Помоги проекту - поделись книгой:
Михаил Андреевич Ильин
Москва
72 С 2
И-46
А. С. Пушкин
ОТ АВТОРА
Стоит произнести одно лишь это слово - Москва, - как перед нашим мысленным взором возникает незабываемая картина Кремля. За ним видятся прославленные московские здания, вплоть до недавно сооруженных. Им-то и посвящена эта книга-спутник.
Москва сохранила многие памятники художественной культуры русского народа. Они - живое воплощение его истории. При схожести типа они всегда разнообразны, а их создание часто поучительно даже и для современного строительства. Весь облик памятников говорит о богатейшей фантазии создавших их мастеров. Поэтому даже самый незначительный из этих произведений хранит народное начало нашего искусства. В подобных памятниках-этюдах формировалось то большое мастерство, которое затем находило свое воплощение в крупных произведениях, прославивших талант русского народа. Лишь невежественные люди, лишенные элементарного художественного чувства, не в состоянии понять всей значимости этих сокровищ. Памятники архитектуры не только способствуют воспитанию чувства прекрасного в советских людях, но и влияют на их патриотическое сознание, вызывают обоснованную гордость. Бережное отношение к памятникам архитектуры и искусства свидетельствует о культуре человека, наделяет наши города той красотой, которая издавна ценилась народом. Недаром во время Великой Отечественной войны фашистские захватчики, желая уничтожить нашу культуру, в первую очередь стремились стереть с лица земли произведения художественного гения нашего народа.
Перечислить и назвать все интересные памятники архитектуры Москвы, рассказать, даже кратко, об их истории, отметить их достоинства и художественные качества в данной книге, конечно, невозможно. Небольшая, карманного типа, она выросла бы до объема увесистого тома-справочника. Поэтому пришлось остановить внимание лишь на основных архитектурных памятниках столицы или на незаслуженно забытых. И все же их оказалось очень много.
Чтобы облегчить читателю ознакомление с архитектурными сокровищами столицы, путешествие по Москве построено по маршрутам с соблюдением в них относительной хронологии, с тем чтобы можно было осмотреть здания, принадлежащие к одной эпохе, отмеченные известным внутренним единством. Но соблюсти полную временную последовательность оказалось невозможным. Читателю придется примириться с этим неудобством.
Предлагаемая книга-спутник касается лишь существующих памятников, которые в совокупности с нашими современными зданиями создают облик советской столицы. Поэтому читатель не найдет тут истории архитектуры и градостроительства Москвы. С этим следует ознакомиться по другим изданиям, ставящим цель рассказать именно о развитии и формировании города и истории его архитектуры.
Посвящая отдельному памятнику то или иное количество строк, представилось необходимым не только сообщить соответствующие исторические данные, но и связать его с эпохой, объяснить его неповторимые или типичные особенности, всегда исторически обусловленные.
Знакомясь с архитектурным произведением, неискушенный человек хочет в первую очередь узнать, в чем заключены его художественные достоинства, в чем национальное своеобразие памятника архитектуры. Как бы ни была интересна планировка здания - система размещения его помещений, внутренняя отделка и убранство, конструктивно-технические особенности, - познать ее можно лишь при тщательном знакомстве с памятником. Поэтому многим пришлось здесь пожертвовать, сосредоточив в основном внимание на внешнем облике зданий, на их архитектурной выразительности и художественной ценности, так как именно это раскрывает идейный замысел их создателей-творцов. Утилитарно-техническая сторона привлекается лишь по мере необходимости, с тем чтобы осветить интересные новинки строительного дела, входившие в обиход в ту или иную эпоху или определявшие появление отдельных архитектурных приемов. Вместе с тем следует иметь в виду, что новые технические материалы и конструкции в архитектуре, как бы важны они ни были сами по себе, всегда служат определенным жизненным потребностям. Утилитарное соединяется здесь воедино с художественно-образным замыслом. Игнорирование одного из этих начал приводит к тяжелым просчетам как в самой архитектуре, так и в ее оценке.
Естественно, что архитектура занимает в облике города ведущее положение. Однако представилось необходимым назвать наиболее значительные произведения скульптуры, в первую очередь памятники выдающимся деятелям русского народа, а также монументальные росписи и наиболее известные изделия декоративно-прикладного искусства. Последние два вида искусства занимают в книге-спутнике скромное место, поскольку большинство этих произведений выставлено в специальных музеях.
Отдельные части разделов главы об архитектуре классической Москвы и последний раздел главы, повященный архитектуре советской Москвы, написаны при участии А. Комеча.
КРЕМЛЬ
Что сравнить с Кремлем, который, окружаясь зубчатыми стенами, красуясь золотыми главами соборов, возлежит на высокой горе, как державный венец на челе грозного владыки… Нет, ни Кремля, ни его зубчатых стен, ни его темных переходов, ни пышных дворцов его описать невозможно… Надо видеть, видеть… надо чувствовать все, что они говорят сердцу и воображению…" - так охарактеризовал молодой Лермонтов незабываемую панораму Московского Кремля. Здесь, в Кремле, сосредоточены древнейшие памятники Москвы, созданные поколениями русских зодчих. Сооружая соборы, палаты, терема и другие здания, они вкладывали весь свой талант, все свои знания, все свое умение. Их произведения не только отвечали практическим нуждам времени, но и выражали в художественных образах высокие патриотические идеи русского народа.
История создания Московского Кремля содержит не одну увлекательную страницу. Однако время сохранило лишь незначительную часть зданий, которые строились здесь на протяжении веков начиная с 1147 года, когда летопись впервые упомянула имя Москвы. С ними-то мы и познакомим нашего читателя.
Ныне существующие стены и башни Московского Кремля были построены в конце XV - начале XVI века из кирпича, сменив более древние оборонительные укрепления времен Дмитрия Донского, выстроенные из белого камня. Им, в свою очередь, предшествовали не раз возобновлявшиеся деревянные крепостные стены, о которых летопись впервые упоминает под 1156 годом. Сооружение белокаменных стен и башен началось в 1485 году и продолжалось с перерывами до 1516 года. Ему сопутствовали сложные гидротехнические работы - устройство водяного рва со стороны Красной площади и т.д. Перед приглашенными из Италии в разное время зодчими Пьетро Антонио Солари, Алоизио да Каркано, архитекторами, известными лишь по имени и прозвищу - Марко и Алевизом Новым, - была поставлена грандиозная задача. Ведь требовалось возвести мощные военные сооружения, огромную, отвечавшую всем правилам тогдашней оборонительной техники крепость, архитектурные формы которой образно воплощали бы все значение Москвы - столицы единого Русского государства
Постройка кремлевских стен, а также перестройка соборов сделалась как бы школой и для работавших здесь русских зодчих, которые переняли от итальянцев многие технические и конструктивные приемы, обогатив тем самым свои знания, свое искусство.
Несмотря на то, что очертание плана Московского Кремля по традиции приближалось к треугольной форме планировки русских городов, расположенных у слияния двух рек, все же здесь достаточно ярко сказалось стремление достигнуть четкого и ясного, геометрического по характеру, расположения стен и башен, что отвечало задачам обороны того времени. Башен было возведено восемнадцать, а общая протяженность стен достигла почти 2,25 км. Высота крепостных стен колебалась от 8 до 18 м, а толщина составила 4,5 м. Наиболее высокие стены были возведены со стороны Красной площади, так как здесь не существовало естественной широкой водной преграды, столь важной при тогдашней обороне города. Двурогие зубцы с бойницами, заканчивавшиеся наподобие ласточкина хвоста, не только служили хорошей защитой, но и вносили определенный декоративный элемент в облик новых высоких и мощных стен. На углах кремлевского треугольника стен поднялись круглые и многогранные башни, отличавшиеся не только большой высотой, но и далеко выступавшие из-за периметра крепостных стен. Последнее было продиктоваьо нуждами обороны. Остальные башни прямоугольные в плане. К некоторым из них, которые служили въездом, были пристроены дополнительные укрепления в виде так называемых „отводных стрельниц" - своего рода небольших башен-бастионов. К началу XVI века Московский Кремль сделался первоклассной европейской крепостью.
Парадным въездом в Кремль считались Фроловские ворота, получившие в XVII веке название Спасских (илл. 3,4). Здесь над аркой проезда, обращенной к кремлевским соборам, вмурована резная в камне горделивая надпись на русском и латинском языках: „Иоанн Васильевич, божией милостью великий князь владимирский, московский, новгородский, тверской, псковский, вятский, угорский, пермский, болгарский и иных и всея России государь, в лето 30 государствования своего сии башни повелел построить, а делал Петр Антоний Соларий, медиоланец, в лето от воплощения господня 1491 КМП".
Законченный постройкой Кремль поражал всякого приезжавшего в Москву. Сигизмунд Герберштейн - посол германского императора - отметил в начале XVI века, что Московский Кремль „своей обширностью… почти как бы напоминает вид города". Именно этим свойством он отличался от городов запада.
Быстрый рост Москвы уже скоро заставил задуматься над задачей усиления архитектурно-художественного значения башен Кремля в панораме города. В XVII веке начинается их надстройка. В 1624 - 1625 годах возводится верх Спасской башни русским зодчим Баже-ном Огурцовым и англичанином Христофором Галловей. Они постарались придать башне торжественный, парадный характер, что выразилось в тщательности, с которой они отнеслись ко всем ее архитектурно-декоративным деталям. Изящная аркада с готическими стрельчатыми арками охватывает по верху центральный объем башни, завершает ее ярусный башнеобразный столп, состоящий из кубовидного основания-четверика (на нем укреплены циферблаты более поздних часов) и двух друг на друга поставленных восьмигранников (восьмериков). Верхний, крытый остроконечным шатром, - сквозной; очертания его арок повторяют стрельчатые формы нижней аркады, что придает башне определенную архитектурную цельность и единство. По своим пропорциям и членениям Спасская башня Московского Кремля принадлежит к лучшим европейским памятникам подобного рода.
1. Красная площадь
В конце XVII века - в 1672 - 1688 годах - надстроили остальные башни Кремля (лишь верх Никольской башни был сооружен в начале XIX века), что выделило центр города среди его многочисленных построек, поражавших разнообразием кровель. Еще в конце XVI века отмечалась эта особенность Москвы. С Воробьевых (ныне Ленинских) гор открывался замечательный вид, откуда особенно хорошо было видно "красоту и величество всего царствующего града, и великие каменно-градные стены, и златом покровенные и пречюдно украшенные божественные церкви, и царские великие досточюдные двоекровные и трикровные палаты".
Естественно, что угловые башни - Беклемишевская (у Москворецкого моста), Водовзводная (у Каменного моста), Собакина (илл. 6, у Исторического музея), а также проездные - Боровицкая и Троицкая - получили наиболее выразительные ярусные с шатрами завершения. Остальные башни также приобрели шатровые верхи, крытые цветной черепицей, но их формы проще, а убранство лаконичнее. Так „архитектурные акценты" главных башен формировали основные точки зрения на Кремль. В свое время немалую роль играли в облике Кремля и внутренние аркады крепостных стен, так называемые „печуры", обегавшие кругом холм Кремля. Мерный ритм этих торжественных арок хорошо знали наши предки, ценившие такого рода „стенное видение".
Главнейшим памятником Кремля является Успенский собор (илл. 8, 9), построенный в 1475 - 1479 годах архитектором Аристотелем Фиоравенти, специально вызванным из Италии. Первоначальный Успенский собор, возведенный еще в начале XIV века, не мог более служить выразителем идей сильного и единого Русского государства, сложившегося к этому времени. Он был и мал и ветх. В 1472 году было начато сооружение нового храма по образцу Успенского собора во Владимире. Были приглашены „мастеры каменосечцы", которых послали "в град Володимерь вплети тоя церкви и меру сняти с неа". Однако из-за технического несовершенства кладки стен собор рухнул. Тогда инициативу постройки взял в свои руки московский великий князь Иван III, который пригласил выдающегося болонского архитектора. Приехавший Фиоравенти, прозванный за свою одаренность Аристотелем, предложил построить совершенно новый по плану и внешним формам собор. Он должен был быть продолговатым "палатоооразным", как отметила летопись, то есть светским по своему характеру. Проект был принят, и архитектор приступил к его осуществлению, поразив москвичей рядом усовершенствований, как, например, применением железных связей, кладкой сводов в толщину одного кирпича, особо крепкой известью и тому подобными техническими нововведениями, перенятыми затем московскими зодчими. Однако церковь усмотрела в новых формах собора на рушение церковных правил и канонов. Фиоравенти было предложено руководствоваться архитектурными формами Владимирского Успенского собора, для чего его послали во Владимир. Архитектор был принужден подчиниться.
3. Спасская башня. Конец XV - начало XVII в.
4. Спасская башня. Деталь. Начало XVII ь.
На Соборной площади поднялся памятник, редкий по своим гармоничным и в то же время строгим, даже скупым формам. Выложенный из блоков белого камня, он поражает величием, спокойствием, торжественностью, чему немало способствует могучее золотое пятиглавие, мерное членение стен одинаковыми по высоте лопатками, соединенными плавными полукружиями венчающих закомар. Эти достоинства архитектуры собора великолепно выразила летопись, отметившая, что "та церковь чюдно велми величеством и высотою, и светлостью, и звонностью, и пространством, такова же преже того не бывала на Руси… видеги бо бяше ея мало отступив кому, яко един камень… ". Лаконизм величественных форм собора подчеркнут крыльцом западного входа, поразившего в свое время жителей Москвы своими "висячими" арками с гирьками по середине пролетов.
5. Первая Безымянная бапшя. Конец XV - конец XVII в.
Высокохудожественные свойства архитектуры собора значительны и внутри (илл. 10). Здесь поражает та легкость, с которой высокие круглые столбы-колонны несут крестовые своды и световые главы, та широта и незатесненность пространства, которая позволяетсво-бодно охватить взглядом весь внутренний объем собора. Невзирая на вмешательство церкви, Фиоравенти действительно придал собору внутри вид светлого светского зала, хотя там и сохранены традиционные столбы.
6. Собакина башня. Конец XV - конец XVII в.
Благодаря названным особенностям московский Успенский собор выделяется среди остальных памятников Кремля. Он определил долгую художественную жизнь зданий подобного типа. Ему стремились не раз подражать. Его местоположение среди остальных зданий Соборной площади как бы узаконило определенный планировочный прием, сохранившийся в течение двух последующих столетий как в русских городах, так и в монастырях.
Первоначальный иконостас собора, сооруженный в 1481 - 1482 годах под руководством прославленного художника-иконописца Дионисия, и настенная роспись 1514 года не дошли до нас. Лишь отдельные фрагменты фресок на алтарной преграде и в Похвальском приделе (илл. 11) позволяют судить о первоначальном живописном убранстве собора. Фрески Дионисиевского круга были заменены новыми в 1642 - 1643 годах, однако и они не дошли в своем первоначальном виде, пострадав от позднейших неумелых „поновлений". Лишь тематика и общий торжественно-монументальный строй росписей говорят о стремлении писавших их мастеров воплотить в них те же идеи и чувства, которые столь полно выражены в архитектуре собора.
Процесс сложения единого русского государства во главе с Москвой определил привоз в столицу лучших произведений древней иконописи и прикладного искусства из различных городов, бывших в свое время самостоятельными феодальными центрами. Постепенно московский Успенский собор сделался их местом хранения, как бы музеем. Сюда из Владимира были перевезены в XV веке прославленная икона Владимирской богоматери (ныне в Третьяковской галлерее) и так называемый большой Сион (ныне в Оружейной палате). Во второй половине XVI столетия Иван Грозный вывозил иконы из Новгорода. Среди них известна, например, икона "Устюжское Благовещение" (ныне в Третьяковской галлерее). Среди подобных произведений одно из первых мест в Успенском соборе занимает недавно раскрытая нашими художниками-реставраторами икона Георгия XII века. С иконной доски на нас смотрит лицо юноши с широко раскрытыми глазами. Его голова обрамлена пышной прической из округлых локонов. Георгий изображен в полном воинском вооружении. На нем доспехи, в руках копье и меч. Он представлен как заступник народа от врагов и междоусобиц, терзавших Русь в XI - XII веках. Несмотря на имеющиеся повреждения, икона поражает яркостью красок, лаконизмом форм. Не менее известна икона Спаса "Ярое око", написанная в Москве в середине XIV века. Она сумрачна по колориту, а суровое лицо Христа достаточно точно определило ее название.
7. Кремль. Вид от Москворецкого моста
С именем Дионисия связана икона, изображающая Петра-митрополита. Вокруг величавой фигуры митрополита расположены отдельные изображения - клейма со сценами его жития. Просветленность колорита, изысканные очертания стройных фигур, законченность композиционных построений не только свидетельствуют об одаренности мастера, но и говорят о чертах торжественности и праздничности, являвшихся лейтмотивом всего русского искусства той поры.
Резное царское место (трон) 1551 года служит великолепным образцом декоративного искусства. Его причудливое завершение (шатер на ярусах килевидных кокошников), отмеченное исконной русской любовью к „узорочью", к изукрашенности вещи предвосхищает то, что несколькими годами позднее будет воплощено в соборе Василия Блаженного.
8. Успенский собор. Вид с юга. 1475 - 1479
Южнее Успенского собора, недалеко от кромки кремлевского холма, стоит Благовещенский собор (илл. 12), построенный в 1484 - 1489 годах на месте более древнего здания начала XV века; отдельные части последнего вошли в состав его нижней части - подклета. Мы не должны удивляться его небольшим размерам, так как он являлся, по существу, домовой церковью при дворце великого князя, возведенном в те же годы. Постройка собора была поручена артели псковских зодчих, зарекомендовавших себя как хорошие строители. Они возвели собор, который первоначально был трехглавым и имел одноэтажную открытую галлерею с крыльцами. Подобный тип трехглавого храма был, видимо, заимствован из владимиро-суздальского зодчества, которое, по мысли церковных деятелей конца XV века, должно было служить образцом для новых московских соборов. Однако псковские мастера возвели новое кирпичное здание на высоком подклете - своего рода белокаменном цокольном этаже, - принадлежащем, как выяснил Г. Вздорнов, приделу собора, построенному в начале XV века. Они окружили его обходной галлереей-гульбищем (возможно, первоначально также имевшим наружную крытую аркаду). Применив в убранстве собора мотивы, почерпнутые из архитектуры Успенского собора (например, колончатый с арочками фриз-пояс), псковичи ввели и родные мм мотивы псковского каменного зодчества. Так, апсиды и центральную главу украшает „бегунец" - узорный пояс, выложенный из наклонно поставленного кирпича. Центральная глава расположена на восьмигранном постаменте, украшенном кокошниками. Они говорят уже о ранне-московском архитектурном приеме, а форма постамента вновь напоминает о Пскове. Такое сочетание владимиро-суздальских, ранне-московских и псковских форм, хотя и несколько наивно, но далеко не случайно. Подобно тому, как под главенством Москвы объединялись русские земли - Новгород, Тверь, Рязань и Псков, - чтобы образовать единое русское государство, так и в архитектуре порой сливались различные приемы и формы.
9. Успенский собор. Вид с востока
10. Успенский собор. Внутренний вид
В своем первоначальном виде Благовещенский собор простоял до середины XVI века. В 1564 году по распоряжению Ивана Грозного сооружаются над гульбищем двухэтажные галереи, на которых устраиваются приделы, отмеченные главами. Сам собор, в западной части получив еще дополнительные две главы, становится пятиглавым, что уравновешивает всю композицию. В результате храм, при всем его отличии от собора Василия Блаженного, стал походить на него обилием своих живописно расположенных золотых глав. Белокаменная резьба, примененная в наличниках окон и на столбах галереи, усиливала декоративность его внешнего облика. Северный и западный порталы, переделанные в XVI веке, также покрыты богатейшей резьбой, воспроизводящей итальянские ренессансные мотивы. Южный же портал со сноповидными капителями колонок сохранил первоначальную форму.
Внутри четыре столба несут своды и главы, в западной части храма расположены традиционные хоры, предназначавшиеся для великокняжеской семьи. Пол собора выложен узорной агатовидной яшмой, вывезенной из Ростова по повелению Ивана Грозного.
Летопись сохранила нам рассказ о том, как в 1405 году „начаша подписывати церковь каменую Святое Благовещение на князя великого дворе, не ту, иже ныне стоит, а мастеры бяху Феофан иконик Гречин, да Прохор старец с Городца, да чернец Андрей Рублев". Под словом „подписывать" понимали тогда не только росписи стен храма, но и создание его иконостаса. Произведения Феофана, Прохора и А. Рублева ценили высоко, так как после перестройки собора в конце XV века иконы старого собора были перенесены в новое здание (илл. 14). Общий замысел иконостаса и прориси (рисунки) икон даны Феофаном. Ему же принадлежат три центральные иконы Деисусного чина - „Христос", „Богоматерь"и „Иоанн Предтеча" (илл. 15,16), а также икона „Апостола Павла" и др. Феофан, мастер больших монументальных форм, увеличил размеры икон, доведя их до двух метров высоты. Вместе с тем в его иконах намечаются новые черты, видимо, возникшие под влиянием русских мастеров. Заметно возросло его внимание к силуэту, линии рисунка фигур стали мягче, плавнее и не столь резки, как это было в его новгородских фресках. Выражение лиц спокойнее, приветливее, без тени той трагичности, которая так ярко выступает в его ранних произведениях. Почти монохромная красочная гамма сменяется в иконах Благовещенского собора изысканными цветовыми сочетаниями: каждый цвет поддержан или оттенен другим.
Можно долго любоваться живописным совершенством произведений Феофана и его сотоварищей, открывая все новые художественные качества их произведений. У каждого из них свой собственный характер и художественный почерк (илл. 12).
Поделиться книгой: