(Не) Лишняя для дракона. Книга 2

(Не) Лишняя для дракона

Книга 2

Глава 1. Души встречаются на губах влюбленных.

«Вещества, растения и минералы, запрещенные к использованию, распространению и ввозу на территории королевства Дибур. Составлено отделом тайной канцелярии. С иллюстрациями и образцами». - длинное название украшало обложку тоненькой книжицы, случайно увиденная Дессинией в дворцовой библиотеке. Любопытство заставило девушку сначала бегло пролистать страницы, а затем взять книгу для детального изучения. Десс рассудила, что будет полезно узнать, какие вещества запрещено использовать в Иверии, чтобы случайно не попасть впросак, если понадобится изготовить какое-то зелье.

Удобно устроившись в кресле, она открыла первую страницу и углубилась в захватывающее чтение.

Для каждого вещества, растения или минерала был отведен свой раздел с подробным описанием свойств, с магической объемной иллюстрацией и мастерски сделанными иллюзиями вкуса и запаха, помещенными в плоские пузырьки, встроенные в страницы книги. Читатель мог взять в руки иллюзорный образец, и рассмотреть со всех сторон. Открепить пузырек с запахом или вкусом от страницы и понюхать, как он пахнет и даже попробовать его вкус во всех видах, возможных для этого вещества.

Например, землисто-желтый, похожий на глину, ядовитый минерал под названием «скубба», был представлен и в виде порошка, и в виде раствора, и в виде дыма, выделяющегося при горении скуббы. Жидкость можно было глотнуть, чтобы узнать вкус, порошок положить на язык и распробовать, а дым вдохнуть или понюхать, и, при этом, не отравиться. Идеальная иллюзия — абсолютно реалистичная и полностью безвредная!

Дессиния поражалась мастерству мага, сделавшего эту книгу. У себя дома она никогда не встречалась ни с чем подобным.

«Как удобно, — восхищалась девушка, — можно изучить любое вещество, даже самое редкое, не выходя из библиотеки, не тратя уйму времени в лабораториях и не рискуя здоровьем или даже жизнью, если вещество смертельно ядовитое».

В книге обнаружилось несколько растений, которые произрастали и на родине Дессинии, и с которыми она была знакома исключительно в теории, так как в ее королевстве они тоже были под запретом из-за их чрезвычайной ядовитости. Но было и много незнакомых растений и минералов.

Последним разделом в книге было описание невзрачного цветка, с мелким бледно-желтыми лепестками и узкими сероватыми листиками.

«Цветок сумеречной розы. Используется только в виде экстракта, который абсолютно безвкусен. Запах у чистого снадобья полностью отсутствует, но проявляется через час после добавления в любую жидкость.

Свойствами ядов не обладает. На людей, оборотней, эльфов, гномов и орков никакого воздействия не оказывает. О воздействии на троллей, демонов, фей и некоторых малочисленных рас, сведений нет.

Чрезвычайно опасен для драконов, так как вызывает временный паралич второй ипостаси и на некоторое время отключает способность к обороту. Также вызывает сильнейшую неконтролируемую агрессию носителя драконьей сущности. Бытовое название сумеречной розы- верра». — гласило короткое описание невзрачного растения.

Десс внимательно изучила растение, сделала маленький глоточек иллюзорного экстракта — действительно, абсолютно нет вкуса, — и уже хотела захлопнуть книгу, но в последний момент решила открыть пузырек с запахом. Потянула ноздрями тонкий аромат и застыла. Она помнит этот запах!

Путанные мысли пронеслись в ее голове лихорадочной чередой. Десс побледнела, нервно закупорила плоский пузырек и вернула его на страницу.

Вернувшись из библиотеки в комнату, она долго сидела и размышляла над появившейся у нее информацией. Затем подошла к рабочему столику, взяла лист бумаги и решительно написала несколько строк. Выйдя в коридор, отдала записку первому попавшемуся слуге с просьбой передать наследнику.

***

Принц Санториан взволнованно мерил шагами тенистую аллею в южной части парка, пустынную и пока еще прохладную в этот утренний час.

Вчера вечером какой-то лакей разыскал его во дворе замка и передал записку, написанную изящным почерком, в которой его просили о встрече следующим утром. Записка не была подписана, и принц долго и настойчиво выспрашивал у слуги, кто ее передал.

Лакей, недалекий, но услужливый малый, старательно попытался описать девушку:

— Вашсветлсть, леди та из этих, которых привезли. Ну те, что живут в отдельном крыле. Невесты, в общем. Избранницы.

— Как она выглядела? — нетерпеливо расспрашивал принц.

Его дракон встрепенулся и радостно заворочался, едва Санториан взял в руки записку, и принц отчаянно надеялся, что она от Дессинии.

Две недели девушка шарахалась от него, как от бешенного тролля, и все две недели принца швыряло от ярости к отчаянию, от отчаяния к тоске, и от тоски обратно к ярости. И так по кругу, день за днем. Санториан почти не спал, потерял аппетит и продолжал искать с ней встреч, не оставляя надежды объясниться. Его дракон страдал без Десс, тяжело ворочался и был страшно раздражен.

Помня об их последней встрече, Санториан боялся снова сделать что-то, что испугает девушку. Поэтому он не спешил, осторожничал и выжидал, не предпринимая никаких решительных мер, которых требовала его огненная натура. Мучаясь, но предпочитая дать Десс время успокоиться, он в железной узде держал свой горячий темперамент.

— Ну, красивая леди, это точно. Волосы у нее светлые такие, и ни-спа-дают… Да, ниспа-дают. — парень с трудом выговорил непривычное для него слово, и гордый собой, уставился на принца, ожидая похвалы.

— Зайди ко мне в кабинет завтра после обеда, получишь вознаграждение.

Этой ночью Десс плохо спала: тягостные думы не давали покоя и заставляли ее ворочаться с боку на бок. Да еще какая-то тихая возня за стеной, окружавшей зеленый дворик ее комнаты, не давала расслабиться и спокойно заснуть, вызывая смутное беспокойство. Несколько раз Десс поднималась с постели, выходила из комнаты и стоя вплотную к каменной стене, прислушивалась, силясь понять, что происходит снаружи. В итоге сумела задремать лишь ближе к рассвету.

Поспав от силы пару часов, Десс поднялась, сколько могла привела себя в приличный вид, и полная решимости, отправилась на встречу с принцем.

Добравшись до аллеи, где уже бродил принц Санториан, девушка неожиданно растеряла всю смелость: «А вдруг принц не захочет говорить со мной? Ой, я ведь не подписала записку, и он не понял, что она от меня! Наверное, нужно было надеть другое платье — это слишком простенькое. И прическу не сделала…». — десятки несвязных мыслей поскакали в голове Десс, играя в чехарду с ее уверенностью.

Нервно стиснув пальцы, она несколько раз глубоко вздохнула, надавала мысленных оплеух своим сомнениям и решительно шагнула на аллею.

Санториан стоял лицом к огромному кусту фиолетовой гортензии, засунув руки в карманы бежевых брюк и перекатываясь с носков на пятки. Он нетерпеливо считал минуты до прихода своей визави и старался не думать, что он мог ошибиться, и записка была не от Десс.

Но когда за его спиной раздались легкие шаги, он уже точно знал, кто там.

Десс шагнула на аллею и замерла, бледная от волнения и беспокойства.

Принц медленно повернулся и время остановилось для обоих. Он шел к ней, сияя глазами и душа ее запела радостной птахой, напрочь забыв обо всех обидах и недавней ненависти к этому дракону.

— Десси, леди Дессиния. — принц остановился в двух шагах от нее, не уверенный, что ему стоит подходить ближе. — Вы хотели видеть меня.

Он застыл, жадно всматриваясь в ее лицо, с удовольствием проходясь взглядом по ее аккуратной фигурке в скромном утреннем платье. Под жаркими прикосновениями его глаз сердечко Десс подпрыгнуло куда-то к горлу, а в животе что-то нежно и тепло затрепетало.

«Наверное это те самые пресловутые бабочки, о которых пишут во всех дамских романах». — иронично подумала девушка, пытаясь насмешкой вернуть самообладание.

Десс молчала, и принц начал говорить, стремясь использовать эту возможность объясниться.

— Леди Дессиния, я хочу попросить у вас прощения за свое недопустимое поведение. В свое оправдание могу сказать только, что действовал не совсем по своей воле, хотя это ни в коей мере не оправдывает меня.

— Ваше высочество, я полагаю, что вам не стоит извиняться. Вчера я нашла в библиотеке книгу о запрещенных растениях. И я нашла описание экстракта верры. У вас… у вас на губах был его запах, когда вы… когда вы… — Десс покраснела и смолкла, подбирая подходящие слова.

— Когда я целовал вас, моя леди. — мягко проговорил принц, помогая смутившейся девушке. — Я рад, что вы запомнили, чем пахли мои губы, Дессиния.

Десс с облегчением выдохнула и подняла на него глаза:

— Я уверена, что вы не по доброй воле приняли это вещество и в тот момент были не в состоянии контролировать себя.

Принц медленно шагнул к ней, боясь испугать и осторожно взял ее руку. Сжал тонкие пальчики, внимательно глядя в ее глаза:

— Благодарю, моя леди, что не держите на меня зла. Я действительно был так беспечен, что выпил напиток с этим экстрактом. Мой новый камердинер принес мне чай, а я не почувствовал в нем ничего необычного. Из-за моей безответственности пострадали вы, Дессиния.

По счастливому стечению обстоятельств, я выпил не весь чай, иначе последствия были бы гораздо серьезнее. — лицо принца выражало досаду и вину.

— Но вы и не могли почувствовать! Ведь это вещество абсолютно безвкусно и запах появляется лишь спустя некоторое время. Я пробовала образец — вкуса вообще нет! — воскликнула девушка. Хотя совсем недавно она обвиняла его во всех грехах, сейчас была готова с жаром оправдывать принца хоть перед ним самим, хоть перед всем миром. — Не вините себя, ваше высочество. В произошедшем нет вашей вины.

Под его взглядом Десс замолчала и еще ярче вспыхнув румянцем, опустила глаза. Теплые, сильные пальцы мягко приподняли ее подбородок.

— Посмотрите на меня, Десси.

Девушка подняла взгляд и замерла. Совсем близко, в янтарных, с вертикальными зрачками глазах принца полыхало пламя- жаркое, но не обжигающее; яркое, но не слепящее: ненасытное, страстное и жадное, оно ластилось к Дессинии, обволакивая и лаская.

Замерев, не в состоянии оторвать взгляд, Десс ясно поняла, что окончательно пропала: как бы она ни сопротивлялась, сколько бы ни упрямилась, ей не избавиться от своего дикого, почти животного влечения к этому дракону.

Еще ничего не было сказано, ничего не предложено и не обещано, но Десс уже знала, что это ее судьба сейчас смотрит на нее своими невозможными глазами, не оставляя никаких шансов отступить.

Они стояли, глядели друг на друга и не могли оторваться: им больше не нужно было ничего говорить — никакие слова не могли сказать больше того, что они читали в глазах друг друга. Все сомнения и неуверенность Десс сгорели, растворились в жарком пламени, полыхавшем в его зрачках.

Никто из них не заметил, как сделал шаг вперед. И вот уже горячие мужские руки по-хозяйски прижимают ее к своему раскаленному телу.

Ее руки впиваются в его плечи, а тело льнет к этому сумасшедше-желанному мужчине.

И мир начинает кружиться, затягивая их в сияющий вихрь, отнимая остатки разума, когда его обжигающие губы находят, захватывают в плен и празднуют победу над ее губами. Губами, которые больше не желают сопротивляться и растворяются в сладком мареве своего поражения.

Десс не заметила, как оказалась прижата спиной к широкому стволу дерева. Их губы сталкивались в безумном, жгучем танце, а руки каждым прикосновением вызывали мучительную дрожь в теле другого. Санториан застонал, когда Десс укусила его за нижнюю губу и сквозь платье судорожно стиснул ее ягодицы, притискивая к своему паху. Десс протяжно выдохнула, запрокидывая лицо и выгнулась, бесстыдно прижавшись к нему животом. Ей не было никакого дела до приличий, окружающей обстановки и общественного мнения — она желала заполучить этого мужчину.

И опять первым остановился принц. Замерев, он прижал к себе дрожащую девушку. Взяв ее за плечи, с мучительным стоном отодвинул от себя и глядя в ее затуманенные глаза, зашептал:

— Моя сладкая, сладкая Десс. Я должен остановиться. Нам нельзя продолжать, иначе я не удержусь….

Они долго стояли прижавшись друг к другу, переводя дыхание и пытаясь успокоиться.

Где-то за кустами, на соседних аллеях, послышались голоса. Принц оглянулся и быстро потянул ее в сторону маленькой закрытой беседки, виднеющейся за деревьями.

— Десси, нужно спрятаться — сейчас здесь будут слуги. Я открою портал и перенесу тебя в твою комнату.

Едва они успели скрыться за стенами беседки, как на аллее показалась пара служанок с корзинками. Принц и Десс замерли, не шевелясь и почти не дыша, когда девушки прошли буквально в двух шагах от их укрытия. Когда голоса смолкли, Санториан мягко приподнял лицо девушки и прошептал ей в губы:

— Я люблю тебя Дессиния Бертиранд и прошу стать моей женой. У меня нет с собой помолвочного браслета, чтобы подарить тебе. Но если ты согласишься, я официально обращусь к королю за разрешением на наш брак, и мы проведем обряд. Десси, моя драгоценная, колючая любовь, ты выйдешь за меня?

— Санториан Саворийский, ты наглец и грубиян, каких поискать. Но кажется, я люблю тебя, хотя иногда мне хочется тебя побить. И я согласна стать твоей женой.

И опять они целовались до потери разума, пока уже Дессиния не остановила это безумие.

Санториан долго не выпускал ее из своих объятий, целуя в макушку и шепча нежности. А потом радостно ухмыльнулся и заявил, что если уж ей так хочется его побить, то после свадьбы, в спальне, он с удовольствием даст ей такую возможность. И даже сам покажет, куда и как лучше его стукнуть, чтобы это было как можно приятнее.

Десс покраснела и возмущенно обозвала его порочным нахалом. За что и получила еще один поцелуй и обещание обязательно познакомить поближе с его самыми порочными желаниями. 

Глава 2. Если знаешь, где искать, то найдешь скелет в любом шкафу.

— Повелитель, принц Санториан помирился со своей девкой. Король уже дал согласие на их брак и скоро помолвка.

Высокий, молодой мужчина, одетый в камзол лакея, сидел в глубоком кресле у камина. Перед ним, почтительно склонившись, стоял худощавый, с тусклыми глазами и бледной кожей мужчина в богатом камзоле, со множеством дорогих колец на сухих пальцах.

— Виконт, вы меня разочаровали.

Сидевший в кресле произнес это тихим, даже ласковым голосом, но у стоявшего перед ним мужчины от ужаса затряслись руки и подогнулись колени. Он покачнулся, и лишь с трудом сумел удержаться на ногах.

— Я поручил вам опоить принца экстрактом верры, чтобы он впал в ярость и покалечил эту девушку. А вместо этого вы сообщаете, что они готовятся к помолвке.

— Повелитель, я все сделал, как вы велели. Я не понимаю, почему напиток не подействовал на принца так, как должен был. — заикаясь от страха, пролепетал виконт. Сидевший в кресле мужчина вызывал у виконта безотчетный, неконтролируемый ужас, растекавшийся по спине липким потом.

Виконт трясся, бледнел и мечтал провалиться сквозь землю, чтобы оказаться как можно дальше от этого давящего взгляда и тихого голоса.

— Валдоран, вы министр короля и лицо, входящее в его ближний круг. Вы знаете все, что происходит вокруг короля и наследника. И должны незамедлительно обо всем сообщать мне. Разве нет?

— Повелитель, я сообщал абсолютно все, о чем мне становилось известно. Все сведения сразу же, без промедления доводились до вас, мой лорд. — виконт угодливо согнул спину, опуская глаза и стараясь лишний раз не встречаться взглядом с этим…существом. Даже из-под иллюзорной внешности его жуткая сущность проступала и до дрожи пугала дракона и сильного мага, виконта Валдорана.

— Тогда почему вы до сих пор не сообщили мне о возвращении принца Тройанияра?

Лорд вскинул голову, на миг позабыв про свой страх, но тут же снова отвел взгляд, уставился в пол и забормотал:

— Мой лорд, мне ничего не известно о возвращении принца.

Сидевший в кресле помолчал, рассматривая стоящего перед ним лорда, затем холодно протянул:

— Не известно, значит…. Виконт, я был о вас лучшего мнения. В сравнении с вашим развратным отцом и никчемным сыном, вы казались мне достойным доверия. Что скажете, Валдоран? Неужели я ошибся в вас?

Виконта затрясло еще сильнее. Он снова пошатнулся, понимая, что вот-вот может услышать свой приговор: его собеседник не прощал ошибок и не любил давать второй шанс.

Мужчина в кресле шумно втянул в себя воздух и в наслаждении прикрыл глаза — для него запах смертельного ужаса, во все стороны хлынувший от виконта, был самым сладким, самым желанным и возбуждающим запахом в мире.

«Как же приятно пахнет страх дракона. Гораздо, гораздо лучше остальных. Разве что, человеческие девственницы, когда берешь их в первый раз, пахнут так же сладко. А если выживут, то и во второй раз их запах еще хорош».

— Ну что же, я дам вам последний шанс, Валдоран. — мужчина открыл глаза и уставился на виконта. — Скоро я сообщу вам план ваших дальнейших действий и в этот раз вам лучше не разочаровывать меня. А пока возьмете вот это. Одна капля на стакан любой жидкости. Напоить этим девок.

С этими словами мужчина щелкнул пальцами и в воздухе материализовался маленький темный флакон, который проплыл к виконту и завис перед его лицом. Виконт ошалело смотрел на висящий в воздухе пузырек, не решаясь протянуть к нему руку.

— Ну что же вы, виконт? Пузырек не кусается, не бойтесь.

Виконт протянул трясущуюся руку и, под насмешливым взглядом мужчины в кресле, сомкнул пальцы на прохладном стекле флакона.

— Какой смелый дракон! — хохотнул мужчина. Затем лениво поднялся из кресла, щелкнул пальцами и мгновенно исчез в темном вихре образовавшегося портала.

Оставшись один, виконт тяжело рухнул в ближайшее кресло, одной рукой стирая пот с лица, а второй судорожно сжимая полученный флакон.

— Что же он за создание такое, и что за магия у него, если он так легко открывает порталы во дворце? Ведь защитная магия дворца настроена на Саворийских и проникать через нее могут только носители королевской крови.

И почему всегда, с самой первой встречи, он вызывает у меня, у дракона, такой страх? — снова и снова спрашивал себя виконт.

И Пурионелль Валдоран в который раз проклял тот час, когда попался на крючок и стал служить тому, чьего настоящего лица никогда не видел и чьего подлинного имени никогда не знал.

Строгий и чопорный, правильный до тошноты, королевский министр имел маленькую слабость, которую тщательно скрывал от всех.

Виконт любил девочек и совсем юных девушек, не достигших совершеннолетия. Но любил не платонической любовью. И не так, как его развратный отец, который уговорами, деньгами или запугиванием склонял девочек к плотским утехам.

Нет, виконт любил их воспитывать. Его мать всегда утверждала, что достойного воспитания не бывает без правильного наказания. Мать была большим авторитетом для министра Пурионеля Валдорана, поэтому воспитание он начинал именно с наказаний, пропуская все остальное.

В детстве Пурионель был слабым, тщедушным и болезненным мальчиком. Мать запрещала ему все на свете, требуя только отличной учебы и абсолютного повиновения. Он читал правильные книги, выполнял домашний задания и почти не выходил за ворота родового замка.