Помоги проекту - поделись книгой:
Всегда кто-то злословил, обворовывал, наносил удары, преследовал и предавал.
Вся проблема была в заборе. В защите. И в неумении себя защитить.
Доверчивость, излишняя доброта и открытость, попытки миром решать все проблемы, прощать подлых и злых и снова пускать в свою жизнь и в свой огород – они и довели до полного одиночества и отчаяния.
Остается или срубить яблоню. Или найти средства и силы, заняться строительством нового забора с калиткой для добрых людей. И с засовом – для злых.
Если воруют счастье и красоту – значит, надо учиться быть осторожнее и сильнее. И не приманивать злодеев ведром даровых яблок – щедрость тоже ненавистна злым.
Надо менять стратегии поведения. Причина не только в злодейских набегах и зависти; причина в слабой защите.
Вернуть украденные райские яблочки и счастье нельзя. Но можно дождаться нового урожая. А за это время поработать со своим умением защищаться, избавиться от доверчивости и открытости излишней. Нанять того, кто поможет сделать забор и калитку, если не умеешь сам: психотерапевта, психолога, настоящего целителя, учителя…
Время еще есть, пока жива яблоня, пока еще она может цвести и плодоносить…
Вы думали, вы подруга? Или друг? А оказалось, что вы – компаньонка
Это в старину богатые барыни брали в дом бедных чистеньких женщин, воспитанных и образованных. Единственная роль такой бедной женщины – составить компанию. Но, ясное дело, не на равных.
• Барыня говорит, а компаньонка слушает. А если говорит компаньонка – то только то, что угодно барыне. Например, сказки рассказывает. Или поддакивает.
• Барыня в любое время может звать компаньонку. Душу изливать, все накопившиеся эмоции. Или изливать однообразные воспоминания. Жалобы и обиды. Неважно, сколько времени! Если барыня не спит, компаньонка тоже не спит.
У Тургенева описана такая «ночная компаньонка». Ее держали на случай бессонницы. Ночью компаньонка барыню выслушивала и развлекала. А днем могла поспать.
• Компаньонка идет и едет с барыней, куда той угодно. Куда барыня – туда и компаньонка. И тяготы дорожные, ясное дело, несет компаньонка. Чемоданы, барынину шаль и прочее.
• Компаньонку можно послать за чем-то, мол, сбегайте, милая, не в службу, а в дружбу. И обременить прочими услугами, которые вроде дружеские.
Но на самом деле это прислуживание и обслуживание. Если слуг хоть немного боялись потерять – настоящий слуга был нарасхват! – компаньонку потерять не боялись. Куда она пойдет? Кому она нужна?
Компаньонку презирали в душе. Она была вроде ручной обезьянки. И ей не платили чаще всего. Кормили и разрешали жить в доме.
Барынь не стало давно. Но люди, которые превращают других в компаньонок, откуда-то берутся. Даже удивительно, откуда у них эти замашки?
• Если человек говорит только о том, что интересно ему,
• если вас не слушают и не интересуются вашей жизнью,
• если плюют на ваш сон и отдых,
• если изливают без запроса свои чувства и мучают заплесневелыми воспоминаниями,
• если не спрашивают, как вы хотели бы провести время и куда пойти,
• если бесплатно берут у вас то, что стоит денег, и считают, что так и должно быть, – это вас назначили компаньонкой.
Самая это печальная роль. Бесперспективная. На нее соглашались те, кто был неприспособлен к жизни, кто не имел профессии и кому некуда было пойти.
Если вы не в таком положении и не живете за счет барыни в ее поместье, может, не стоит терпеть? А стоит остановить неприятную ситуацию неприятным, но честным разговором с тем, кто ошибочно принял вас за компаньонку.
Когда сигнализация кричит – это не плохо. Это хорошо
Она работает. Плохо, когда она молчит. Значит, она не работает. Или угроза невидима и неотвратима.
Водитель один рассказал, что однажды его «интуиция просто визжала» – так он это назвал. С самого начала рейса. Сначала напарник упал и сломал ногу перед самым выездом. Пришлось ехать одному. Он заплутал, сбился с пути.
Потом навигатор прокладывал путь на кладбища. Странным образом одни кладбища показывал.
Диспетчер говорила: «Ориентируйтесь на памятник. На крест у дороги!»
По обеим сторонам дороги водитель видел аварии, хотя ничего особенного не было с погодой и с покрытием трассы. А песни, которые он решил послушать по радио, все были про смерть.
И сбитых животных было много на дороге. И маленькая птичка разбилась о лобовое стекло…
Он вышел. Хотел посмотреть, что с птичкой. И мрачное чувство тоски овладело им. Он почему-то подумал, что видит все это в последний раз. Вот такая мысль.
А ведь хотел ехать один, деньги были нужны. Но остановился потом в придорожной дешевой гостинице и решил ждать до следующего дня.
А потом нормально доехал. Только узнал, что вчера произошла страшная массовая авария, много машин пострадало. Погибли люди.
Угрожала ли ему эта авария – загадка. Но он считает, что визг внутренней сигнализации его спас. Знаки судьбы спасли; они как дорожные знаки. Как знаки «стоп», «опасный участок», «тупик»…
Плохие предчувствия и плохие знаки – это не страшно. Это для нашего спасения существует. И за это тоже надо благодарить.
Страшное случается чаще всего при ясной погоде, легком дуновении ветерка, когда настроение отличное, а человек наслаждается жизнью, и нет никаких предупреждений. Ни одного ограничительного знака. Ни одного неприятного звука.
Это и есть «гробовая тишина». Когда сигнализация отключена, а плохое надвигается неслышно… Болезнь, нападение, авария, подлое предательство…
Об этой гробовой тишине знают люди, пережившие нечто ужасное; это затишье перед бурей. Вот его надо бояться. Излишняя безмятежность и слишком ровный путь усыпляют бдительность.
Если все слишком хорошо, если дорога долго-долго слишком гладкая, если вокруг царит блаженная тишина – самое время проявить бдительность и повышенную осторожность. И принять личные меры безопасности…
Из хорошего расскажу вот что:
один мой знакомый – крупный руководитель. Очень крупный. Он целыми днями занят; к тому же командировки постоянные по всему миру.
Он не уделял внимания сыновьям, Гавриилу и Даниилу. Это имена такие пышные, а на самом деле это два шалуна семи и пяти лет. Энергичные маленькие хулиганы растут. Ну, мальчишки. Совсем отбились от рук, мама уже устала с ними. И няня устала. И гувернантка; ее называют домашним учителем.
Хорошие мальчишки, но им нужно внимание отца. А он совершенно не умеет управляться с детьми – так он говорил.
И отец прислушался к просьбам и требованиям жены. Сейчас он каждое утро проводит с Гавриилом и Даниилом совещание. Или лично, или онлайн, если он в командировке.
Дети в костюмчиках присутствуют на совещании. Решают важные вопросы об учебе, о спорте и о помощи маме. И отчитываются об успехах. Получают задание на день. Назначается руководитель на день. И заместитель руководителя. Гавриил или Даниил.
А вечером у них плановое заседание проходит. Итоги дня и планы на будущее. Поощрение или выговор.
А потом, конечно, объятия и поцелуи, если папа дома. И борьба на ковре или небольшая пробежка вокруг дома. А если онлайн – просто рукой машут и говорят, что любят друг друга.
Очень хорошая идея. Все довольны. Дети, правда, все равно иногда хулиганят: мальчишки ведь. Энергичные и веселые.
Но вот видите, как можно все решить дисциплинированно и ответственно. И отец в своей тарелке. И дети довольны. И жена. И няня.
Надо попробовать.
Испортиться может даже варенье в банке
И хорошее место может испортиться. И отношения могут испортиться.
Извне проникли микробы. Или просто вышел срок годности и начался процесс разложения. Такова жизнь; рано или поздно все может испортиться. Все хорошее может разрушиться.
Главное, вовремя это понять.
Я видела в детстве, как разрушалась и портилась одна деревня. Когда-то через нее проходил «леспромхоз» – так говорили местные. Была энергия, была работа. В деревне построили клуб, библиотеку, детский сад, фельдшерский пункт и начальную школу.
А потом «леспромхоз» пошел дальше. Вырубка леса переместилась. И деревня стала приходить в упадок; клуб обветшал и закрылся, детский сад опустел, ведь люди переезжали вслед за возможностью работать.
Фельдшер тоже уехал, пункт закрыли. Библиотеку разобрали по бревнышку, а книги частью разобрали по домам – списали. А часть увезли куда-то.
И жителей стало мало; старики и никчемные пьяницы остались. Остальные уехали вслед за работой. За энергией. Богатая деревня превратилась в кучку старых изб. Пришел упадок и мерзость запустения.
Не эпидемия разрушила селенье. Не срок годности вышел. Энергетические потоки ушли и переместились. И кто мог, тот переместился тоже. Остались слабые или никчемные. Одни – по старости и болезни.
Другие – как паразиты, которые лишились питания. Они «доедали» остатки энергии; разбирали на дрова детский сад и шарили по чужим заросшим огородам и брошенным домам.
Упадок приходил в великие царства и в простые селения, когда уходила энергия. Если это чувствуешь, ждать особо нечего. Скоро останешься со старушками и бездельниками в нищете и безнадежности.
И вспоминать о том, как все было хорошо, нет смысла. И надеяться на возвращение энергии нет смысла, к сожалению. Это процесс смерти.
И приходится уходить из отношений. Из заброшенного селения. Из организации, в которой начался упадок и гниение. Или из социальной сети, в которой началась деструкция.
Выигрывает тот, кто чувствует энергетический поток и умеет его находить. И вовремя покидает бесплодную пустошь. Горько покидать бывшее хорошее место, грустно оставлять свой дом и свой огород. Или бывших друзей… Может быть, потом все изменится? Может быть, еще можно остаться и подождать?
Но если есть силы, надо двигаться дальше. Или смириться и доживать свой век в разоренной деревне со старушками, защищаясь от набегов паразитов. Это решать только вам.
По мне, так лучше пуститься вслед за энергией и приумножать ее своим трудом. Жизнь одна. И провести ее в гибнущем месте не хочется.
Не старайтесь разжалобить тех, кто умышленно вредит вам и вас преследует
Это большая ошибка. И вообще скройте свое плохое состояние. Это в точности как на войне – враг ждет, когда вы ослабнете, чтобы напасть и сокрушить.
Одну женщину травили на работе. Жесточайшим образом травили всем коллективом; такой вот был коллектив. Уйти она боялась. Выбора особого не было.
И по характеру она была мягкая, ранимая, неуверенная. Часто таких и травят. Даже без повода, для развлечения. Пьют кровь, питаются, как каннибалы.
Эта женщина заболела в итоге. И жалостным тонким голоском она сказала, что ей операция предстоит. Ей и так тяжело. Пожалуйста, будьте ко мне добрее!
Это она сказала одной сотруднице, наедине, после ядовитого замечания. Сказала и с овечьей покорностью заглянула в глаза. Жалкая картина.
Эта сотрудница немедленно все в лицах пересказала другим. Что тут началось! Теперь нападали уже беззастенчиво. Открыто оскорбляли и унижали… Превратили жизнь в ад.
А вот не надо рассчитывать на милосердие от тех, кто умышленно преследует вас и издевается. Жалости не дождетесь, а град нападок усилится. Если еще и плакать начнете, тогда издеваться будут еще агрессивнее.
Женщина эта усвоила урок. Вышла из больницы, а потом на работе записала все нападки и оскорбления. Твердой поступью пошла к генеральному директору и юриста наняла. Хотя ей было очень плохо, она перестала показывать слабость.
Потом она нашла работу. И ее на нормальную должность взяли не из жалости, а за хорошие способности и трудолюбие. И здоровье поправилось.
На жалость врагов или садистов рассчитывать не надо. Будет только хуже. Не просите вас пощадить, пожалеть, не ложитесь кверху брюшком. Это гибельный путь.
Здоровая реакция – бегство. Или борьба. Даже если сожметесь в комок, как ежик, это все равно борьба. Сопротивление и защита. Так можно перетерпеть небольшое время, а потом или уйти, или нанести ответный удар. Справедливый и адекватный. В рамках закона, о котором враги как-то позабыли…
Люди и отношения – они как южный город на море
Красивый город, где светит солнце, с моря дует свежий бриз, волны тихо шумят.
Там тепло. И акации цветут. А вечером стрекочут цикады. Это счастье – в таком городе жить, – так думают те, кто приехал в отпуск.
Вот так одна женщина впечатлилась прекрасным южным городом. Она там две недели прожила в бархатный сезон и чувствовала себя необычайно счастливой. Это были две недели радости, комфорта – хороший санаторий оказался, впечатлений…
Она вернулась к себе на север. И так скучала по южному городу, что продала квартиру, уволилась и переехала. Купила жилье в городе радости.
Нет, она разумно продавала, обдуманно увольнялась, правильно выбирала вариант жилья. И вакансии смотрела внимательно и практично.
Но оказалось, что в южном городе зимой дует не мягкий бриз, а пронизывающий холодный ветер. А летом невыносимо жарко и расходы на кондиционер значительные. На улице печет так, что дурно становится. Зато бывает сезон дождей, когда неделями льет как из ведра, так что из дома не выйти…
От влажности в квартире плесень. Надо с ней бороться. И появляются громадные летающие тараканы. На работе коллектив оказался сложный; все чужие, и есть местный колорит в отношениях, что ни говори. А женщина к нему не привыкла. И выбора особого нет, непросто найти место. Город довольно маленький.
Открылось множество проблем и особенностей. И пришлось привыкать, менять себя, вкладывать силы и время в решение бытовых вопросов… Не все так прекрасно оказалось.
И только потом женщина по-настоящему полюбила город. Вместе с ветрами, влажностью, проблемами, особенностями и даже летающими тараканами. А сначала плакала и чувствовала себя разочарованной, обманутой! Потом полюбила. По-настоящему, спустя лет пять…
С людьми так же бывает. Можно обольститься человеком, которого видишь в лучших его проявлениях. С фасада, так сказать. Можно ради него все бросить и шагнуть в отношения.
А потом солнечные дни сменятся сезоном дождей или песчаной бурей. Акации отцветут, и прилетят тараканы… И надо что-то терпеть, что-то улучшать, с чем-то мириться, от чего-то избавляться. То, что мы видели солнечным днем из окна шикарного санатория, может смениться другой картинкой. Это нормально.
Настоящая любовь приходит потом, когда полностью узнаешь город и человека. И если сможешь принять их – это и будет настоящая любовь…
Меня спросили – как понять свое призвание? В чем оно?
Призвание сильнее нашей усталости, горького опыта и разочарования. Сильнее доводов рассудка иногда. Оно в самом сердце, наше призвание. И не случайно доктор Войно-Ясенецкий, которого канонизировали потом, писал, что сердце – это главное для человека. Через сердце говорит бог.
А призвание – оно от бога. Бог призвал человека на определенный путь.
Говорят ведь: «Врач от бога», «Учитель от бога», – и все понятно.
Однажды мы с мамой приехали на море, в скромный дом отдыха. Это все равно было очень дорого; папа остался дома, работать. Потому что семья врачей жила небогато весьма. И денег хватило только на маму и на меня. На наш отдых на море.
Мы приехали. Чудесно! Море, солнце, деревья в цвету. И я с мамой; это так редко было. Мама была уникальным доктором. Делала операции на глазах. И постоянно ее вызывали на срочные операции.
Поделиться книгой: