Магические тесты

В его глазах было какое-то серьезное высокомерие, жгучая напряженность и решимость. Жизнь на улице дает вам шестое чувство в отношении таких вещей. Ты учишься читать людей. Читать его было легко: он был властным и высокомерным, и он устанавливал контроль над всем, что видел, включая самого себя. Он прошел через жестокую мясорубку жизни и вышел из нее сильнее. Он никогда не позволил бы вам узнать, о чем он думает, и вы всегда были бы с ним на тонком льду.

Я коснулась поверхности стола кончиком пальца.

— Безопасно.

Позади меня послышалась какая-то возня. Ю Фонг сделал небольшое движение рукой, и шум прекратился. Я завоевала право на аудиенцию. Уиии!

Он наклонил голову и изучал меня своими темными глазами.

Я почувствовала запах ладана. Да, определенно благовония, стойкий, слегка сладковатый дым.

— Мне всегда было интересно, как можно обращаться к объекту поклонения? Должна ли я называть тебя «владыкой десяти тысяч лет», «святым» или «сыном неба»? — Дали, одна из оборотней, учила меня основам азиатской мифологии. К сожалению, это все, что мы успели пройти, так как я только начала.

— Я не объект. — В его голосе слышался легкий акцент. — Ты можешь называть меня Ю.

Достаточно просто.

— Ты чего-то хочешь? — спросил он.

— Меня зовут Джули Леннарт. — С таким же успехом можно было бы использовать большую пушку. Большинство людей не знали фамилию Царя Зверей, поэтому, если он узнает ее, это станет хорошим признаком того, что он своего рода магический тяжеловес.

— Весомое имя для кого-то такого маленького. — Ю Фонг улыбнулся приятной непринужденной улыбкой. Он бы так улыбался, наблюдая, как милый щенок играет с бабочкой, или пока его лакеи мучают его врага. Выбирайте сами. — Царь Зверей командует пятнадцатью сотнями оборотней.

— Около того. — Их было больше, но ему не нужно было этого знать.

Его темные глаза остановились на мне.

— Однажды мое королевство станет больше.

Ха-ха! Да, точно.

— Я здесь с ведома мастера Гендуна и по его просьбе.

Он ничего не сказал. Металлический стол под моими пальцами был теплым. Я положила на него большую часть своей руки. Определенно теплый. В кафетерии был кондиционер, и даже сейчас, с включенной магией, воздух оставался довольно прохладным, что означало, что металлический стол должен был быть холодным.

— Исчезла девушка. Она была маленькой девочкой. Застенчивой. Ее зовут Эшлин. — Никакой реакции. Стол определенно становился теплее.

— Она боялась тебя.

— Я не убиваю маленьких девочек.

— Что заставляет тебя думать, что ее убили? Я ничего не говорила о том, что ее убили.

Он слегка наклонился вперед.

— Если я замечаю что-то, что меня оскорбляет, я выбираю игнорировать это или убить. Я проигнорировал ее.

Боже, этот чувак был тщеславен.

— Почему она оскорбила тебя?

— Я никогда не угрожал ей. У нее не было причин съеживаться в моем присутствии. Я и не жду, что ты поймешь.

Я напряженно размышляла о том, почему он счел бы очевидное проявление страха оскорбительным.

— Когда она съежилась, ты почувствовал себя оскорбленным. У тебя не было намерения причинять ей боль, поэтому, показывая страх, она подразумевала, что твой контроль над своей силой был несовершенным.

Глаза Ю слегка расширились.

— Я подопечная Царя Зверей, — сказала я ему. — Я провожу много времени с высокомерными помешанными на контроле людьми.

Стол под моей рукой стал слишком горячим, чтобы продолжать прикасаться к нему. Я держалась.

— Эшлин раздражала тебя. Ты сказал, что игнорировал ее. Ты ничего не сказал о своих телохранителях. Они что-то сделали с Эшлин, чтобы заставить ее исчезнуть?

Его лицо было воплощением презрения, что было просто вежливым способом сказать, что он хотел бы посмеяться надо мной, но это было ниже его достоинства. Я видела точное такое выражение на лице Царя Зверей. Если бы они с Кэрраном когда-нибудь оказались в одной комнате, голова Кейт взорвалась бы.

Я ждала, но он ничего не ответил. Очевидно, Ю решил не удостаивать меня ответом.

Тонкие струйки дыма вырвались из его книги. Стол рядом с ним, должно быть, был намного горячее, чем на моем конце. Что-то происходило, потому что металл обжигал мои пальцы.

— Если я узнаю, что ты причинил боль Эшлин, я причиню тебе боль в ответ, — сказала я.

— Буду иметь это в виду.

— Принято. Твоя книга дымится.

Он взял ее. Я медленно подняла руку, подула на кожу и встала, чтобы уйти.

— Почему тебя это волнует? — спросил он.

— Потому что никого это не волнует. Оглянись вокруг — пропала девушка. Девушка, которую вы видели в классе каждый день, была так чем-то напугана, что ей пришлось спрятаться. Никто ее не ищет. Все вы просто продолжаете заниматься своими обычными делами. У тебя есть вся эта власть, а ты и пальцем не пошевелил, чтобы помочь ей. Ты просто рассаживаешь тут, читаешь книжку, удобно устроившись за спинами своих телохранителей, и демонстрируя, насколько удивительна твоя магия, разогревая стол. Кто-то должен ее найти. Я решила стать этим кем-то.

Я не могла сказать, дошло ли до него.

— Истинная сила не в том, чтобы убивать или игнорировать своего противника, а в том, чтобы иметь волю защищать тех, кто нуждается в твоей защите.

Он слегка приподнял брови.

— Кто это сказал?

— Я.

Я ушла.

Брук пристально смотрела на меня.

— Пойдем, — сказала я ей достаточно громко, чтобы он услышал насмешку в моем голосе. — Мы здесь закончили.

***

В КОРИДОРЕ я подошла к окну и выдохнула. Нервозно. Вся эта сила, вся эта магия кипели в нем, а он просто сидел. Ничего не делал, чтобы помочь Эшлин. Ему было все равно.

Брук прочистила горло позади меня.

— Дай мне минутку.

Я выглянула во двор, окруженный квадратным зданием школы. Это был действительно большой двор. Однако спрятаться негде: скамейки, цветы, извилистые каменные дорожки. На северной оконечности росло одинокое дерево, окруженное лабиринтом концентрических цветочных клумб, расходящихся от него, как в одной из тех маленьких карманных головоломок, в которых нужно закатить мяч в лунку через пластиковый лабиринт.

— Ты ошибаешься, — сказала Брук позади меня. — Знаешь что, у всех нас есть проблемы. То, что я не искала Эшлин, не делает меня плохим человеком. Ты хоть представляешь, какая конкуренция в Академию магов? Получение всех этих дополнительных плюшек отнимает все мое время. А я тебя даже не знаю! Почему я должна оправдываться перед тобой?

Цветы были в полном цвету. Голубые астры, нежные бородатые ирисы, кремовые и желтые, пурпурная паутинка — в моей старой школе я много изучала гербологию. Нормально для начала июня. На дереве были крошечные бутоны, которые только начинали раскрываться в прозрачные бело-розовые лепестки.

— Не то чтобы я даже знала ее так хорошо. Я не понимаю, почему я должна нести ответственность за ту проблему, которая заставила ее спрятаться. Если бы она пришла ко мне и сказала: «Брук, я в беде», я бы помогла ей.

— Что это за дерево?

— Что?

— Дерево во дворе. — Я указала на него. — Что это за дерево?

Брук моргнула.

— Я не знаю. Мертвое дерево. Ты все равно не сможешь добраться до него сейчас, не с магией в зените, потому что цветочный сад обнесен оберегами. Послушай, я не горжусь тем, что не искала Эшлин. Все, что я хочу сказать, это то, что, возможно, я не искала ее, и, вероятно, мне следовало бы это сделать, но я была занята.

Бьюсь об заклад, это была яблоня. Некоторые яблони зацветали поздно, но большинство из них цвели в апреле и мае. Сейчас был июнь.

— Как давно это дерево погибло?

— Сколько я себя помню, оно было таким, а я учусь в этой школе уже три года. Я не знаю, почему они его не вырубят. Ты меня слушаешь?

— Оно расцвело.

Брук моргнула.

— Что?

— Дерево цветет. Смотри.

Брук посмотрела на окно.

— Ха.

Идеальные оценки по ботанике. Яблоки в ящике. Отпечаток волка на столе. В ужасе от мальчика, который создает жару, потому что там, где есть дым, есть и огонь. Цветущая яблоня, которая стояла сухая уже много лет.

Все это выстроилось в моей голове в идеальную стрелку, указывающую на дерево.

— Мы можем спуститься туда?

Брук уставилась на дерево.

— Да.

Две минуты спустя я вышла через боковую дверь во внутренний двор и спустилась по изогнутой каменной дорожке. Я была в пятидесяти футах от дерева, когда почувствовал магию перед собой. Я остановилась и переключилась на чувственное видение. Передо мной выросла стена магии, слегка светясь светлым серебряным светом. Оберег, защитное заклинание, предназначенное для защиты от незваных гостей. Через него проходили потоки силы.

Некоторые обереги светились полупрозрачным цветом, одновременно являясь барьером и предупреждением о том, что барьер существует, и входить в него будет больно. Этот был невидим для любого без моего зрения. И, судя по интенсивности магии, прикосновение к нему причинит достаточно сильную боль, так чтобы корчится от нее в течение нескольких минут или полностью отключится.

Я пошла вдоль оберега, Брук следовала за мной. Заклинание вело, огибая клумбу.

— В чем смысл оберега?

— Никто не знает, — сказала Брук.

— Ты когда-нибудь спрашивала Гендуна?

— Как-то да. Он просто улыбнулся.

Чудненько.

Впереди проход шириной в два фута разделял круг защиты. Я остановилась возле него, заглянула внутрь и увидела еще один оберег. Это был магический лабиринт, с кольцами внутри колец оберегов, и в центре всего этого была яблоня.

— Она наблюдает за нами, — прошипела Брук.

— Что?

— Окно второго этажа, слева.

Я подняла глаза и увидела, что Лиза смотрит на нас. Наши взгляды встретились. На лице Лизы отразилась странная смесь эмоций, частично осознания, частично страха. Она раскусила меня. Она поняла, что я каким-то образом видела оберег и знала о яблоне, и теперь она боялась. Не может быть, что она боится меня. Я вроде не такая уж страшная. Она боялась, что я найду Эшлин?

Из спины Лизы вырвалось яркое зеленое свечение. Оно превратилось в силуэт восьмифутового волка. Зверь уставился на меня горящими глазами.

Сердце заколотилось у меня в груди, как испуганная маленькая птичка. Что-то древнее смотрело на меня сквозь свечение. Что-то невообразимо старое и эгоистичное.

Волк дернулся и исчез. Если бы я моргнула, то пропустила бы это.

— Ты это видела?

— Видела что?

Итак, я видела это своим внутренним зрением.

Лиза отвернулась и пошла прочь. Мой лоб словно покрылся льдом. Я стерла холодный пот рукой и посмотрела на нее. Фу.

Все приобретало все больше и больше смысла. Я повернулась к Брук.

— Здесь есть библиотека?