Воздушные фрегаты-2. Пилот

Проходя мимо стойки портье, Март затребовал подогнать к крыльцу свой "Паккард", убранный на ночь в гараж гостиницы. Каково же было его удивление, когда в подкатившем к ступенькам парадного автомобиле за рулем оказался один из бойцов команды «Бурана».

— Доброго утречка, Мартемьян Андреевич, — приветливо поздоровался он, распахивая дверцу.

— Здравствуй, Миша. Ты как здесь?

— У каждого своя служба. Командир велел присмотреть и, как освободитесь, отвезти вас сразу на корабль.

— Ну, раз командир, то поехали. Не знаешь, что за спешка?

— Вопрос не по окладу, — пожал плечами тот. — Мое дело маленькое.

— Понятно.

Резко стартовав с места, «Паккард» ринулся вперед по почти пустым еще улицам Дальнего. Глядя на азартно крутящего баранку Михаила, Март едва не спросил, кто за ними гонится, но затем передумал, и, надвинув на глаза козырек фуражки, погрузился в собственные мысли.

Предусмотрительность и продуманность действий Зимина впечатляла. Опекун действительно ничего не собирался оставлять на самотек. «Выходит, за мной все время присматривали ненавязчиво. Прикрывали, защищали. Что ж, спасибо. А вот вопрос, такая жизнь началась у меня с какого момента? Хм-м-м…»

Уловив витающий в салоне паккарда тонкий аромат духов страстной англичанки или ирландки, вот как раз это он так пока и не узнал, Март сумел отстраниться от яркого образа Аннабель и, собрав все факты прошедшего дня, со всей очевидностью признать, что в действиях девушки не было ничего спонтанного или эмоционального. В них отчетливо читался, за всей завесой игры и довольно умелых манипуляций, трезвый расчет.

«Такая, как Аннабель, стоит очень дорого. И в обмен за ночь с ней, уверен, богатеи готовы отдать многое. А меня, семнадцатилетнего, едва оперившегося пилота, пусть даже и одаренного, пусть даже и с древней, славной фамилией, вдруг начинают охмурять в полный рост. Не считаясь с затратами. Так не бывает. Никогда. Значит, тут замешаны большие деньги. Иначе Белла бы так не старалась. И внимание ко мне у нее появилось уже давно. Поэтому на роль заказчика в этой истории Сатору Асано отпадает. Значит, появляется ниточка, ведущая к настоящему моему врагу. Кукловоду, сидящему в тени. Наша прекрасная Анна явно не из числа низовых бойцов, нет, она всяко агент высокого ранга. Возможно, у нее есть выход либо на тех, кто башляет, или на их непосредственного представителя. Противник надумал подобраться ко мне поближе, что ж, танго надо танцевать вдвоем. Мы ответим тем же. Вот и потянем, глядишь, клубочек размотается и приведет нас к цели. А там уже будем решать на месте, кончать сразу или сначала поговорим по душам…»

Когда они прибыли на летное поле, там царила деловитая предполетная суета. Топливозаправщики уже свое отработали и укатили. Шумели, прогреваясь, двигатели. Матросы под руководством сурово рыкающего на них Горыни спешно грузили какие-то ящики. Что в них было: ЗиП или боеприпасы, или, быть может, продукты, — Колычев не сразу разобрал, а через минуту ему стало не до них.

Небо, затянутое сплошной пеленой серых, дождевых облаков, сыпало редким мелким дождем. «Да, погода не самая летная, ну, это все мелочи! Нашему «Бурану» все нипочем».

У трапа ему передали приказ немедля явиться в ходовую рубку, что он тут же и выполнил.

— Младший пилот Колычев для прохождения службы прибыл! — отрапортовал он склонившемуся над картой Зимину.

— Принято! — кивнул тот, не отрываясь от своего занятия. — Займи свое место и готовься к вылету.

— Что за пожар? — тишком поинтересовался Март у занявшего место первого пилота Акинфеева.

— Не знаю, — едва не разорвал рот от зевка тот. — Подняли ни свет, ни заря…

— Тем, кому нравится долго спать, надобно выбирать менее хлопотную профессию, — хмыкнул закончивший с проверкой проложенного штурманом маршрута Зимин.

— Эх, кэп, — печально возразил Васенька. — Если бы вы знали, какую славную девушку мне пришлось покинуть, вы не были бы так жестоки…

— Расскажи об этом своему напарнику, — улыбнувшись одними уголками губ, посоветовал капитан. — Мне почему-то кажется, он единственный, кто сможет оценить твою жертву.

— Даже так? — оживился Акинфеев и вопросительно посмотрел на Марта, явно ожидая пикантную историю.

— Оставить трепотню! — безжалостно разрушил его планы Зимин, после чего включил внутреннюю связь. — Отсекам доложить о готовности!

— Рубка готовы! — отрапортовал сразу же собравшийся Васенька.

— Ходовая часть готовы! — прошуршал в динамике голос Шаймарданова.

— Погрузка закончена, на грузовой палубе готовы! — доложил Горыня.

— Артиллерия готова!

— Штурмовики готовы! — отрапортовал Вахрамеев.

— Эй, док, не спите! — подбодрил нового члена экипажа командир.

— Простите, — смущенно отозвался по интеркому Крылов. — Медблок готов.

— Всем приготовиться! Взлет!

По палубам красавца «Бурана» пробежала дрожь, потом, заглушая все другие звуки, взревели маневровые двигатели, и корвет рейдеров плавно оторвался от бетонного покрытия летного поля. Корабль завис на несколько секунд, проводя проверку систем. Затем на малом ускорении антигравов начал набор высоты по наклонной траектории, равномерно добавляя оборотов ходовым двигателям, чтобы использовать момент вертикального ускорения для разгона и преодоления инерции массы корпуса.

Этот момент, когда тяжеленная громадина воздушного корабля взмывает в небо, Март любил больше всего. Едва удержавшись от восторженного возгласа, он вошел в «сферу» и наскоро просканировал работу систем и механизмов судна.

— Пилот, доклад!

— Все работает штатно!

— Тогда с Богом! — кивнул Зимин. — Продолжать подъем до пяти тысяч. Уйдем выше облаков. Заодно и эту морось минуем. Увеличивать тягу на маршевых до набора крейсерской скорости.

Командир решил не закладывать крюка, чтобы пройти над безопасной территорией Маньчжурии и только потом завернуть над Внутренней Монголией, беря курс строго на зюйд. Для экономии топлива и времени он пошел напрямую через Бохайское море, залив Лайчжоу и дальше все время строго на юго-запад над равнинами центрального Китая, затем вдоль южных отрогов хребта Циньлин, и дальше меж двух горных хребтов прямиком на Чунцин.

Выбранный им маршрут было трудно назвать безопасным, поскольку на нем имелся более чем реальный шанс встретиться с японскими патрулями. Однако, после недолгих раздумий, Владимир Васильевич решил положиться на возросшую после ремонта скорость «Бурана», его высотные и маневренные характеристики, но самое главное — на наличие сразу двух сильных одаренных с большим радиусом охвата «сферой». То есть, самого себя и Марта. Так что весь путь до цели, а это почти две тысячи километров, им предстояло провести по очереди на вахте, регулярно сканируя линию горизонта, чтобы вовремя заметить опасность.

Поскольку взлет и первый час полета прошли нормально, Зимин разрешил свободной смене разойтись по каютам, чтобы немного расслабиться. О полноценном отдыхе речь, конечно, не шла, но можно было хотя бы вытянуть ноги и часок вздремнуть.

— Задержись, — велел он проходящему мимо Колычеву.

— Да, — вопросительно посмотрел на него воспитанник.

— Твои вещи в седьмой каюте, по левому борту.

— Спасибо.

— Не за что. Иди, отдыхай.

— Товарищ командир, — неожиданно сам для себя ляпнул Март, — разрешите обратиться!

— Обратись! — удивленно посмотрел на него Зимин.

— Можно узнать, что за спешка?

— Обстоятельства немного изменились. Да и вообще… Или ты успел назначить мисс Ли свидание?

— Нет, — схватился за переборку почувствовавший, что «Буран» подпрыгнул на воздушной яме, Колычев.

— Ну и ладно. Иди, отдыхай.

— Есть.

— Да, у тебя новый сосед.

Успевший облазить корабль, что называется, от киля до клотика Март хорошо знал, где находится его новое пристанище, если, конечно, так можно было назвать это тесное, как бабушкин шкаф-пенал, пространство с двуярусной спальной полкой и маленьким откидным столиком перед овальным иллюминатором. Какие-либо иные удобства в нем отсутствовали. Умывальник и гальюн на их палубе были общими, принимать пищу полагалось либо в кают-компании, либо прямо на месте несения вахты. В общем, обстановка была, что называется, спартанской.

Стучать при входе среди приватиров было не принято, но молодой человек не знал, кто его сосед, и потому на всякий случай легонько стукнул костяшками пальцев по складной двери.

— Войдите, — раздался знакомый голос, и Колычев нос к носу столкнулся с поручиком Шмелевым.

Впрочем, на сей раз контрразведчик оказался одетым в общевойсковую полевую форму без знаков различия, а офицерский статус подчеркивала лишь портупея, на которой висела кобура с пистолетом.

— Здрасте! — округлил глаза никак не ожидавший подобной встречи Март.

— Проходите, Мартемьян Андреевич, — посторонился сосед. — Это ведь ваша каюта!

— Но… как вы здесь оказались?

— Исключительно в качестве пассажира.

— А я думал, что вы расследуете трагедию, случившуюся на Осеннем балу!

— Увы, молодой человек. Дело передано в главное жандармское управление. А вы вспомнили что-нибудь важное?

— Нет!

— Жаль. А я бы с удовольствием послушал, откуда у вас взялся такой красивый гунто. Дадите посмотреть?

— Пожалуйста, — пожал плечами Март. — Только осторожнее, а то он очень острый…

— Ничего страшного, я тоже не институтка… черт… — отдернул порезанный палец выдвинувший меч из ножен контрразведчик, после чего с легкой досадой добавил, — кусается!

— Он не любит, когда его трогают чужие!

— Бывает, — с юмором посмотрел на соседа Шмелев. — Но вы, верно, хотите передохнуть? Располагайтесь. Дорога впереди длинная, успеем еще наговориться. А я, с вашего разрешения, прогуляюсь.

— Только осторожнее, тут много острых углов! — крикнул ему вслед Колычев.

Судя по разложенным вещам, нижняя полка была занята, так что Марту ничего не оставалось, как скинуть ботинки и запрыгнуть на свободную. «Интересно, чего ему здесь надо?» — подумал он и вдруг понял, что поручик не только откровенно проигнорировал его вопрос, но еще и ухитрился перевести разговор на него. Впрочем, как верно заметил контрразведчик, дорога впереди долгая, и для выяснения отношений времени более чем достаточно. А вот сейчас лучше немного поспать. Поэтому он постарался расслабиться и уже через минуту спал сном праведника.

Однако, тренированное подсознание, как оказалось, продолжало сканировать окрестности в пассивном режиме, и в один далеко не самый прекрасный момент его глаза открылись, а тело напряглось, как перед прыжком. Спрыгнув с верхотуры, он быстро обулся и направился прямиком в отсек управления, называемый по традиции ходовой рубкой. Успев отметить про себя, что Шмелев так и не появился.

— Не спится? — встретил его появление Зимин.

— Что-то не так, — покачал головой в ответ воспитанник. — Где-то совсем рядом враг.

— Примерно в двенадцати милях от нас на норд-вест-тень-вест японский корвет. Идет параллельным курсом. Нас не видит, либо принимает за своего.

— Что будем делать?

— Пока ничего. Судя по данным разведки, скоро кончится зона их контроля, и тогда они развернутся и уйдут на свою базу.

— А если они нас все-таки видят?

— Запросят позывные.

— И что дальше?

— По обстоятельствам, — неопределенно хмыкнул Владимир Васильевич, после чего резко переменил тему. — Ты голоден?

— Есть немного, — признался Март.

— Тогда дуй на камбуз. Михалыч приготовил праздничный фруктовый пирог в честь возвращения «Бурана» в строй, так что можешь потребовать свою долю.

— Есть, потребовать долю! — весело ответил Колычев и поспешил выполнять приказание.

Михалычем звали кока — низкорослого толстяка, давно служившего у Зимина и славящегося своими кулинарными талантами на весь воздушный флот. Его уже несколько раз пытались переманить на другие корабли, включая флагманский «Цесаревич», но безуспешно.

В примыкавшей к камбузу кают-компании было немноголюдно. В одном конце за столом вольготно устроился Шмелев, время от времени бросавший плотоядные взгляды на Крылова. Судя по всему, доктор чувствовал себя не в своей тарелке, однако просто уйти считал проявлением слабости, а потому с кислым видом ковырялся вилкой в тарелке, ожидая, когда же проклятый «пес режима» уйдет.

— Добрый день, Павел Александрович! — весело поприветствовал его Колычев.

— Здравствуйте, Мартемьян Андреевич, — явно обрадовался ему судовой врач. — Я уж думал, что вы остались в Дальнем.

— Ну уж дудки! — усмехнулся молодой человек. — Теперь меня с корабля даже палкой не выгонят. Особенно с камбуза! Не подскажете, чем тут кормят?

— Простите, я не обратил внимания…

— Яйца пашот с жареной колбасой и пирог, — любезно пояснил со своего места поручик. — Кстати, рекомендую. Ибо и то, и другое превосходно!

— Благодарю за лестный отзыв, ваше благородие, — выкатился из-за переборки Михалыч и тут же обратился к вновь прибывшему. — Желаете подкрепиться, господин пилот?

— За тем и пришел! — с улыбкой отозвался молодой человек, польщенный подобным обращением.

— Нет ничего проще, — благосклонно кивнул кок, и перед Колычевым тут же появилась блестящая никелированная миска, на которой живописно расположились сваренные без скорлупы яйца "в мешочек"[1] в обрамлении хорошенько поджаренных кусочков собственноручно набитых корабельным кулинаром свиных колбасок и салатом из свежих овощей. В придачу к ним полагался большой кусок сладкого пирога и полная кружка свежесваренного кофе.

— Приятного аппетита, — пожелал ему уже покончивший со своей порцией контрразведчик и вышел прочь, не забыв бросить прощальный взгляд на облегченно вздохнувшего доктора.

«Какое ваше собачье дело до моего аппетита», — подумал про себя Март, но поручик уже ушел.

— Какой неприятный господин! — рассерженно посмотрел ему вслед Крылов.

— Забейте, док. Он тут ненадолго… по крайней мере, я на это надеюсь. Лучше расскажите, как вы тут устроились?

— О, если не считать этого жандарма, то все просто прекрасно! Кабинет и операционная недурно оборудованы, но если не случится ничего экстраординарного, то мне так и не придется применить мои способности на практике.

— Почему вы так говорите?