже мокрая, Толян! Серьёзно, течёт как сучка! Сам потрогай!

— Нет, нет, ребят… — забилась я. — Толь, не надо! Толь…

В этот момент из темноты за их спинами появилось что-то человекообразное, и я завизжала.

— Говорю, без жести, дебил! — накинулся на Дамира Толик. — Мне статья за изнас не нужна, я…

И человекообразное, на свету превратившись в незнакомца из клуба, просто сшибло их лбами. Всего мгновенье: стояли два урода — и вот они валяются. Один неподвижно, второй стонет и корёжится, пытаясь подняться. Незнакомец запустил пятерню в его волосы, резко вздёрнул на ноги.

— Видишь девчонку?

Не знаю, как Толик меня, а я прекрасно видела его разбитый лоб и заливающую глаза кровь. В ужасе зажала рот руками, незнакомец тряхнул жертву:

— Я спросил, девчонку видишь?

— Д… Д… Да!

Мужик притянул его бошку к себе:

— Так вот, её трогать нельзя! — И впечатал Толика мордой в дверь. Постоял немного, глядя на неподвижные тела, поднял взгляд на меня: — Всё нормально?

— Чт… Что нормально? Где нормально?! Да это просто… — внятных слов не находилось. Всё случилось так неожиданно и трешово, что до сих пор не верилось. Понятно было только одно — Верке теперь точно конец. — Они хоть живы?

— Этот, — кивнул мужик на Дамира, — точно живой. А этот, — будто сомневаясь, подпихнул Толика ногой, тот застонал. — Тоже живой, как видишь.

— Что вы наделали… — схватилась я за голову. — Зачем?

— А, так я всё-таки не в своё дело влез? Ну извини. Не хотел вам мешать, просто время поджимает. Я и так на тебя полночи потерял.

— Вы? На меня?! Как вы вообще тут оказались?

— На машине. Не помнишь? — как ни в чём не бывало пошёл в комнату, включил свет. — Ты заснула, пока ехали, я тебя разбудил, спросил адрес, ты сказала и снова отрубилась. Так бывает после этой дряни. Пришлось донести тебя на руках. Будить не стал, понимал, что сама скоро очнёшься. У тебя теперь несколько дней нарушение сна будет. Имей это в виду, кстати, и старайся не упускать возможности лишний раз поспать.

— Но тогда зачем вы их так… — обхватила я себя руками. — Можно ведь было просто спугнуть, дать понять, что что вы здесь…

— Ну да. А можно было и подождать, пока они тебя трахнут. Слушай, я дал им гораздо больше — шанс понять, что тебя уже отпустило, и ловить здесь нечего, но они его просрали. Чего ещё?

— Что значит, уже отпустило?

Он склонил голову к плечу, глянул на меня со снисходительной улыбочкой.

— Эти двое тоже были в Зажигалке, тёрлись возле тебя. Неужели не заметила? Впрочем, не мудрено. Ведь ты, — многозначительно подёргал бровями, — плясала.

Я вспыхнула. Значит, он не только видел мои танцы, но и понимал, что они — для него!

— А раз они были в Зажигалке и видели, как тебя штырит, то и сюда заявились явно не с проверкой. Понимаешь, да?

— Чёрт… — плюхнулась я в кресло. — Явились не с проверкой, но нашли здесь вас! А значит, Верке теперь полюбому проблем из-за меня прилетит! — Погрызла губу. — Как думаете, если заявить на них за попытку изнасилования, их арестуют?

— Попробуй. Только как ты объяснишь ментам их состояние?

— Правду скажем, что это вы. Это же самооборона получается?

— Я? — усмехнулся он. — Ты что-то путаешь, девочка. Меня тут вообще не было.

— В смысле?! — ещё больше и возмутилась, и испугалась я. — А если у них носы переломаны, и они заявление напишут за телесные, я что ли отвечать буду?

— Резонно. Тогда, если хочешь, могу просто свернуть им шеи. А трупы закопаешь в огороде. У тебя же есть лопата?

И словно в ответ, в прихожке хлопнула дверь. Я выскочила туда и обнаружила только кровавые разводы на полу и стене.

— Ну вот и всё, — вышел следом за мной незнакомец. — Нет тела, нет дела. Расслабься.

— Вам хорошо говорить… — обхватила я себя руками. — А если они решат отомстить?

— Не решат. Они услышали достаточно, чтобы уяснить, что тебя лучше не трогать. Да и вообще, это всё мелочи, не бери в голову. Твоя проблема в другом, и, собственно, поэтому я до сих пор здесь. Не хочу пугать, но похоже сегодня возле клуба ты засветилась в переделке гораздо крупнее, чем эти отморозки, и тебя могут захотеть повидать куда более серьёзные товарищи. Возможна слежка и даже похищение. Имей в виду.

— В смысле… — обмерла я.

— Так что, появятся проблемы, звони, — как ни в чём не бывало, достал он из кармана визитку. — Только это должны быть реальные проблемы, надирать плохим пацанам попки я больше не буду.

— Ах ты гад! — моментально зверея, кинулась я на него с кулаками. — Скотина, куда ты меня втянул?!

Но он лишь перехватил мою руку и, больно стиснув запястье, невозмутимо вставил между ослабшими пальцами визитку:

— Скажешь, от Гордеева.

Глава 3

Сон действительно нарушился, вот только не факт, что от неведомой дури, которой меня якобы опоили. Насчёт этого всё вообще оказалось до безобразия гадко, но просто: когда я прижала Маху расспросами, она призналась, что в коктейли у бара мне доливали водку.

— Чуточку, Слав, вот прям грамульку! — стараясь не шевелить лицом, чтобы не сдвинулась маска от отёков, оправдывалась она на следующее утро. — Просто для настроения!

Вокруг меня с диким нетерпением приплясывал Босс, заглядывая в глаза так умоляюще, словно до лужи у порога остались считанные секунды. А убирать потом мне. С трудом сдерживая рвущийся с языка мат, я пристегнула к собачьему ошейнику поводок.

— Это подло, Маш!

— Да там две капли всего было, ты же сама говоришь, что даже вкуса не почувствовала! Зато хоть немного расслабилась.

Не поспоришь. Водку я действительно не ощутила. Но зато и растащило меня по стандарту.

— А ты прошлой ночью звонила Верке на счёт меня? Что я пропала?

Маха на мгновенье замерла, прекратив постукивать пальцами вокруг глаз.

— Ну-у… — словно растерялась, но быстро нашлась. — Звонила, да. Просто ты так внезапно исчезла… Нормальные люди так не делают, кстати!

Я фыркнула и вышла в подъезд. А она что, думала я извиняться буду?

Однако настроение окончательно упало. Получалось, что отныне Махе доверять нельзя. Очень жаль, ведь крайне удобно иметь в подружках мажорку, от которой неплохо прилетает за уборку в квартире и выгул собачки. И пусть она относилась ко мне свысока, как полубогиня к простой смертной — я на это плевать хотела. Даже наоборот, именно этого я и добивалась последние три года — раствориться в толпе простых смертных. И ведь у меня хорошо получалось! И не дай бог грёбанный мистер Икс из клуба хоть что-то пошатнул…

Он, кстати, облажался с вердиктом, а ведь выглядел так убедительно! Это всё-таки был алкоголь, который мне просто нельзя из-за непереносимости. И парни приехали ко мне именно с подачи Верки, которой действительно позвонила Машка.

Впрочем, могли и сами, особенно если мистер Икс не облажался хотя бы здесь, и они действительно видели меня в Зажигалке. В конце концов, это товар Толика складировался во второй комнате нашей избушки, и Толик реально имел право переживать, что я притащу в дом кого-то, кто может захотеть этот товар украсть. Ну а дальше пацанов просто понесло. Опять же — особенно если они видели меня в клубе в фееричном секси-угаре.

И всё бы ничего, если бы они действительно не обнаружили, что я не одна. И ладно бы просто не одна, но им теперь ещё и морды по кускам собирать придётся. И то, что они побоятся мстить мне, не значит, что не захотят отыграться на Верке. Из-за меня.

Ну и кто мне теперь докажет, что мои проблемы со сном — это от неведомой дури, а не от нервов?

А проблемы были нешуточные. Я то умирала от сонливости, но, хоть ты тресни, не могла заснуть, то начинала вырубаться на ровном месте, едва ли не на ходу. «Старайся не упускать возможности лишний раз поспать…» Скотина. Сам-то хоть раз пробовал спать, делая клизму псу, или обрезая кошану когти?

— Не болеешь, случайно? — поинтересовалась Галина, ветврач под началом которой я проходила летнюю практику в крутом центре красоты и здоровья домашних питомцев. По протекции Махи, кстати. — На тебе лица нет.

— Не высыпаюсь, — честно призналась я.

— Влюбилась что ли?

— Готовлюсь к поступлению в институт, — соврала. Институт мне не светил ещё как минимум год, до окончания колледжа.

— Похвально, но недопустимо. У нас каждый пациент стоит дороже, чем наши с тобой жизни вместе взятые, — строго нахмурилась Галина. — Сейчас Ральфику ушки дочистишь, и иди домой, спи. А на будущее разберись со своим графиком.

По пути на вокзал я заскочила в кофейню, взяла кофе на вынос. Но он не помог, и в электричке я всё равно нещадно клевала носом с жутким, стыдным грохотом периодически бахаясь головой об окно. Чтобы хоть как-то выдернуть себя из этого состояния, я взялась просматривать соцсети… И очнулась, когда, выскользнув из безвольной руки, стаканчик с кофе ударился об пол, обдавая всё вокруг брызгами остывшего капучино.

В надежде убедиться, что свидетелей позора не так уж и много обернулась… и замерла: из-за стеклянной двери тамбура на меня смотрел мужик. Невысокий такой, рыжеватый, в натянутой на глаза кепке. Поймав мой взгляд, он поспешно перешёл в другой вагон… А я забыла, как дышать. Потому что узнала. Это был тот, с остановки, который спрашивал, не пробегал ли тут большой и бритый… И который, возможно, стрелял в нас минутой позже.

Сонливость как рукой сняло! Бросилась к противоположному выходу из вагона. Пробежала через два следующих и, не задумываясь, выскочила на следующей же станции. Оттуда, бегом и постоянно оглядываясь, к жилым кварталам. И лишь попав во дворы, немного успокоилась. Погони не было. Да и мужик мне мог примерещиться спросонья. Вернее, мужик-то точно был, но не факт, что тот самый.

Посидела немного на скамейке у подъезда и, скрепя сердце, вызвала такси. Денег оставалось совсем мало.

В машине снова стала засыпать. Очнулась от вопроса водителя:

— Девушка, Отрадное! Дальше куда едем?

Я глянула в окно — мы действительно остановились на въезде в дачное товарищество «Отрадное» и дальше нужно было объяснять проезд на пальцах.

Быстро преодолев асфальтированные улицы «нового» массива, мы въехали на непролазные грунтовки старых, середины прошлого века, дач. И только открывая замок нашей с Веркой избушки, я заторможенно опустила руки…

Хаотично раскиданная нумерация домиков этого массива — головная боль тех немногих, кто решился осесть здесь на ПМЖ. Потому что по кадастровой карте тебя регистрировали в одном месте, а фактически дом мог находиться в сотне метров и даже на другой линии. Ни «скорую» вызвать, ни такси — ради этого приходилось пешком выходить к остановке нового массива. Ну и как же я могла сказать мистеру Икс свой адрес, да ещё и так, чтобы он умудрился отыскать его самостоятельно и среди ночи? Правильно — никак!

На всякий случай проверила замок на «складе» — комнате, где хранился товар Толика. Оказался цел и замок, и бумажная лента «опечатки», которую Верка наклеила перед своим отъездом. Потом пролезла по всему дому, пытаясь вспомнить, где что лежало и не исчезло ли чего.

Конечно, это было глупо — брать у нас особо нечего, домик настолько маленький, что даже холодильник стоял в комнате, прямо в изголовье моего диванчика. В то время, как мистер Икс гарцевал на такой крутой тачке, что не позарился бы не только на наши с Веркой вилки-ложки из нержавейки, но даже и на товар Толика — все эти кальянные табаки, сменные картриджи для вейпов и курительная жижа с ароматом пластмассовых фруктов?

И всё-таки, как же он здесь оказался? Может, я отрубилась уже после того, как показала дорогу?

…Или он с самого начала знал, где я живу? И кого он высматривал там, в клубе? Случайно ли оказался на остановке одновременно со мной?

Всё внутри застывало от этих мыслей. Гнала их как только могла. Сколько сил мне понадобилось, чтобы наконец осесть здесь! Чтобы найти Верку, войти к ней в доверие. Обустроиться. Перестать вздрагивать от каждой тени. Оправиться от горя и тоски. Поступить в колледж по чужим документам, чтобы как можно дольше не палить свои. Обрести надежду на то, что теперь, когда отец погиб, о чём я узнала полтора года назад из новостей по телевизору — и у меня всё наладится. Что после колледжа поступлю в институт, а там уж как-нибудь пойдёт-поедет, как у нормальных людей…

Столько времени прошло со дня бегства! Я ведь даже не была на маминых похоронах, хотя может, это и к лучшему — я навсегда запомню её сильно взволнованной, но живой. С трудом держащей слёзы, причитающей: «Не вздумай возвращаться! Найди тётю Юлю, передай ей записку. И не вздумай мне звонить, писать и даже проезжать мимо, ты слышишь? Я сама тебя найду, когда будет можно…»

Мне же, даже несмотря на повышенную мамину тревожность, происходящее казалось тогда скорее захватывающим квестом. Я понимала маму — ей порою так влетало от отца, что я на её месте сбежала бы давным-давно, когда отец ещё не подался в криминал, и была хоть какая-то надежда на его вменяемость. Но в тоже время отец хотя и наказывал меня за любую ерунду, но никогда не поднимал руку. А сейчас мама вдруг начала вести себя так, словно это меня, а не её он избивал до потери сознания. Словно это мне, а не ей нужно было опасаться кары за бегство.

В тот день я простилась с ней всего на пару месяцев и уехала на автобусе… который сломался, едва выехав за город. И я не придумала ничего лучше, как вернуться на квартиру, где мы с мамой прятались последние три дня. Просто переночевать и уехать завтра. Какая разница — днём раньше, днём позже?

Но у подъезда дома обнаружила полицию и какую-то странного вида «скорую», в которую как раз грузили носилки, покрытые простынёй, из-под которой выбивались роскошные мамины косы…

Что сдержало меня от того, чтобы не кинуться к ней? Всплывающие в памяти полные неподдельной тревоги глаза и быстрый шёпот: «Не вздумай возвращаться, слышишь?»

Происходящее моментально перестало казаться мне увлекательным квестом. Особенно после того, как на следующий день на автовокзале меня едва не заловил человек отца. И потом я ещё несколько раз уходила из-под самого его носа. Это действительно была охота, и мама оказалась права — на этот раз ловили не её, а меня. И, даже не догадываясь зачем, я не ждала от этого ничего хорошего.

Гораздо позже я всё-таки выяснила, что мама якобы повесилась — но ни на миг в это не поверила. Она не могла меня бросить! Она бы до последнего заметала следы и уводила погоню в ложном направлении! …Но успела лишь высвободить меня из силков отца. Чтобы дальше я сама. И я не должна была подвести её жертву.

Я нашла ту самую мамину давнюю знакомую тётю Юлю… которая к этому времени, оказалось, уже полтора года как умерла. Через десятые руки вышла на её дочку Верку. Ради этого даже уехала в очередной чужой город — не зная, как меня там встретят, куда пошлют. Но не имея других вариантов, куда податься.

Мне тогда шёл всего лишь шестнадцатый год, и я осталась не просто одна, но ещё и под гнётом неведомой мне, идущей по следам опасности. И один Бог знает, каким чудом я справилась, но я смогла. И во многом благодаря Верке, которая была старше меня всего на три года, но пронырлива, как лиса.

И меньше всего на свете мне хотелось возвращаться к этому кошмару снова. Но что-то внутри нашёптывало, что белая полоса закончилась. А если так — нужно быть готовой ко всему. В том числе и к очередному бегству.

Позвонила Верке — она как ни в чём не бывало сообщила что вернётся через три дня. Она, похоже, даже не знала о нашем с Толиком конфликте! Неужели, угрозы мистера Икс всё-таки подействовали на парней?

Достала визитку. Чёрный пластиковый прямоугольничек с бархатистым на ощупь покрытием — по ощущениям, он один стоил как неделя моих уборок у Махи. Никаких имён или пояснений, лишь номер телефона и надпись серебром «Diamond — G»