Путь. Книга третья

– Да нас пол-Саора таких, в короля по уши влюблённых. Одна ты, Ли, учудила, – нахмурилась Калэ. – Когда же тебя угораздило-то? На последнем балу в Осхе, не иначе? Дэр там один был, без мужа… То-то тебя Синеглазый стал так раздражать.

– Он не может… – опять сунулась Тия, но на сей раз на неё почище хоренгов рыкнули все три девушки:

– Помолчи!

– Ли, – уже другим, спокойным, взрослым, тоном заговорила Калэ, – ты не сердись, но увлечься королём… безопасно, что ли. Там сразу всё понятно – ах, ох, красота нереальная. Только это несерьёзно, потому и проходит быстро. Любить по-настоящему можно знакомого человека, а мы Синеглазого не знаем, да и не пересечёмся никогда. До него, как до Ардэга, – не дотянешься, любуйся издали. Где мы – и где он. Правитель, Хранитель Саора… Чтобы сблизиться с королём, надо или в Совет войти, или сильным магом быть, а не время от времени на церемониях восхищаться.

– Можно подумать, у меня есть шанс с принцем поближе сойтись, – тихо и зло откликнулась Алия.

– Шанса нет, – подтвердила Сайнер, – тем более Ли. Что ты в нём нашла? Принц милый, не спорю, особенно когда улыбается. Но в Саоре полно симпатичных парней.

– И улыбается он только одному человеку, – жёстко докончила Калэ.

Алия начала закипать.

Почему все восторгаются королём, этим идеальным и холодным совершенством, с безупречно правильными чертами, неестественными глазами и постоянно насмешливым взглядом?

Ведь Дэрэк ничуть не хуже…

Это случилось в Осхе. День излома года – праздник незначительный, обычно его и не отмечают, но тут он совпал с новым десятилетием, и принцесса Лейгни устроила бал. Среди общего веселья выделялась одиноко замершая у окна высокая стройная фигура в облаке бело-пепельных волос. Конечно, она и раньше видела принца Соледжа, а слышала о нём постоянно, просто внимания не обращала. Ну, Дэр, сын Дэфка. Легенд о котором было сложено куда больше, чем им прожито лет, слухов же ходило и вовсе немерено.

Алия сплетни не жаловала, однако ничего по-настоящему мерзкого, оскорбительного для чести короля и принца никогда не говорили. Умилялись, подтрунивали, но границ пристойного не переходили. Слушать же о необычной и смелой связи двух Правителей Саора было захватывающе интересно. Причём изначально девушка больше благоволила бесстрашному герою, без магии совершающему подвиги, нежели тому, ради кого сын Дэфка готов был отдать жизнь.

Теперь она смогла рассмотреть принца как следует – привлекательного, светлокожего юношу с тонким профилем и такой трогательной ямочкой на подбородке. Только озорной улыбки, о которой столько судачили, не заметила. Дэр в тот вечер совсем не улыбался, мало разговаривал, явно грустил, ни с кем не танцевал и сбежал задолго до окончания бала.

И всё это потому, что рядом не было короля Саора, с которым принца объединяла постоянная связь. Способность общаться без магии, ощущать эмоции и чувства друг друга, необъяснимая и непонятная, пугала до дрожи. Очаровательный юноша был в плену могущественного мага, даже веселиться отдельно от него не мог!

После того дня Алия не думала ни о ком, кроме зеленоглазого принца. Мечтала быть с ним рядом, разорвать проклятую связь. Доказать всем, и ему первому, что для короля он лишь второй после жены, а для неё, дочери Вирана, станет единственным на свете!

– Это моё дело, – решительно повторила Алия, – я ни перед кем не должна отчитываться.

– Девочки, – вдруг округлила глаза Тия, – странно как! Мы четверть часа тут торчим, а Учителя так и нет!

Опомнившись, они заозирались. Вэй беспечно и лениво плескалось в десяти шагах, ровная трава на берегу озера плавно переходила в заросли савиери, резной гребень Эриэжа, подсвеченный Сэрбэл, отсекал от них Соледж. Арск не обнаружился. Калэ, как самая старшая и опытная, сотворила Заклинание Поиска – безрезультатно.

– И что? – разочарованно протянула Сайнер. – По домам?

– У меня отработка Заклинания Пути, – расстроилась Тия. – Не освою – папа в Орж не возьмёт.

– Подумаешь – своего драгоценного не увидишь, – Калэ тяжело вздохнула. – Велика потеря! Мне брат обещал прогулку в Шэньри, если с потоками разберусь.

– Накрылась твоя прогулка, – Алия обиженно плюхнулась прямо на траву. – И у меня затык с Прыжками…

– Неужели нельзя было предупредить?! – возмутилась Калэ. – Я бы с Илесом связалась!

– Или с Аризом, – кивнула Тия.

– Размечтались! – невесело бросила Сайнер. – Ариз занят, к Обряду готовится. А у Илеса сегодня дела в Генти.

Тия присела рядом с Алией, Калэ потопталась и пристроилась сбоку, Сайнер подобрала с земли увесистый камушек и от злости со всего маху запустила им в озеро.

– Ничего себе, тёплый приём! – услышали они.

Возникший перед ними и стоявший против света парень, потиравший ушибленное плечо, казался высоким и тёмным силуэтом. Девушки задрали головы.

– Привет, грозные магини! – рассмеялся пришедший. – Знал бы, что вы камнями швыряетесь, – ни за что бы не поддался уговорам Арска с вами позаниматься!

– Ты кто? – хмуро спросила Калэ.

– Учитель ваш, – парень шагнул к ним и не смущаясь уселся прямо на траву. – Арск у себя в Развилке занят, переживал, что вас подвёл и попросил меня его заменить.

Алия мрачно оглядела до неприличия чистые сапоги, тёмные штаны, обтягивавшие длинные ноги, пояс с серебряной пряжкой, почти чёрную рубашку, подняла взгляд выше, к груди – и сердце предательски ёкнуло. Она локтем подтолкнула Тию, теперь они таращились обе. Где-то рядом ахнула Калэ.

– Та-ак, – протянул тот, кого они столь негостеприимно встретили, – девочки, давайте договоримся. Сейчас я просто преподаватель пространственной магии. И на это… – он явно проглотил неприличное слово, зацепив указательным пальцем край вычурного золотистого ожерелья, – отцовское наказание вы пялиться не будете.

Сайнер ожила первая:

– Сершановы крылья!.. Мне это снится?

«Нет, – подумала Алия, – это не сон».

Вот он сидит – совсем не такой, как на церемониях. Протянешь руку – коснёшься бронзовой кожи. Иссиня-чёрные волосы сплетены в косу, непослушная прядь падает на лоб… Она и из-под короны иногда выбивается, до того упрямая. Лицо больно юное, словно он ровесник им или даже моложе – а всё из-за мальчишеской улыбки… Она не помнила, чтоб на церемониях он улыбался. И синева глаз, так её бесившая, при столь близком рассмотрении оказалась иной. Переливающейся, искрящейся, затягивающей.

– Давайте знакомиться, – предложил король.

«Ты ещё представься, – про себя ухмыльнулась девушка, – а то тебя кто-то не знает».

– Алия, дочь Вирана, – сказала она.

– Калэ, дочь Кеэри.

– Сайнер, дочь Пилша.

– Тия, дочь Риша, – последней пискнула донельзя смущённая подруга, – можно Ти…

И покраснела, словно имерр.

– Отлично, – кивнул им четверым король и вдруг резко кинул в их сторону поток.

Калэ подскочила и шарахнулась в сторону, Сайнер взвизгнула, Тия оцепенела, и только Ли успела поставить щит. Слабый, но его силу никто и не собирался испытывать. Поток, словно послушный зверёк, замер на расстоянии выдоха.

– Ты что творишь?! – возмутилась Алия, забыв, с кем разговаривает.

– Проверяю ваши способности, выдержку и готовность к обучению, – рассмеялся Дэйкен. – Заодно считал ваши ауры, и… Дочь Кеэри, потом я научу тебя простенькому заклинанию. Синяки убирает в секунду. И передай Рину – так зовут твоего брата? – что драться с девушкой – последнее дело.

– Мы не дрались! – запротестовала Калэ. – Мы боролись! А откуда ты Рина знаешь?!

Король чуть склонил голову:

– Четвёртый Закон Лагира. Правитель обязан помнить каждого своего подданного.

У Сайнер отвисла челюсть:

– Всех в Саоре?! Да нас столько!

– Пять тысяч четыреста семьдесят восемь. Рот можно закрыть, шерг влетит. Всё, вступление окончено. Дочь Риша, Арск предупредил, у тебя самое сложное. Заклинание Пути, какой уровень?

– Пятый… – сложила губы бантиком Тия.

– Ерунда! Смотри сюда, – он вызвал потоки, даже не шевельнув пальцем. – Чтобы тебе было понятнее, я покрашу их в разные цвета. Для дочки так делал, – заговорщицки подмигнул Дэйкен, – она путалась постоянно. Да! Девочки, вы, наверно, в курсе: очень близко ко мне лучше не подходить и руками не касаться.

– Кусаешься? – очень тихо, почти про себя буркнула Алия.

– Магией может случайно задеть, – король чуть подался вперёд и шепнул так, чтобы слышала она одна:

– Ещё, дочь Вирана, у меня отличный слух, скверный нрав, извращённое чувство юмора и острые зубы.

Вроде угроза, но Алия посмотрела в смеющиеся синие глаза – и хохотнула. Да он не страшный! Никакой не холодный и не совершенный! Внешне разве. А так – нормальный парень, вроде Рина или Гиса. Просто цвет глаз необычный.

Им он принца и околдовал?..

– Дочь Кеэри, пока твоя подруга с плетением разбирается, учи Заклинание! Синяки – позор для мага и симпатичную девушку не украшают. Я тебе один специально оставил, на нём будешь практиковаться.

Алия наблюдала, как Тия, довольная, управляется с потоками. Арск никогда не преподносил так доступно. Почему? Она посмотрела на Дэйкена, уже объясняющего Заклинание Сайнер. Подчиняясь воле мага, вызванные силы замирали и двигались по его желанию. Девушка с опозданием вспомнила, что вот эта мощь, делающая потоки видимыми, относится к Высшей магии и дана всего десяткам избранных в Саоре.

«Арск не мог показывать нам всё так наглядно, – догадалась Ли. – Права пословица „Хороший маг – заслуга его учителя“».

– Дочь Вирана, – услышала она, – ты там подремать прилегла? У тебя Прыжки не выходят? Думаешь, их во сне изучить?

Девушка послушно встряхнулась, смело взглянула.

Красивый. Очень. При этом нет ничего женственного, слащавого. И подчёркнутой мужественности нет, вроде квадратных подбородков и перекачанных мышц, которые так ценит Гис. Взгляд завораживает – умный, цепкий, ироничный. А вот ресницы – да, Тия права. Таких не бывает! Длиннющие, острые, чуть ли не на скулы ложатся. Худой только совсем. Ключицы выпирают! В традиционных одеждах не видно, а тут тонкая рубашка, и ворот расстёгнут.

Не кормят его, что ли, в Орже?

– Сконцентрируйся, – уже строго обратился к ней король. – Арск отзывался о тебе как о способном маге. Просил позаниматься с тобой отдельно.

Он создал поток и протянул ей. Подкрашенные нити плетения послушно плескались в ладони. Обычно ни нитей, ни самого потока маги не видят. Слова, жест, знак – и Заклинание готово. Какой же надо обладать силой, чтобы так играть с магией?!

Девушка осторожно приняла сияющий сгусток. Начала рассматривать, разворачивать. Ого! Вот её ошибка! Эти две нити идут почти параллельно, она их принимала за одну! А Точек тут оказалось девять, а не пять. Четыре прятались внутри. Алия начала осторожно расплетать, запоминая, как ложится нить. Погасила поток совсем, затем начала воссоздавать по памяти. Вторая или третья снизу? Созданные ею нити были просто светом, и она опять запуталась.

Визг Тии заставил вздрогнуть.

– Джэд, получилось!

Король обернулся, насмешливо изогнув бровь. Одёрнет? Называть так почти постороннего человека неприлично. Это право близких, друзей, любовников.

– Тия, молодец! Усложним задачу.

Обращение по имени в ответ – согласие с более тесными отношениями. Ничего себе! Тия будет звать по имени короля Саора!

Отвлёкшись на подругу, Алия упустила поток. Ругнулась и начала всё заново. Мысли ворочались в голове, словно нарочно уводя от задания.

Хотелось опять ненавидеть его. Вставшего между любимым ею принцем и её чувствами. Воспринимать прекрасной оболочкой для мерзкого человека.

– Дочь Кеэри, заклинание направлено на исчезновение синяков, а не превращение их в… хм, это даже интересно. Татуировку напоминает!

– Убери эту гадость!

– Сама придумала, сама своди!

– Я не знаю как!

– А я знаю?! Покажи поток…

Алия опять не удержала плетение. Нарочно они её отвлекают?! Покосилась на Сайнер. Та увлечённо выплетала Заклинание, ориентируясь на пособие, невообразимым образом застывшее перед ней.

Стоп.

Девушка глянула на Тию. Рядом тоже висело, покачиваясь, обучающее плетение. Перед Калэ замерло два, и подруга на пару с королём выискивала отличия…

Сколько же потоков высшей магии он держит одновременно?!

– Дочь Кеэри, у тебя в родне ведоксы не затесались?! Это ж надо так всё запутать и стянуть!

– И что мне теперь делать?!

– С татуировкой ходить. Между прочим, в иных мирах их специально наносят.

«Шутит, – поняла Алия, – а сам держит нить. Готов потянуть и снять Заклятие в любой момент. Но предпочитает, чтобы Калэ справилась сама. Вот ведь… учитель!»

– Джэд, смотри! Я смогла!

«Зачем только так орать!» – поморщилась девушка.

Вовремя он предупреждал про руки. Калэ почти рванулась его обнять, и от фигуры отделилась Сила. Ровная, мощная, недовольная. Тут же загнанная обратно… но Алию пробрала дрожь.

Вот так он и живёт? С невозможностью дотронуться до кого-то?

«У него дочь, – противно напомнил внутренний голос, – значит, проблема прикосновений решаема».

Дочь, жена, муж и двое детей мужа. Потрясающая семья! Ах да! Не забыть зятя и будущую невестку! И зачем её принцу такие сложности! Дети взрослые, он спокойно может уйти к ней.

Зелёные глубокие глаза. Пушистые густые ресницы. Чувственные губы…

Интересно, когда они целуются, ресницы переплетаются?

Алия вспыхнула от вздорных мыслей. Придёт же такое в голову! Представить этих двоих обнимающимися, целующимися…