Когда случается невозможное. Том 2 (СИ)

— Да? Разве это оно? Я не помню… Хотя возможно. Надо бы вернуть, — сморщила нос Наташа. — А шляпа?

— Так это ты летом решила, что у тебя должен быть свой стиль. Купила пляжную шляпу, сшила штаны-галифе и отрезала чёлку, — улыбнулась я, вспоминая этот период. Чёлка Наташе не шла, а вот штаны-галифе очень даже прижились, правда, среди пожилых магов, но это уже детали.

— Ладно, а лимонно-жёлтая рубашка в коричневый горох? — достала она что-то устрашающее из шкафа.

— Ты тогда сказала, что введёшь моду на горошек, — вспомнила я. — И ведь ввела! Скатерти в тавернах теперь только такие и делают, говорят, что на них пятна почти не видно.

— А вот это? — она достала монструозное белое платье в перьях.

— Это ты замуж думала выйти, но потом решила, что ты ещё слишком молода, чтобы ставить крест на своей жизни. А в платье ты кутила несколько дней. Ты тогда сказала, что это даже лучше, чем свадьба, ведь можно носить его, пока не надоест. Но потом на тебя чайка напала на улице, и ты решила исключить перья из своего гардероба.

— Точно! Тогда я готова, — просияла она.

Вокруг царил полный хаос, который, как вишенка на торте, венчал свадебный наряд, брошенный на кровать. Постель от этого ещё сильнее стала похожа на гнездо сумасшедшей птицы-воровки.

— Может, вещи приберём? — робко спросила я.

— Да зачем? Всё равно потом сумки разбирать! — философски махнула рукой Наташа, расчистила себе спальное место и завалилась на кровать. Последовав её примеру, я хихикнула и забралась в постель. Ну что, хотела приключение? Вот так оно и начинается!

Снилась мне какая-то лабуда с чайками, одетыми в красные платья и требующими вернуть им реликвию птичьего народа.

Наташа растолкала меня ночью, когда сработал магический будильник. На сборы времени почти не осталось, общий завтрак запланировали уже в дороге. Наташа с вечера припасла какие-то печеньки, а у меня в комнате нашлось немного орехов и сухофруктов, так что голодная смерть нам не грозила в любом случае.

От Школы мы пошли к мужскому общежитию, где и был назначен сбор. Караван для путешествия уже выстроился: крупные талиры стояли запряжёнными в небольшие повозки. Их я раньше не видела. Знала, что в Ковене есть талирня, но никогда там не бывала. Развлечение это опасное: большие кошки отличались крайне своенравным характером и подпускали близко только хозяев. Иногда талиров запрягали парой, но чаще всего они предпочитали сохранять дистанцию до других особей. Упряжь для них делали мягкую, что-то наподобие большой шлейки, которая крепилась к некрупной карете, максимальное количество пассажиров — трое, плюс сам хозяин талира.

Эти кошки выглядели необычно. Для начала, они поражали ростом — сильно крупнее тигров, я едва доставала до холки могучему зверю. Толстенные пушистые лапы, беззвучно ступающие по снегу, лоснящиеся бока пегой масти, окрашенные тёмными рваными пятнами, — венчались головой с округлыми, милыми ушками и большими, серьёзными усами, которые сердито топорщились во все стороны.

Всего у нас в путь собрали шесть повозок, и только две были запряжены парой ездовых животных. Такие кареты больше походили на дилижансы. Я гадала, с кем именно нам предстоит ехать. Поначалу мы с Наташей в маленькой карете оказались вдвоём, но я сильно не обольщалась, подозревала, что как только мы немного отъедем от Ковена, и деваться мне будет некуда, третьим пассажиром станет Танарил.

Я выглядывала из большого окна и смотрела, как мы движемся по стылым сонным улицам. Пахло поздней осенью: смесью холодного ветра, прелой листвы, промозглости и завершением очередного жизненного цикла. Талиры бежали мягко и быстро. То ли рессоры и амортизаторы тут делали отличные, то ли использовалась магия, но маленькая карета шла так мягко, что внутри можно было читать или писать. Оказалось, что Наташа, в отличие от меня, набрала с собой книжек, и теперь увлечённо вчитывалась в очередной научный труд. Из предоставленного ею выбора меня заинтересовали только две работы: «Особенности использования различных стихий при применении бытовых заклинаний» и «Эксперименты с пространством: трудный путь к освоению межреальности». Конечно, о книжках не судят по обложкам, но я догадывалась, что ничего особенно развлекательного в них не будет.

Магию свою я любила, и каждый раз немного удивлялась тому, что она есть, и всё получается, как задумано. Но я изначально смирилась с тем, что она со мной не навсегда, поэтому словно мысленно поставила планку, выше которой прыгать не имеет смысла. Наташа, к примеру, твёрдо намеревалась освоить искусство хождения порталами, а я, хоть теоретически и могла это делать, смысла не видела. Обидно годами нарабатывать навык, если точно знаешь, что потеряешь его после первой же беременности.

— Наташ, а ты хочешь иметь детей? — неожиданно для себя спросила я.

— В обозримые лет сто — нет, — ответила подруга, не отрывая глаза от книги. — У меня пока что куча других планов.

— Я вот сейчас подумала, что раньше не хотела учиться порталами ходить, думала, нет смысла тратить много времени на обучение, а сейчас получается, что я почти бесплодна. И уж лучше научиться порталами ходить, чем жить в ожидании того, что может и не наступить.

— Угу.

— Я всегда хотела большую семью. Много детей… — грустно вздохнула я.

— Вздор! — оторвалась подруга от книжки. — Я тебе рассказывала, как я тут оказалась?

— Нет, — с любопытством посмотрела я на неё.

— Тогда слушай. У нас большая семья, четыре старших брата. И это был настоящий ад. Я выросла в очень обеспеченной семье. Знаешь, мама-домохозяйка, красивая, как картинка, отец вечно занятый какими-то совещаниями, три постоянные няни, один повар, одна уборщица. Это домашний штат. Плюс водители, охранники, но это только за границами малого периметра. Да, у нас было два периметра — гараж, охрана и водители размещались за пределами дома и парка. Не знаю, почему всех так на мне переклинило, но растили меня, как в средние века: никаких мальчиков, никаких романов, только учёба. Когда мне исполнилось тринадцать, меня перевели на домашнее обучение. Мужчин, кроме отца и братьев, я видела только в окно. Если приходилось куда-то выезжать, то всегда сопровождал кто-то из старших братьев. Меня не просто опекали, я жила в тюрьме. Только платья, доброжелательная улыбка, приятные манеры — я была дорого наряженной куклой, которой не разрешалось иметь своё мнение и говорить без спроса. У меня имелось всё, что угодно, кроме того, что я хотела. Подруги только одобренные отцом, такие же несчастные узницы золотых клеток, как и я.

— Почему ты не рассказывала раньше? — удивилась я.

— Потому что решила начать новую жизнь, а старую забыть. Так вот, я научилась вести двойную жизнь в сети. О, ты не представляешь, на какие ухищрения приходилось идти, чтобы просто посидеть в инсте! Я была идеально осторожна, контролировала каждый свой шаг и вдох, а ещё я зарегистрировалась на очень многих форумах. Естественно, не под своим настоящим именем. Меня очень рано начал интересовать секс, и ты не представляешь, какую горячую переписку я порой вела по ночам со своими виртуальными любовниками. Но никакого видео, только текст. Со временем я решила попробовать сбежать. Копила деньги, планировала. Шаритон появился внезапно. Он просто прошёл сквозь всю охрану, весь дом, мимо братьев с жёнами, мимо матери и вывел меня в другую комнату под локоток. Я даже доказательств никаких не просила, сразу поверила ему. О, как я радовалась уходу из дома! Мне казалось, что я вытянула счастливый лотерейный билет.

— А дальше?

— Дальше ты знаешь, вышла из портала в горах. Холодища. Мир искрится магией. Всё другое — горы, деревья, снег. Да я словно заново родилась! Когда поняла, что не замерзаю, то стала пробовать и экспериментировать. Оказалось, что я управляю водой, только вот лучше это удаётся в форме льда. Мне стало невероятно интересно! Я понимала, что попала куда-то не туда, но мне было всё равно. Я охотилась! Пробовала новое! Жила! А потом меня нашли. Я с самого начала не особенно-то обрадовалась такому повороту, а когда к Телиусу привели, то сразу поняла, что дело дрянь. Этот типаж мне был прекрасно знаком. Он сначала что-то говорил об обучении, но тут вмешался Ириас и попросил отдать меня ему. О, Ката, ты бы знала, что я там устроила! Как я сражалась за свою свободу! Но куда мне, неопытной, против двоих. Меня, конечно, щадили, всерьёз не били, но я-то с братьями росла, драться я умею с детства. Тихо, отчаянно, жестоко, чтобы никто не услышал.

— Ириас тебя запер?

— Да, после того, как меня скрутили, я попала во вторую в своей жизни золотую клетку, на этот раз магическую. Я училась изо всех сил. Ириаса ненавидела и несколько раз пыталась убить, до сих пор жаль, что его прикончила не я. Поверь, я хотела. Учить себя я ему позволила сама. Только во время уроков я не нападала и не скандалила, иногда даже позволяла ему лишнее. Стоило ему прекратить — я устраивала настоящий ад. Он, конечно, хотел перевести отношения в горизонтальную плоскость, вот только я решила, что сама буду выбирать, с кем мне спать. Первый раз я сбежала вечером, напилась с каким-то парнем в ближайшей таверне и отдалась ему без каких-либо сожалений. Ты бы видела лицо Ириаса, когда он нас нашёл! Второй раз сбежать оказалось сложнее, занятия он прекратил, пытался применять подчиняющие заклинания, но я уже до многого дошла сама. И отбиваться стала гораздо прицельнее. Перед самой его смертью мы здорово повздорили, и я чуть его не убила. Оказалась сильнее, понимаешь? Сильнее как маг. Его спасло то, что отдавшись магической атаке, я почти совсем забыла про физический аспект поединка. Урок оказался болезненным и запоминающимся. Знаешь, этот Ириас только и становился мне интересен во время дуэлей. В остальное время я его презирала. Когда Торманс его прирезал, про меня сначала забыли. Затем я сбежала, послушала разговоры, проанализировала информацию, и в итоге рискнула пойти к Толедору. Третьего заточения уже не боялась, за на воле успела изучить кое-что очень эффективное.

— Ты поэтому теперь перебираешь парней? — улыбнулась я.

— Ага, компенсирую… Хотя потихоньку это уже начинает надоедать. Скажу тебе по секрету: там они устроены примерно одинаково, — рассмеялась она. — Подаются, конечно, кривые, маленькие или странные, но, по моим наблюдениям, их обладатели с лихвой готовы это компенсировать другими способами. А вот писаные красавчики с идеальными пропорциями порой готовы лечь и ждать, что ты сама на нём попрыгаешь. А каким был Танарил? — внезапно спросила она.

— Что? Он… он был хорош. Даже очень. Мне даже немного страшно начинать с кем-то ещё, заранее кажется, что будет не так. Танарил словно чувствовал моё тело, делал именно то, что я хотела и именно так и тогда, когда это было нужно, — перешла на шёпот я.

— Это редкость, — хмыкнула Наташа. — Чаще они делают так, как нравилось их бывшим, иногда приходится объяснять на пальцах. Я даже стала задумываться о том, что постоянный любовник был бы результативнее.

— Да неужели? А кандидаты уже намечены?

— И помечены! — фыркнула она. — Нет, у всех сплошные патриархальные замашки, а я, как услышу, что кому-то что-то должна по половому признаку, так у меня на них больше не стоит.

— Этот мир ещё не так плох. Вспомни средневековье…

— Ты думаешь, что женщины без способностей тут сильно лучше живут? Нет. Это к нам особенное отношение, да и Ковен в этом плане посвободнее. А в том же Минхатепе есть рабы. Нет, технически это не так называется, но смысл этот. Но ничего. Как только я войду в Малый Круг, в Ковене много что поменяется, — уверенно сказала Наташа, а я аж рот приоткрыла от удивления.

— Ты что? — переспросила я, думая, что ослышалась.

— Войду в Малый Круг. Ты же знаешь, что меня Танарил тренировал?

— Да, конечно…

— Так вот, моих способностей и его нетривиального подхода уже хватило бы на то, чтобы снять Кайрата. Он из Круга самый слабенький. Только его мне трогать нельзя, он союзник. Поэтому я готовлюсь к тому, чтобы вызвать кое-кого другого. И тебе об этом лучше не трепаться, а то подумают, что ты сумасшедшая, — задорно улыбнулась она.

— Вот уж точно, — ошеломлённо ответила я.

— Сомневаешься? — с вызовом спросила Наташа.

— Да нет, если ты решила, то добьёшься, — честно сказала я. — А зачем это Танарилу?

— Он хочет возглавить Ковен и ему нужны свои люди в Малом Круге, — пожала она плечами. — Ты разве не знала?

— Нет, он не делился планами, предпочитал, чтобы я молча ноги раздвигала, — с обидой сказала я.

— Знаешь, наверное, тогда у него и не было этого в планах, вы же встречались до смерти Телиуса. А что касается того, что ты говоришь, то брось. Ты же изменилась за это время? — пристально посмотрела на меня подруга.

— Да, конечно.

— А почему ты так упорно отрицаешь, что он тоже мог измениться?

Ответа у меня не было. Хотя он и не требовался. Наташа углубилась в книгу, а я смотрела в окно, где в сумрачном свете проносились мимо узоры на стенах тоннеля. Я так и не ходила на него смотреть. Говорили, что это настоящее чудо. Обязательно стоило посмотреть хотя бы на выход, раз вход я прошляпила за разговорами.

Вскоре заметно посветлело, и я уставилась в окно в ожидании выезда из тоннеля. Арка, венчающая путь сквозь горы, была монументальной и потрясающе красивой. Она выглядела так, словно в этом месте расцвели каменные цветы. Свои любимые ирисы я узнала почти сразу. Теперь несуществующий в этом мире цветок увековечен в скальной породе. Мы удалялись от въезда в тоннель очень быстро, и вскоре я смогла оценить всю композицию: тонкая женская рука, одетая в изящное кружево камня словно держит венок из гигантских цветов. Рукав платья мягко переходит в подобие подола, а сама гора уже кажется величественной красавицей, которая отвернулась от зрителя и устремилась вдаль, рассыпав по плечам снежные пряди волос.

От красоты и изысканности увиденного перехватило дыхание. Это было гениально! И у меня просто не умещалось в голове, что он создал это, по сути, в одиночку. Я вспомнила каменный цветок, который он принёс на прощанье, и впервые пожалела о том, что отказалась от него. Боль проходит, а красота остаётся навечно.

Глава 3. Поездка. Часть 2, Лимар

Лимар

Весть о том, что Ката уехала, вызвала глубокую досаду. Я не мог уразуметь, почему она так поступила. Не знал, что сделал не так. Раз за разом прокручивал в голове злополучный вечер свадьбы брата и не понимал, как мне нужно было себя вести.

Она обнимала, горячо и искренне, гладила меня по лицу, а затем, смеясь, целовала. Для меня это было словно наваждение: до этого момента я не отдавал себя отчёта в том, насколько она желанна. И теперь она меня избегает, словно это я виноват в том, что произошло. Мне стоило огромных сил остановиться самому и остановить её. С одной стороны, я был рад, что это сделал, а с другой — каждый вечер возвращался мыслями к тому, что могло бы случиться дальше.

— Значит, сбежала, плутовка! — сказал Натар.

— Вечно она так! Избеганием проблему не решить! — сердилась Лиля.

— Видимо, побоялась, что я буду на неё давить, — тяжело вздохнул я. — Как ей показать, что я не поступлю с ней так, как поступал он?

— Ты уже показал, дело не в этом. Мне кажется, что она просто пока не готова к другим отношениям. Боится. И тебя как друга боится потерять в случае, если между вами не сложится, — мягко ответила Лиля.

— И что мне теперь делать? Ехать за ней? — с отчаяньем спросил я.

— Нет, Лимар. Ехать домой. Если она решила убежать, то пусть бежит. Заставить её ты всё равно не сможешь. А так, кто знает, может, расставание пойдёт вам на пользу? — если Натар хотел меня подбодрить, то вышло у него худо: после разговора я чувствовал себя ещё более опустошённым.

Словно моё сердце взяло и уехало в Арластан, а я остался ждать его возвращения. Мир потускнел, звуки стали более резкими, а еда потеряла вкус. Я даже работать толком больше не хотел.

— Элариэл перед отъездом говорил, что из Ковена будет организован портал в Нейпу. Может, узнаем, сколько попросят за переход? Как-то не хочется плыть по зимнему морю, холодно же. Да и с родителями вы так больше времени сможете провести, — предложила Лиля.

Насчёт портала узнал Натар. По деньгам выходило, конечно, дороже, но разница была терпимой. Я бы отбил её несколькими днями работы у отца. Впервые в жизни я собирался обратно домой без радости и счастливого предвкушения. И это после того, как я не видел семью почти год! К иррету эту любовь, ничего в ней хорошего нет!

В Нейпе мы оказались всего три дня спустя. Лилю отпустили с занятий пораньше, все равно её руководитель по лечебному делу отбыл на конференцию. Столица Шемальяны встретила нас промозглым дождём и шквалистым ветром, что тоже не прибавило настроения. Я был угрюм и ничего не мог с этим поделать. Лиля с Натаром же рядом со мной чувствовали себя неловко, словно стесняясь своего счастья. От этого становилось ещё горше.

В результате они отправились гулять по Великой Бухте, а я решил заглянуть в лавку, чтобы забрать письма от дядьки. Он мне обрадовался, встретил по-доброму и предложил горячего отвара.

— Какими судьбами в Нейпе, Лимар? — спросил он, шумно прихлёбывая пряный напиток.

— Порталом из Ковена, направляемся к отцу. Натар женился, показывает новобрачной столицу, — улыбнулся я одними губами.

— А ты чего такой смурной? Али на твоей полюбовнице Натар жениться изволил?

— Нет, что ты, Хассар, на хорошей девушке. А я просто что-то погоде не рад. Коли уж я зашёл, давай отцу передам письма, счета. Да пару сундуков зачарую. Есть над чем поработать?

— Завсегда! Целый год ты не жаловал, отец-то твой сначала попридерживал товар, да недавно прислал аж полкаравана. Смотри во второй зале, там все сундуки без чар стоят, — махнул рукой Хассар.

Межень давно миновал. Выложившись почти досуха, я зачаровал двадцать шесть сундуков. Знатный результат. Даже настроение немного повысилось. Ровно до тех пор, пока я не вышел из лавки. Ветер тут же швырнул в лицо пригоршню ледяного колючего дождя, потрогал голую кожу на затылке, забрался в уши и засвистел там со всей дури. Подняв воротник и проклиная свою лысину, я двинулся к месту встречи, где обнаружил продрогших и несчастных новобрачных под магическим куполом от дождя.

— Нагулялись?

— Да! Караван в нашу сторону пойдёт только завтра утром, а сейчас пошли скорее в тепло, — прокричал мне Натар.

Проверенный гостиный дом на примете у нас имелся, вот только простоват он был для девушки.

— Нужно жилье получше, чем мы привыкли. Может, в Гранд Отель? — неуверенно сказал я, а затем прислушался к своим ощущениям, и понял, что ни в какой отель мы не едем — нам нужно домой, срочно.

— Да, можно и туда, — ответил Натар, растягивая купол и надо мной.

— Нет, домой! Сейчас же! — коротко ответил я и стал оглядываться в поисках транспорта. — Вернёмся в лавку и возьмём телегу там!

Никто спорить не стал, Натар моей интуиции доверял, а Лиля выглядела, как человек, который готов к любому повороту событий, лишь бы его забрали с холодной улицы. И это притом, что Ката научила нас заклинанию самообогрева! Без него пришлось бы совсем худо, о чём красноречиво свидетельствовали пустые улицы. Шквалистый штормовой ветер с ледяным дождём пробирал до костей. От одного вида этой погоды становилось холодно.

Мы ввалились в лавку втроём и застали управляющего медленно пьющим ароматный отвар. Вслед за нами сквозь открытую дверь ворвался шквалистый ветер и разметал по столу листы с записями. Дядька поднял на нас удивлённый взгляд.

— Дядь Хассар, нам срочно нужен транспорт до дома! Любой! Пара быстрых быков, способных дотянуть до дома без остановки, и крепкая телега, — я отряхнулся от дождя и наследил на сухом полу.

— Лимар, караван в ту сторону обязательно будет завтра или послезавтра. К чему спешка? — флегматично ответил он.

— Спешка оправдана. У нас плохое предчувствие, — нахмурился Натар. — Рассуждать некогда, есть в стойлах быки отца?

— Есть, конечно. Хорошо, пойдёмте, у меня есть наполовину снаряжённая телега, думал через неделю отправлять, но раз вам нужно срочно, то забирайте, — подобрался дядька.

Когда мы вышли на улицу, он съёжился, выругался сквозь зубы, проклиная разбушевавшийся шторм, и повёл нас к скотному двору. Естественно, скотина и склады находились в другой части города, не в центре же торгового района им располагаться? Пока шли, брат держал купол над Хассаром, но это мало помогало, дождь захлёстывал аж снизу вверх. У меня магии оставались только крохи, так что пришлось прятаться под Лилиным заклинанием.

Телегу запрягли быстро, правда запасом еды не озаботились, хорошо хоть вода была. Хассар выдал нам двух молодых и резвых бычков, которые возмущённо заревели, когда я поддал по крутым серым бокам. Я подгонял их хлыстом, чем вызывал недовольное мычание. Наконец они тронулись. Эх, сюда бы какого талира!

Плохое предчувствие торопило вперёд, благо, что хоть дорогу к дому мы знали хорошо.

Молодожёны прятались под тентом в телеге и спешно зачаровывали товары от промокания.

— Лим, тут вещички детские, — спустя время сказал Натар, тронув за плечо. — Колыбелька новая, какие-то приблуды для младенцев.

— Какие там могут быть для них приблуды, кроме материнской груди? — удивлённо спросил я.

— Понятия не имею, тем не менее. Кто-то из наших на сносях. Может, ты поэтому торопишься? К родам?

— Кто знает? Лилю попроси всё повторить. Она, вроде, какие-то книги по целительскому делу брала. Пусть читает всё, что есть по младенцам, беременностям и родам, — сказал я.

— Уже читает. Как думаешь, кто? Уж кабы не мать… — задумчиво проговорил Натар.

— Это вряд ли. В любом случае нечего гадать, надо торопиться.

Обиженные бычки шли резво. Дорогу в непогоду видно было плохо, и я лишь иногда цеплял взглядом знакомые признаки — разбитое молнией дерево, большой дорожный камень, покосившийся заброшенный домик на дальнем перегоне.

Мы двигались без остановки весь день и всю ночь. К утру нас всех терзал голод, но никто не пикнул, даже Лиля стойко держалась. До дома оставалось часа два езды, когда телега заходила ходуном и с треском перекособочилась. Быки яростно взревели, дёрнули, но не смогли сдвинуть намертво севшую в грязь повозку. Я спрыгнул на землю. Едрить твою налево — сломалась ось. Я проклинал погоду, телегу, давшего её Хассара и раскинувшееся вокруг поле, в которое за новой осью ещё поди сходи, это тебе не лес.