Ни разу и не встретившись
Ни мне,
ни нам,
ни вам.
Но если ты запомнишься,
Ты на лету опомнишься!
И, смело крылья распрямив,
Расширившись в края,
Обнимешь землю клетчато —
Продольно-поперетчато —
Чтоб с самолета видели
И вы,
и мы,
и я!
С точки зрения дирижабля
С точки зрения
дирижабля,
Облака —
это волн силуэты
На поверхности сонной моря,
Под которой он сам —
субмарина.
Длинных ливней
пресная капля,
Тех, что в небо с земли воздеты,
Капле моря соленого вторя,
Ту иллюзию
сотворила.
Ей согласно,
леса и горы,
Что внизу проплывают чинно,
Есть не более
чем кораллы,
Населенные живностью донной —
Существами смешными,
которым
Имя ЛЮДИ дала пучина.
Тралят дно это ливни,
как тралы,
Упуская их тонну за тонной.
Но зато,
поймав в самолеты —
Очень странных конструкций ловушки, —
Кто-то их,
на дне собирая,
Вдруг из моря без всякой лески
Прямо к солнцу дергает с лету…
И они,
прижавшись друг к дружке,
Долго смотрят вниз,
замирая,
На кораллов своих перелески…
Друг улетел
Я лежу на животе…
А вверху то те, то те
Пролетают, улетают
Самолеты в высоте.
И в одном из них, виня
В ссоре нашей с ним меня,
Тот летит, кто был мне другом
До сегодняшнего дня.
Посмотрите, как он скис!
Но в окно не глянет вниз.
Разве только — краем глаза.
Терпит сил последних из.
Вот и я себя держу —
Краем глаза вверх гляжу.
Вдруг увидит, что гляжу я,
А не просто так лежу?
А еще не дай бог вдруг
Глянем разом я и друг —
И поймем, что друг без друга
Нам не нужен мир вокруг.
Самолетик
Самолетика флажок
В облаках растаял.
В небе звездочку зажег —
Для меня оставил.
Чтоб сияла в вышине
За него пока что
По секрету только мне
Звездочка-букашка.
И мигала мне с небес,
Не жалея света,
Будто вовсе не исчез
Самолетик этот.
И любимый человек
Улетел как будто
Не на вечность,