Покинутая. Академия Проклятых

Но вместо подлянки случилась провокация, на которую я честно пыталась не обращать внимания.

– …Вот просто представьте, насколько Покинутые ничтожные, раз их даже их собственные родители бросили, – громко говорила Дионика с явным восторгом, что слышался в ее словах. – Они же наверняка все увечные. Кто бы стал отказываться от нормальных детей?

– Ну, бывают разные обстоятельства… – заметил кто-то из парней осторожно.

– Знаем мы твои обстоятельства, Леу, – рассмеялся кто-то другой. – Скоро они будут бегать к целителям наперегонки, чтобы от твоих обстоятельств избавиться.

– Да ну вас, – буркнул парень, нисколько не обижаясь. – Я же не виноват, что такой любвеобильный.

– Вот такие любвеобильные, как ты, и сдают своих детей в Дом Покинутых, – продолжила свою речь Дионика. – Их рождения никто не хотел. Уж лучше бы сразу топили, чем транжирить деньги естийя и честных подданных. Почему мой отец должен содержать этих убогих?

Злость, копившаяся во мне, прорвала плотину. Я даже не поняла, как бросила ложку в тарелку и поднялась. Оборачивалась и того стремительнее, а уж в волосы брюнетки вцепилась так быстро, что даже она не успела отреагировать, хотя, несомненно, своими словами задевала меня намеренно, а значит, была готова к выпаду.

Я дралась. В Доме Покинутых мы часто выясняли отношения драками. В основном с новенькими, которые не желали жить по правилам, а получали за это все. Малышей, конечно, никто не обижал, но взрослым детям иногда приходилось втолковывать кулаками. Особенно за воровство.

Нас растаскивали. Уворачиваясь от когтей брюнетки, я не выпускала ее волосы из пальцев, больше таская ее по столовой, чем реально причиняя вред. Хотела бы – уже давно наставила бы синяков, но не это являлось моей задачей. Я просто выпускала пар, надеясь напугать девчонку, чтобы она в дальнейшем обходила меня десятой дорогой.

– Что здесь происходит?! – раздался громогласный пронизывающий голос, а нас с Дионикой просто разбросало в стороны.

У меня в руках остался клок ее волос, в то время как брюнетка продолжала верещать, словно свинья на убой.

Подняв голову, я встретилась взглядом с магессой Вантерфул – главой Академии Проклятых. Женщина, судя по выражению ее лица, была недовольна увиденным. Я бы на ее месте тоже была недовольна, но сказать в свое оправдание, чтобы как-то смягчить впечатление о себе, мне было нечего.

– Еще одна драка с вашим участием, студентки, и обе получите занесение в личное дело, – пригрозила магесса строго, пока я поднималась на ноги.

– Мой отец тебя уничтожит! – выкрикнула Дионика, продолжая сидеть на полу и рыдать. – Ты испортила мои волосы!

– Ты еще пожалеешь о своих словах, – произнесла я тихо, имея в виду все те оскорбления, что она так легко сыпала на всех Покинутых.

– Студентки, еще одно слово – и занесение я сделаю прямо сейчас, – прервала этот бессмысленный диалог директриса и подошла ко мне, пока подруги брюнетки уводили ее из столовой. – Студентка Бендант, зайдите ко мне после занятий.

Я насторожилась, но тяжелый взгляд женщины выдержала.

– Зачем?

– Я нашла вам место работы.

Глава 6

Ненависть и бессилие

Всегда ходят рука об руку.

На этот раз я не стала отказываться от еды. Вернувшись за стол, в почти полном молчании съела все, что было на моем подносе. Бетрия не уставала восхищаться моей смелостью и моей глупостью, но и этот разговор вскоре увял.

Я была просто рада, что поела. И что вся компания под предводительством некроманта покинула столовую вслед за Дионикой. Меня на прощанье одарили многообещающим взглядом, что ничуть меня не смутил.

Проблемы у меня будут в любом случае. Зато теперь они сто раз подумают, прежде чем насмехаться надо мной. С парнями я дралась ничуть не реже, чем с девчонками. И в большинстве случаев выигрывала.

Идти на первое занятие было совсем не страшно, но чувствовала я себя неуверенно. Заметив, как моя вторая соседка покидает столовую, я попрощалась со всеми, отнесла поднос и пошла за ней. У нас было одинаковое расписание, а потому она точно знала, куда идти.

Привела она меня в раздевалку, которая была разделена стеной на две половины: женскую и мужскую. Переодеваясь в шорты и футболку, разглядывая немногочисленных окружающих меня однокурсниц, я с неудовольствием отметила очередную свою оплошность. Все они переодевались в одинаковые комплекты спортивной формы: бриджи и майки с эмблемой академии. Ее мне, наверное, должна была выдать кастелянша, но теперь уже было поздно к ней бежать.

Переодевшись, девушки и парни спешно выходили на улицу – на огромное зеленое поле, по периметру огражденное высоким кованым забором. На такой, даже если очень захочешь, не залезешь.

Занятие проходило как обыкновенная зарядка, которую в Доме Покинутых все делали по утрам. Сначала разминка и растяжка, потом немного прыжков, приседаний и отжиманий, и уже затем долгий, изнуряющий бег.

За усидчивость и отсутствие жалобных стонов, что летели со стороны однокурсниц, меня даже похвалил преподаватель – грузный мужчина с небольшим животиком, который особенно выделялся из-за обтягивающей майки. Преподаватель был лысоват – светлые волосы казались редкими, да и высоким ростом мужчина не отличался. В общем, он совершенно не походил на того, кто занимается физическими нагрузками ежедневно.

И пусть мне было относительно легко заниматься, лучшим это первое занятие я назвать не могла.

Во-первых, мне все же сделали замечание из-за отсутствия положенной формы. Во-вторых, никого из своих сокурсников я не знала, а познакомиться на занятии времени не было. Да и не горел никто желанием.

С другой стороны, я сама все равно старалась держаться во время забега рядом со своей соседкой по комнате, а с ней, насколько я могла судить, никто в группе не дружил. И, честно говоря, на то был причины.

– Да что ты бегаешь за мной, как привороженная? Имей в виду, – задыхалась она, сбавляя темп. – Нам с тобой подругами точно не быть. У меня уже есть подруги.

– Да я как бы и не собиралась с тобой дружить. Я Павлиция, кстати. – Я бежала в одном темпе и никуда не торопилась. Впереди еще было шесть кругов.

– Да вся академия уже знает, кто ты такая. И мне, между прочим, плевать, как тебя зовут.

Некромантка нервно сдула прядь волос, что выбилась из ее косы, и тут же запнулась о траву, потому что отвлеклась. Поймать ее я успела с огромным трудом и считала это чистым везением. При всем при этом мы продолжали бежать, ни на секунду не останавливаясь.

– Мне тоже плевать, как тебя зовут, – усмехнулась я, заметив ожидаемую злость в ее глазах.

Я уже видела таких девочек. Они хотели казаться на уровень выше, чем являлись на самом деле, но ничего у них не получалось. Они просто были другими, не такими, как избалованные дети высшей аристократии. По ним сразу определяли, что они подделка.

Как выглядеть, как ходить, как говорить, как думать – все это у той же Дионики было в крови, она росла в этом мире с золотой ложкой во рту. Моей же соседке имитировать даму из высшего света не удавалось.

Потому что на людях они себя так не вели. Не говорили, что им не требуются подруги. Они искали способ, как использовать того, кто появился в их окружении, и неизменно находили.

– И спасибо за помощь тоже можешь не говорить, – добавила я, уже откровенно веселясь.

– Рикола Асвер, – произнесла некромантка сквозь зубы, представляясь.

То, как у нее покраснели щеки от моих слов, я предпочла не замечать. Она испытывала стыд и злость за то, что я ей помогла и увидела ее в ситуации, которая рушила ее «идеальную» высокомерную репутацию. Все это без труда читалось на ее лице.

– Очень неприятно познакомиться. Расскажешь про преподавателя?

– Ты же все равно не отстанешь, да? – в голосе ее почти сквозило отчаяние.

– Неа, – весело подтвердила я. – Тебе все равно еще давать мне списывать лекции, которые я пропустила.

Реакция некромантки меня откровенно забавляла.

Преподаватель – вейор[5] Хадабат Станкер, аристократ, потерявший свое состояние из-за любви к азартным играм, как мне изначально и показалось, требовал от студентов то, что сам давно выполнить был не способен. На занятиях он все чаще сидел или стоял в стороне, пока его подопечные выполняли нормативы по полной. Причем поблажек для девушек не было – всем давали равные задания.

Вот как сейчас. Десять кругов полагалось пробежать и парням, и девушкам. И ладно я при моей физической форме – я бегать всегда умела, потому как покинутых часто обвиняли в воровстве и приходилось убегать от жандармов. Мне было жалко Риколу.

При ее отдышке она даже восьмой круг не добежит. А все потому, что изначально быстро побежала, стараясь оторваться от других.

Сейчас эти другие бодренько пробегали мимо нас.

Сжалившись над бедными студентами, что фактически ползли последний круг, преподаватель Станкер отпустил нас в душевые, еще раз напомнив мне, чтобы завтра я была в форме. Лично мне не было никакой разницы, в какой одежде заниматься, но спорить по такому пустяку я не стала.

Просто переодевшись, бегом полетела к кастелянше на первый этаж общежития, куда можно было попасть еще и через дверь, а не только через мост.

Оттуда уже галопом неслась в левую от главного здания башню. По заверениям Риколы, именно там на первом этаже находилась аудитория по некромантии, где у нас должна была проходить лекция.

В кабинет я ожидаемо залетела последней, но занять свободное место рядом с соседкой мне не дал преподаватель. Фактически поймав меня за плечи, истинный некромант – худощавый, высокий, с болезненно-бледной кожей и черными волосами – развернул меня лицом к аудитории, а точнее к моим однокурсникам.

– Группа, эта милая девушка – Павлиция Бендант, и теперь она будет учиться с вами, – представил меня молодой мужчина, а после слегка подтолкнул к свободным стульям и столам. – Ко мне, студентка, нужно обращаться галеций Вантерфул или преподаватель Вантерфул.

Заняв небольшой квадратный столик рядом с Риколой, я зашуршала сумкой, доставая тетрадь и писчие принадлежности. Беспардонно заглянув в тетрадь соседки, посчитала исписанные ею листы и отступила столько же.

Преподаватель тем временем продолжал:

– Хочу напомнить вам, что занятия у нас делятся на три типа: лекции, практика и кладбище. Сегодня у нас лекция. На лекции и практику вы должны приходить с тетрадями, чтобы делать записи. На кладбище нужны только вы сами.

Я понимала, что мужчина проговаривает все это специально для меня. С другими наверняка соответствующая беседа уже была проведена, так что преподавателю я была благодарна, хоть и ощущала себя несколько неловко.

Ровно до тех пор, пока не началась лекция.

– Правда, он симпатичный? – шепнула Рикола, заговорщицки склонившись ко мне.

– Кто? – спросила я так же тихо, тоже наклонившись вбок, что не осталось без внимания преподавателя.

Однако, опасно сверкнув темно-синими глазами, замечание он нам не сделал и лекцию не прервал.

– Истол Вантерфул, – ответила соседка, возмущенная тем, что я сразу не поняла, о ком идет речь.

– Наверное, – пожала я плечами, не особо-то и оценивая внешность преподавателя.

– А еще он единственный сын нашей директрисы.

Выражение лица Риколы стало осуждающим, когда и эта ее фраза меня не заинтересовала. Ну некромант, ну сын. Все мы чьи-то дети. Мы же не из воздуха беремся.

Тяжело вздохнув и умудрившись при этом закатить глаза, девушка торопливо добавила:

– Молод, красив, обаятелен и богат. Единственный наследник земель и состояния. Да его каждая студентка захомутать желает!

Последнее предложение от переполняющих ее чувств соседка произнесла в полный голос, чем вызвала к себе пристальное внимание не только преподавателя, но и студентов. Я в этот момент быстро выпрямилась и сделала вид, что увлечена записями. Рикола же обольстительно улыбнулась мужчине, не испытывая ни капли смущения. Это выглядело слишком вызывающе со стороны.

Больше на лекции мы не шептались, а глаза на преподавателя я старалась и вовсе не поднимать. Чтобы не привлекать к себе еще больше внимания. Да и не до того как-то было. Я пыталась не только слушать, но и запоминать.

– Прежде чем научиться поднимать мертвых или управлять ими, вам следует научиться их упокоевать. Этим мы и будем заниматься весь этот год, постепенно узнавая классы и разновидности нежити. Если еще не говорил вам, то в следующем году рекомендую взять дополнительной одну из дисциплин: изучение нечисти или целительство. Поверьте, впоследствии вам пригодится и то и другое…

Лекция мне понравилась. В принципе, в теории все выглядело не очень-то и сложно. Упокоить любую нежить можно было одним из нескольких способов, учитывая ее вид и класс. Чтобы не умереть, столкнувшись с кем-то неживым, но очень энергичным, просто нужно было выучить все эти способы, виды и классы. Другое дело, что для использования любого плетения нужна была магия – дар некроманта, которым я не владела и владеть не желала.

Остальная часть лекции прошла относительно спокойно. Делая записи в тетради, я время от времени отвлекалась, рассматривая своих сокурсников и сам кабинет.

Аудитория показалась мне слишком мрачной, но под стать некромантам. Все они были такими же темными – с темными волосами, темными глазами и предпочитали темную одежду. Для них других цветов в этом мире будто и не существовало.

А лучше бы не существовало их самих с их извращенными опытами.

Пробирая меня до жути, на преподавательском столе стояла большая трехлитровая банка с головой когда-то живого кабана. Время от времени эта голова открывала глаза, зло вращая ими, будто запоминала каждого в этом кабинете.

По полкам, что висели вдоль правой стены, среди бутылок, банок и колб вальяжно расхаживала когтистая темно-серая, словно грязная, кисть, навряд ли принадлежащая человеку. Стоило преподавателю перевести на нее взгляд, как она замирала и притворялась мертвой, неживой. Со стороны создавалось ощущение, что подбирается эта рука целенаправленно к нашему преподавателю.

С какой целью?

Мне на ум почему-то пришел только один вариант – задушить.

В темных углах аудитории целыми полотнами висела паутина. Упитанные пауки, казалось, смотрели прямо на меня своими красными горящими глазами, но не двигались, что даже немножко воодушевляло. Вот если бы они вдруг куда-то поползли, тогда я обязательно напряглась бы.

Что примечательно, тошнотворный запах разложившейся плоти в кабинете отсутствовал напрочь. Я даже удивилась, когда осознала сей радостный факт. Правда, единственный плюс со всеми остальными минусами меня нисколько не мирил.

Потому что некроманты сами по себе выглядели жутко. Поставь их рядом с мертвяками – и одного от другого не отличишь. Становиться похожей на них мне совсем не хотелось.

Стоило лекции завершиться, как преподаватель решил обрадовать своих студентов:

– Следующее занятие у нас практическое. Слабонервным запастись маслом гвоздики.

– Чтобы комаров отгонять? – произнесла я, не подумав, чем вызвала всеобщий смех.

Просто с маслом гвоздики у меня имелась только одна ассоциация. Им Покинутые мазались, когда уходили работать туда, где есть трава, а значит, и мошкара. Сильные запахи отпугивали насекомых.

– Чтобы из обморока быстро выходить, – поправил меня преподаватель, вынуждая проникнуться ближайшими перспективами. – Павлиция, задержитесь.

Медленно и неохотно подходя к столу галеция Вантерфула, я тысячу раз пожалела о том, что вообще открыла свой рот. Развлекать студентов своим высказыванием я не планировала, но, кажется, именно за это сейчас получу нагоняй.

Однако мои опасения не подтвердились.

– Остальные студенты уже успели познакомиться со мной на первых занятиях, а с вами мы сегодня видимся впервые. – Стерев тряпкой с доски свои записи, а именно классы нежити, которых было четыре, мужчина обернулся. Теплая, располагающая улыбка была обращена только ко мне. – Я являюсь также куратором вашей группы, и ко мне вы можете обращаться по любым учебным вопросам. Да и не только учебным. Насколько я знаю, вы снимаете комнату в общежитии.

– Да, – подтвердила я.

От такого пристального внимания я чувствовала себя неуютно, но чужой прямой взгляд выдерживала. Глаза опускают только те, кому есть что скрывать. Именно поэтому я всегда смотрела в глаза своим собеседникам.

– Вам уже выделили комнату? – участливо вопросил преподаватель, напрягая меня еще больше.

От аристократов, а он точно относился к высшей знати, раз имел приставку галеций, я никогда ничего хорошего не ждала. Потому и постаралась ответить прямо и коротко и выдать сразу максимум информации, чтобы поскорее уйти.

– Если говорить точнее, то часть комнаты. И да, я заселилась еще вчера. Рикола – моя соседка.

– Отлично, – кивнул мужчина, продолжая стоять по другую сторону длинного стола. – Тогда вам будет у кого списать пропущенные лекции. Я заметил, что вы подружились.

Слово подружились никак не подходило к нашим с некроманткой отношениям, но доказывать обратное я не стала, надеясь, что на этом разговор закончится.

Куратор думал по-другому.