Помоги проекту - поделись книгой:
— Сам разберусь, — сказал державший меня и на секунду отвернулся, чтобы посмотреть на подгоняющего.
Я же сказал — в тот момент я ничего не чувствовал.
Абсолютно.
Отстраненно наблюдая за ситуацией и выжидая любого шанса. При этом какая-то часть меня отчетливо требовала выжить любой ценой.
Любой.
Что бы для этого ни пришлось сделать.
Не знаю, как так вышло. Может, в силу моего настроя, может, просто повезло.
Мне. Не этому мужчине.
Он чувствовал себя на коне. Полностью уверенный, что я у него в руках.
В момент, когда он обернулся, его нож отодвинулся от моего лица, рука чуть расслабилась. Это был краткий, очень краткий миг.
Я всего лишь ударил ладонью по его руке. Надавил и повёл вперед, дернувшись вперед.
Почему-то я ждал, что он будет сопротивляться, но нет. Всё произошло настолько быстро, что лезвие полоснуло ещё по щеке, под глазом. Брызнула кровь, он вскрикнул и отшатнулся от меня. При этом удерживая второй рукой меня за куртку, которую так хотел отобрать.
В этот момент мне повезло, а ему, наоборот, нет. Видимо, судьба у человека такая. Поскальзываться и падать. Споткнувшись, он полетел назад, а я за ним. Вцепившись в его руку с ножом.
Который продолжил движение и вошёл в глазницу.
Его тело дернулось, вскрик превратился в крик, полный боли, и я надавил ещё сильнее.
Как я выхватил нож, как скатился с мужика, как побежал мимо деревьев и почему меня никто не остановил — спроси кто, в жизни ответа не дам. Сам не запомнил.
Моя холодная броня, в которой я спрятался, треснула, а дальше снова включилось тело, требующее выжить любой ценой.
Через полчаса, забившись в какую-то нору под деревом, дрожа от холода, слыша, как в груди бешено бьется сердце, я пытался осознать, что значила та надпись, выскочившая почти сразу, после того как я побежал.
Сразу и не скажешь, что шокировало в тот момент больше. Что убил окончательной смертью, что есть не окончательные, или что за это дают уровни.
Это, определенно, было неправильно.
Всё происходящее было неправильным!
А самое ужасное, что мне теперь с этим придётся как-то жить.
И выживать.
Потому что в мире, где за убийства дают награды, иначе не получится.
***
Моё бегство закончилось на дереве. Я забрался наверх, в густую крону, и, как надеялся, в этот раз спрятался куда лучше, чем в прошлый. Здесь было сухо, не так ветрено и спокойно.
Спокойнее, чем внизу.
Как отдышался, в голове и душе воцарилась пустота. Я сидел и тупо пялился в одну точку.
Правильно было переживать из-за убийства, но, кажется, с памятью я потерял ещё кое-что. Поэтому не сильно волновался из-за содеянного. Как-то сразу понятно было. Либо они меня, либо я их. Вот и вся история.
Ступор в какой-то момент перерос в сон. В своей новой жизни я не спал больше суток и, пусть условия к этому не располагали, задремал. Напрочь игнорируя все те звуки, которые были в лесу. Несколько раз, пока я бежал, кто-то кричал, а потом и рычал.
Проснулся, когда ещё было темно. Полноценным сном это назвать было нельзя. Организм перезагрузился, и я, как вернулась ясность мысли, принялся обдумывать своё положение. Захотелось пить и есть. Намекая, что придётся решать ещё и эти вопросы. Было бы отличной идеей собрать в ладони потоки дождя, но тот к этому моменту, закончился. А спускаться вниз и пить из лужи — не настолько я ещё пить хотел.
Итак, что я имею…
Происходящее совершенно неправильно, но мне с этим надо что-то делать. Найти безопасное место, еду и воду, ещё сухую и подходящую для новых условий одежду. По пути не заболеть от переохлаждения. Сомневаюсь, что здесь есть врачи. А если есть, то я не смогу получить их помощь.
Это были простые, естественные задачи, сводящиеся к простой цели — выжить.
Так я для себя и сформулировал эту цель. Выживание. Подумав, добавил, что любой ценой. А потом ещё подумав, понял, что нет, не любой. То, что я разобрался с ночными гопниками, меня ничуть не волновало. Ну как разобрался… Случайно ранил и убил одного, от остальных убежал. Конкретно это меня не терзало. А вот мысль о том, чтобы напасть на невинных людей, которые мне ничего не сделали — это покоробило.
В этих рассуждениях я как-то быстро пришёл к понимаю, что впереди ещё не раз придётся драться. Что следовало из другого наблюдения — это не просто выживание в лесу. Это борьба между последователями богов.
Богов, которые дают уровни и какой-то престиж.
С этим у меня в голове путаница возникала. Я, с одной стороны, нормально воспринял то, что награждают. Как будто сам этот феномен — обыденность. А с другой — был уверен, что такого в обычной жизни не происходит. Подумав, где-то в закромах нашёл ответ — награждают в играх, а не в реальной жизни.
Мне это показалось хорошим знаком. То, что голова от попыток вспомнить перестала болеть. Я будто шарил в пустой квартире, которую спешно покинули и забрали вещи. Что-то обронили случайно, и, если приложить усилия, это можно найти.
На фоне и без того безрадостной ситуации проблема с памятью была отдельным темным пятном.
По итогу размышлений одна задача по выживаю разрослась до целого списка.
Во-первых, приоритетом я так и оставил выживание, с удовлетворением базовых потребностей. Во-вторых, следующим пунктом ушло прояснение ситуации. Поиск храма, изучение возможностей и наград, которые дают уровни и престиж. Что-то мне подсказывало, что вместе с уровнями дают и что-то ещё. В играх — очки характеристик и навыки. Вопросом, в игре я нахожусь или где, долго не задавался. Какая разница? Надо найти храм и прояснить там этот вопрос. Если ничего не дают, то и хорошо. Меньше у людей поводов убивать друг друга. Если же действительно в храме поджидает ценная награда, то задача выжить усложнится в десяток раз. Я был абсолютно уверен, что люди начнут массово друг друга убивать. Насмотрелся у храма, что там уже было.
Только после двух этих пунктов третьим шло разбирательство с самим собой. Что со мной случилось? Как я попал сюда? Действительно ли умер? Какой была моя прошлая жизнь? Можно ли вернуть память?
Это было больно, ощущать, что не помнишь ничего из прошлого. У меня отняли что-то важное, я тянулся к нему, но находил лишь пустоту. Больно не физически, а внутренне. Это было сложно описать. Я бы поставил пункт разбирательства с собой на первое место, но… Без выживания ответы я точно не получу.
Разобравшись с тем, что нужно сделать, я успокоился ещё сильнее. Даже не успокоился, а собрался. Стало понятно, что делать. Не сидеть на дереве — это раз. Здесь нет еды и нужных мне ответов. Спуститься и как-то пробираться по лесу — это два. Буду ждать утра, по темноте точно не пойду, слишком опасно. Дальше искать храм — это три. Возможно, попытаться сблизиться с другими последователями.
Ах да, чуть не забыл.
Мне надо узнать, кто мой покровитель!
Без чего, чтоб его, неизвестно, в какой храм идти!
Очевидно, что во вражеском меня быстро на лоскуты пустят.
Глава 3. Поиск храма
Пока я сидел и составлял план, выскочило новое сообщение перед глазами:
Сообщение во многих смыслах интересное. Я завис, пытаясь понять, что стоит за в общем-то знакомыми словами.
Святилище — это понятно. Какое-то здание, типа храма, куда нужно добраться. Может, даже они в одном месте находятся. А вот про точку возрождения — совсем непонятно.
Я был уверен, что в играх они есть. Но я ведь не в игре. Да? Посмотрев на свои руки, запачканные в грязи и крови, поежившись от ночной прохлады, готов был поспорить на что угодно, что таких игр не существует.
Короче, вопросов было больше, чем ответов, но то, что где-то есть точки возрождения, я был в целом готов поверить. Не тому, чье тело помнит опыт смерти, отрицать возможность возрождения.
Как и до этого сообщения, оставалось определить, где находится святилище.
Стоило всерьез задуматься над этим, как появилось новое ощущение внутри тела. Последние несколько часов я только и делал, что прислушивался к себе, пытаясь разобраться с памятью. Поэтому быстро заметил, как оно пришло.
Странно. Это было не то чтобы неправильно, но как минимум подозрительно.
Раньше я точно ничего такого не чувствовал. Когда о храме думал, и как его отыскать. Нужно было думать именно о святилище, или ощущение пришло вслед за сообщением? И почему оно появилось сейчас, а не сразу, как я появился в этом месте?
Боги явно не спешили с подсказками.
Если и у остальных так же, то в скором времени у святилища соберутся люди.
А значит… За убийство чужих последователей награждают. Неизвестно чем, но чутье вопило, что стимул будет достаточным, чтобы устроить бойню.
А за убийство своих награждают? Если да, то лучше держаться от любых людских скоплений подальше. Если нет, то лучше прибиться. На каждой стороне по две с половиной тысячи. Ну, почти. На одну душу стало меньше в чьем-то стане. В любом случае, если народ объединится, это будет серьезное усиление.
Сразу вспомнился отряд в несколько сотен человек. Дрогворцы, я уверен, объединятся быстрее всех.
Вскоре дождь окончательно закончился, и ночное небо прояснилось. На небе появилась луна и звезды. Выглядели они чужими, но я не понимал, почему так воспринимаю. Некоторые понятия память умудрилась сохранить, а что-то оказалось утерянным.
В этот момент, сидя на дереве посреди мокрого леса и смотря на черное небо, я почувствовал себя необычайно одиноким.
Но через секунду перед глазами встал мужчина, которого убил, и депрессия моментально исчезла. Нужно выжить. Вот моя цель.
С этой мыслью я спустился вниз и отправился навстречу святилищу.
Опасно двигаться ночью, но ещё опаснее — бездействовать. Видел я уже на отборе, что происходит с теми, кто приходит последним. Да и теми, кто хоть чуть-чуть опаздывает.
Их топчут.
А я не хотел быть растоптанным. Настолько не хотел, что темнота леса и его угрозы пугали меня куда меньше, чем риск опоздать.
***
Продираться ночью через лес оказалось той еще затей. Я несколько раз падал на скользких камнях, чуть не сломал руку, испачкался дальше некуда и промок еще сильнее.
Пожалеть я тоже успел. Как и проклясть себя за бесхребетность. Будь я сильнее и злее в прошлой жизни, уверен, не оказался бы здесь.
Поэтому топал я назло. Себе и всем тем обстоятельствам, в которых оказался.
Через пару часов небо обрадовало зарождающимся рассветом. Выбросило меня в низине гор, вдоль которых я и продирался, поэтому появление солнца застало рядом с небольшим обрывом, с которого открывался вид на пару сотен метров вперед.
Завороженный зрелищем, я стоял и смотрел, как первые лучи проникают сквозь мокрые листья. Идиллия длилась недолго.
Издалека донесся отчаянный вопль.
Я сразу пригнулся и бросился под ближайшие ветки с целью скрыться. По хорошим причинам так не орут. Крик повторился еще раз, после чего затих. Звук шел с противоположной стороны от того места, куда я стремился попасть.
Постояв пару минут, я двинулся дальше. Есть подозрение, что рядом со святилищем будет безопасней. Хотя если вспомнить, что происходило у статуй богов, то лучше себя не обнадеживать и сохранять осторожность. Но мысли все равно упорно возвращались к образу теплого места, где есть еда. Не знаю, сколько я без пищи, но желудок смирился с голодом еще несколько часов назад.
Минут через пятнадцать, когда стало достаточно светло, решил забраться на дерево, чтобы оглядеться. Оно выглядели достаточно крепко и не подвело. Уже через пару минут я сидел на макушке, вглядываясь в окрестности. Пока забирался, подумал, что пальцы у меня цепкие. Да и сил хватает, чтобы легко забраться наверх. Ещё я был легким. Не самым низким, но не то чтобы высоким. Большинство людей были со мной схожего роста.
Я и сам до конца не понимал, зачем подмечаю такие детали. То ли заново знакомился с собой, то ли искал сильные стороны.
Чтобы использовать потом как оружие.
Дерево я выбрал непростое. Расположенное на возвышенности, рядом с обрывом. На самый вверх не забрался, но метров на шесть поднялся. И смог разглядеть, что там, впереди.
Где-то там дальше виднелись макушки зданий. Не то чтобы близко, но и не очень далеко, раз я смог их разглядеть.
Это обнадежило.
Дальнейший путь быстро уничтожил наметившееся воодушевление. Я чуть не убился, пока спускался вниз с обрыва. Он был пологим, но из-за дождя скользким до омерзения. Попытавшись цепляться, я не удержался и полетел вниз. Как не убился — сам не знаю. Точно помню момент, когда шмякнулся лицом о мягкий пучок травы прямо рядом с торчащим камнем. Как шмякнулся, так и полетел дальше, вращаясь и скользя.
На этом преграды не закончились.
Вскоре наткнулся на речку, что преградила мне путь. Метров десять шириной, она сходила с гор и убегала куда-то вдаль. С виду выглядела чистой, и я не удержался. Наклонился, обмыл руки, сам умылся и как следует напился. Сначала пару глотков, чтобы оценить реакцию организма, а потом вдоволь и про запас. Капли дождя, конечно, замечательно, но организм требовал большего.
Горная река продирала холодом до дрожи, но я и так давно замерз, так что немного потерял. Сейчас беспокоило другое, как перебраться. Если окунусь, то, боюсь, замерзну окончательно.
Мне повезло. Двинувшись вдоль речки, я увидел брод из камней. Сразу к нему подходить не стал. Засел в кустах и какое-то время наблюдал. Логично предположить, что часть участников пойдет этим же путем, и не хотелось бы на них нарваться, когда буду на открытом участке.
К тому же никто не обещал, что увиденные мною здания впереди — это и есть святилище. Возможно, это вражеская база.
Никого не заметив, я рискнул перебраться на ту сторону. Спрятавшись там, посмотрел, пойдет ли кто за мной, но нет, тишина. Как бы я ни вглядывался в темноту между деревьями, никого там не замечал.
Где-то там, вдали, солнце снова наползало на небосвод. Стало заметно светлее, но ещё не настолько, чтобы чувствовать себя уверенно и свободно. Пробирался я аккуратно, вглядывался под ноги. Здесь лес был куда гостеприимнее. Словно в парке прогуливаешься. От брода из камней тянулась тропа, но по ней я не рискнул идти. Свернул в сторону и двигался так, чтобы самому дорогу видеть, но при этом иметь возможность быстро спрятаться, если кого-то встречу.
Но то ли боги были милостивы, то ли лимит неудач для меня исчерпался, я добрался до конечной цели.
Узнал я об этом не сразу. Сначала лес закончился, а потом я вышел на открытое пространство и в первых лучах солнца смог разглядеть стену, а за ней — верхушки зданий. Вдоль стены располагалось четыре башни. Я был уверен, что никогда такого не видел, но тем не менее мог определить, что на стенах есть зубцы, чтобы там прятались лучники. На башнях тоже. Они были куда выше уровня стен, с открытыми площадками наверху и крышами над ними.
Поделиться книгой: