Проклятые судьбы

— Я не буду, — вздохнул я.

— Мне жаль, что меня не было рядом с тобой, — сказал он. — Клянусь звездами, ты мог умереть. — Его грубая челюсть задела мою, и я застонал, пытаясь отстраниться достаточно, прежде чем эта связь получит слишком большой контроль надо мной.

— Все в порядке, что тебя там де было.

— Так не должно быть. Черт возьми, Лэнс. Может ли эта ночь стать еще хуже?

— Сомневаюсь, — пробормотал я. Его кожа была обжигающе горячей, прижимаясь к моей, но я не отпустил его, даже когда из его рта повалил дым. Я был нужен ему настолько близко, что сгорел бы ради него, если бы пришлось.

— Прости, — сказал он, закрывая глаза и пытаясь обуздать своего Дракона. — Это просто чертовски больно. Что, черт возьми, мне теперь делать?

Я покачал головой, желая, чтобы у меня был ответ, но я ничего не придумал. Мы замолчали, и он прислонился лбом к моему плечу, пытаясь справиться с этой ужасной чертовой вещью, которая с ним произошла. А завтра все будут знать. Вся академия увидела бы кольца в их глазах. Это изменило бы то, как люди вели себя вокруг них. Элизианские Пары — это не то, к чему любой фейри относился легкомысленно.

— Что случилось с Кларой? — спросил Дариус, его голос был тяжелым, как будто он боялся спросить. — Это она ударила тебя ножом?

Я кивнул, когда боль пронзила мою грудь.

— Она ушла…Я не знаю, куда. Я даже не знаю, была ли это она, я уже сомневаюсь во всем. — Мое сердце начало разрываться на части. Я все еще не хотел сталкиваться с этим, но я знал, что Дариусу нужно было сосредоточиться на чем-то другом. Так что связь вытолкнула слова наружу, хотя я и не был готов их озвучить. — Может быть, это была вовсе не она, просто призрак из теней.

— Она была достаточно реальной, чтобы причинить тебе боль, — прорычал он. — Черт, что, если… — Он замолчал, и я откинулся назад, чтобы получше рассмотреть выражение его лица.

— Что? — надавил Я.

— Ну, она была связана с моим отцом так же, как ты со мной. Если эта связь все еще существует, может быть… Черт, может быть, она ушла к нему.

От этой мысли у меня перехватило горло. Это была ужасная гребаная мысль. Что она все еще хранила некоторую преданность отцу Дариуса в своем сердце. Но если тени действительно поглотили то, что осталось от моей сестры, имело смысл, что ее потянуло на этот темный путь.

— Будем надеяться, что нет, — выдохнул я, гадая, что мне теперь делать. Мне нужно было найти ее, но если она была готова убить меня, я не знал, можно ли было что-то найти. Может быть, она стала просто оболочкой, наполненной тьмой. Может быть, ее лицо было просто воспоминанием, а ее слова были просто сладкой ложью, чтобы заставить нас выполнять ее приказы.

Я подумал о том, как она причинила боль Тори в тени, и проклинал себя за то, что был таким безрассудным. За то, что подпустил Голубка так близко к ней. Это было чудо, что она пощадила ее…

Мое сердце, наконец, разорвалось на части, открыв рану, которая почти зажила за то время, пока я думал, что смогу спасти свою сестру. Потеря, которая полностью сломила меня, а теперь вернулась, чтобы преследовать меня во плоти.

— Выпей из меня, — потребовал Дариус, но я покачал головой. — Пожалуйста, это меньшее, что я могу сделать. — Он склонил голову набок, запустив руку в мои волосы и притянув меня ближе. Мой нос коснулся его шеи, и биение его пульса взывало ко мне, как песня Сирены.

— Я не хочу причинять тебе еще больше боли, — сказал я сквозь зубы, пытаясь отстраниться, несмотря на голод, разрывающий мои внутренности.

— Ты этого не сделаешь. — Он притянул меня ближе, и я поддался порыву, вонзив клыки в его горло и ощутив пьянящий жар его крови.

Я застонал, удерживая его неподвижно, пока получал его силу. Связь усилилась, но я сосредоточился на Голубке, вытесняя из головы все предательские мысли о Дариусе. Я бы никогда не нарушил наше доверие ради извращенной магии Лайонела.

Я, наконец, нашел в себе силы отстраниться и упал на спину, увеличив некоторое расстояние между нами. Дариус тоже перевернулся на спину рядом со мной, и мы молча уставились в потолок.

— Когда я увидел тебя в той пещере, я подумал… — Дариус прочистил горло. — Я уже думал, что вот-вот потеряю тебя. — Он взял меня за руку, и я автоматически переплел свои пальцы с его. — Я бы пропал без тебя. Я так сожалею обо всем. За то, что сделал мой отец, за Клару.

Я проглотил рваный ком, разрывающий мое горло, сжимая его руку.

— Мне тоже жаль, Дариус.

Он тяжело вздохнул, и я решил, что сейчас самое время сказать все. Потому что моя схватка со смертью многое открыла для меня в перспективе.

— Я влюблен в Дарси Вегу, — заявил я, не глядя на него. — И она тоже любит меня.

— Я знаю, — тихо ответил Дариус. — Я понял это в ту секунду, когда увидел ее в той пещере, оплакивающей тебя, и я понял это в тот момент, когда увидел, как ты входишь с ней в спальню.

Я не мог понять, что он чувствовал по этому поводу, его челюсть была сжата, а глаза по-прежнему устремлены в потолок. Мое сердце колотилось, пока я ждал, скажет ли он что-нибудь еще.

— Я пытался сказать тебе в тот день, когда вы с Тори переспали, но потом… — Я нахмурился, мое нутро скрутило от того, как мы ссорились из-за Вега. Каким глупым это казалось сейчас.

— Ты думал, что я возненавижу тебя за это из-за того, что я сказал о них, — предположил он прерывающимся тоном.

Я не ответил, потому что такая возможность все еще оставалась. Даже после того, что с ним случилось, я не знал, как это может изменить его взгляд на них. Может быть, он возненавидел бы их еще больше. Но независимо от того, сделал он это или нет, я больше не притворяюсь. И я справилюсь с тем, как Дариус решит отреагировать на это. Ради Голубка.

Между нами воцарилось молчание, и Дариус отпустил мою руку. Мое сердце сжалось, когда я ждал, что он закричит и сойдет с ума, когда он сел и уставился на меня сверху вниз.

— Никогда не отпускай ее, Лэнс. Ты, блядь, будешь бороться за нее до последнего вздоха, слышишь меня?

Я подвинулся, чтобы сесть, и стукнулась лбом о его лоб с огромным вздохом облегчения.

— Спасибо.

Он хлопнул меня по плечу.

— У тебя есть еще какие-нибудь глубокие темные секреты, которыми ты хочешь поделиться, брат? Уже почти рассвело, и мы могли бы начать завтра без единой лжи между нами.

— Только один, — сказал я, нахмурив брови. — Сет узнал о нас на вечеринке в честь Хэллоуина. Он угрожал рассказать Нове, заставляя Дарси делать все, что ему заблагорассудится, чтобы помучить ее.

Опасное рычание вырвалось из горла Дариуса.

— Он больше не будет ва беспокоить.

Я склонил голову, когда облегчение нахлынуло на меня и ослабило узел вокруг моего сердца. Но вместе с проблеском надежды для меня и Голубка пришла целая жизнь страданий для моей девушки и ее сестры.

— Дариус, — серьезно сказал я, пристально глядя на него. — Я клянусь всем, что у меня есть, если есть способ изменить твою судьбу, я найду его.

Его рот дернулся, но я видел, что мои слова не дали ему никакой надежды. Поэтому я снова притянул его в свои объятия и держал до тех пор, пока птицы не запели о рассвете, а солнце не взошло на небо так, словно весило тысячу тонн.

Ксавьер

Я свободно летел над облаками, парил, кружился, мчался под сияющим солнцем. Затем что-то темное прорвалось сквозь мое поле зрения, и облака поглотила тяжелая тень.

У меня вырвалось ржание, и я вздрогнул, когда тени приблизились, обвились вокруг меня, пока я не перестал видеть.

Я резко проснулся и вздрогнул, когда холодный воздух в моей комнате окутал меня. Я со вздохом натянул одеяло повыше до подбородка. Кровь моих родителей была горячей из-за их Орденов, поэтому отец отказал мне в любезности отопления. Когда он уезжал в командировки, я мог позаботиться о том, чтобы в доме было тепло, но, к сожалению, он был дома.

Канун Нового года был примерно таким же веселым, как смотреть игру в питбол без мячей. Мои родители посетили гала-концерт в Тукане, в то время как я остался здесь, чтобы спокойно наблюдать, как отсчитываются секунды до следующего года в аду. Единственная хорошая новость пришла в виде сообщения от Софии. Я достал свой телефон из-под подушки, чтобы прочитать его еще раз, улыбка приподняла один уголок моего рта.

София:

С Новым годом, Филипп! Я надеюсь, что все твои мечты сбудутся x

Я тоже надеюсь, что они сбудутся. Потому что одно из моих желаний — это встречается с тобой.

За моим окном было светло, а часы на прикроватной тумбочке показывали раннее утро. Большую часть дней я не утруждал себя установкой будильника, зачем было вставать?

Мама подарила мне на Рождество новый Xbox, так что, по крайней мере, я мог сбежать из этой комнаты таким способом. Но я так устал играть в игры. С тех пор как я перекинулся в форму Ордена во Дворце Вега и играл со всеми в снегу, мне очень хотелось выйти за пределы поместья. Мне хотелось бегать, летать и парить в облаках. Это было несправедливо.

Я выскользнул из кровати, подошёл к окну и отдернул занавески. Снег покрывал мир, серое небо все еще выпускало пухлые белые хлопья, которые лениво кружились к земле.

Темная фигура привлекла мое внимание далеко на заснеженной лужайке, и я замер. Я прищурился, пытаясь разглядеть получше, но она была в плаще и стояла на краю замерзшего озера вдалеке.

Я оглянулся через плечо, полагая, что должен предупредить отца, но когда я обернулся, она ушла. Мое сердце заколотилось в груди, когда я стал искать ее глазами. До самого дома, расположенного несколькими этажами ниже меня, в снегу была проложена тропинка.

Дрожь пробежала по моему позвоночнику.

Что-то было не так.

— Отец! — позвал я.

Окровавленная рука ударила по окну, и я испуганно ахнул, отпрыгнув назад, так как мое сердцедико стучало. Девушка вскарабкалась на подоконник моего окна, ее тело было окутано живой тенью, которая клубилась вокруг нее, как плащ. Ее капюшон откинулся назад, открывая лицо, и я встретился взглядом с глазами чистейшей тьмы. Ее рот и челюсть были измазаны кровью, а на губах играла жестокая улыбка. Вампир.

— Отец! — Я побежал к двери, и до меня донесся звук открывающегося окна.

Пятно тьмы промчалось мимо меня, и девушка схватила меня за руку, развернула и с невероятной силой швырнула на дверь. Ее глаза загорелись маниакальным блеском, когда она прижалась ко мне. Она была ниже меня ростом, но это мало что значило в Солярии, когда меня ещё даже не Пробудили.

— Ксавье! — Ее щеки расплылись в улыбке, и она обвила руками мою шею, крепко обнимая меня. — Ты стал таким высоким, что я приняла тебя за своего братаю.

— Кто ты? — потребовал я, трясущимися пальцами дотягиваясь до дверной ручки позади себя. Я не хотел пугаться, но, черт возьми, эта женщина выглядела как монстр, только что вышедшей из «Обители зла».

— Я принцесса, — объявила она, наклоняя голову, чтобы прижаться ухом к моей груди. — А ты сын короля, — выдохнула она. — В тебе так много силы, ты чувствуешь ее?

— Чувствую что? — нервно спросил я. Я держал руку на дверной ручке, но, черт возьми, она открылась внутрь.

— Тени, — промурлыкала она, и плащ вокруг нее зашевелился в ответ, колышась от невидимого ветерка. Она провела двумя пальцами по моей груди, и тьма закружилась вокруг кончиков, притягивая что-то глубоко внутри меня. Когда она провела ими по моей шее, тени внутри меня последовали за ней, как магнит, притягивая меня в свои сладкие объятия.

Я забыл о своей панике, когда тьма замурлыкала внутри меня, следуя за пальцами девушки вплоть до того места, где она остановилась у моего виска. Они вились вокруг моего зрения, и сила пульсировала во мне с каждым ударом моего сердца.

— Вот, — выдохнула она. — Тебе не нужно их прятать. Они хотят, чтобы их выпустили.

— Кто ты? — снова спросил я. — Как тебя зовут?

— Ты что, не помнишь меня, глупец? — Она отступила назад, склонив голову набок. Она вытерла кровь вокруг рта, и мой взгляд скользнул по ее чертам. Мои губы приоткрылись, когда я внезапно узнал ее пикси-нос и веснушки, покрывающие ее щеки. Но это было невозможно. Дариус рассказал мне, что случилось с сестрой Лэнса. Как она могла быть здесь сейчас?

— Клара? — Я ахнул, и она энергично кивнула, выглядя на грани слез.

— Ты помнишь меня! — Она бросилась обратно в мои объятия, и я понял, что должен был воспользоваться возможностью и убежать, но тени не давали мне успокоиться.

Она вцепилась в меня с силой своего Ордена, и у меня перехватило дыхание, когда она начала рыдать.

— О, Ксавье, он ушел. Ушел, ушел, ушел.

— Кто ушел? — прохрипел я.

— Мой младший брат, — фыркнула она, в одно мгновение снова взяв себя в руки. Она отступила, чтобы вытереть слезы, затем вздохнула. — Он должен был умереть, он совсем не был хорошим братом.

— Подожди, ты имеешь в виду Лэнса? — потребовал я, моя паника снова всплыла, вырываясь из теней, которые скользили вокруг моего сердца.

Она кивнула, надув губы, затем потянулась мимо меня к дверной ручке.

— Кровь за кровь, кровь за кровь. — Она пожала плечами, оттолкнув меня в сторону так сильно, что я чуть не упал, когда она рывком открыла дверь. — Отведи меня к нему. Где мой король?

Я почувствовал, как она тянет за собой тени во мне, и я двинулся в коридор, чтобы последовать за ней, делая медленный вдох. Тени питались моим горем, и казалось, что я стою на краю пропасти, ожидая падения.

Лэнс ушел. Она убила его.

— Ксавье! — твердо сказала Клара. — Отведи меня к своему отцу. — От нее отделился завиток теней, обвился вокруг моей талии и притянул меня к себе.

— Что с тобой случилось? — спросил я, мой голос был слишком напряженным.

Тени обещали мне избавление от этой боли, но я сопротивлялся им изо всех сил, не желая слишком глубоко растворяться в них. Я сосредоточился на Дариусе, позволив своей любви к нему привязать меня к тому, кем я был. Мое сердце сжалось при мысли о том, что мой брат потерял своего лучшего друга, и горе ранило меня немного острее.

— Я заблудилась в темноте. — Клара повернулась ко мне, когда мы шли по коридору в направлении кабинета моего отца.

Слезы навернулись на ее глаза, и на мгновение она стала похожа на девочку, которую я знал в детстве. Я играл с ней в саду с Лэнсом и Дариусом, мы разбивали лагерь в лесу и вместе плавали в озере. Она была такой знакомой, и в то же время в ней было что-то такое незнакомое. Как будто тени забрали часть ее для себя, и эта часть стала жестоким незнакомцем.

Если она действительно причинила боль своему брату… убила его… тогда это была не та девушка, которую я знал и любил.

Мы добрались до кабинета моего отца, и страх скрутил меня при мысли о том, что я потревожу его здесь. Даже для чего-то столь изменяющего мир, как это. Это была инстинктивная реакция. Потому что беспокоить его на работе означало столкнуться с яростью его кулаков. И точка. Но я не думал, что на этот раз так будет.

Я постучал в дверь, а Клара взялась за ручку.

— Подожди… — Я ахнула за секунду до того, как она распахнула ее.

Мой отец поднял глаза от своего стола с усмешкой, но она исчезла, как только он увидел Клару, и выражение его лица сменилось тревогой.

— Мой король! — Она бросилась вперед, перепрыгнула через его стол и приземлилась ему на колени.

Мой рот приоткрылся, когда отец встал на дыбы, с ревом швырнув ее на стол за горло. Его другая рука была поднята, полная пламени, а глаза блестели зеленым от формы Ордена.

— Кем, черт возьми, ты себя возомнила?!

Клара улыбалась, как будто он не причинял ей боли, цепляясь за его руку, как будто они обнимались с любовью.