Жена напоказ

Герцог усмехнулся, только подтвердив мои сомнения в том, что он и правда не станет смотреть, как я голая иду до треклятого, заваленного одеждой кресла. Я схватила подушку и, одновременно ещё раз рванув одеяло на себя, бросила её герцогу. Тот подставил руки и выпустил покрывало. Я мгновенно скатилась с постели, проворно наматывая на себя расшитый какими-то завитками лён.

Пёс герцога тут же кинулся ко мне и, схватившись зубами за край покрывала, куда-то меня потащил. Наверное, в свою пещеру – чтобы сожрать.

– Кто это вообще такой?! – взвизгнула я, чувствуя, как меня неумолимо распаковывают вновь.

– Лабьет, назад! – снова рявкнул герцог. – Да что с тобой?

Питомец недовольно фыркнул, но прекратил меня раздевать. И, только наконец почувствовав себя в полной безопасности, я с лёгким торжеством глянула на Ренельда, который теперь хмурился, прижимая подушку себе ниже пояса. В его зеленущих глазах сверкала острая, как изумрудная грань, угроза.

– И часто вы сбегаете от мужчин, оставляя их в чём мать родила?

– Вам повезло, вы первый. – Я закинула сорочку на плечо и подхватила тяжёлое платье вместе с корсетом под мышку.

Так, здесь есть ширма, за которой можно было бы одеться? Та обнаружилась в дальнем углу спальни, но, судя по всему, предназначалась она не для герцога.

– Для женщины, побывавшей замужем, вы удивительно стыдливы, – заметил он, наблюдая за мной.

– Вы для мужчины, столь уверенного в своей неотразимости, тоже.

Лабьет согласно чихнул и посеменил следом со мной – ну прямо Дениза на вчерашнем балу. Только с хвостом и клыками, как у дракона.

Ренельд коротко хохотнул и встал. А я, неловко одной рукой пытаясь расставить ширму, невольно вновь обратила на него взгляд. Устоять было сложно. Признаться, я нечасто видела рядом с собой мужчин, что вызывали бы желание их разглядывать. Но, на мою голову, его светлость оказался как раз из таких. Все эти мышцы в нужных местах, широкая спина, узкая по сравнению с ней талия и… проклятье!

На миг мне показалось, что сейчас он пожелает убедить меня в том, что и правда везде сложен идеально. Но герцог не стал. Всё так же прикрываясь подушкой – правда, только спереди, – он дошёл до стола, на котором, кроме нескольких книг и моей сумочки, каким-то неведомым образом очутились его брюки.

Гнев Первородных! Надеюсь, это не я их туда зашвырнула.

Ещё не хватало глазеть, как он будет одеваться! Потому я, отогнав Лабьета, торопливо скрылась за ширмой и принялась натягивать сорочку. Без служанки справиться с одеванием будет довольно сложно, но придётся попытаться. В Бездну корсет, доеду до дома без него! Однако когда дело дошло до шнуровки, что стягивала лиф на спине, стало понятно, что мои руки недостаточно гибкие для таких вывертов. Я пыхтела так и эдак, проклиная это утро, этот наряд и тех, кому вообще однажды пришло в голову делать женские платья сложными, как древние доспехи. Надеть самой невозможно, а упадёшь – и не встанешь без посторонней помощи.

– Я помогу, – неожиданно прозвучало за спиной.

– Вообще-то, нужно спрашивать, прежде чем входить! – Я подхватила сползающий с груди лиф и со всем негодованием обернулась к герцогу, который стоял позади уже полностью одетый.

Словно ничего не произошло. И будь у него сейчас в руках чашечка кофе, я бы не удивилась. Хотя, наверное, просто выплеснула бы её ему в лицо.

– По тому, как долго вы возились, я предположил, что лишнего уже не увижу. – Он неспешно приблизился, а устрашающий пёс любовно потёрся боком о его колено.

Герцог взял меня за плечи и развернул спиной к себе.

Его пальцы ощутимо пробежались вдоль шеи, убирая растрёпанные волосы, и вдоль позвоночника скользнул приятно колючий поток мурашек. Любопытно, как часто де Ламьеру вообще приходится шнуровать платья женщинам, что проводят ночи в его спальне?

Потому что Ренельд справлялся уж больно ловко и быстро с такой непосильной для большинства мужчин задачей. Он затянул лиф ровно так, как нужно, – не слишком туго и не свободно. Моя служанка, пожалуй, не справилась бы лучше.

– Здесь есть какой-нибудь тайный выход? – поинтересовалась я как бы между делом.

– Уже уходите? – Де Ламьер нехорошо ухмыльнулся. – Что, даже жениться на вас не потребуете?

Да его голосом можно было колоть лёд! А тот ещё поёжился бы и сказал, что ему холодно.

– Нет, ваша ценность как мужа для меня крайне сомнительна. – Я премило улыбнулась. – Пожалуй, я обойдусь всего лишь тайным выходом из этой комнаты.

– С чего вы взяли, что он здесь есть? – Ренельд приподнял брови и сложил руки на груди.

– Вы же королевский дознаватель. – Я пожала плечами. – Любите тайны, скрытые мотивы. Слежка, наушничество, преследование – всё это входит в круг ваших интересов. Значит, вряд ли ваша комната не имеет хотя бы завалящего тайного хода.

– Тайный ход на то и тайный, что, будь он здесь, я не показывал бы его всем подряд. А особенно женщинам, что остаются в этой комнате на одну случайную ночь. К тому же я вообще не знаю, что у вас на уме, мадам д’Амран.

Щёки мгновенно вспыхнули.

– Что это вы пытаетесь вменить мне в вину, ваша светлость? Считаете, я нарочно прыгнула в вашу постель?

– Я не утверждаю, – уклончиво ответил Ренельд. – Но и не исключаю.

– Да как вы смеете?!

– Вполне себе спокойно. – Герцог развёл руками. – Думаете, я не видел, как прытко вы вчера сближались с моим братом? Может, вы просто комнаты перепутали. Вряд ли хорошо помнили, где чья находится.

– Это у вас, кажется, беда с памятью на лица. Да и вообще с памятью! – Я возмущённо фыркнула. – Хотя, наверное, это удобно. Провёл с женщиной ночь, а там и имя забыл!

– Такую, как вы, не забудешь… – покачал головой Ренельд.

И я даже не поняла, комплимент это или упрёк. Слегка ошарашенная его словами, я не сразу заметила, что Лабьет отчего-то вдумчиво меня обнюхивает – уже довольно давно. Словно он тоже пытался понять, насколько тесно я этой ночью “пообщалась” с его хозяином.

Вообще, странно, что мы оба не могли ничего вспомнить. Если только герцог не прикидывается. Хотя недоумение и злость в его глазах, кажется, вполне натуральные…

Сейчас, немного успокоившись, я поняла, что чувствую себя вполне обычно. Но если бы что-то между нами с де Ламьером случилось, тело точно дало бы мне знать? Потому что он… Я ещё раз украдкой его оглядела, пока он оттаскивал в сторону страстно обнюхивающего меня пса.

В общем, герцог – мужчина не из мелких, и тесное знакомство с ним явно не прошло бы без особых ощущений наутро. Хотя, конечно, я мало в этом смыслила.

Похоже, по возвращении домой придётся вызвать к себе местрисс Астер. Семейного врача дома д’Амран. Только она ещё знала о том, что я в замужестве так ни разу и не была с мужчиной. Эдгар полностью ей доверял. Вот и мне придётся доверить Жеане столь постыдный момент моей жизни.

А пока проблема иная – выбраться из покоев де Ламьера незаметно для других.

– Предлагаю хотя бы сейчас забыть о том, что сегодня случилось, – после короткого молчания проговорила я холодно. – Это жуткое недоразумение. Но это не значит, что я не планирую разобраться в том, как это вообще могло произойти.

– Будьте уверены, я тоже… – в голосе Ренельда проступила явная угроза. – Так что, просить подать вам экипаж? Или спрятать вас под юбкой у служанки, чтобы вы могли спокойно дойти до комнаты?

– Прекратите ёрничать! – Я сжала в кулаке перчатки, которые пришлось собирать по полу. – Я надеюсь, что хотя бы доля такта вам присуща. И вы не станете выносить всю эту нелепую ситуацию на всеобщее обсуждение.

– Насчёт этого можете не волноваться. Я позову слугу. Не бойтесь, он не из болтливых.

Ренельд уже направился было к двери, оставив меня под присмотром своего демонического пса, как за ней раздались уверенные быстрые шаги. Кажется, утреннего гостя попытался остановить слуга, который и правда был в гостиной части покоев, но его проигнорировали.

– За ширму, быстро! – глухо рыкнул герцог. – Лабьет, ко мне!

Я отшатнулась в угол у камина. Де Ламьер схватил со стола мою сумочку, но та оказалась открыта, потому из неё выпало самое тяжёлое, что было внутри. Хрустальный флакон с ничтожной каплей зелья на дне. Склянка закатилась под столик. Ренельд проследил за ней взглядом, но поднять не успел – швырнул в меня ридикюль и задвинул ширму прямо перед моим носом.

Я затаилась, прижимая сумочку к груди. Что же сейчас будет? Кто бы там ни пришёл, а злосчастный флакон, который так и остался валяться под столом, беспокоил меня не меньше. Я даже видела его из-за края ширмы, но до него было никак не дотянуться.

– Доброе утро! – бодрый голос Ксавье де Ламьера прошил меня, словно молнией.

Я даже вскинула руку к шее, ощутив, как дыхание застряло где-то внутри. И в тот же миг обнаружила, что бархатки с зачарованным кристаллом, который маскировал всплески моей ауры, на ней нет.

Но сейчас даже с этим я ничего поделать не могла. Придётся надеяться на собственные умения и самоконтроль. Главное – успокоиться!

Приподняв подол, чтобы не шуршал, я подобралась ближе и осторожно выглянула в небольшое отверстие в ширме.

– Ты сегодня рано, – слегка ворчливо отозвался Ренельд, проходя к столику у окна, на котором стояли серебряный кувшин с водой, блестящий графин с тёмным напитком в нём и несколько хрустальных стаканов. Герцог налил себе воды. Хотя я на его месте не отказалась бы от чего покрепче – для успокоения.

– Я выспался. – Ксавье пристально присмотрелся к графину, на ощупь почёсывая загривок Лабьета. – Знаешь, удивительная бодрость с утра.

– Странно, если вспомнить, как поздно ты вчера отправился спать.

– Я хотел бы раньше, – младший де Ламьер загадочно воздел глаза к потолку, – но это было сложно. Сам понимаешь.

Ренельд хмыкнул, кажется нарочно погромче, чтобы я услышала. От этого слегка презрительного звука мне в живот словно тупым колом ткнули. Как жаль, что я не могу сейчас обшарить стены в поисках треклятого тайного хода, который здесь наверняка есть, и просто исчезнуть отсюда. А магию перемещения я освоила ещё не до конца. Не хотелось бы застрять где-то в каменной кладке этого дома. Кстати, вон та ниша у стенного шкафа очень походит на скрытую дверь. Но сейчас я даже вдохнуть поглубже боялась, не то что двинуться с места лишний раз. А тут тайный ход. Щёлкнет что-нибудь, заскрипит механизм – и мою страдающую в агонии репутацию не спасёт недоуменное хлопанье ресницами.

Особенно перед Ксавье.

Я точно успела чем-то прогневить Первородных вчера, если вслед за небольшими удачами они слали мне подобные подлянки.

– Ты же видел эту мадам д’Амран, – продолжил Ксавье. И звук моего имени заставил насторожиться ещё больше. Даже уши шевельнулись, честное слово! – Мари. Она удивительно привлекательна для… вдовы. И молода. Странно.

– Что же, по-твоему, все вдовы – усохшие в семейной жизни изюмины? – Ренельд издевательски хохотнул. – Бывают и такие. И тем они гораздо более опасны, чем твои незамутнённые адептки из Санктура.

– Почему мы раньше не встречали её? – Ксавье, озадаченно тронув гладко выбритый подбородок, дошёл до окна и отодвинул в сторону тяжёлую портьеру. – Я бы точно запомнил.

– Потому что Эдгар д’Амран наверняка хранил свой нежный цветок от чужих глаз старательнее, чем ты флягу с настойкой на совайже от отца.

– Да, тогда за неё мне сильно влетело. – Младший де Ламьер досадливо встрепал волосы на затылке. Ещё раз озадаченно посмотрел во двор и вновь повернулся к брату. Но его взгляд мгновенно стал серьёзным. – Я хочу встретиться с ней снова.

Ренельд озадаченно кашлянул. И совершенно точно переглянулся со своим псом, словно тот в этот самый миг сказал что-то язвительное.

А я смахнула лёгкую испарину с шеи. Солнце уже поднялось довольно высоко, и сейчас его свет как раз падал в окно напротив меня. В плотном, пусть и светлом платье становилось просто невозможно жарко. Ещё и от слов Ксавье сердце заколотилось как сумасшедшее. Неужели удалось?

– Ты уверен, что оно тебе нужно? – тон Ренельда стал сварливо-отеческим. Он подошёл к брату ближе и пристально вгляделся в его лицо. – Вокруг тебя столько милых девиц, которые только и ждут, что ты посмотришь в их сторону. А мадам д’Амран… Она почти год живёт без мужа. Такие дамы с выражением на хорошеньких личиках: “Ах, я всё сделаю сама!” – обычно имеют по несколько любовников. По дням недели.

Я сжала кулаки, едва удерживаясь от того, чтобы выскочить из-за ширмы и просто разорвать де Ламьера на кусочки поменьше. Чтобы никакая королевская экспертиза не опознала. Зная, что я всё слышу, он не стесняется в предположениях! Вот же циничный кусок камня.

– Думаю… – Ксавье смолк, будто и правда ещё раз всё взвесил. – Думаю, да. Она не показалась мне прожжённой стервой. А твоё отношение к женщинам, уж прости, предвзято. Не все они похожи на…

– Я понял, – слегка поспешно оборвал его брат. – Дело твоё. Но, прежде чем ты бросишься с головой в эту пропасть… Дай-ка я проверю твою ауру.

– С чего вдруг? – Ксавье даже немного отшатнулся.

– Не доверяю я этой излишне привлекательной вдовушке, – Ренельд вновь чуть повысил голос – явно для меня.

Лабьет ткнулся чёрным носом ему в ладонь, словно захотел успокоить. А у меня ощутимо подогнулись колени. Бездна бы вас побрала, месье дознаватель!

– Брось, – младший де Ламьер выставил перед собой руку, – терпеть не могу, когда ты так делаешь. Словно мозги проворачиваешь в мясорубке. Со мной всё в порядке. А вот ты какой-то раздражённый… Леонора вильнула хвостом?

– Попридержи коней, – предупредил герцог.

Так-так, похоже, младший наступил-таки ему на воспалённое место. Мне даже захотелось крепко поцеловать Ксавье. В щёку, разумеется! Прилив здорового женского злорадства слегка взбодрил, но ненадолго.

Я снова покосилась на блестящий флакон, уже зная, что меня ждёт дальше. Как бы через ту мясорубку, которую упомянул Ксавье, не пропустили мои мозги! В отместку за чудесно проведённое утро, так сказать.

Стук в дверь на самом интересном месте прервал разговор, который касался меня со всех сторон. Может, и хорошо: слушать его становилось всё более неловко. Хоть и любопытно, надо признать.

Вошёл слуга и, озадаченно оглядевшись в комнате, рапортовал:

– Вам письмо, ваша светлость. Только что доставили из Жардинской жандармерии.

Он прошёл чуть дальше и протянул Ренельду послание на небольшом круглом подносе. Герцог вскрыл его ножом для писем и быстро пробежался взглядом по строчкам.

– Прости, мне нужно собираться, – отрешённо бросил он брату. – Поговорим о твоей Мари чуть позже. И о том, чем тебе грозит связь с нею. Если только ты не желаешь просто развлечься. Тогда пожалуйста.

Я переступила с ноги на ногу, ощущая, как зудит ладонь, требуя хорошенько впечататься в поросшую короткой щетиной щёку де Ламьера. Желательно несколько раз. Сторговывает меня, словно какую-то девку!

– Я ещё не решил, – усмехнулся Ксавье. Да он, собственно, ничуть не лучше братца! – Жаль, только утром узнал, что Мари не уехала домой. Осталась здесь. Но её служанка сказала, что графиня пошла прогуляться после сна. Правда, найти её я так и не смог.

Значит, в этом доме и правда есть комната, в которой меня поселила гостеприимная герцогиня. Уже легче. И спасибо сообразительной Абели за то, что нашлась, как отговориться от пылкого Ксавье! И подозрений будет меньше, и интерес его подогреет. Пожалуй, в этом месяце она получит двойное жалование! И подаренную мне дальней родственницей мужа шляпку, что ей так нравилась, но которую я больше чем за год так ни разу и не надела. Не мой фасон.

Но вдруг слуга, который так и стоял в ожидании распоряжений, вопросительно глянул на герцога, а затем пробежался взглядом по спальне. Задержался на смятой явно двумя людьми постели, после – на ширме. Вот сейчас он-то меня и выдаст!

Я невольно качнулась назад. Пышный подол задел банкетку – и мой корсет с тихим шорохом соскользнул с неё на пол.

Слуга вытянулся, вмиг состроив отрешённое выражение лица. Пёс навострил уши. Но, к счастью, Ксавье, кажется, ничего не расслышал.

– Может, она всё же уехала, – рассеянно отозвался Ренельд, увлечённо перечитывая письмо. – Октав. Ты же всё тут знаешь лучше других. Будь добр, выясни, где сейчас мадам д’Амран. И доложи Ксавье.

– Эм, – мужчина коротко стрельнул глазами в мою сторону, – да, ваша светлость. Конечно.

Он повернулся и вышел из комнаты.

– Какие-то проблемы? – Ксавье попытался заглянуть в послание, что Ренельд до сих пор держал в руке. Но тот не позволил ему удовлетворить любопытство.

– Сегодня и выясню. Что-то месье Лимиер беспокоится. Думаю, меня ждёт немало новостей от него.

– Что ж. Тогда я пойду. – Младший хлопнул его по плечу. – Попытаюсь всё же найти Мари.

– Будь с ней осторожнее, – не преминул напомнить ему герцог.

Тот лишь рукой на него махнул и закрыл за собой дверь.

А для меня, кажется, пришло самое время прыгать в окно! Сбежать через каминную трубу тоже вариант. Потому что Ренельд быстрым шагом вернулся к тому столику, под который закатился флакон, и поднял его как неоспоримое доказательство моей размытой вины.

– Что это? – Он едва не снёс ширму – так резко отодвинул её в сторону.