О просодии русского слова

О просодии русского слова

0. Введение. Весной 1983 г., занимаясь слуховым анализом русской интонации, автор данного сообщения заметил в своем произношении различия в тональном оформлении слов, находящихся в идентичных фразовых позициях. В ходе дальнейшего исследования он обнаружил в своем идиолекте сложную систему словесных тонов. К настоящему времени (осень 1986 г.) проакцентуирован словарь, включающий около 3 тысяч лексем русского языка (в основном это исконная лексика или давние заимствования)[1]. Предварительно установлены словоизменительные тональные парадигмы.

При изучении тональной просодии слов выявились и другие их просодические различия, ранее не отмечавшиеся фонетистами: фонационные, растворные и темповые. Оказалось, что место ударения в слове в определенной мере скоррелировано с его тональными и растворными свойствами.

Цель настоящей статьи — дать краткое описание обнаруженных просодий, снабженное достаточно представительным фрагментом акцентуированного словаря и соответствующими парадигмами. В качестве такового предлагается наиболее тщательно изученный к данному моменту раздел — существительные на ‑а.

Автор осознает шоковую неожиданность сообщения о наличии в русском языке словесных тонов и других доселе неизвестных просодий, оно, конечно же, может быть воспринято читателем как мистификация либо химера. Попытаемся предупредить некоторые из неизбежных недоуменных вопросов.

1) Автор — уроженец и постоянный житель Москвы. Вырос в чисто русской среде. В течение ряда лет занимался исследованием тональных систем языков Дагестана.

2) Автор не пытался систематически обследовать словесную просодию других носителей русского языка. Отдельные наблюдения показали наличие аналогичных просодий у других говорящих по-русски (однако не у всех). Реальность описываемой ниже просодической системы подтверждается, по нашему мнению, ее значительными объяснительными возможностями в сфере как синхронных, так и диахронических фактов русской фонетики.

3) Просодия слова исследовалась автором на основе слухового и кинестезического самоанализа. Анализировались изолированные словоформы, произносимые с интонацией нейтрального (констатирующего) называния. Экспериментальные наблюдения носили самый предварительный характер.

4) Слуховое исследование просодии требует навыка и значительных усилий. Почему-то просодические различия, в том числе тоновые различия минимальных пар, осознаются говорящими несравненно хуже, чем сегментные. Автор многократно наблюдал это при работе с носителями тональных языков Кавказа и других ареалов. Возможно, тональные и некоторые другие просодии не используются при адресной организации словаря значимых единиц в памяти человека и выступают лишь как конститутивное, а не дистинктивное средство (это не касается, конечно, моносиллабических языков, где тон играет фундаментальную роль в звуковых оппозициях). Заметим, что просодическая функция оказывается в одной компании со многими другими функциями человека, которые начинают осознаваться им лишь в результате специальной тренировки.

1. Состав просодических характеристик слова.

1.1. Тон. Выявлено 8 словесных тонов: РВ — ровный высокий, РН — ровный низкий, В‑Н — ступенчатый нисходящий (комбинация высокого и низкого ровных), Н‑В — ступенчатый восходящий (комбинация низкого и высокого ровных), СКВ — скользящий высокий, СКН — скользящий низкий, НСХ — скользящий нисходящий, ВСХ — скользящий восходящий.

Признаковая классификация тонов: 1) — изменение уровня (РВ, РН, СКВ, СКН)/ + изменение уровня (В‑Н, Н‑В, НСХ, ВСХ); 2) — скольжение (РВ, РН, В‑Н, Н‑В)/ + скольжение (СКВ, СКН, НСХ, ВСХ); 3) высокий уровень (постоянный или исходный) (РВ, СКВ, В‑Н, НСХ)/ низкий уровень (постоянный или исходный) (РН, СКН, Н‑В, ВСХ).

Тон слова реализуется на ударном и предударном слогах. В словах с ровными тонами тон не меняется. В словах со ступенчатыми тонами наблюдается 2 реализации: если имеется предударный слог, то сдвиг тонального уровня происходит на границе предударного и ударного слогов, если предударного слога нет, то тональный «перескок» происходит в конечной части ударного гласного — вниз в случае В‑Н и вверх в случае Н‑В.

Скользящие одноуровневые тоны характеризуются восходяще-нисходящей (циркумфлексной) интонацией на ударном гласном: СКВ — циркумфлекс при общем высокотональном уровне слова, СКН — циркумфлекс при общем низком уровне.

При НСХ скольжение с исходного высокого уровня на низкий происходит по всей длительности ударного гласного. Ему всегда предшествует небольшое восходящее движение (в пределах высокого же уровня) на предударном гласном. В начале слова этот тон не встречается. Также при ВСХ скольжение с исходного низкого уровня на высокий происходит по всей длительности ударного гласного. При наличии предударного слога на нем происходит небольшое нисхождение (в пределах низкого уровня).

Таково субъективное ощущение тональных различий слов. Подчеркнем, что их трудно прямо наблюдать в кривой основной частоты, поскольку в ней совмещены словесная и фразовая интонации, причем вторая значительно превосходит первую по величинам тональных изменений. Предварительные (и минимальные по объему) экспериментальные наблюдения показали, что словесные тоны проявляются как сравнительно небольшие модификации фразовых акцентов (сдвиг общего уровня, изменение формы кривой основной частоты).

Примеры слов с разными тонами: РВ — голова, рука, поле, берег; РН — борода, вода, лето, город; В‑Н — капуста, черта, солнце, рынок; Н‑В — корзина, лиса, око, закон; СКВ — телега, игла, мясо, голос, клюв; СКН — лопата, кора, золото, ворон, блин; НСХ — гряда, колено, баран; ВСХ — ворона, берлога, болото, мороз.

При словоизменении происходят метатонии, ср.: кожи (род. ед.)/​СКВ — кожи (им. мн.)/​РН, шкуры (род. ед.)/​СКН — шкуры (им. мн.)/​РН, коровы (род. ед.)/​ВСХ — коровы (им. мн.)/​РН. Тон словоформы обычно может быть выведен по морфонологическим правилам из исходного («лексического») тона. У существительных лексический тон совпадает с тоном словоформы им. ед. Метатонии чаще всего приводят к замене скользящих тонов ровными.

Словоформ с неизменным общим уровнем тона (РВ, РН, СКВ, СКН) в целом гораздо больше, чем словоформ, где уровень меняется (В‑Н, Н‑В, НСХ, ВСХ). При этом НСХ не встретился в начальном слоге, ВСХ не отмечен в глагольных формах.

Предстоит исследовать, в каком отношении находится данная система к реконструируемой системе общеславянских тонов[2].

1.2. Фонация. Этот признак имеет три значения: нейтральный голос (отсутствие напряжения или расслабления голосовых связок) (знак =), «жесткий» голос (напряжение связок, увеличение дыхательного усилия, повышение регистра тона) (знак +), «мягкий» голос (расслабление связок, уменьшение дыхательного усилия, понижение регистра тона) (знак −).

Фонационная характеристика относится к словоформе целиком. Клитики принимают фонацию слова, к которому примыкают. Примеры слов с разными фонациями: нейтральная — река, волна, босой, другой; «жесткая» — жена, смола, бок, большой; «мягкая» — коза, пчела, дрозд, глухой.

Фонация может меняться при словоизменении, например: границы (род. ед.)/ +, но границы (им. мн.)/ −. Наблюдается определенная корреляция фонационных и тональных чередований, однако в общем случае эти просодии независимы.

«Жесткий» голос в принципе способствует оглушению согласных, а «мягкий» — озвончению. Возможно, некоторые из исторических изменений согласных по глухости/​звонкости обусловлены фонационным контекстом.

1.3. Раствор. Эта характеристика связана с положением нижней челюсти относительно верхней. Наряду с угловым смещением нижней челюсти (ср. движение зевания) возможно вертикальное смещение ее вниз/​вверх (ср. движение жевания), приводящее к изменению ширины межчелюстного прохода. Угловой раствор является одним из параметров, образующих сложный признак «ударение»[3], вертикальный раствор используется как ведущий параметр независимого просодического признака, который мы называем просто «раствор».

Признак раствора имеет три значения: С — средний или нейтральный (он типичен для речевой позы); У — узкий или закрытый; Ш — широкий или открытый. Растворная характеристика обычно относится к слогу, в наибольшей степени она влияет на качество гласного и непосредственно предшествующего согласного. Для узкого раствора типична напряженность консонантной артикуляции, для широкого — расслабленность, воздушность. Внутри словоформы (и «фонетического слова») раствор может меняться не более одного раза, причем не может происходить перехода от одного маркированного значения к другому, т. е. возможны пары вида СУ, УС, СШ, ШС, но не УШ, ШУ.

Наблюдается тенденция к контаминации растворных и иктусовых характеристик в слове: иктус предпочитает более широкий раствор, в частности, заударный слог не может быть шире ударного. Однако в общем случае эти два признака независимы.

Примеры слов разной растворной структуры: трава/​С[4], куропатка/​С, худой/​С; среда/​У, тина/​У, песок/​У, святой/​У; строка/​Ш, соха/​Ш, скупой/​Ш; комната/​СУУ, емкий/​СУ, кочерга/​УУС, кривой/​УС; гора/​СШ; сухой/​СШ, палуба/​ШСС, темный/ШС.

Раствор меняется при словоизменении, ср.: голова/​С — голову/​ССУ, рука/​УС — руку/​С, свекла/​ШС — свеклу/С.

Имеется немало проявлений растворных различий — как синхронных, так и диахронических. Укажем сначала некоторые из синхронных фактов.

1) Р. И. Аванесов[5] отмечал в старом московском произношении различие заударных флексий ‑е в предложном и прочих падежах, он истолковывал их как различие ь и ъ: о поле[ь] — поле[ъ] и т. п. Легко увидеть, что такое толкование означает признание двух редуцированных после мягких согласных, а это создает большие трудности при системном описании русского вокализма. В действительности здесь имеет место различие в растворе: о поле/​СУ — поле/С.

2) Отсутствие редукции гласного в предлоге для в первом предударном слоге связано с широким раствором: для/​Ш нас. Напротив, вторая степень редукции в первом предударном слоге, наблюдаемая при безударном произношении некоторых проклитик, связана с их узким раствором: сквозь/​У окна, хоть/​У раз.

3) Многочисленные примеры связи иктуса и раствора читатель найдет в §2.

Укажем теперь некоторые из предполагаемых диахронических проявлений растворных различий (мы основываемся на нынешней просодии соответствующих слов).

1) Переход s → х в общеславянском, возможно, был обусловлен (наряду с прочими условиями) широким раствором: компактный (резкий) спирант становился диффузным (нерезким). Ср. муха/​Ш, блоха/​Ш, сноха/​Ш — лиса/​С, писать/С.

2) Ѣ перед твердым согласным переходило в о в широких слогах: зве́зды/​Ш, ве́дра/​Ш (ср. лес/​С, вера/​С), напротив, е не переходило в о в узких слогах: бред/​У, невод/​У, кресло/У.

3) Начальные olt, ort переходили в lat, rat в широких слогах: лакомый/​ШСС, лань/​Ш, ракита/​Ш (ср. локоть/​С, рост/С).

Разумеется, все эти предположения нуждаются в дальнейшей проверке.

1.4. Темп. Этот признак принимает три значения: Н — нейтральный, Б — быстрый, М — медленный. Название «темп» для этого признака достаточно условно — он определяет не только скорость произнесения данного слога, но и тип перехода от гласного к последующему согласному: для быстрых слогов характерен «закрытый» переход, т. е. артикуляционная слитность на слоговых стыках, для медленных — «открытый» переход, т. е. раздельность произнесения гласного и последующего согласного[6]. Гласный конечного открытого слога усекается, если этот слог быстрый. Нейтральные по темпу слоги легко поддаются растягиванию и сокращению, тогда как быстрые «сопротивляются» растягиванию, а медленные сокращению.

Темповая характеристика внутри слова может меняться не более одного раза, сочетание маркированных значений не допускается. Примеры слов разной темповой структуры: пола/​Н, полоса/​Н, груша/​Н, седой/​Н; канава/​Б, кожа/​Б, лопата/​Б, другой/​Б; влага/​М, полынья/​М, прямой/​М; глыба/​НБ, заря/​НБ, худой/​НБ, пшеница/​БНН, тугой/​БН, щепа/​БН; бадья/​НМ, владыка/МНН.

При словоизменении темп может меняться, причем эта характеристика, по-видимому, не скоррелирована с другими просодиями. Мена темпа используется как апофоническое средство, в частности, быстрым темпом оформляются каузативы (ср. сохнуть/​Н — сушить/​НБ, сидеть/​Н — сажать/​НБ) и итеративы от глаголов движения (ср. бежать/​Н — бегать/​НБ, лететь/​Н — летать/НБ).

Возможно, что быстрый темп (т. е. «закрытый» переход, способствующий прогрессивной ассимиляции) был условием третьей палатализации: лицо/​Б, овца/​Б, весь/​Б, отец/​НБ, девица/НББ.

1.5. Ударение (иктус). Место иктуса в общем случае нельзя предсказать по другим просодиям слова, очевидно, уже в древнерусском оно определялось морфонологическими правилами[7]. Однако наблюдается известная корреляция ритмики слова с его тональной и растворной структурами, которая будет прослежена ниже.

2. Просодические парадигмы (существительные на ‑а). Из-за ограничения объема статьи мы даем здесь лишь минимальные комментарии, они касаются в основном связи иктуса с другими просодиями. Деление на словоизменительные классы — по тональной и фонационной характеристике формы им. ед. и по иктусовой парадигме. В качестве образцов используются слова с исходным нейтральным (средним) раствором. Что происходит с маркированными растворами, поясняется в комментарии к парадигмам ровнотональных слов. Слова с другими тонами имеют аналогичные растворные изменения в парадигме. Темповая парадигма одинакова для всех существительных на ‑а и приводится в конце параграфа.

Характеристика раствора в списках слов, относящихся к рассматриваемым акцентным классам, указывается лишь в тех случаях, когда она имеет маркированное значение (содержит Ш или У). Указываются также (в скобках) маркированные значения темповой характеристики. Нейтральные характеристики раствора и темпа не отмечаются.

2.1. Ровный высокий.

а) Фонация = голова/РВ, =, С

головы/РВ, =, С

голове/РВ, =, С

голову/РВ, =, ССУ

головой/РВ, =, С

о голове/СКВ, =, ССУ

головы/РВ, =, ССУ

голов/РВ, =, С

головам/РВ, =, С

головы/РВ, =, ССУ

головами/РВ, =, С

о головах/РВ, =, С

К этому же классу относятся: борозда/​Ш, икра (ноги), нора/​Ш(Б), пора. Слова борозда и пора не меняют растворной характеристики в парадигме. Сходным образом, любое по тону слово с нейтральной фонацией не меняет раствора при словоизменении, если хотя бы один из слогов является широким. Иначе говоря, наличие характеристики «широкий» блокирует сужение в словах с фонацией =.

6) Фонация + изба/РВ, +, С(НБ)

избы/РВ, +, С

избе/РВ, +, С

избу/РН, −, С

избой/РВ, +, С

об избе/СКВ, +, СУ

избы/РН, −, С

изб/РН, −, С

избам/РН, −, С

избы/РН, −, С

избами/РН, −, С

об избах/РН, −, С

К тому же классу относятся: доска, простыня/​УУС(Б), рука/​УС, скирда/​Ш(Б), скула/​Ш, стена/​У(Б), трава​(НБ). В формах со вторичными низким тоном и мягкой фонацией раствор всегда нейтрален: руку/​С, ру́ки/​С; скулу/​С, ску́лы/​С; стену/​С, сте́ны/​С. В форме пр. ед. слова с широким раствором не имеют сужения конечного слога: на скуле/Ш.

в) Фонация − душа/РВ, −, С

души/РВ, −, С

душе/РВ, −, С

душу/РН, −, С

душой/РВ, −, С

о душе/РН, −, С

души/РН, −, С

душ/РН, −, С

душам/РН, −, С

души/РН, −, С

душами/РН, −, С

о душах/РН, −, С

К этому же классу относятся: пола, пригоршня/​ССУ, свекла/​ШС(НБ). Все формы с низким тоном имеют средний раствор: пригоршню/​С, в пригоршне/​С, пригоршни (мн.)/​С; свеклу/​С, о свекле/​С, свеклы (мн.)/С.

2.2. Ровный низкий.

а) Фонация = вода/РН, =, С

воды/РН, =, С

воде/РН, =, С

воду/РН, =, СУ

водой/РН, =, С

о воде/СКН, =, СУ

воды/РВ, =, СУ

вод/РВ, =, С

водам/РВ, =, С

воды/РВ, =, СУ

водами/РВ, =, С

о водах/РВ, =, С

К этому же классу относятся: борода, плева, полоса, река.

б) Фонация + нога/РН, +, С