Муравейник

– Что же с ней будет, если дать ей бутылку?! – глумились ребята, пока тащили меня до дома.

В гостях у Мити я часто слышала его телефонные разговоры с родным старшим братом. Тот просил у грузина денег на очередную дозу наркотиков. Митя говорил с ним в ярости, четко и громко, посылая братишку на хер. В такие моменты в моей голове всплывали беседы с родителями-алкоголиками. Поверьте, наше общение было куда вежливее.

Наедине со мной Митя был мягок, спокоен и ласков. Мне очень нравилось подолгу целоваться с ним, лежа в обнимку на кровати, и посматривать одним глазом какой-нибудь фильм. Его чувственные, горячие и пухлые, как мне казалось, губы, наполненные желанием и страстью, как змея, впивались в мои. Грузин часто приставал ко мне: трогал и целовал грудь, нежно поглаживал и облизывал мочки ушей, шею и плечи. Вместе с тем никогда Митя не переходил границ дозволенного, если я говорила: «Хватит!»

Бывало, нашу любовную идиллию разбивала его маленькая голосистая собачонка, которая сильно ревновала хозяина ко мне. Она запрыгивала на кровать и начинала продолжительно долго лаять, настаивая срочно с ней поиграть. Мне казалось, что она усердно пытается предостеречь меня от чего-то, «сказать» какую-то важную информацию, выгнать…

– Никогда раньше она не реагировала так на моих девушек, – заметил Митя.

Частенько мы вместе с грузином выезжали в какой-нибудь клуб или бар, где раньше нас всегда оказывался Артем. За ночь мы могли объехать три-четыре таких места. На «БМВ», которую Мите подарил его брат благодаря мне, сделать это было не сложно. Везде нас встречали полуголые девушки вульгарной внешности, кокетливо улыбающиеся ребятам. Они обнимали Митю при встрече и чмокали его в щеку.

В один из таких вечеров, когда грузин вытанцовывал в центре зала, подмигивая своему отражению в зеркале, я сидела с футболистом за барной стойкой. Он, как и я, не пил, оценивающе смотрел по сторонам на разных «телочек», хотя сам тогда был в серьезных отношениях с какой-то девушкой старше него.

Артем добавил в стакан с минералкой дольку лимона и стал помешивать содержимое трубочкой.

– Как тебе местечко? – спросил он меня и тут же повернул голову вслед за очередной, проходящей мимо него фифы.

– Если честно, отвратительно! – ответила я и принялась листать меню.

– Ха-ха. Почему? – футболист рассмеялся.

– Вокруг полно полураздетых баб. Как вообще такое можно надеть на себя? Все флиртуют друг с другом. Митя отвечает взаимностью, как идиот танцует перед зеркалом, улыбаясь собственному отражению, – я сморщила лицо. – Такое ощущение, будто вы с грузином оттрахали большую часть этого заведения, а они безумно вам за это благодарны и даже готовы повторить, – объяснила я.

– Практически так и есть, ха-ха-ха, – Артем продолжил смеяться, показывая свои белые зубы, затем приподнял воротник рубашки и расстегнул на ней две верхние пуговицы.

Я чувствовала себя в таких местах не в своей тарелке. Будто попала в ненавистный мне фильм, который хочется выключить, а пульт заело. Развратные бабы окружали меня повсюду. Я с призрением смотрела на них и думала: «Мерзкие муравьи, когда ж вы все уже сгинете и оставите меня в покое?» А они все терлись об меня своими жопами и без стеснения выставляли напоказ окружающим глубокое декольте.

Познакомилась я и с компьютерными клубами, так популярными в то время. Митю там знали все. А на меня смотрели, как на чудо природы, откровенно громко обсуждая мои достоинства и недостатки.

– Ничего такая, – доносилось до меня из разных углов заведения. – Милая, хотя грудь маловата.

Я чувствовала себя экспонатом в музее, куклой в коробке или обезьянкой в зоопарке. Мои ощущения усиливались особенно, когда мы с грузином просто прогуливались по улицам города или заходили в какой-нибудь магазин. Он с такой гордостью и высокомерием демонстрировал меня как свою девушку, что я стеснялась и предпочитала молчать, превращаясь в подобие декоративной собачки или сумочки известного бренда.

Больше всего меня раздражало то, что перед «выходом в свет» грузин вечно оценивал мой внешний вид и прическу, говорил, какое платье или юбку лучше надеть сегодня. Но, зная, как важно для него выглядеть в глазах окружающих самым крутым, – я смирилась и просто следовала его советам.

Спустя пару месяцев Мите жутко захотелось секса, и он начал предлагать мне идеи, где бы мы могли с ним переспать.

У него дома тогда гостили родственники, да и отец мог неожиданно прийти с работы раньше. У меня была бабушка. Хотя я вообще не думала делать это в своей квартире: в голове не укладывалось, как я буду смотреть в глаза бабуле после того, как покувыркаюсь тут с Митей. Парень стал предлагать мне разные варианты. От гостиницы я сразу отказалась. Как только представляла осуждающие взгляды сотрудников отеля, меня начинало трясти. Ведь очевидно, зачем ребята нашего возраста могут снимать номер на ночь. «Фу-фу-фу… Ну уж нет. Я на такое точно не пойду! – говорил мне внутренний голос. – Я и так частенько становилась объектом сплетен друзей, соседей и Митиных знакомых». Гараж, где жутко воняло выхлопными газами и бензином, меня тоже не радовал. А над служебным помещением в компьютерном клубе я просто посмеялась.

– Еще чего?! Я кто тебе – проститутка? Ты еще туалет предложи! – я нахмурила лоб и недовольно посмотрела на своего парня.

Все эти Митины безумные идеи не вписывались в мою картину идеального первого раза. Сошлись на том, что придется ему какое-то время подождать или, в крайнем случае, удовлетворить свои потребности самостоятельно.

– Рука тебе в помощь! – проорала я парню, еле сдерживая свои порывы влепить ему пощечину.

Следующей ночью, когда моя бабушка была на сутках, мы с грузином гоняли по городу на его тачке. Автомобиль несся на огромной скорости, а в салоне, как всегда, громко играла музыка (через открытые окна ее слышали все прохожие). В три часа мы с Митей вернулись во двор и решили поворковать на лавочке: обнимались, целовались и просто наслаждались общением друг с другом. Из какого-то клуба вернулся Артем и попросил разрешения разбить нашу идиллию, присоединившись к беседе. В качестве бонуса он преподнес нам бутылочку кубанского вина, сам же, будучи спортсменом, от него отказался. Стаканчиков не было, так что вино мы с грузином пили прямо из горлышка бутылки по очереди.

Я долго думала, делать мне это или нет, ведь прекрасно понимала, чем все кончится. Но так хотелось отдохнуть и расслабиться, что я решилась. Своему парню я доверяла, и под его присмотром могла себе позволить выпить. Никогда не забуду, как он нес меня домой чуть ли не на руках после первой неудачной дегустации вина.

Спустя час, а может и меньше, я начала нести какой-то бред, путаться в словах и в итоге решила попрощаться с ребятами и пойти домой спать. Когда я встала на ноги, то тут же упала рядом с лавочкой. Вторая и третья попытки подняться тоже не увенчались успехом.

Недолго думая, футболист предложил мне вздремнуть в его машине, на заднем сидении. «БМВ» грузина не подходила, потому что была двухместной. Идея показалась мне разумной, и, с горем пополам дойдя до автомобиля, я удобно устроилась сзади. Ребята же сели на передние сидения, тихонько включили музыку и стали о чем-то разговаривать.

Находясь в прострации, я напоминала себе овощ с вертолетами в голове и смутным рассудком, но в какой-то момент поняла, что ко мне пристает Митя. Не знаю, как он оказался на заднем сидении автомобиля, – наверное, пересел, а я не заметила.

Грузин касался моего тела, целовал в шею, губы и грудь, начал медленно меня раздевать… Артем же наблюдал всю эту картину в зеркало заднего вида и иногда поправлял его.

Я понимала, что происходит, но ничего не могла сделать: руки и ноги не слушались, а рассудок вообще периодически покидал меня, улетая куда-то в космос. Тогда в короткие промежутки осознанности, которые посещали меня не более, чем на несколько секунд, я думала позвонить Полине или Руслану, но не смогла даже взять в руку трубку телефона. Отчетливо помню слезы обиды за предательство, которые тихонько капали из моих глаз сами собой.

Легко догадаться, чем закончилась эта ночь: Митя и Артем изнасиловали меня по очереди – использовали, как одну из тех подстилок в ночных клубах, которые я посещала с ними.

Уж не знаю, сколько времени длился весь этот ужас, но домой я попала только под утро. Артем довел меня до входной двери. И хотя в глубине души я считала его конченным ублюдком, искренне сказала:

– Спасибо… Спасибо, что проводил, – я щелкнула дверным замком, и прямо на пороге меня вырвало – то ли от алкоголя, то ли от той мерзости, которая со мной приключилась.

А Митя… Бог его знает, куда он тогда делся. Наверное, видел тридцать третий сон дома или трахал очередную бабу. Мне было плевать, меня мутило и рвало…

Если честно, я надеялась, что он сдох: грузовик переехал его бездушное тело или его холодное сердце вдруг остановилось – что угодно, только бы ему было гораздо хреновей, чем мне в тот момент. Этого мерзкого муравья, которого я любила еще вчера, теперь мне хотелось уничтожить.

«Ненавижу… ненавижу… ненавижу тебя, чумазый ублюдок!» – эта фраза не выходила из моей головы.

– Чтоб ты сдох, а лучше мучился от боли всю свою жизнь, – твердила я свою мантру.

***

Почти весь следующий день я провела дома: много думала и приходила в себя. В мыслях то и дело прокручивались воспоминания вчерашней ночи. Они заканчивались и тут же начинались снова: вино – машина – подъезд, Митя – подъезд – «БМВ», вино – Артем – Митя… Я пыталась уловить связь всех этих событий друг с другом и искала ответы на многие свои вопросы, которые кружились в голове вальсом. Но вместо этого я совсем запуталась, и меня опять начало тошнить.

Днем Полина пошла на встречу с Русланом и Владом и позвала меня с собой. Я сказала ей, что неважно себя чувствую и подойду к ним ближе к вечеру. Когда в шесть часов я вышла из дома, во дворе с мороженым в руках меня ждал Митя. Помню, я так удивилась, что не сразу нашла, что сказать.

Грузин внимательно осмотрел меня со всех сторон, а потом выпалил:

– Привет, киска! Ну, как ты? – он улыбнулся.

Я думала, меня вырвет прямо на него – такое чувство отвращения вызывала его мерзкая рожа. Но я сдержалась и ответила:

– Привет!

Я хотела понять странное поведение Мити.

– Это тебе, – он протянул мне любимое мороженое.

Меня снова замутило.

– Ты шутишь?! – удивилась я.

– Что, прости? – не понял Митя.

– Я спрашиваю, не сошел ли ты с ума, подойдя ко мне как ни в чем не бывало и предлагая мороженое?! Или ты думаешь, что я ничего не помню?

Грузин улыбнулся.

– Похоже, что так, – ответила я сама себе. – Так вот, дорогой, к сожалению, я помню абсолютно все, каждую деталь… И знаешь, что? – я умолкла на время и начала наблюдать за его поведением. Но Митя ничуть не изменился в лице, лишь побледнел. Он не нервничал, не переживал, не волновался… Грузин был пуст, как бутылка из-под пива. Я почувствовала себя дурой, которая в очередной раз доверилась человеку, продавшему меня за «БМВ». – Ты навсегда потерял не просто очередную девушку, ты потерял единственного и настоящего друга! – я глубоко вздохнула. – Больше мне нечего тебе сказать… Прощай, – я говорила так, будто репетировала весь день. Затем медленно прошла мимо него, обернулась и напоследок сказала: – Запомни, Бог все видит…

Вечером в парке я встретилась с Полиной, Русланом и Владом. Держалась как могла, и ребята бы ничего не заметили, если бы не «психолог» Руслан, от которого ничего не скроешь. Он обратил внимание на мое подавленное настроение, и я им все рассказала. На моменте, когда Артем в моей истории принес бутылку вина, Владик убежал.

– Куда это он? – спросила я недоумевая.

– Наваляет этим двум уродам и вернется, не переживай, – Руслан сел на скамейку, глубоко вздохнул и сказал: – Меня прямо в пот бросило… Не продолжай. Я и сам могу закончить.

– Ты шутишь? – спросила я.

– Нет, – ответил Руслан. – Я тоже мужчина и, поверь, знаю, как таких дурочек вроде тебя молодые ребята разводят на секс, – он потер лицо руками и печально посмотрел на меня. – Их было двое, ты пьяна… Лоя, мне все понятно… Если хочешь, могу поделиться подробностями, о которых ты и не догадываешься.

Полина от шока даже рот раскрыла и села рядом с Русланом.

– Ну и?.. Давай, – я была в недоумении.

– Помнишь бокал вина, с которого тебя унесло в два счета? – начал Руслан.

– Да.

– В тот раз с тобой был грузин, который понял, с какой дозы ты улетаешь. Зачем непьющему Артему приносить вам с Митей вино?! Ты когда-нибудь раньше получала подарки от футболиста? По рассказам Полины, он тот еще жмот, – Руслан усмехнулся. – А может, ты видела, как без повода Артем дарит что-то другим? – продолжил он.

– Нет… – понимая, к чему ведет Руслан, ответила я и тоже села на скамейку.

– Футболист бросил все свои дела и примчался к вам с вином?! – Руслан начал хохотать. – Самой не смешно? Проблем с девушками у него нет, и не думаю, что в тот вечер были. Дорогая, все это было спланировано заранее! А если ты думаешь, что грузин выпил хоть каплю вина из той бутылки, ты ошибаешься, – в конец ошарашил меня Руслан. – Он лишь делал вид, что пьет.

– Не может быть… – еле выдавила я из себя.

– Какое же Митя чмо! – вырвалось у Полины.

– Зная грузина, не удивлюсь, если он на этом дельце неплохо заработал – например, поспорил с кем-то, – добавил Руслан. – Спроси у него сама. Не думаю, что ложь сейчас уже имеет какой-то смысл. Ведь ты с ним порвала?!

– Мда… – промолвила я.

– Поздравляю с лишением девственности! Ты же этого хотела?! – Полина рассердилась. – Неважно, какими путями, – цель достигнута! – злобно сказала она.

Вернувшись с прогулки, я зашла к Мите домой. Он не открыл мне, так что мы говорили через входную дверь.

– Ты одна? – тихо спросил меня грузин.

Я засмеялась.

– Конечно. С кем же еще? Ты что, испугался?

Митя приоткрыл дверь, но цепочку с нее не снял, лишь высунул голову в щель и тихонько проговорил: – Сука, да ты знаешь, что из-за тебя случилось?

– Подозреваю, что Владик отмутузил тебя, – я снова не выдержала и расхохоталась. Грузин оказался таким жалким трусом, а эта его игра в прятки выглядела забавно.

– Нет, б***! Нет, сука! Он меня не трогал, – Митя матерился через слово.

– Тогда какого лешего ты обоссался? – удивилась я.

– Да потому что, сука, у твоего друга совсем крыша поехала! – лицо грузина изменилось, а руки стали дрожать.

– Он избил Артема? – спросила я.

– Да, б***!

Я снова расхохоталась.

– Так ему и надо. Меньше будет засматриваться на чужих девушек.

– Ты головой долбанулась или вы с Владом оба под кайфом?! – выкрикнул Митя.

Я не поняла, что он имеет ввиду, и спросила.

– Что-то еще случилось?

– Да, сука! Да, случилось. И не что-то… – грузин запаниковал и снова начал смотреть из щелки двери по сторонам. – Этот урод встретил нас на улице, после футбольной тренировки Артема и сразу налетел. А он же, сволочь, огромный, да еще и с бутылкой в руках… Я вовремя успел запрыгнуть в тачку и уехать.

– Поздравляю, ты трус! – я засмеялась. – Бросил лучшего друга в беде.

– Да пошла ты! Я спас себе жизнь, – Митя опустил глаза в пол. – Влад забил его до смерти.

– Что?! – теперь я испугалась за Влада. – Где он?

– В больнице, наверное, или в морге. Да, черт, я не знаю, куда их отвозят, когда!.. – грузин чуть ли не рыдал.

– Не Артем! Где сейчас Влад?!

– В полицейском участке, не знаю…

– Господи Боже, – я схватилась руками за голову. Меня повело в сторону.

«Что теперь будет с Владом? – думала я. – Он же убил человека из-за меня…»

У меня появилось жуткое отвращение к Мите как к человеку, и по щекам побежали слезы.

– Чмо, какое же ты чмо… – единственное, что я смогла произнести, и заплаканная убежала домой.

Через минуту до грузина, наконец, дошло, что бояться Влада ему уже нет смысла, и он кинулся за мной. Прямо перед Митиным носом я захлопнула входную дверь. Мой бывший в ярости начал налегать на звонок: сначала звук дребезжащего колокола был прерывистым и коротким, потом стал продолжительным и навязчивым.

– Бабушка, не открывай! – выкрикнула я и судорожно стала набирать номер Руслана.

– Лоя, что происходит? – недоумевала она.

– Я расскажу тебе все чуть позже. Пожалуйста, бабуль, – пробубнила я.