Идеальный развод

– Так, может, как-нибудь увидимся? Посидим в ресторанчике, поболтаем, – Игорь неожиданно положил ладони на ее тонкую талию.

– Я же замужем, – немного отстранившись, напомнила Вера.

– Прости мне это дружеский жест. Не удержался, – подмигнул Игорь.

Вера фыркнула про себя.

«Что он себе позволяет? Ничего себе дружеский жест! А если бы Лев увидел?»

Рядом с ними остановилась пожилая парочка и, внимательно изучая картину, заговорили на китайском. А Игорь неожиданно начал переводить их диалог.

– Какая божественная. Такую красоту сейчас редко увидишь. Изящная, утонченная, незабываемая…

Парочка развернулась к ним, мужчина с улыбкой что-то сказал, и они прошли к следующей.

– Что он сейчас сказал? – спросила Вера.

– Понятия не имею, – Игорь пожал плечами. – Я не знаю китайский.

И тут Верины щеки раскраснелись. Она поняла: все эти комплименты были адресованы ей.

«Столько лет не виделись, а его глаза горят еще ярче, чем в школьные годы», – подумала про себя Вера.

– Может, все же выпьем по чашечке кофе? Я знаю отличный ресторан.

– Можно, конечно, но как-нибудь в другой раз, – улыбнулась Вера.

– Возьми, вдруг пригодится, – Игорь протянул Вере визитку, нажал на брелок и серебристая «Тойота» мигнула фарами.

Визитку Вера взяла, чтобы не обидеть Игоря, а про себя подумала:

«Навряд ли пригодится. Лев точно не одобрил бы такие дружеские свидания с одноклассником».

Глава 3

По дороге в поселок Вера пропустила два звонка от свекрови. Она догадывалась, чего та от нее хотела. Наверняка узнала, что Вера с внуком гостят у родителей, и захотела повидаться с Дениской. А Вера не особо любила доверять ей сына. Она хорошо помнила, как Инесса Аркадьевна много лет воспринимала ее в штыки.

Ведь если б Лев не влюбился в Веру в старших классах, то они бы точно женили его на дочери подруги Инессы Аркадьевны. Мало того, что семьи бы породнились, так еще у той пассии было весьма завидное приданое. Она, как никак, дочка местного депутата.

Однажды Вера стала случайным свидетелем разговора Льва с матерью:

– Ты посмотри на Яночку, и фигура ладная, и девушка красивая, и из хорошей семьи. Тебя ж никто не просит завтра с ней в ЗАГС бежать. Познакомься поближе, в кино своди. Глядишь, не хуже твой Верки будет!

– Еще раз говорю, эта тема закрыта, – твердо сказал Лев.

– Что ж, тогда я вот так тебе скажу сынок: если женишься на этой приживалке, то никакое наследство тебе не светит. Все перепишем на твою сестру! – прошипела Инесса Аркадьевна.

– Можешь хоть прямо сейчас оформлять дарственную! А я сам всего добьюсь, – нисколько в себе не сомневаясь, дал слово Лев и добавил: – Вместе с Верой! – он нарочно выделил имя возлюбленной.

Вера, стоя у приоткрытой двери, почувствовала, как по ее телу пробежали мурашки.

«На всё ради нашей любви пойдет Левушка».

С тех пор Лев надолго забыл дорогу в родительский дом.

Истина гласила: когда свекровь принимает невестку – обретает дочь, а когда не принимает – теряет сына.

Правда, как только его дела в Москве пошли в гору и он стал иметь хороший доход, мама ворвалась в их жизнь как торнадо. То дом поднять надо, то новая банька бы не помешала, то на море давно не была. В общем, деньги тянуть умела, эта привычка у нее осталось еще с классного руководства в школе, где она отработала полжизни.

И внука вдруг полюбила, и невестка оказалась чуть ли не идеальной. Даже сама звонила Вере и голосом хитрой лисы интересовалась ее здоровьем, в гости зазывала. Вот только Вера как была холодна к свекрови со школьных лет, так и осталась.

Роман Веры и Льва начался бурно. Они оба закончили художественную школу, безумно любили рисовать, мечтали стать известными художниками. Вера дождалась Льва из армии, сыграли скромную свадьбу, на которой, кстати, не было ни свекра, ни свекрови. Первое время жили у Вериных родителей, а потом деньги, подаренные на свадьбу, и все свои накопления вложили в небольшой, но очень уютный домик.

Лев работал тату-мастером в Ивановском салоне, Вера рисовала картины и продавала их за небольшие деньги. Жили душа в душу, пока в их доме не появилась еще одна душенька – долгожданный сын Дениска.

И домика стало мало.

– Казаковы давно говорят – в Москву нам надо перебираться! – твердил Лев. – Они вон год назад укатили, уже и тачку взяли, и квартиру!

– Ну что ты нас с ними сравниваешь, Лёва? Во-первых, они по военной службе туда уехали, а во-вторых, ты военную ипотеку с обычной не сравнивай. Если нам квартиру в Москве брать, то всю жизнь будем рассчитываться! – старалась трезво оценивать ситуацию Вера. – Да и ты же знаешь, как я не люблю эти мегаполисы. Здесь у нас природа, чистый воздух, да и родители с Дениской помогают.

– Хм, а если я там так раскручусь, что отбоя от клиентов не будет? В столице, знаешь ли, цены на татуировки в разы повыше будут. Да и ты поможешь, отучишься на маникюрщицу и будешь ногти пилить. Это ж всегда актуально, и побольше денег принесет, чем твои картины. Откроем на двоих небольшой салончик, а там, глядишь, дело и пойдет.

Вера до сих пор не понимала, как ему удалось уговорить ее перебраться в столицу. Да еще и дом в поселке продать. О чем, кстати, она до сих пор жалела. Теперь, когда приезжала в Иваново, приходилось останавливаться у родителей, а там летом всегда столько родни приезжало, что иногда едва удавалось всех разместить. А так был бы домик свой – и красота. Никого теснить не пришлось бы.

Вот и сейчас, на день рождения Ольги Николаевны, Вериной мамы, приехали гости. Было тесновато, но зато весело. Стол ломился от разных вкусностей.

Верина мама и сама любила готовить, и Веру с детства приучила.

А Лев всегда говорил на застольях:

– Кулинарным способностям моей Веруськи любой повар позавидует!

И она для него старалась: что ни день, то новое блюдо.

С такой женой Лев всегда был и сыт, и одет как с иголочки: рубашечки наглажены, стрелочки на брюках всегда как по линеечке. Да что там, Вера даже трусы конвертиком сворачивала. И в их доме всегда царил порядок и уют, витал запах пряностей, варящегося варенья или выпечки. А с Дениской занималась лучше любого учителя. Сын в два года уже стихи рассказывал, а в четыре знал весь алфавит.

* * *

Вечером, когда гости и Дениска улеглись спать, Вера мыла посуду, отец подметал пол на кухне, а Ольга Николаевна на улице прибирала со стола.

– Вер, иди-ка сюда! – тихонько позвала ее мама, и поманила рукой в коридор.

Выключив воду, Вера вытерла руки об фартук.

«Что за секреты от папы?» – подумала она.

Мама закрыла дверь в кухню и достала из-за спины нежно-розовую коробочку, перевязанную белым бантом.

Вера, конечно, сразу решила, что мама хочет показать ей один из ее подарков, но Ольга Николаевна неожиданно всучила коробку ей в руки.

– Это тебе передали! – шепнула с улыбкой мама.

– Мне? – вытаращилась на нее Вера. – А… А к-кто?

– Открой и увидишь, – подмигнула женщина и удалилась на улицу, оставив дочь наедине с коробкой.

Вера развязала бант, открыла крышку и ее губы тронула добрая улыбка, а в душе поселилось очень родное и очень теплое чувство.

Взяв в руки рисунок, нарисованный ее детской рукой, она вспомнила, как проходил тот урок рисования в школе, когда учитель попросила нарисовать соседа по парте.

Вот Вера и нарисовала Игоря: кучерявые светлые волосы, большие голубые глаза и милая улыбка.

«Неужели сохранил?» – подумала про себя Вера, чувствуя, как ее глаза налились слезами.

Этот сюрприз оказался для нее слишком трогательным, как и васильки, вложенные коробочку.

Глава 4

– А может, нам пораньше приехать? Я же переживаю, как ты там без нас справляешься? Что кушаешь, остались ли чистые рубашки? – спрашивал в трубке тревожный голос Веры.

– Справляюсь, милая. Рубашки есть, ты ж чуть ли ни на месяц нагладила. Кушаю в ресторане. Да и в Москве жара стоит под тридцать, дышать нечем. Так что отдыхайте в поселке. Там же свежий воздух, природа – всё, как ты любишь! – отвечал Лев, продвигаясь по пробкам на работу. – И вообще, я бы на твоем месте остался там до конца лета.

– Ага, – звонко засмеялась Вера. – А работать за меня кто будет?

– Вот скажи, зачем тебе работать? – в который раз спросил Лев. – Одно дело, когда мы только в Москву приехали и нужно было пахать как проклятые. А теперь-то у нас все есть. И зачем только катаешься изо дня в день в свою собачью конуру ногти пилить?

– Лёв, не начинай. Если я еще и работать не буду, то совсем зачахну в этой Москве. Тут хоть общение какое-никакое, – отвечала жена.

И уж кому как не Льву было знать, что Вера работала не ради денег. Она часто жаловалась на нехватку общения. В Москве у нее была всего одна подруга, Катя Казакова, с которой они вместе выросли. Саня, Катин муж, и по совместительству Левин друг детства, уже пять лет служил прапорщиком в Москве, а Катя работала психологом в женском реабилитационном центре. Именно за ними Лев когда-то и потянулся в столицу.

Несмотря на то, что Лев был против, чтобы жена работала, он особо не настаивал на том, чтобы она оставила маникюрный салон – это единственная работа, на которую он бы ее отпустил. Клиентки-то – женщины, так что ревновать не к кому.

Лев прекрасно понимал, что такую девушку, как Вера, могут увести в два счета: красивая, умная, натуральная от кончиков ногтей до кончиков ресниц, начитанная, интеллигентная. Попробуй-ка найди такую в большой силиконовой долине.

Лев со школьных времен смотрел на Веру как на божество. Но вот с рождением сына появился в ней один жирный минус: в постели Вере могла уступить разве что надувная кукла. Легкий массажик вместо страстной прелюдии, любимая и удобная поза на боку под какой-нибудь сериал, и постоянное «Тшш! Дениску разбудим!».

Ох, как не хватало ему жарких ночей, что были до свадьбы. Кровь Льва бурлила, гормоны пускались в пляс, хотелось секса, да не абы какого, а страстного, жаркого, со стонами, как раньше.

Он ей на восьмое марта подарил костюм полицейского, а Вера, увидев его, стала цветом спелого помидора и сказала мужу, чтоб тот даже не мечтал, что она когда-нибудь на себя нацепит этот разврат.

Да и когда ж ей нацеплять, если она то уснет в детской, пока сына спать укладывает, то устанет после работы, то по дому хлопочет целый день, а к вечеру с ног валится.

«Мужик должен выходить из дома с полным животом и пустыми яйцами!» – это было девизом Льва.

И если с первым пунктом проблем никогда не было, то со вторым были, да еще какие.

Поэтому соблазны и поджидали его везде, где бы не появился.

Лев всегда был очень привлекательным молодым человеком: русые волосы, с длинной челкой, зачесанной назад, светлые глаза, благородная щетина, красивое рельефное татуированное тело. Оно, кстати, было лучшей рекламной его тату-салона.

А когда его дела пошли в гору, там появилась и дорогая машина, и брендовая одежда и статус. Девушки со Львом заигрывали несмотря на то, что был женат.

Желание испробовать остальные шестьдесят две позы камасутры никак не давало ему покоя. Он помнил, как первый раз изменил жене: в тот вечер никого в салоне уже не было, а красотка с аппетитными формами, которой он набивал тату под крудью, мало того, что два часа соблазняла его большими красивыми дыньками, так еще и весьма откровенно рассказывала о том, как однажды снялась в порно-фильме и чего там только не вытворяла.

В итоге она все это показала Леве на практике.

И ему понравилось. Очень. Такого страстного секса он не мог себе представить даже в самых пошлых фантазиях.

И после этого понеслось: Лев менял партнерш, как стики в «айкосе», и каждый раз получал все больше удовольствия от занятия разнообразным сексом.

Чуть позже зарегистрировался на нескольких сайтах порно услуг под ником «Леон Кинг», и зачастую находил любовниц там.

Но сколько бы у него ни было девушек, Лев совершенно точно понимал, что лучше его жены нет на свете.

И не дай бог она узнает о его маленькой слабости…

Он даже нарочно не покупал Вере новую машину, чтобы та лишний раз не привлекала к себе мужское внимание. И в то время, как Лев за четыре года поменял уже три машины, Вера продолжала ездить на стареньком «Рено», на котором, между прочим, они и приехали в столицу из Иваново.

«Старое, ржавое, гнилое, но пока ездит», – рассуждал Лев, сидя за рулем «БМВ Х6».

После Вериного отъезда в Иваново прошло чуть больше недели. И всю эту неделю Лев крутился как белка в колесе: куча клиентов, на носу открытие еще одного барбера.

Он мотался по Москве на разные встречи, едва успевал обедать и уделять время тренировкам.

К пятнице Лев был как выжатый лимон. А что это означало? Правильно, ему срочно нужно расслабиться.

А расслабляться Салтыков умел как никто другой. Ничего, кроме секса, не способно так хорошо снять мышечное напряжение и привести его в чувство.

Устроившись в кресле, открыл бутылку виски, бросил в стакан два кубика льда, и зашел на сайт порно услуг, чтобы выбрать девушку, с которой можно скоротать вечерок.

Но тут, очень даже кстати, ему написала СМС Милана.

«Приветик! Я только что вернулась из Турции, и безумно желаю встречи со своим Львом».

– Это ли не пруха? – воскликнул Лев и на радостях потянулся за стаканом, но рука так и замерла навесу, когда пришло еще одно СМС.

«Если заберешь меня из Домодедово, отблагодарю по полной программе».

Лев провел пальцами по щетине, взглянул на кубики льда, которые таяли в стакане, на дольки лимона.

– По полной программе, говоришь? – победно улыбнулся он, и ответил:

«Заберу через час».

Несмотря на то, что у него совсем не было желания тащиться в аэропорт, отказать Милане рука не поднялась. Зато поднялось кое-что другое, когда вспомнил, что она вытворяла с ним в постели.

Милана носила кулон с тигрицей. Дерзкая, хищная, готовая на все шестьдесят четыре позы камасутры за одну только ночь.