Порочные Фейри

Я метнулась назад через всю комнату и прикоснулась рукой к ране Данте, направляя исцеляющую магию под его кожу.

Он молча наблюдал за мной, пока я не закончила, затем протянул руку, чтобы поймать ее, прежде чем я успела ее убрать.

— Прости, что втянул тебя в дела моей семьи, bella, — вздохнул он, его взгляд выдавал, насколько плохо все сложилось сегодня. Он почти умер. Черт, я чуть не умерла. Это было лажей, безумием и странным волнением.

— Я хотела пойти с тобой, — ответила я, отмахнувшись от чувства вины в его глазах. — Я большая девочка, Данте. Я сама принимаю решения.

Я посмотрела через плечо на Габриэля, который наблюдал за нами, нахмурившись.

— Я пойду приму душ, — внезапно объявила я. Теперь, когда в мою систему вернулась магия, я просто хотела смыть кровь со своей кожи и немного отдохнуть. Я не дала ни одному из них шанса ответить, прежде чем пробежаться по комнате, схватить сменную одежду и сумку для умывания, а затем поспешила прочь, чтобы очиститься в горячей воде.

2. Габриэль

Я остался в комнате с бушующим возбуждением, которое никак не проходило, и с Данте, мать его, Оскура под грудой золота. Отлично.

Я не знал, почему я так отреагировал на укус, но я был захвачен врасплох. А потом тело Элис прижалось к моему, жало ее зубов и прикосновение ее губ привели меня в ярость. Я не трахал никого другого с тех пор, как она была у меня и, черт возьми, не собирался. Я не мог выбросить ее из головы и это означало, что одно ее прикосновение было чертовски ядерным.

Данте приподнялся и с разочарованным вздохом потянулся к краю простыни, свисающей с койки. Он не мог дотянуться, его пальцы хватались за нее, а я сидел, наблюдая за ним со своей койки с плотно сжатыми губами.

Может, мне стоит пойти и присоединиться к Элис в душе? Какова вероятность того, что ее поход туда был приглашением для меня последовать за ней?

Я с надеждой проверил свой Атлас, а затем нахмурился. Чертов идиот. Ты ей не нужен. Ты тот мудак, который ранил ее брата. Не то чтобы она об этом знала.

Рано проснувшись, я размышлял, стоит ли говорить ей правду. В глубине души я знал, что она этого заслуживает. Но я также знал, что она никогда больше не захочет говорить со мной, как только узнает этот маленький самородок дерьма. И пока я помогал найти убийцу ее брата, я, по крайней мере, был ей полезен. Может быть, я был эгоистичным мудаком, потому что не мог отрицать, что быть для нее чем-то — греховно приятно.

Данте наконец зацепился за простыню, натянув ее и прошло совсем немного времени, прежде чем его тихий храп донесся до меня из-за спины.

Я пожевал внутреннюю сторону щеки, зная, что вероятно, должен дать Элис поспать, когда она вернется из ванной, но я слишком много хотел ей сказать. Ей нужно было знать, что я нашел в тайнике Киплингов. Ей нужны были веские причины держаться подальше от ублюдков в этой школе, которые на каждом шагу подвергали ее опасности. И теперь у меня были эти причины. То, что она не могла игнорировать, потому что, очевидно, моего слова было недостаточно.

Когда она вернулась из душа, завернутая в полотенце, мои глаза проследили за тем, как она прошла через всю комнату и бросила его, не задумываясь. Поскольку Данте потерял сознание, у меня возникло ощущение, что эта маленькая демонстрация была специально для меня. Либо так, либо ей было наплевать на то, что она расхаживает голышом. Скорее всего, последнее.

Мой взгляд прошелся по изгибу ее задницы, когда она натянула пару треников, а затем надела майку. Она повернулась, чтобы забраться на свою койку, а я молча спрыгнул со своей.

— Нам нужно поговорить, — сказал я низким голосом, и она вздрогнула, поняв, что я стою прямо за ней.

— Клянусь звездами, Габриэль! Тебе нужно носить колокольчик на шее.

Я ухмыльнулся, протягивая руку. — Пойдем со мной на крышу.

— Нет, я иду спать.

Я бросил на нее взгляд, который говорил, что это важно, а она в ответ бросила на меня взгляд, который говорил, что это не так.

— Это важно, — прорычал я, затем понизил тон, хотя было ясно, что Данте спит. — Это касается твоего друга Пегаса.

Ее глаза расширились и все упрямство исчезло из ее выражения. Она быстро кивнула, и я поймал ее за руку, подтащил к окну и притянул к своей груди.

Она завизжала, когда я открыл его и спрыгнул с карниза, расправляя крылья и прижимая к себе, пока я парил в воздухе.

— Я могла бы пойти пешком! — крикнула она, когда я поднялся выше к крыше и мрачная улыбка растянула мой рот.

Я легко приземлился возле палатки и она прижалась ко мне на целую секунду. Я чувствовал биение ее сердца о мою грудь, и дикость в ее глазах заставила мой собственный пульс участиться.

Я провел ее в палатку и упал на меха в самом центре пространства, глядя на нее снизу вверх, ожидая, пока она присоединится ко мне. Я уже решил, что буду делать. Сначала я хотел скрыть от нее видео с ее братом, но теперь, когда она была здесь, передо мной, эта идея казалась невозможной. Она заслуживала того, чтобы увидеть это. Ей нужно было это увидеть.

Она нахмурилась и опустилась, ее нога коснулась моей, когда она устроилась рядом со мной. Я отчетливо вспомнил то время, когда я прижимал ее к себе прямо здесь, ее тело изгибалось по моей воле, когда она отдавалась своему желанию. Это была лучшая ночь в моей жизни, если быть до конца честным. И мысль о том, что у нас больше никогда этого не будет, сильно угнетала.

— Что ты хотел мне сказать? — спросила она, надежда светилась в ее глазах, словно она молилась, чтобы я узнал, кто убил ее брата.

Я потянулся в складку на краю палатки, распустил свое заклинание сокрытия и достал флешку и фотографию, которую нашел в тайнике Оскура. Сначала я передал ей фотографию, мое нутро сжалось от напряжения, когда я ждал, как она отреагирует. На ней был изображен ее брат с рукой, сцепленной с рукой Райдера, между ними вспыхивала искра магии, когда они заключали какую-то сделку.

Она долго смотрела на нее, нахмурив брови. — Это ничего не значит, — вздохнула она и посмотрела на меня.

Я испустил длинный вздох. — Я нашел ее в вещах Данте Оскура в тайнике Киплингов. Так что, полагаю, Данте счел это достаточно важным, чтобы сохранить. И я полагаю, что он воспринял бы это как предательство.

— Предательство? — нахмурилась она. — Мой брат не был заодно с Оскурами.

— Я не уверен, что это правда… — я поднял свой Атлас, подключая флешку и Элис придвинулась ближе, ее выражение лица напряглось, когда я вывел длинный список записей, хранящихся на ней. — У Данте есть все эти видео на людей, которых он знает. Людей, которые, как он думает, могут стать угрозой для него в один прекрасный день, я полагаю. Преподаватели в Академии, близкие люди, которым он не доверяет… — я кликнул на видео под названием Гарет Темпа, и Элис резко вдохнула, когда оно начало проигрываться.

Клан Оскура избивал кучку фейри в раздевалке, а Гарет стоял в самом центре, снова и снова нанося удары парню, который лежал на земле под ним. Появился Леон Найт, оттаскивая его, и Элис вцепилась в мою руку, выхватывая Атлас из моей руки, пока она пересматривала видео. Она смотрела его снова и снова, разглядывая каждого, а потом провела пальцами по лицу Гарета.

Мое сердце сжалось и я инстинктивно обхватил ее за плечи.

— Мне не нужна твоя жалость, — прорычала она.

— Это не жалость, — пробормотал я. — Это поддержка.

Она пожала плечами, как будто это было одно и то же, но не убрала мою руку.

— Так ты думаешь, что Гарет дружил с ними? Леон… Данте. Оскуры?

— Я не знаю насчет дружбы, — сказал я низким тоном. — Может быть, они шантажировали его этим.

— Мой брат хорошо управлял собственным разумом, — твердо сказала она. — Он сделал это, потому что хотел этого.

— А что насчет Райдера? — надавил я. — Как долго, по-твоему, Данте оставался бы другом твоего брата, когда узнал, что он заключает сделки со своим врагом?

Брови Элис сошлись, когда она уставилась на экран, а затем снова посмотрела на фотографию.

— Что ты делал, медведь Гэр? — прошептала она про себя.

Я прижал ее к себе, давая ей время принять это. Понять, что люди, с которыми Гарет общался, скорее всего, убили его. Он был в самом центре бандитской драмы. Черт возьми, и все, что он мог предложить Райдеру Драконису, могло быть только плохим.

— Значит, тебе пора перестать впускать их в свою жизнь, Элис, — мягко сказал я, решив, что у нее было достаточно времени, чтобы самой прийти к такому выводу.

— Что? — зашипела она, внезапно отшатнувшись от меня.

— Они опасны…

— Я знаю, что они собой представляют, — огрызнулась она. — И это ничего не доказывает. — Она бросила фотографию мне на колени и я нахмурился.

— Это доказывает все, — с силой сказал я, наклонившись к ее лицу. — Ты закончишь, как твой брат, если будешь продолжать проводить с ними время.

Ее ладонь врезалась в мою щеку и я зарычал от ярости.

— Ты ничего не знаешь, — прорычала она. — Это не доказательство. Это снимки прошлого. Здесь нет контекста. Данте мог знать, что мой брат разговаривал с Райдером. А может, он вообще никогда не дружил с Гаретом. То, что он участвовал в драке с Оскурой, не означает, что они были друзьями, — она поднялась на ноги, и я поспешил за ней, пока она доставала флешку.

Я встал на ее пути, прежде чем она успела уйти, хотя я знал, что она может броситься со своей Вампирской скоростью в любую секунду. — Я просто пытаюсь защитить тебя! Может, это и не доказательство того, кто убийца Гарета, но это доказательство того, с кем он проводил время. Кто знает, во что он вляпался, если у него была такая компания?

— Вот именно, — шипела она. — Кто знает? Может быть, только звезды и его убийца.

— Тот, кто может быть на том видео или на той фотографии, — фыркнул я.

— Да, может быть. А может и нет.

— Ты должна доверять мне в этом вопросе, — надавил я.

Она хмыкнула, закатив на меня глаза. — Доверять тебе? Ты можешь лгать мне в лицо, чтобы прикрыть свою задницу, насколько я знаю. Я не вижу, чем ты заслуживаешь большего доверия, чем любой из мужчин, с которыми я провожу время.

Я уставился на нее, пораженный тем, что она все еще подозревает меня. — Я знаю, что был не совсем честен, но я клянусь тебе…

— Оставь это. Я уже слышала это раньше, Габриэль. И я устала от пустых обещаний. У меня их было достаточно, чтобы хватило на всю жизнь. Гарет поклялся, что всегда будет рядом, мама обещала любить и заботиться обо мне, несмотря ни на что. Но где они сейчас, а?

Я поймал ее руку, прежде чем она успела отмахнуться и прижал ладонь к ее щеке, чтобы она посмотрела на меня. — Мои обещания не пустые, Элис.

Она выдернула свою руку из моей, сверкнув глазами. — Слова ничего не значат. Любой может пообещать мне луну, но я никогда не видела, чтобы кто-то достал ее с неба, — она помчалась прочь и мое сердце разбилось, когда она ушла.

Она возвращалась в объятия мужчин, от которых я не мог ее спасти. Я просто не мог быть рядом с ней двадцать четыре часа в сутки, чтобы присматривать за ней. Разве после прошлой ночи не стало как никогда очевидно, насколько опасно связываться с Лунным Братством и Кланом Оскура? Она могла погибнуть.

При этой мысли у меня заурчало в животе, а татуировка Весов на груди зачесалась как сумасшедшая. Я опустился на свои меха и положил голову на руки, пытаясь придумать выход из этой ситуации. Был только один реальный вариант и это была даже не возможность. Чтобы Элис когда-нибудь могла доверять мне, я должен был открыть перед ней свою плоть и обнажить свою грязную душу. Она должна была услышать правду. Каждую почерневшую, разрушенную часть меня.

Но я не был готов. Я не был достаточно храбр. Потому что если она когда-нибудь услышит эти слова из моих уст, она будет презирать меня. Она выместит на мне свою ярость, а почему бы и нет? Я причинил боль ее брату. Я был ответственен за ужасную, ужасную вещь.

Клянусь звездами, если бы я хоть на минуту задумался, почему ему так отчаянно нужны были деньги, если бы я спросил его, заставил его рассказать мне, зачем они ему нужны, прежде чем действовать так нагло, может быть, мы бы сейчас не оказались в такой передряге.

Самым печальным было то, что я никогда бы не встретил Элис, если бы ее брат не умер. Это был жестокий поворот судьбы. Но если бы я мог исправить то, что было сделано, я бы принял эту участь. Потому что Элис предпочла бы иметь в своей жизни брата, а не какую-то хреновую Элизианскую Пару, которая не заслуживает и волоска на ее голове, не говоря уже о ее сердце.

Мне жаль, Гарет. Мне очень, блядь, жаль.

3. Элис

— Поскольку мистер Драконис явно не появится, не могли бы вы сегодня поработать в паре с мисс Каллисто? — Голос профессора Титана привлек мое внимание, и я повернулась посмотреть, с кем он говорит.

Мой взгляд зацепился за Габриэля, когда он поднялся со своего места в конце аудитории, где он сидел один. Его партнер по лаборатории, очевидно, тоже решил прогулять занятия, что означало, что мне предстоит провести час в его компании. Я снова отвернулась, когда он подошел ко мне, посмотрела на свой утренний гороскоп и в сотый раз задалась вопросом, что он означает.

Доброе утро, Весы.

Звезды рассказали о вашем дне!

Сегодня вы можете поддаться искушению и перейти грань между любопытством и глупостью.

Остерегайтесь испытывать узы отношений ради корыстных целей, но если вы окажетесь в бурных водах, то честность — всегда лучшая политика.

Я взглянула на часы, нахмурилась и подумала, где же, черт возьми, Райдер. Было двадцать минут первого и у меня возникло ощущение, что Титан был прав, он не появится.

Я не видела его после клуба и была более чем обеспокоена тем, что впервые столкнусь с ним лицом к лицу. Но теперь, когда он не появился, я начала беспокоиться.

Я соскочила со своего места, прежде чем Габриэль успел занять привычное место Райдера рядом со мной и бросилась через всю комнату к Леону, усевшись на край его стола.

— Привет, маленький монстр, — сказал он с ухмылкой, наклонившись вперед, чтобы провести пальцами по моему бедру. — Ты не хотела попросить Титана поставить тебя в пару со мной?

— Нет, — ответила я, пожав плечами и оглянулась на Габриэля, когда он опустился на сиденье Райдера. Он хмуро смотрел на нас, несомненно, придумывая, что бы еще сказать, чтобы отвадить меня от Леона, но ему вряд ли повезет. Находиться рядом с Леоном было все равно, что нежиться под лучами солнца в летний день и я не собиралась отказываться от него в ближайшее время. Если вообще когда-либо.

— Так почему же тогда я получаю удовольствие от твоего общества? — спросил Леон, скользнув рукой по моим коленям и взяв меня за руку.

Я улыбнулась, когда он просунул свои пальцы между моими и надула пузырь с помощью моей жвачки, аромат вишни остался в воздухе, когда пузырь лопнул.

— Ты не видел Райдера сегодня утром? — спросила я, проводя большим пальцем по тыльной стороне его руки.

— Только не говори мне, что ты пришла сюда только для того, чтобы спросить об этом любителе Пумбыы, — простонал Леон, со вздохом откинувшись в кресле.

— Это не единственная причина, — ответила я, протягивая свободную руку, чтобы провести пальцами по его длинным волосам.