Помоги проекту - поделись книгой:
Он встал, расправил плечи и потянулся, подняв руки.
— Волк? Тогда хоть бабушку позови… И трусы спрячь, раз не муж.
— Ой! — Роберт по-детски смутился, поправляя резинку боксеров на мохнатом животе. — Ты сама прикройся. Я не железный! God! What do I have to do with her?[1] — Он подтянул джинсы и подошел к окну; сделал несколько глубоких вдох-выдохов и обернулся.
Юля закуталась в одеяло.
— Допустим, ты нашел меня в лесу. Но ты-то сам кто такой? Говоришь то не по-русски, то с акцентом? Ты шпион? Я что, в руках иностранной разведки?
— Я англичанин…
— О, Господи! Ты меня похитил?
Роберт нервно зарылся пальцами в волосы: «Рассказать ей про сон? Точно примет за сумасшедшего». Их взгляды встретились. Юля протянула к нему руки:
— Умоляю, не молчи. Я хочу знать правду!
— Меня зовут Роберт Фаррелл. Мы незнакомы, но здесь ты в полной безопасности.
Девушка задумчиво посмотрела в окно.
— Что это за место?
— Мы с отцом гостим в доме его друга и коллеги Виктора Правдина. Он полковник медицинской службы. Будь спокойна, тебя осмотрел очень хороший врач и сделал все необходимое.
— Хоть бы одно знакомое имя, лицо. — Юля сжала виски, — Подожди-ка! Врач? Такой светловолосый, красивый? У него ещё глаза как у ангела. Я думала, он мне приснился.
Нежность в ее голосе уколола Роберта ревностью.
— Ну да, отцу удалось ненадолго привести тебя в чувство. А меня ты не помнишь?
— Это был твой отец? — она пропустила его вопрос мимо ушей.
— Да! Так ты совсем не помнишь меня?
— Нет, прости, — пожала она плечами. — Я хотела бы встать. Мне можно?
— Переломов нет, максимум, что может случиться — головокружение. Если не возражаешь, я помогу.
Роберт встал и протянул ей руку.
— Как-то неловко щеголять перед тобой в нижнем белье?
— Да, конечно, прости. Я не подумал.
Роберт принес махровый халат и помог одеться. В нем Юля выглядела хрупкой и маленькой, Роберту снова захотелось взять ее на руки.
— Идём, — он помог ей встать, — я провожу тебя.
Юлю качнуло, и Роберт обхватил ее за талию.
— Не спеши.
— Спасибо, дальше я сама. — У входа в ванную она отстранила его руку.
— Уверена?
— Мне кажется, я справлюсь.
Роберт нехотя отпустил ее, но остался стоять у двери. Прислонившись к стене, он задумался, как ему поступить. Завтра надо летать в Москву. Отложить поездку никак нельзя, но раз Юля пришла в себя, можно и нужно увезти ее из Петербурга. Согласится ли она ехать с ним, и как быть с ее документами, вернее, с тем, что он пока не хочет ей их отдавать? За дверью послышался шум, и Роберт вихрем ворвался в ванную. Юля сидела на полу раздетая догола.
— Уфф! — он резко развернулся на сто восемьдесят и блаженно подумал: «Просто конфета».
— Я хотела принять душ, но, голова закружилась…
Роберт сдернул с крючка халат и, не глядя, кинул его назад.
— Можешь поворачиваться.
Он поднял Юлю на руки и отнес в комнату.
— Если не возражаешь, с умыванием чуть повременим. Хочешь еще пить?
— Да.
Роберт уложил ее в постель и отошел к столу. «Во взгляде Джу уже нет настороженности, скорее она смотрит с интересом. Это прорыв!» — подумал он, наливая воду.
— Попробую вспомнить хоть что-нибудь. Не с неба же я рухнула. — Юля немного отпила, поставила стакан на тумбочку, легла и прикрыла глаза.
Роберт поправил ей подушку и сел в кресло. Пока она погружалась в прошлое, Роберт задумался о будущем. Он уже не видел себя без Юли, больше не было ни «я», ни «его», а появились «они» и «мы», и эти «мы» удивляли, умиляли и пугали одновременно.
— А в чем я была? И вообще, какие-то вещи, бумаги? Ключи, в конце концов? Может, что-нибудь в карманах?
— Нет. Твоя одежда сейчас стирается. Я пытался разыскать сумку, но в сумерках ничего не видно. Ума не приложу, как ты оказалась в лесу в такой ураган. Точно могу сказать, что тебя избили. Наверное, кто-то преследовал…
— А может и не вспоминать, кто я?
Роберт с интересом взглянул на собеседницу и улыбнулся: «Она, похоже, еще та штучка».
— Мне нравится ход твоих мыслей. Как же мы будем тебя называть?
— Я пока не в состоянии думать? Давай твои варианты, — она поднесла стакан ко рту.
— Ты ничего не имеешь против имени Герда? — приподняв бровь, озадачил ее Роберт.
— Почему Герда? — Юля поперхнулась водой.
— Есть такая сказка. Про Снежную королеву. Одна девочка долго ходила по лесам и полям, а потом поцелуем растопила сердце названного брата Кая. Помнишь?
— Да, как ни странно, сказку я помню, — удивилась Юля, — а еще помню, что память она потеряла в домике одной старушки-волшебницы. Роберт, а ты, случайно, не фея?
Ее мелодичный смех оказался заразительным.
— Нет, если не возражаешь, я выберу роль Кая, и давай считать, что ты уже нашла меня.
— Нет, господин хороший, думай еще!
Роберт прикрыл глаза и прочитал на память:
«Но что за блеск я вижу на балконе?
Там брезжит свет. Джульетта, ты как день!
Стань у окна, убей луну соседством;
Она и так от зависти больна,
Что ты ее затмила белизною.
Оставь служить богине чистоты.
Плат девственницы жалок и невзрачен.
Он не к лицу тебе. Сними его.
О, милая! О, жизнь моя! О радость!
Стоит, сама не зная, кто она.
Губами шевелит, но слов не слышно.
Пустое, существует взглядов речь!»
Неожиданно Юля подхватила:
«Ромео, как мне жаль, что ты Ромео!
Отринь отца да имя измени,
А если нет, меня женою сделай,
Чтоб Капулетти больше мне не быть».
От удивления Роберт открыл рот. Благодаря русским бабушке и маме, он хорошо выучил язык. Из Шекспира многое знал наизусть на английском и на русском. Но чтобы Юля так с ходу выдала ответ Джульетты, да еще после потери памяти! «Может она блефует?.. Хотя не похоже. Господи, я хочу эту женщину!»
Роберт пересел на кровать, чтобы коснуться губами хотя бы ее пальцев, но она отодвинулась от него, будто раскусив маневр.
— Ты все вспомнишь, поверь! А если нет, я подарю тебе новую жизнь, — вздохнул он, расправив одеяло в том месте, где только что лежала ее рука. — Джульетта, Джулия, Джу… По-русски, вроде, Юлия. Тебе нравится это имя?
— Да.
— Дарю.
— Спасибо! Но ты думаешь, одного имени достаточно для жизни?
Роберт внимательно посмотрел на нее. Сомнения раздирали его душу, он не мог не поехать в Москву и не мог оставить Юлю здесь. Неизвестно, как дело повернется, а подвергать ее опасности Роберт не хотел. С другой стороны, девушка она неробкого десятка, таким не нужно ничего объяснять, с ними лучше действовать напрямую.
— На самом деле, действительно, есть проблема… твои документы. Послушай, можешь сразу не отвечать. Завтра меня ждут кое-какие дела в Москве, поехали вместе? Если, конечно, отец утром подтвердит, что это не опасно для твоего здоровья. Я понимаю, предложение необычное, впрочем, как и вся ситуация. Но, возможно, ты захочешь побыть инкогнито, пока не вернется память. Заодно немного развеемся. С меня вино, кино и домино.
— Твой отец поедет с нами? — уточнила она.
— Дался тебе мой отец, — вскочил Роберт и прошелся по комнате. «Ну нет, ангел синеглазый, ты меня с чаем сделал, конечно, будь здоров. But I am not just anyone»[2]. Теперь и речи быть не могло, чтобы оставить ее здесь. Последствия подобного шага предстали перед ним обнаженно и без прикрас. Ревность пронзила его сознание и превратилась в жгучее желание завладеть Юлей всей без остатка, со всеми ее чувствами, мыслями и бездонными зелеными глазами. Глубже чем это дано человеку. Он окружил бы ее любовью и заботой, как будущего птенца скорлупой, кожа к коже. — Нет, я предлагаю тебе поехать вдвоем. Или Эдвард перевезет тебя в больницу до моего возвращения.
— А как я поеду без документов?
— Так ты согласна? — обрадовался он.
— Похоже, авантюризм мне больше по душе. Даже если ты окажешься разбойником, я предпочту отправиться с тобой за семь морей, а не лежать в больнице, какой бы замечательной она ни была.
— Значит, ты не боишься разбойников? — Роберт шутливо нахмурил брови.
Она откинулась на подушку и посмотрела на него:
— Я боюсь того, что понятия не имею даже в каком городе нахожусь.
— В Петербурге. Ладно, ни о чем сейчас не думай, постарайся уснуть. Как говорят у вас, утро вечера мудренее. Спи, прекрасная принцесса, я решу все твои проблемы!
— Принцесса? Можешь и так меня называть! — Она положила руки на лоб и жалобно протянула: — Опять голову скрутило.
Роберт достал из кармана таблетку и подал ей со стаканом воды.
— Выпейте, ваше высочество, это снимет боль и поможет вам уснуть, — тоном, не допускающим возражений, произнес он.
— Спокойной ночи, принц, — Юля приняла лекарство и закрыла глаза.
Роберт нежно взял ее за руку. Он подождал, пока Юлино дыхание станет ровным, устроился рядом в кресле и вскоре заснул.
Глава 4
Эдвард проснулся и взглянул на часы: «До будильника ещё две минуты». Как далеко от Англии ни оказался бы мистер Фаррелл, он вставал ровно в шесть, чтобы встретить новый день, наслаждаясь первой чашкой крепкого чая. Эдвард накинул тёмно-синий халат с родовым гербом на груди. Казалось, будто мягкие велюровые складки хранят тепло Фаррелл-Холла — родного дома в предместье Лондона. В любой поездке, сколько бы вещей ни набралось, халату всегда находилось место рядом с фотографией покойной жены Эдварда, томиком сонетов Шекспира и дисками с любимой классикой.
Поделиться книгой: